Когда аппарат Белого дома заявил, что президент Дональд Трамп и его гость — генсек НАТО Марк Рютте — обсудят выход США из альянса, это должно было прозвучать как сенсация и потрясение основ. Однако не прозвучало. Все уже привыкли к Трампу и его максимализму, а последние две недели глава американского государства каждый день дает понять: он страшно обижен на европейских союзников за отказ разблокировать по его просьбе Ормуз. И хотя это само по себе практически невыполнимо, Европе обещано наказание — пересмотр отношений по линии Североатлантического альянса.
"Мы столько помогали союзникам, когда же помощь потребовалась нам, они попрятались в кусты". Это лейтмотив выступлений президента, госсекретаря, главы Пентагона и других больших начальников — первых в истории США, кто позволяют себе высказывания такого рода в адрес НАТО, священной коровы американской внешней политики. Со стороны посмотреть — эту корову вот-вот зарежут, но основы не потрясены и сенсация не рождается: никто не верит, что Трамп может вывести Соединенные Штаты из альянса. Точнее, всех убеждают, что это невозможно.
Еще в 2023 году, как раз в свете возможного избрания Трампа, приняли закон, запрещающий выходить из НАТО без одобрения конгресса. Причем внес его сенатор Марко Рубио — нынешний госсекретарь. На новом посту он может сколько угодно намекать на выход из альянса, но верить этому интригану могут только непосвященные. Хитрый Марко знает, что через конгресс из НАТО выход закрыт (знает ли об этом сам Трамп, неочевидно).
По другому варианту можно обойтись без разрешения нижней палаты, но тогда нужны две трети голосов в верхней — сенате. В отличие от сенатов многих других стран, в США это место для элиты, где мало случайных людей. А элита, воспринимающая НАТО как инструмент своего влияния и гарантию американского могущества, ни за что не согласится на выход из альянса.
Две трети — это 67 голосов. Сейчас за выход из НАТО выступает один сенатор из 100. Можно было бы подумать, что это Рэнд Пол из Кентукки — самый приятный человек в этом их сенате, категоричный противник интервенций, многолетний критик курса на конфликт с Россией и поддержку Украины. Если ставить вопрос ребром, он наверняка проголосует за, однако не выступал за прощание с альянсом вслух. Элита настолько ценит НАТО, что это почти как мишень на своей спине нарисовать, а Рэнд Пол — фрондер, но не дурак (за что и любим).
Тот единственный, кто отстаивает разрыв с Брюсселем, — это сенатор от Юты Майк Ли. Как и всякий сенатор от Юты, он республиканец и мормон, а идея попрощаться с НАТО в его исполнении выглядит навязчивой: он поднимает этот вопрос и кстати, и некстати. Последний раз — несколько дней назад в связи с актуальной проблемой Ормуза. А в прошлом году выступал против альянса тем образом, что в Европе слишком много исламских мигрантов, следовательно, будет религиозная война, а США не нужны обязательства, заставляющие в нее ввязываться (но в уставе НАТО их и так нет, неловко получилось).
В общем, Карфаген должен быть разрушен, но один в поле против Североатлантического альянса не воин. Однако есть третий путь к выходу — и о нем вспоминают гораздо реже, потому что он, в отличие от двух других, реален. Теоретическая возможность осуществить свою угрозу и уничтожить НАТО (без США блок попросту нежизнеспособен) у Трампа есть — через Верховный суд.
Есть мнение, что конгресс многовато на себя берет и покусился на конституционные полномочия президента осуществлять внешнюю политику, а вступление или выход из НАТО — это внешняя политика. С таким мнением вполне могут согласиться шесть из девяти судей, которых относят к консерваторам, и аннулировать мешающий Трампу закон.
Правда, нужны воля, грамотный иск и общественная кампания поддержки. Когда же представляешь лицом этой кампании, помимо Трампа, Майка Ли, назревает вопрос: так ли уж случайно выступать за выход из НАТО доверили именно мормону?
Мормон — это член 16-миллионной Церкви Иисуса Христа Святых последних дней, основанной в 1830 году амбициозным юношей по имени Джозеф Смит. По канону мормонов, однажды к нему явились Отец и Сын, а потом стал регулярно наведываться ангел по имени Мороний. Он показал, где спрятаны золотые пластины с текстом Книги мормона, и научил, как перевести их специальным камнем.
