Листая старую газету

Известия спорта, февраль 1923 г.

Г. А. Пагава.

О поездке за границу наши спортсмены мечтали еще с прошлой зимы. В июле Московским обществом мотористов и велосипедистов было получено на шесть человек, в том числе и на меня, разрешение Всевобуча и заграничные паспорта, но германское посольство не дало виз, и только позднее, 7 сентября, благодаря совпавшей служебной командировке, я выехал в Берлин.

Нашим русским мотористам, принужденным ездить на старых расхлябанных машинах, заграница мыслилась заветным краем, где имеется возможность приобрести новейшей конструкции машины, узнать последние технические достижения и познакомиться с целым рядом новых приспособлений. Не мудрено поэтому, что я ехал в Германию, преисполненный самых светлых надежд.

В Германии меня поразила разнообразность конструкций мотоциклов и обилие различных марок, но самые машины оставляли желать много лучшего, так как, приспособленные для великолепных немецких дорог, они для наших условий не подходят, и далеко на них не уедешь. В силу этого я принужден был купить испытанный американский «Харлей-Давидсон», на котором в дальнейшем и разъезжал по Берлину и его пригородам.

При знакомстве с берлинской спортивной жизнью мне особенно резко бросилось в глаза различие между пролетарскими и буржуазными спортивными обществами, причем первых в Берлине насчитывается гораздо более.

На состязаниях рабочих клубов поражает обилие среди участников пожилых людей, стариков и, в особенности, женщин. Надо отметить, что все члены пролетарских спортивных организаций в Германии носят на костюмах красноармейскую звезду с серпом и молотом.

Мое появление среди участников состязания возбудило немало интереса с их стороны. Меня обступали и буквально засыпали вопросами, расспрашивая о жизни и достижениях русских товарищей, так что мой спутник, т. Лиске, едва успевал переводить наш разговор.

Во время велосипедных состязаний на лейпцигском стадионе я обратил особое внимание на моторы, специально приспособленные для лидирования гонщиков и у нас в России до сих пор не применяющиеся. Кроме этого меня поразили и сами гонщики. В то время как в России мы привыкли видеть сухих, с рельефной мускулатурой велосипедистов, в Германии почти все гонщики имеют вид борцов тяжелого веса, с громадными тучными фигурами.

Не удивительно, что все гонки у них складываются на силу и нет той техники, той легкости и подвижности на машинах, каковыми блещут русские спортсмены. Там даже сидеть на колесе не могут и держатся один от другого больше, чем на половину машины. Зато колоссально развит авто-спорт, чему способствуют специально для этой цели приспособленные великолепные авто-шоссе (Auto-strasse).

Во время разъездов по Берлину я настолько успел ознакомиться со своей машиной, что надеялся на ней сделать пробег Берлин Москва, но так как получить разрешение на проезд через польский коридор не удалось, то мне пришлось изменить маршрут и часть пути проехать морем. Из Берлина в Штетин я проехал на машине вполне благополучно, покрыв 200 километров в 41/2 часа и встречая самое товарищеское содействие от попадавшихся по пути велосипедистов и мотористов. Великолепные дороги, обсаженные на всем протяжении фруктовыми деревьями, живописная местность, хорошая машина - все это на долго останется в памяти.

Погрузившись в Штетине на пароход «Шлезиен», я морем проехал в Петроград и, выполнив все таможенные формальности, выехал около 3 часов дня в Москву, имея запас горючего до Твери и полный набор инструментов. Первые же версты, пройденные в русских условиях, заставили меня вспомнить о прекрасном состоянии германских дорог...