Когда в ночь на 28 февраля американские ракеты обрушились на Тегеран, а мир облетела новость о гибели аятоллы Хаменеи, многие задались вопросом: почему Дональд Трамп, обещавший завершать войны, а не начинать новые, ввязался в полномасштабную операцию против Ирана? Ответ, как водится, лежит не в плоскости геополитики, а в области компромата и теневых связей, которые преследуют президента США уже не первый год.
Хорошо подготовленный экспромт
То, что мы наблюдаем сегодня вокруг Ирана, – сложнейшая многоходовка, в которой переплелись интересы Израиля, США, Китая и Европы. При этом публично декларируемые цели кардинально расходятся с реальными мотивами участников.
Есть все основания полагать, что нападение на Иран готовилось едва ли не с самого возвращения Трампа в Овальный кабинет. Сама логика событий подсказывает: так быстро развернуть авианосные группы и стянуть силы к берегам Ирана невозможно без многомесячной подготовки. Первая 12-дневная война летом 2025-го была лишь репетицией. Попытки раскачать Иран через протесты – часть того же сценария. А переговоры, которые вели спецпосланник Стив Уиткофф и зять президента Джаред Кушнер, оказались лишь дымовой завесой.
Сам Уиткофф проговорился в интервью Fox News: уже после второго раунда переговоров (а это было 17 февраля) стало понятно: сделки не будет. Иранцы, по его словам, открыто хвастались 460 кг урана, обогащенного до 60%, и давали понять, что могут создать ядерное оружие за считаные дни. Но вопрос: зачем тогда американцы ещё полторы недели тянули резину, снова встречались, говорили о надеждах и разочарованиях? Ответ прост: выигрывали время для финальной военной раскладки. Но первую скрипку здесь сыграли отнюдь не американцы.
По мнению военно-политического обозревателя Михаила Онуфриенко, наблюдается очень тесная взаимосвязь не только США и Израиля, но и лично Трампа и влиятельных кругов Израиля:
Например, посольство США в Иерусалиме открывалось при первой каденции Трампа. То есть так или иначе, безотносительно там какой-то конспирологии, уже по факту мы видим, что, да, помимо совершенно понятных и объяснимых взаимоотношений, связанных с военной сферой, с обеспечением безопасности Израиля, есть множество связей, которые обязательными не являются, как открытие того же самого посольства и признание Иерусалима частью Израиля. То есть это свидетельствует о значительно более тесных связях, которые можно считать минимально необходимыми для рамок международных или даже дружеских взаимоотношений,
– убеждён эксперт.
Обоснование ударов по Ирану сейчас, как и всегда, одно и то же: персы находятся в одном шаге, или в нескольких днях, неделях или месяцах, от получения ядерной бомбы. Заведующий кафедрой политического анализа и социально-психологических процессов РЭУ им. Плеханова полковник в отставке Андрей Кошкин убеждён, что дипломатия – лишь прикрывала подготовку к атаке.
Уже даже предполагали, что переговоры завершат конфликт между Ираном, Израилем и Штатами. Представители Саудовской Аравии высказывались в том смысле, что есть продвижение, результат. Но на самом деле оказалось, что эта классическая дипломатия была просто прикрытием коварных планов, которые вынашивал как Израиль, так и американцы. И вскоре уже весь мир убедился, что эти дипломатические переговоры просто-напросто оказались ширмой для войны. Такого обмана мировое сообщество не терпит, но на сегодняшний день по-другому квалифицировать нельзя,
– считает собеседник Царьграда.
Израильский след и компромат Эпштейна
Настоящая причина решимости Трампа кроется не только в иранском уране. Не исключено, что она находится в архивах покойного финансиста Джеффри Эпштейна, которые Минюст США рассекретил в конце января.
В документах фигурируют поистине сенсационные показания анонимного свидетеля ФБР. Он прямо утверждает: Трамп был "скомпрометирован Израилем", а его зять Джаред Кушнер является "настоящим мозгом его организации и президентства" и работает на израильскую разведку "Моссад". Свидетель даже назвал механизм вербовки: якобы Кушнеры были завербованы ещё в Гарварде профессором Аланом Дершовицем.
Трамп, который всегда козырял своим патриотизмом, вдруг так рьяно защищает интересы Израиля, пренебрегая национальными интересами США. Это вызывает негодование даже его товарищей по республиканской партии. Например, видный конгрессмен-республиканец Марджори Тейлор Грин ещё в октябре прошлого года вступила в перепалку с сенатором Тедом Крузом, намекая на "иностранные правительства" и "влиятельных людей", готовых убирать неугодных, чтобы скрыть правду о деле Эпштейна. А в интервью Такеру Карлсону Грин прямо заявила, что "пропагандистская машина", продвигающая безусловную поддержку Израиля, разрушается.
Руководитель аналитического отдела Международного евразийского движения Владимир Киреев полагает, что Израиль влияет на процессы в США и Европе гораздо сильнее, чем принято считать, создав систему контроля над Америкой через различные фонды, СМИ и культуру:
Фактически они управляют образованием, где вкладывают в головы будущей политической элиты, что Израиль является абсолютным партнёром для Соединённых Штатов. Кроме того, они контролируют США через лоббистскую систему. Через военно-промышленный комплекс, а Израиль тесно связан с американским ПК, подкупаются ключевые политики. И тот политик, который отклоняется от линии поддержки израильтян, демонизируется и выбрасывается из информационного пространства.
Не ради идеи, а ради денег?
