Вопрос был непростой - военного смысла в этом городе как бы не было, а вот населения на тот момент имелось порядка 4 миллионов человек. И их кормили немцы в тот момент, благо была карточная система. Американцам категорически не хотелось взваливать на себя пропитание 4 миллионов французов. С другой стороны - взять и не кормить - тоже не выход. Между тем снабжение рассчитано только на действующую армию и такой нагрузки не потянет просто. Потому амеры решили не лезть в город - а заняться стратегической целью, обтекая столицу Франции. Правда без приказа рыпнулся генерал Леклерк и его легкоброневая дивизия, оставив позиции, поперла в столицу. Пришлось горячих французов остужать и возвращать на место. Тем временем в Париже оживился ля резистанс, о котором, в общем, раньше не было ни слуху, ни духу. Начались обстрелы патрулей и всякое такое. Немцы вяло огрызались, особенно воевать немецкому гарнизону совершенно не хотелось. Даже было и не понятно - собственно с какой стати милые парижане и парижанки (только публичных домов на немцев работало более тридцати. Да еще тысяч пять индивидуалок старались) - вдруг начали стрелять? Ситуация тем временем накалялась - в Париж стали стекаться злыдни из маки, а там было много коммунистов и те фрицев не любили сильно. Вермахту стали наносить неслыханный урон - прокалывать шины у автомобилей, убирать дорожные знаки, плохо мыть стаканы в кафе, халтурно чистить сапоги и так далее. В итоге внезапно оказалась захваченной префектура. Это терпеть было невозможно, надо было принимать меры, чего военный комендант Парижа генерал вермахта Дитрих фон Холтиц категорически не хотел. И тут явился спаситель - Ля резистанс попросил Рауля Нордлинга, шведского генерального консула в Париже быть посредником и предложить немцам перемирие. Фон Холтиц с радостью согласился. Это был миролюбивый человек, ему совершенно не хотелось стать разрушителем Парижа. Ведь это не дикая варварская Россия, это же Европа! Как можно стрелять в городе из пушек??? Перемирие было немедленно заключено. Увы, Ля резистанс был крайне сбродной артелью и провокации против немцев продолжились. Им по-прежнему прокалывали шины, прятали дорожные указатели и обстреливали патрули. Комендант города был возмущен таким нехорошим поведением, и шведу Нордлингу пришлось мотаться как собаке с консервной банкой на хвосте между неукротимыми резистансами и мирными немцами. Военный комендант Парижа генерал вермахта Дитрих фон Холтиц объяснил шведу, что вообще-то так дело не пойдет, надо бы решать вопрос цивилизованно. Например, сдаться в плен. Но, как истинный честнейший ариец, предводительствующий над героическими зольдатами, он не может капитулировать перед каким-то сбродом, у которого нет даже штаба! Вот если бы американцы! У тех есть генералы! Швед понял прозрачный намек и вскоре американцы узнали, что должны хоть кого с генеральским чином и хоть какими войсками прислать в Париж. Хоть кем-то хоть с чем-то ясное дело был генерал Леклерк. Его дивизия по боевым качествам для американцев не представляла ничего ценного, и раз сопротивления не ожидалось вовсе, то эту дивизию и послали. И страшно удивились, когда через пару дней от взволнованного шведа поступил вопль души - Где обещанные войска с генералом??? Немцы ждут - резистанс режет шины и ворует со складов бензин, так вечно продолжаться не может!!! Американцы спешно послали штабных офицеров с целью найти пропавшую дивизию Леклерка. Дивизию нашли. Состояние ее было плачевным - она понесла тяжелые потери в технике и людях. Проклятые местные жители, как только в их городишки и деревни гордо входили французские же части - для освобождения от бошей Парижа - тут же устраивали пир горой. На всем пути следования дивизии Леклерка стояли мертвым железом танки и бронетранспортеры, а их экипажи и расчеты были близки к невменяемости, ибо вино и бабы доведут до цугундера кого угодно, даже бравых французских военных. Злобные американцы грубо нарушили этот рай земной и то, что еще могло в дивизии передвигаться более-менее, было тут же, чуть ли не под американским конвоем отправлено на Париж. Вскоре (благо ехать там было близко даже по европейским меркам) - на площадь перед отелем, где располагался штаб гарнизона г. Париж въехала бронерота героической дивизии Леклерка. Взвод храбрых французов отважно ворвался в холл отеля и бросил 3 (три) дымовые гранаты. Гарнизон города ужаснулся - и моментально, полностью исчерпав все возможности сопротивляться - достойно и героически сложил оружие. Комендант в дальнейшем давая интервью рассказывал всем, что злой дядька Гитлер отдал ему приказ разрушить город, но он, генерал Дитрих фон Холтиц, спас столицу Франции! Так это рассказывают и по сей день. Гитлер-то помер, теперь на него можно валить как на мертвого. Это вот Москву и Ленинград Гитлер разрушать не собирался, как всем общечеловекам общеизвестно, а Париж - ууу - ужас, что хотел сделать. Правда вот для разрушения города обычно выделяются силы и средства, составляются планы, закладывается взрывчатка, а ее много надо и время нужно тоже - как было, например, в Кракове, который наши спасли от ликвидации. Здесь этого и духу не было. Мало того - злое гестапо и свирепые СС совершенно спокойно дали коменданту вести многодневные переговоры с Ля резистанс. Напомню, немцам надо было кормить Париж. Особой радости в 1944 году это не давало.
В итоге французы героически освободили свою столицу, американцы получили дополнительную нагрузку в виде голодных парижан, а Ля резистанс, гордый победой, долго еще брил головы мерзким шлюхам, спавшим с немцами.
Оценили 8 человек
19 кармы