Разборъ трехъ статей, помѣщенныхъ въ запискахъ Наполеона. Денисомъ Давыдовымъ.

0 160


Отрывок из книги героя войны 1812 года,  в которых он описывает два случая, когда у русских регулярных частей и партизан  была реальная возможность взять в плен Наполеона Бонапарта.  

Въ 29-мъ бюллетенѣ отъ 21 Ноября/3 Декабря сказано: "Непріятель, видѣвшій на дорогѣ слѣды ужаснаго злополучія поражающаго Французскую армію, старался онымъ воспользоваться. Онъ окружалъ всѣ колонны козаками, которые отхватывали, какъ Аравитяне въ пустыняхъ, отставшія фуры и повозки" {L'ennemi qui voyoit sur le chemin les traces de cette affreuse calamité qui frappoit l'armée franèaise, chercha à en profiter. Il enveloppoit toutes les colonnes par les Cosaques qui enlevoient comme les Arabes dans les déserts les trains et les voitures qui s'ecartoient. -- 29 me bulletin, 21 Nov./3 Dec. Molodeczno.}.

   Наконецъ -- какъ повѣрить, чтобы легкая конница наша не взяла ни одного 6ольнаго, ни одного бродяги, ни одной эстафеты и что она никогда не находилась въ тылу непріятельской арміи, когда въ теченіи 1812го года кампаніи, самъ Наполеонъ два раза едва не попался въ руки наѣздникамъ нашимъ; a извѣстно, что мѣсто Полководцевъ не въ переди своихъ войскъ, но въ тылу оныхъ.

Вотъ первый случай; не я, -- a неустрашимый и прямодушный Генералъ Раппъ, находившійся тогда y стремя Наполеона, разсказываетъ объ ономъ:

"Наполеонъ кочевалъ въ полумили отъ сего мѣста (отъ Малоярославца). На другой день мы сѣли на коней въ 7 съ половиною часовъ, чтобы осмотрѣть мѣсто, на коемъ наканунѣ сражались; Императоръ находился между Герцогомъ Виценскимъ (Коленкуромъ), Принцомъ Невшательскимъ (Бертье) и мною. Едва успѣли мы оставить шалаши, гдѣ провели ночь, какъ примѣтили тучи козаковъ; они выѣзжали изъ лѣса находившагося впереди насъ, на правой сторонѣ; бывъ порядочно построены, мы приняли ихъ за Французскую кавалерію."

"Герцогъ Виценской первый догадался -- Государь! это козаки.-- Не можетъ быть, отвѣчалъ Наполеонъ -- они уже скакали на насъ съ ужаснымъ крикомъ. Я схватилъ лошадь его за узду и поворотилъ ее самъ собою -- да это наши.-- Это козаки, не медлите. -- Точно они, сказалъ Бертье. -- Безъ малѣйшаго сомнѣнія, прибавилъ Мутонъ. Наполеонъ далъ нѣсколько повелѣній и отъѣхалъ: я двинулся впередъ съ конвойнымъ эскадрономъ; насъ опрокинули. Лошадь моя получила ударъ пикою, въ шесть пальцовъ глубины, и повалилась на меня; мы были затоптаны сими варварами. Къ счастію, они примѣтили артиллерійской паркъ въ нѣкоторомъ разстояніи отъ насъ и бросились на оный. Маршалъ Бесьеръ имѣлъ время прибыть съ конногвардейскими гренадерами."........ {Napoléon bivouaqua à une demi lieue de là (de Malojaroslavetz): le lendemain nous montâmes à cheval à sept heures et demie pour visiter le terrain où l'on avoit combatu; L'Empereur étoit placé entre le Duc de Vicence, le Pce, de Neuchâtel et moi. Nous avions à peine quitté les chaumières où nous avions passé la nuit, que nous aperèûmes une nuée de Cosaques: ils sôrtoiènt d'un bois en avant sur la droite; ils étoient assez bien pelotonés; nous les primes pour de la cavalerie franèaise. Le duc de Vicence fut le premier qui les reconnut. "Sire, ce sont les cosaques." -- "Cela n'est pas possible" repondit Napoléon. Ils fondoient sur nous en criant à tue-tète. Je saisis son cheval par la bride, je le tournai moi-même. -- "Mais ce sont les nôtres"--"Ce sont les cosaques, bâtez vous" -- "Ce sont bien eux" dit Berthier "Sans aucun doute" ajouta Mouton. Napoléon donna quelques ordres et s'éloigna; je m'avanèai à la tête de l'escadron de service; nous fûmes culbutés, mon cheval reèut un coup de lance de six pouces de profondeur; il se renversa sur mpi: nous fûmes foules aux pieds par ces barbares. Ils aperèurent eureusement à quelque dislance un parc d'artillerie; ils y coururent: le Maréchal Bessieres eut le temps d'arriver avec les grenadiers à cheval de la garde. . . . etc. etc. Mémoires du Général lia pp. pag. 226 et 227.}.