Принято считать, что Израиль стремится уничтожить Иран из-за его радикальной антиизраильской риторики или угрозы ядерного оружия. Однако реальность сложнее и прагматичнее. Иран для Израиля – геополитический соперник, оспаривающий лидерство в регионе. Но борьба идёт не только за политическое влияние.
На карту поставлено нечто большее – финансовое доминирование на Ближнем Востоке. Страны Персидского залива – ОАЭ, Саудовская Аравия, Кувейт, Катар превратились в глобальный магнит для капитала. Сегодня этот регион стал привлекательнейшим хабом для крупных состояний. Через него прокачиваются огромные денежные потоки, включая те, что стремятся укрыться от западной фискальной системы. Здесь оседают как "серые" капиталы, так и состояния людей, предпочитающих избегать юрисдикций крупных западных государств.
Эти монархии Залива представляют собой прямую коммерческую угрозу для Израиля. Если Иран – соперник геополитический, то они – конкуренты экономические и финансовые. Дестабилизация Ирана неизбежно приведёт к дестабилизации всего Ближнего Востока. В образовавшемся хаосе Израиль намерен остаться единственным дееспособным субъектом – с сильнейшей армией и наиболее привлекательной финансово-промышленной системой. Именно туда, по замыслу израильских стратегов, и должны устремиться капиталы, покидающие неспокойный регион.
Для реализации этого сценария Израилю необходим мощный союзник, и он взял в заложники Штаты. Рычаги давления настолько сильны, что Вашингтон вынужден действовать в интересах Тель-Авива, даже в ущерб собственным стратегическим расчётам. Вслед за Америкой по инерции подчинения двинулась и Европа, хотя значительная часть европейских элит настроена против израильской политики. Но выработанный десятилетиями инстинкт следования за США оказался сильнее здравого смысла,
– говорит политолог Владимир Киреев.
Рикошетом по Европе?
Смерть аятоллы Хаменеи вызвала взрыв ярости во всём мусульманском мире. В Стамбуле сжигают портреты Трампа, в индийском Кашмире шииты выходят на марши, в Лондоне и Нью-Йорке протестуют против войны. Аятолла Ширази уже объявил США и Израилю джихад, назвав отмщение "религиозным долгом всех мусульман мира".
Да, сам Иран – как государство – вряд ли будет организовывать теракты. Но угроза исходит больше от "одиночек" и радикальных группировок, которые не преминут воспользоваться моментом. Первый звонок уже прозвучал. 1 марта в Остине (Техас) выходец из Сенегала открыл стрельбу по посетителям бара. В его машине нашли религиозную литературу и майку с иранским флагом.
Публицист Михаил Онуфриенко считает, что число таких случаев будет только расти:
Это возможно и на территории Европы, поддержавшей США и Израиль. Попытки их проведения будут реализованы. Сторонники Ирана, как и сторонники Палестины, в том числе радикальные, есть по всему миру. И любые обострения отношений, тем более бомбардировки и убийства духовного лидера Хаменеи и детей в школе, умножают количество выступлений радикалов и кратно повышают риск террористических актов.
Кстати, вот вам ещё одно подтверждение – как версия – того, что Дональд Трамп под маской миротворца и политика, стремящегося навести порядок в собственной стране, готовился к атаке на Иран заранее. Вспомните – одним из первых его действий было ужесточение пограничного режима с Мексикой, из которой в подавляющем большинстве своём и попадали в США нелегалы, в том числе радикально настроенные. А теперь этого нет. И вот это давление на Мехико по поводу наркокартелей – возможно, тоже часть той же самой игры. Добавьте к этому массовую депортацию незаконных мигрантов из США (благое дело, к слову, в принципе-то) и запрет ещё с прошлого года на въезд гражданам из 12 стран. А теперь посмотрите, каких:
То есть прорехи в своей стране он заткнул, угрозы минимизировал. А вот Европа, как всегда, остаётся с открытыми воротами. Поток беженцев с Ближнего Востока хлынет именно туда, усиливая и без того радикальные анклавы. И руководство европейских стран, поддержавших иранскую авантюру, автоматически стало мишенью для ненависти. Уже осевшие в Европе радикалы могут начать атаковать всех и каждого в любой момент. Это не будет иранский заказ – это будет спонтанная реакция оскорблённой уммы.
Что с того?
США и Израиль затягивают удавку на горле всего мира. Трамп, зажатый компроматом из "файлов Эпштейна" и вынужденный играть по правилам Тель-Авива, втянул страну в войну, из которой нет лёгкого выхода.
Для Соединённых Штатов складывающаяся ситуация чревата тяжелейшим внутриполитическим кризисом. Трамп угодил в ловушку, и это очевидно как его соратникам по Республиканской партии, так и противникам-демократам.
Ему придётся либо признать поражение (что приведет к краху и его, и партии на следующих выборах), либо пойти на узурпацию власти – отказ от избирательной системы и силовой захват. Второй сценарий означает высокую вероятность гражданской войны: американцы терпят власть президентов, но не готовы терпеть власть короля.
Европа, наблюдая за происходящим, форсирует милитаризацию и пытается превратиться в самостоятельный центр силы. Однако амбиции разбиваются об отсутствие ресурсной базы, прежде всего энергетической. Сможет ли она реализовать свои планы в условиях экономического шока от ближневосточного кризиса – большой вопрос. А уровень террористической опасности в Старом Свете будет только расти.
Оценили 12 человек
17 кармы