В 24 года Смит стал пророком-самосвятом и автором сиквела Библии. В нем Иисус, воскреснув, переместился в Америку, где построил праведное государство для двух народов — ламанийцев и нефийцев, потомков пророка Нефия, который переместился в Новый Свет на 600 с лишним лет раньше Христа. Американский рай просуществовал два века, пока не распался из-за грехов и розни, но один из праведных нефийцев, став после смерти ангелом Моронием, решил рассказать человечеству правду через Джозефа Смита из штата Вермонт.
Концепция, в которой Иисус стал американцем, должна была понравиться стране протестантских сект, верящей в свою исключительность. И она понравилась. Смит повел за собой толпу сторонников, чтобы основать в центре континента новый Сион, "землю праведников". Эту роль сыграл город Наву. Благодаря Смиту он быстро вырос до второго по размеру в штате Иллинойс после Чикаго и обладал армией с собственными генералами (так называемый легион Наву).
Без армии мормонам было никак, потому что на подавляющее большинство в США речи Смита не действовали. Штаты потому и государство сект, что основаны на принципах веротерпимости. Однако распространяется она только на христиан, а мормоны стали еретиками по меркам самого свободомыслящего прихода даже до "откровения о многоженстве" — главной к ним претензии. Относились к мормонам иногда жестоко, а неприязненно — почти всегда, тем более что амбиции Смита не знали границ и он начал кампанию по избранию президентом. Вскоре после этого его арестовали по обвинению в государственной измене, но до суда он не дожил — линчевала толпа.
После смерти харизматичного пророка церковь, как это водится, распалась, но большинство мормонов увел за собой Бригам Янг — один из "апостолов", которым Смит якобы показал золотые пластины Морония (а больше никому не показал). Будучи самоучкой из бедной семьи, но властным и талантливым лидером, Янг возвысил себя до нового пророка, дополнил мормонизм своими идеями и вывел-таки паству к земле обетованной — Большому соленому озеру, где основал Солт-Лейк-Сити, нынешнюю столицу момонов.
Из всех фигур американской истории, в чью честь до сих пор стоят памятники и названы университеты, это одна из самых мрачных. Брат Бригам — симбиоз высокомерного сектанта и национального предателя, отрицательный персонаж литературы Марка Твена, Майн Рида, Джека Лондона и Артура Конан Дойла (в первом же деле Холмса), откровенный злодей в современных сериалах. Но для мормонов по-прежнему Отец и Учитель.
Мыслил он осторожнее и практичнее Смита: вместо претензий на Белый дом готов был довольствоваться постом губернатора теократического и колоссального по площади штата Дезерет (с нефийского — "улей"). Это была вынужденная мера, поскольку история догнала мормонов: по итогам войны с Мексикой заселенные ими территории стали частью США. В свою очередь, Вашингтон не мог игнорировать локальное могущество Янга, как, впрочем, и согласовать создание такого суперштата. Так появилась более скромная по размеру территория Юты (по имени местного индейского племени), где Янг все-таки стал уникальным губернатором, сосредоточившим в своих руках политическую и церковную власть, а также огромные материальные ресурсы. Завершив официальные дела, правительство Юты под его председательством открывало тайное заседание как правительство Дезерета.
Мормоны были не единственными американцами в тех краях, а другие переселенцы жаловались на их диктат и навязывание обычаев, особенно на многоженство. Десятая жена Янга (всего их было 55) прославилась на всю страну, когда ушла из церкви и написала книгу об ужасах положения женщин в Юте. Самого брата Бригама обоснованно подозревали в сепаратизме, ведь для Дезерета даже специальный алфавит придумали, чтобы был отдельный язык (тот же английский, но другими буквами). Поэтому больше двух сроков такому человеку Вашингтон давать не хотел и планировал назначить в Юту губернатором кого-нибудь, кто не мормон.
Янг, конечно, в отставку не собирался. В Юту послали войска, началась годовая Ютская война, в ходе которой мормоны для устрашения (судя по всему, по приказу своего пророка) перебили безоружный караван с женщинами и детьми, следующий транзитом в Калифорнию (в историю это вошло как резня в Маунтин-Медоуз), и попытались повесить это на индейцев. С местными племенами мормоны иногда вступали в союзы, но чаще враждовали, устраивая такие карательные акции, что шокировали даже видавших некоторую грязь федеральных солдат.