О томъ же дѣлѣ сказано въ бюллетенѣ такъ:

"Императоръ перенесъ главную квартиру свою въ деревню Городню. Въ семь часовъ утра, шесть тысячь козаковъ, прокравшіеся въ лѣса, произвели общее ура въ тылъ позиціи и взяли 6 орудій въ паркѣ стоявшіе. Герцогъ Истрійской (Бесьеръ) двинулся въ скачь со всею гвардейскою кавалеріею; онъ осыпалъ сабельными ударами орду сію, опрокинулъ ее, втопталъ въ рѣку, возвратилъ взятую артиллерію и отбилъ нѣсколько фуръ принадлежащихъ непріятелю; 600 козаковъ убито, ранено и взято въ плѣнъ; 30 гвардейцовъ ранено и три убито; подъ дивизіоннымъ Генераломъ Раппомъ убита лошадь. Неустрашимость, столько разъ оказанная генераломъ симъ, является во всѣхъ случаяхъ."................ "Драгунской Маіоръ Леторъ отличился. Въ 8 часовъ все вошло въ порядокъ." {L'Empereur porta son quartier-général lе 24 au village de Gorodnia. A sept heures du matin six mille cosaques qui s'étoient glissés dans les bois firent un houra, g3;néral sur les derrières de la position et enlevèrent six pièces de canon qui etoient parquées. Le Duc d'Istrie se porta au galop avec toute la garde à cheval. Cette horde fut sabrée, ramenée et jetée dans la rivière; on lui prit l'artillerie qu'elle avoit prise et plusieurs voitures qui lui appartenoieat; six cents de ces Cosaques ont été tués, blessés ou pris; trente hommes de la garde ont été blessés, et trois pris. Le Général de division Rapp a eu un cheval tué sous lui: l'intrépidité dont ce général a donné tant de preuves, se montre dans toutes les occasions. . . . etc. Le Major de dragons Letort s'etoit fait remarquer. A huit heures, l'ordre étoit retabli. 15/27 Oct. Vereia. 27 bulletin.}

Это дѣло, называемое во Французской арміи Le houra de l'Empereur (Императорское ура) было произведено Атаманомъ Платовымъ, который 13го передъ разсвѣтомъ переправился съ отрядомъ своимъ чрезъ рѣку Лужу, нѣсколько верстъ выше Малоярославца, съ тѣмъ, чтобы дѣйствовать въ тылъ войскамъ сражавшимся подъ симъ городомъ. Если бы козаки знали, за кого они, такъ сказать, рукою хватались, то конечно не промѣняли бы добычу сію на 11 орудій, которые, не взирая на слова Раппа и 27го бюллетеня, остались въ ихъ власти и никогда не были отбиты обратно Французскою кавалеріею.

Вотъ другой случай:

Партизанъ Сеславинъ занялъ съ боя мѣстечко Забрежъ, въ коемъ взялъ Генерала Доржанса, и Штабъ и Оберъ-Офицеровъ. "23 Октября/4 Ноября Наполеонъ оставя Молодечно, въ 9 часовъ утра перенесъ главную квартиру свою въ Бьеницу. Луазонъ долженъ былъ прибыть въ Ошмяны на другой день; a такъ какъ Сморгони и Молодечно были заняты войсками, то пользуясь безопасностію пути сообщенія, Наполеонъ рѣшился оставить армію и приступилъ въ тайнѣ къ исполненію сего намѣренія. 24 Октября/5 Ноября въ 8 часовъ утра, онъ оставилъ Бьеницу и пріѣхалъ въ Сморгони въ часъ по полудни. Тамъ окончательно приготовясь къ отъѣзду, онъ собралъ Генераловъ: Мюрата, Евгенія, Бертье, Нея, Давуста, Лефебра, Мортье и Весьера, объявилъ имъ, что оставляетъ армію и ѣдетъ въ Парижъ, гдѣ присутствіе его необходимо. Сдалъ начальство Мюрату и въ 7 часовъ вечера отправился въ путь, въ обыкновенной своей каретѣ, за коей ѣхали сани. Онъ взялъ съ собою только Генераловъ Коленкура, Дюрока и Мутона. Первый сидѣлъ съ нимъ въ каретѣ, два послѣдніе въ саняхъ; на козлахъ сидѣли Мамелюкъ и Ротимистръ Польскихъ гвардейскихъ улановъ, который долженъ былъ служить ему за переводчика. Онъ ѣхалъ тайно подъ имянемъ Герцога Виценскаго и полагая, что путь ни кѣмъ не угрожаемъ, взялъ въ прикрытіе одинъ слабый конвой Неаполитанской кавалеріи."

