Противник наступает на юг и занял Торское под Красным Лиманом, наши срочно готовят оборону Кременной

Столыпинский вагон на пути Витте

21 984

Наши объевшиеся нефтяной халявой господа, привыкшие, что могут все купить и всех под собой согнуть в дугу, все более желают гнуть в угодную для них дугу и нашу историю. И шустрые придворные историки им подают на блюде лакомую ахинею – вроде того что Ленин по-настоящему работал всего полтора года в юности и имел в голове «зеленую жижу». А царская Россия уже была в паре шагов от мирового лидерства – да окаянные масоны, заславшие в их пломбированном вагоне этого же Ленина, сломали всю обедню...

В подобном духе сейчас лепится очередная историческая туфта – будто премьер Николая II Столыпин был неким светочем России, за что ему уже поставлен памятник в Москве. Но что полезного сделал этот фанатический приспешник нашего последнего, дотла продувшего империю царя? Ничего ровно! Разве выдал несколько звучных фраз: «Вам нужны великие потрясения, а нам великая Россия! Дайте мне двадцать лет покоя, и вы не узнаете нынешней России!..» Вот его современник Витте, чье имя сейчас предано забвению, впрямь был творцом дел циклопических – за что, знать, и попал в нынешний загон!

И я хочу напомнить самое хрестоматийное об этом чудо-деятеле, которому мы обязаны по сути сохранением нашей страны. Так как не проложи он транссибирскую железную дорогу в самом конце 19 века, при всех дальнейших смутах и при том, что от Москвы до края Сибири ехать «конем» было месяцы, ее оттяпали б у нас сто раз. Еще он спас Россию от дефолта своей финансовой и водочной реформами, а после нашего поражения в войне с Японией в 1905-м изумил дипломатов всего мира: «Витте так подписал договор с Японией, как будто не она победила, а Россия!»

Но как ему все это удавалось – и почему он снискал за это не благодарность, а ненависть царя, сказавшего после его кончины в 1915 году: «Смерть Витте стала для меня глубоким облегчением»?

.

Сергей Юльевич Витте, потомок балтийских немцев, родился в 1849 году, получил отличное образование, с которым при его талантах мог на тогдашней госслужбе сделать сразу самую успешную карьеру. Но начав ее в канцелярии одесского губернатора, вдруг резко свильнул с уже лежавшей перед ним верной тропы, перейдя в 21 год в управление Одесской железной дороги. Там торговал билетами в вокзальных кассах, служил ревизором и чиновником по грузовым и пассажирским перевозкам. Познал насквозь не только это дело, но и всю подноготную низового чиновничества, сказавшего устами Гоголя: «Ты полюби нас черненькими, беленькими нас всякий полюбит!»

В 26 лет он попал под суд за катастрофу на его дистанции – но был уже до того ценным кадром, что ему назначают неслыханный режим. Ночует он в остроге, а днем ударно трудится на перевозке войск на Балканы, где шла русско-турецкая война; при этом еще пишет специальные трактаты и устав русских железных дорог. Все это выносит молодого арестанта в Петербург, где он взлетает по службе и издает книгу, ставшую классикой в тогдашнем железнодорожном деле.

Затем с упоением работает в частных компаниях, служа бурному росту наших железных дорог в 80-е годы 19-го века. Жалование его достигает огромных в то время 50 тыс. руб. в год, а авторитет взмывает до того, что сам Александр III просит его вернуться на госслужбу. Знакомство их заходит со скандала: Витте на глазах царя распекает его адъютанта за неверное устройство царского поезда. Царь и шокирован, и восхищен одержимым железнодорожником. И делает ему предложение, от которого тот вполне мог отказаться: стать начальником департамента в министерстве путей сообщения с окладом в 16 тыс. руб. в год, максимально возможным, и так вдвое больше номинала.