В общем, ужаснуть-то получилось, но силы были неравны. Мормоны отступили от столицы, губернатором стал протестант, однако всемогущество Янг не утратил до самой смерти, тем более что властям стало не до него: все ушли воевать на Гражданскую, и войска из Юты вывели.
В дальнейшем отношение правительства к мормонам строилось на попытках ослабить могущество их церкви. Наилучший эффект дало строительство железной дороги от океана до океана, что мормоны предчувствовали, поэтому всячески ей противились. По рельсам в их обитель понаехало достаточно новеньких, чтобы выделить штат для старателей серебряных рудников — Неваду (это там, где Лас-Вегас) и обкорнать Юту по краям до еще более скромных размеров.
Наконец, в США запретили полигамию. Отцы мормонов еще какое-то время сопротивлялись, но все же отреклись от многоженства, что вызвало очередные расколы, зато территорию Юты повысили до статуса полноправного штата. Из-за недоверия к мормонам этот путь занял у нее полвека, и вплоть до 1990-х их церковь сохраняла определяющее влияние на жизнь штата, который во многом был не таким, как остальные. До сих пор он единственный, где больше половины населения принадлежит к одной вере. Там рекордно высокая рождаемость при наименьшем количестве рождений вне брака, а дома без телевизора — норма жизни. Это государство в государстве.
В то же время элита мормонов успешно интегрировалась в американскую элиту, так что в прихожан церкви Смита — Янга, как и в черных, пальцем теперь не тыкают. Оказалось, что у них для этого хорошая база — даже лучше, чем у итальянцев, ирландцев и евреев: огромные многодетные семьи, где отец-патриарх играет роль священника, рука руку моет, а чужим внешне рады, но чужие сами почувствуют себя неуютно.
Как следствие — у мормонов всем кланам кланы, только Рокфеллеры, Кеннеди и Буши не смотрятся на их фоне бледно. Например, у сенатора Ли, который хочет выйти из НАТО, трое кузенов были сенаторами, брат — судьей Верховного суда Юты, а отец — представителем президента Рейгана в Верховном суде США (том самом, который теоретически может вывести из НАТО). Но это далеко не самая влиятельная семья, а наиболее влиятельной, эдакими королями мормонов считают Ромни, из которых в России известен Митт — единственный мормон, которому доверили баллотироваться в президенты от одной из ведущих партий (потому что Барак Обама шел тогда на второй срок и ему бы проиграл любой республиканец).
Митт Ромни, помимо прочего, — видный священник, из-за чего его взгляд на внешнюю политику воспринимался как мормонский стандарт: атлантизм, русофобия, поддержка Израиля, Украины и интервенций по всему миру. Но его брат-мормон Ли удивительным образом — тот самый уникальный сенатор, который хочет вывести США из НАТО.
А еще он самый консервативный сенатор (что нормально для мормона, но для либерала означает, что Ли — фашист). Но не такой сенатор, который во всем поддакивает Трампу, наоборот, нередко голосует вразрез с его указаниями, сохраняя при этом хорошие отношения. То есть ссориться с мормонами не хочет даже Трамп — и это притом что он и Ромни ненавидят друг друга.
В конечном счете Ли как-то неорганичен в роли единственного противника НАТО в сенате. Органичны были бы Рэнд Пол и Берни Сандерс, а Ли лучше подходит роль того, кто намеренно дискредитирует эту идею. Сейчас у мормонов новый период плохой популярности — из-за первой волны атеизма, третьей волны феминизма и сериалов про историю США (в том числе Юты). И как же удобно вышло, что за разрыв с Североатлантическим альянсом от имени конгресса агитирует представитель мормонов, чье облако тегов включает сексизм, мракобесие, сектантство, сепаратизм, убийства невинных, тайные общества и государственную измену, а также чисто киношное злодейство.
Если против масонов только мормоны, правила игры начинают проясняться. Будь жив Джеффри Эпштейн, он бы тоже начал агитировать за выход США из НАТО.
Оценили 11 человек
14 кармы