Женщина с утра...

Наших женщин с утра лучше не трогать.

А дети? Милые дети, с которыми накануне она так весело играла в кукольный театр за старым пледом? Нет, теперь это враги.

Хуже мужа, хотя куда хуже? Они, гадёныши, не могут ботинки зашнуровать.
А уже 15 минут до первого звонка! "Маааам, я не могуууу..."
Она яростно хватает их за шиворот и выносит во двор. Шнурки болтаются, дети пищат.
"Заткнитесь!" – кричит она так жутко, что вороны падают замертво с чёрных клёнов.

Утром по нашим улицам свирепые женщины тянут рыдающих детей, как в газовую камеру. Кошмарны по утрам наши женщины, граждане. Не попадайтесь им на пути.

Мужчины? О, наших мужчин лучше тоже с утра не видеть.

Это не люди, это дребезжащие монстры. Сдать бы в утиль, раздавить прессом, но они же юркие, гады.

Их с утра не радует всё мироздание. Солнце в пятнах, страна погибает, "Спартак" проиграл, у власти ворюги, машина ржавеет, от соседей несёт тухлой рыбой.

Но это полбеды. На кухне шуршит ненавистная тётка – жена.

Она вчера притворилась уставшей, не помыла посуду. "Из-за таких как ты и страна погибает!" – произносит муж обвинение.

Он видит проблему глобально, во всём охвате – от раковины до Курильских островов. Всему виною жена и посуда.

Дальше ход нашей пьесы известен. Везде примерно одно и то же.

Жена ведь тоже готовилась. Чистила зубы и думала: "Пусть этот гад только что-то мне вякнет!"

А он вякает. Он, гад, таки вякает про немытую посуду. И начинается последняя битва. Наш кухонный Сталинград. Ни шагу назад.

Умрем, не сдадимся.

Потом оглянулись – руины. Ничего нет – ни любви, ни семьи, ни посуды.

Мы в России рекордсмены по числу разводов.

Думаю, если бы все писали правду – каждое второе заявление указывало бы причину: "Мы не пережили еще одно утро".
Нет, с утра супругам нельзя видеться. Детям лучше прятаться от родителей. Все в укрытие!
Думаю, у нас это издревле. С утра нам всем хреново...