Но Витте соглашается – из самых патриотических, как будет видно дальше, побуждений. В 1892 Александр III назначает его министром путей сообщения, а через год министром финансов (главный тогда пост) – и тут Витте совершает свой первый подвиг: строительство Транссиба. При вечных российских воровстве и разгильдяйстве казалось, что эта поныне самая длинная в мире дорога в 9 тыс. км. построится не раньше, чем через сто лет. Сегодня, даже при всей нашей супертехнике и сквозной связи, такая стройка, очевидно, вовсе невозможна. Но Витте, знаток «черненьких» душ подрядчиков, сумел их так взнуздать, что тем же «конем» закончил эту дорогу в 10 лет! И кто сейчас, через столетие с лишним после ее ввода, по ней ездит, может любоваться сработанными там под его нажимом на века станционными строениями.

Сперва эта дорога должна была огибать Китай по сложному рельефу, но Витте для скорости решил спрямить ее, что требовало согласия тугих китайских мандаринов. И рискуя каторгой при неудаче, смог так ловко занести им взятки, что они выдали коридор под русскую дорогу. Сумма на это дело была, по слухам, аж 500 тыс. руб., но экономия в итоге вышла куда больше; Транссиб проходил через Китай до 1952 года, а часть поездов ходит там и поныне.

.

О денежной реформе Витте было много споров: де он спас российскую валюту ценой непомерного допуска к нам иностранных капиталов. Но его водочная реформа, установившая казенную монополию на водку и удвоившая бюджет страны, бесспорна. Творец по сути, он не просто извел стихийных винокуров, но взамен в начале 20 века возвел по всей России 150 «винных замков», дававших качественный алкоголь и твердый акциз. Со знанием лихой русской души строил эти замки в виде неприступных крепостей, и в Брянске, скажем, такой замок действует поныне, служа еще и чуть не главным архитектурным украшением города.

И вот награда: в 1903 году Николай удаляет Витте с министра финансов. Их встречу при объявлении этой царской милости очевидцы описали как ужасную: у царя лицо дрожит, у Витте тоже, объяснений никаких. Но далеко ходить за ними было не надо. Бездарный царь не вынес светской склоки: «Витте стал у нас царем, ему все рукоплещут, а государь при нем никто».

Витте переживал свою отставку страшно, но при этом, как верный монархист, записал в дневнике всего одну скупую фразу: «Его отец меня ценил, а сын – увы». Тут была и еще подоплека: после смерти первой жены он в 1892 году женился на еврейке, что считалось неприличным для дворянина и вело к изгнанию из высшего общества. Но тогда за него вступился Александр III – чей сын поставил Витте и это щекотливое лыко в строку.

Но следом сама судьба дарит ему случай для реванша. Проигранная Россией война с Японией должна была закончиться подписанием капитуляции в США, которым было выгодно наше ослабление. Потому японский император и избрал этого третейского судью – но кого было послать от нас на это позорище? И при дворе родится озорная мысль: вот пусть еврейкин муж и едет туда, где бушуют эти Зелигманы и Шиффы. Выкрутится – слава русскому царю, нет – затопим вконец выродка.

Витте, великий мастер действовать «через людей», свою миссию начал с обработки общественного мнения. Для подписания договора был избран городок Портсмут, куда японская и русская делегации прибыли одним поездом; а в Америке – промышленный и железнодорожный бум, машинист паровоза – герой дня. И вот японский министр иностранных дел Комура с надутым видом победителя с перрона молча мчит в отель. А Витте, помахивая шляпой журналистам, идет пожать руку машинисту – и все газеты на другой день с восторгом пишут: «Мистер Витте бросился целовать машиниста, так как свою карьеру начинал паровозным кочегаром».

Тогда обидчивый японец вовсе заперся от прессы, а Витте, поселившись во второразрядной гостинице, держит свои двери настежь, раздает автографы всем желающим. Затем задает прием еврейским магнатам Штраусу, Зелигману, Давидсону и Шиффу, владевшим всей прессой США. И те за такой чувствительный для них шаг полпреда русского царя, еще признавшегося в страстной любви к жене-еврейке, меняют в их газетах всю трактовку русско-японской войны. Если до приезда Витте они писали, что прогрессивные японцы одолели дикого сибирского медведя, то теперь даже карикатуры там изображают доброго русского мишку под злой саблей самураев.

.

И после такой артподготовки Витте садится за стол переговоров во главе с президентом США Теодором Рузвельтом. Японцы злятся: им же обещали, что русских здесь сомнут и они примут все пункты договора – а все идет наоборот. Рузвельт, боясь симпатизирующих Витте избирателей, а еще пуще еврейского лобби, выступает с вялой речью в духе «миру – мир». А Витте в духе вольной Америки идет напролом: «США – свободная страна, но почему я не вижу здесь журналистов? Почему они томятся за дверьми?» Рузвельту не остается ничего, как приказать впустить их – что вконец ломает всю японскую игру.

В открытой полемике, чуждой японским дипломатам, Витте язвительно доказывает, что японцами в войне двигала жажда наживы, а не прогресса. И добивается крупных уступок: Япония получает не весь, как хотела, Сахалин, а лишь его южную часть, обязуется не строить там военных баз – и никаких при этом контрибуций: «Их платят побежденные, а вы не победили Россию, только ее укусили!» И еще добавляет: «Но за питание и лечение наших пленных мы готовы платить сполна». Последнее опять приводит в восторг всю прессу, чуть не рыдающую о «великих русских гуманистах», пострадавших от злых японских карликов.

После подписания Портсмутского договора в Токио пошли пожары и погромы, Комуру грозили убить как предателя. Витте же вернулся домой с таким триумфом, что царь жалует его графским титулом и постом премьер-министра – правда, тогда чисто номинальным.

Он вообще был личностью на диво, умея как никто управлять движением поездов, капиталов, строек – чтобы на какой-то дальней станции построили все так, что по сей день стоит. И честолюбец, и игрок: по тем же слухам, дал большую взятку, чтобы его затвердили переговорщиком в США – до того хотел выиграть проигранную царем игру. Не чинился заходить в самые трущобы, общаться со всякими ростовщиками и жуликами, если того требовало дело…

Но главная его суть – в самом эффективном служении России, получившей от него великое наследство. Он совершил самую большую за всю нашу историю стройку – Транссиб. Затяни он ее хоть на пять лет, после 1905 года она бы уже не имела шансов. Его договор с Японией с запретом строить базы на Сахалине позволил нам в 1945 году вернуть без лишней крови весь этот остров. Восхищенный им Рузвельт сказал: «В Америке вы были б ее президентом!»

И та любовь к России, которую там посеял Витте, вместе с посеянной им ненавистью японцев к Штатам сослужили нам самую великую службу уже много позже. Злопамятные японцы, союзники Гитлера, в 1941-м разбомбили базу США Перл Харбор, что резко отвернуло Штаты от враждебной нам коалиции, повернув к союзу с нами во Второй мировой. А будь Штаты с Японией – или хотя бы не в войне с ней, дав ей открыть дальневосточный фронт, еще неизвестно, чем обернулась бы для нас эта война.

.

Однако ненависть царского двора к сказочно удачливой и чуждой ему фигуре Витте в 1906 году достигла пика; за то, что это он де сдал Японии пол-Сахалина, ему дают презрительную кличку Граф Полусахалинский. Но он, не глядя на все это, хватается за новую задачу: решить коренной для России аграрный вопрос. Готовит это решение столь же основательно, как проекты Транссиба и водочной монополии – но двор, ужаленный бунтом 1905 года, боится его больше, чем народной смуты. Ведь если он, уже произведенный в США в президенты, вдруг и из этой смуты выведет Россию, кому нужен будет царский трон?

И униженный его прошлыми успехами царь, дабы не страдать от будущих, в 1906 году опять без объяснения причин дает ему полную отставку. А на его место ставит куда более приятного себе Столыпина.

.

Петр Аркадьевич Столыпин родился в 1862 году в очень знатной семье, в гимназии выделялся «рассудительностью и характером», сделал головокружительную «паркетную» карьеру. Служа в министерстве земледелия, за два года, к 26-и годам, с коллежского секретаря подпрыгнул до камер-юнкера, то есть через 5 ступеней табели о рангах, «из лейтенанта в генерал-лейтенанты»!

Затем он служит в министерстве внутренних дел, гродненским и саратовским губернатором, ведет кипучую деятельность по внедрению новых аграрных методов, наведению порядка в судах и т.д. Но главное – по подавлению беспорядков, каким-то образом всегда сопутствовавших наведению его порядка, что приносит ему самую большую славу. Цвет тогдашнего паркета восхищен: «При наведении порядка Столыпин проявлял редкое мужество. Без охраны входил в центр бушевавших толп, это так действовало, что страсти сами собой утихали…» За подавление бунтов в Саратовской губернии, до Столыпина самой зажиточной в России, Николай II дважды выразил ему личную благодарность. И в 1906-м ставит его министром внутренних дел и одновременно премьер-министром.

И тут так и напрашивается параллель с его антиподом Витте, бурно строившим все то время, когда Столыпин мужественно подавлял. Классические кнут и пряник, способные в толковой руке крепить державу – но наш последний царь был вовсе безруким в этом плане. Его душевно волновали жена, с которой он вел переписку на манер Манилова, дети, болезнь наследника. Он был готов сиять, но не трудится на его троне – почему трудливец Витте был ему глубоко чужд и уязвителен: рядом с ним он чувствовал себя неким архитектурным излишеством. Зато рядом со Столыпиным, красноречивым и бесплодным, готовым положить жизнь за царя – действительно царем!

И став при царе, ушедшим под подол своей жены, фактическим хозяином России, Столыпин явно прыгнул выше своей планки – решив одним кнутом навести то, что так не наводится никак. Аграрную реформу его имени, украденную им у Витте, было не провести без учета всех деталей, не через людей, с которыми так ловко ладил его антипод. В итоге она породила больше всяческой бунтовщины, с обиды на что этот реформатор ввел военно-полевые суды, те самые «тройки», изобретение которых потом приписали Сталину. Вошел в уже необратимый клинч со страной, в чем ему подло подыграл сам царь в надежде, что все казни спишутся на его премьера – но все это в конечном счете и привело к краху царскую Россию.

С 1906 по 1911 годы по приговорам столыпинских судов казнили до 6 тысяч человек, по иным данным – в год; на каторгу ссылали десятки тысяч. Для ранее поднятой Витте на промышленный восход страны – цифры запредельные. Тупо закручивая репрессивную гайку, Столыпин вызвал такой ответный терроризм, что покушения на него и других сановников повалили валом. И в 1911 году его расстреляли в Киеве, в театре, на глазах Николая, последними его словами были: «Счастлив умереть за царя». Но его не оплакала тогда в России ни одна душа – за что же ему теперь вышел памятник? За пролитую им даром кровь, за «столыпинский вагон», ставший символом пути на каторгу?

Хоть он на заседаниях Госдумы и говорил с пафосом о «черной работе для отечества», сам был типичным белоручкой, что слышно уже в этом его барчуковском: «Дайте нам 20 лет покоя!» А как не дали, пошел, надув свою губу, стегать страну своим кнутом. Что никогда б не сделал Витте, тоже резкий на словах, но все выходы из положений находивший в запускаемых им мастерски делах.

Но почему сегодня у нас в фаворе Столыпин, а не Витте? Бесплодность, возведенная в некий высший государственный состав – вот что роднит наших бонз с Николаем и Столыпиным и разродняет с Витте и подобными ему строителями. Николаю, прозванному кровавым несмотря на все его желание отмазаться от незабвенных «столыпинских галстуков», то бишь казни через повешение, уже поставлен храм в Екатеринбурге. Столыпину, бывшему ничуть не мягче Сталина, но, в отличие от того, не сковавшему нам ни гвоздя – памятник в Москве…

Давайте лучше сложимся на памятник Витте – творцу, умевшему, словами Маяковского, «загибать такое, что другой на свете не умел». Да, он и нас сегодня уязвляет и позорит своими уже недоступными нам делами. Преодолеем же этот заслуженный позор – дабы не повторить судьбу царской России при тех столыпинских, оставшихся ее последним средством галстуках!

Лиииииииииииииимаааааааааааааааан!

У меня были очень хорошие учителя по философии (возможно даже лучшие из живущих). И они учили меня, что важнейшим умением человека, определяющим в том числе и его выживание, благосостояние и место в и...

Мощный ответ НАТО

Посмотрел только что выступление Столтенберга. Жалкое зрелище. Нервничает, врёт, глазки бегают, заикается, одно и то же по пять раз повторяет. Несколько раз повторил "Если Россия прекрат...

Изменение правил игры на Украине и вероятность крупного конфликта
  • pretty
  • Вчера 07:38
  • В топе

Автор:  OLD VETERANЛюбое политическое решение – каким бы теоретическим оно ни было на данный момент – будет рано или поздно включать в себя встречу Москвы с коллективным Западом. При этом Ки...

Обсудить
  • Чем так привлекает деятельность Витте нынешних российских либералов вроде Рослякова? Тем, что он обеспечил свободу трансграничного перемещения капиталов, в результате чего в Россию хлынули иностранные инвестиции. Ввозили рубль, а вывозили десять. Вскоре ппрактически вся банковская система, большинство промышленных предприятий России оказались в руках у иностранцев. И железные дороги строились не для обеспечения процветания страны, а для её разграбления, обеспечивая наибольшие возможности для вывоза природных ресурсов , о чём достаточно подробно написал ещё в 1904г Нечволодов в своей известной книге "От разорения и нищеты к процветанию и достатку". И при подписании договора с Японией, истощившей к тому времени свои силы и не способной к дальнейшему продолжению войны, Витте сдал всё, что только можно. Почему бы Рослякову не процитировать то, что писали об этом в России? А про Столыпина всё правильно написано, вот только игра на противопоставлении этих личностей - явная манипуляция.
    • dmtn
    • 23 сентября 10:46
    росляков такой же псевдоисторик, как и понасенков
  • какая -никакая а элита на сравнить с последующими гопниками из подворотен типа бандита Сталина и прочих красных выродков
  • вроде того что Ленин по-настоящему работал всего полтора года в юности и имел в голове «зеленую жижу». А царская Россия уже была в паре шагов от мирового лидерства – да окаянные масоны, заславшие в их пломбированном вагоне этого же Ленина 1.На счет зеленой жижи не знаю, но Ленин брат бомбиста повешенного на основании приговора суда. 2. Ленин ненавидел русских, по этому в первом правительстве были в основном жиды, ну еще и грузин случайно оказался. 3. Ленин отдал всю территорию Новоросии которую русской кровью завоевывали Петр-1, Екатерина-2, Суворов, Ушаков. Отдал поганым хохлам! С русскими людьми отдал! Насильственную украинизацию устроил. 4. Ленин призывал истреблять помещиков и буржуазию, зачем не понятно. Изъять собственность можно было путем прогрессивного налогооблажения и без крови. 5. А что он писал про руских? Шовинисты да?
  • Витте является демонической фигурой для истории России. У нас загибают пальцы, говоря о том, кто внес свой вклад в подготовку 1917 года – называют Ленина, Троцкого, еще кого-то, а я бы поставил на первое место именно Витте. За 20 лет 1917 года произошло другое событие, которое, к сожалению, даже не все профессиональные историки помнят: в 1897 году была совершена т.н. денежная реформа, результатом которой явилось появление золотого рубля, иначе, выражаясь современным термином, полностью конвертируемой валюты. Эта идея продвигалась, прежде всего, мировой финансовой олигархией, которой необходимо было иметь гарантии того, что они смогут выкачивать из России ресурсы, получая инвестиционные доходы, ренту в виде золотых рублей. С одной стороны, это гарантии для иностранных инвесторов, а, с другой стороны, это – золотая удавка на шею не только России, но и других государств. Это т.н. золотой стандарт.