"Луазонъ только что прибылъ въ Ошмяны послѣ полудня и по причинъ жестокой стужи размѣстилъ войско свое по домамъ. Руской Полковникъ Сеславинъ, шедшій такъ же на Ошмяны, но боковыми путями лежащими на лѣвой сторонѣ большой дороги, прибылъ въ сумерки предъ сіе же мѣстечко, съ гусарскимъ полкомъ, козаками и орудіями. Не зная, что мѣстечко занимаемо пѣхотною дивизіею, онъ ворвался въ него съ кавалеріею, но немедленно принужденъ былъ оное оставить. Сдѣлавъ нѣсколько выстрѣловъ изъ орудій, онъ разположился на бивуакахъ въ маломъ разстояніи отъ дороги. Наполеонъ благополучно доѣхалъ до Ошмянъ, но легко однако могъ попасть въ руки Сеславина, что несомнѣнно случилось бы, еслибъ Партизанъ сей зналъ о его проѣздѣ" {L'Empereur quitta Molodeczno le 4 Novembre à neuf heures du matin et transporta son quartier-général à Bénitza. Loison devoit arriver le lendemain à Ozmiana et il y avoit garnison à Smorgoni et à Medniki. La communication ainsi assurée, Napoléon se décida à quitter l'année et commenèa dans le secret les préparatifs de son départ. Le 5 à huit heures du matin il partit pour Smorgoni où il arriva à une heure de l'après midi. Après avoir achevé les préparatifs de son départ, il réunit en conseil les généraux Murât, Eugène, Ber-tliier, Ney, Davoust, Lefebre, Mortier et Bessieres, leur fit connoîlre qu'il quittoit l'armée pour se rendre à Taris où sa personne devenoit nécessaire, remit le commandement à Murât et partit aussitôt après à 7 heures du soir avec Colincourt, Duroc et Mouton. Le premier étoit dans sa voilure, les deux autres dans le trainaux; sur le siège de sa voiture étoit son Mameluck et un capitaine de lanciers polonois de sa garde qui devoit lui servir d'inlevprète. Il voyageoit incognito sous le nom du duc de Vicence et croyant la route libre n'eloit escorté que par un foible detachement de cavalerie Napolitaine. Loison venoit d'arriver dans )'après midi et à cause de la rigeur du froid il avoit reparti ses soldats dans les maisons. Le colonel russe Sesîavin qui se dirigeoit aussi à Ozmiana, mais par des chemins de traverse situés sur la gauche de la roule, arriva à la chute du jour devant cette ville, avec un régiment de hussards, des cosaques et du canon; ignorant qu'elle éloit occupée par une division d'infanterie, il y pénétra brusquement à la tête de la cavalerie, mais il en lut chassé aussitôt et après l'avoir canonnée pendant quelques instans il bivouaqua sur la gauche à peu de distance de la route. Napoléon atteignit heureusement Ozmiana; l'on voit pourtant qu'il auroit pu tomber entre les mains de Sesîavin; c'est ce qui seroit indubitablement arrivé si ce partisan eut oie instruit de son, passage.--Histoire de l'expédition en Russie par M**** (Chambray) Tom. II. pag. 353, 354, 355.}.

Дѣло сіе произошло такъ:

Одинъ часъ предъ въѣздомъ въ Ошмяны Наполеона, Сеславинъ не зналъ и бывъ въ невозможности знать о семъ обстоятельствѣ, но только искавшій непріятеля и кипящій желаніемъ сразиться, гдѣ бы и съ кѣмъ то ни было,-- ворвался въ Ошмяны съ Ахтырскими гусарами и съ козаками, въ одно время какъ орудія его открыли огонь по магазейну находившемуся въ мѣстечкѣ; главный караулъ, стоявшій y квартиры приготовленной для Наполеона, былъ изрубленъ и магазейнъ объялся пламенемъ. Французскія войска, разсѣянныя по домамъ отъ стужи, стали выбѣгать къ ружью смущенныя и въ безпорядкѣ, который умножаемъ былъ мракомъ ночи. Нѣкоторыя войска объятыя страхомъ побѣжали по дорогъ къ Табарніякамъ, но другія находившіяся внѣ мѣстечка, бросились въ оное и открыли со всѣхъ сторонъ огонь по Сеславину. Не имѣя пѣхоты, онъ отвѣчалъ имъ саблями и дротиками, но видя, что борьба не подъ силу, принужденъ былъ оставить мѣстечко. Въ сію минуту Наполеонъ въѣхалъ въ оное и перемѣня лошадей, отправился чрезъ Мѣдники въ Вильну, a оттуда во Францію.

Будь атака сія часомъ позже, то Наполеонъ не избѣжалъ бы плѣна. Конечно подобная развязка была бы противъ правилъ драматическаго искуства и выгодъ Парижскихъ рестораторовъ, красавицъ Пале-Рояля и нашихъ вооруженныхъ путешественниковъ, совершившихъ на чужой счетъ столь неожиданное путешествіе -- за то, какая слава для Русскихъ: все кончили бы дома.... и безъ чужеземцовъ!

Сеславинъ не виноватъ, ибо успѣхъ въ подобномъ случаѣ зависитъ отъ судьбы, a не отъ расчетовъ человѣческихъ.

Источник

http://az.lib.ru/d/dawydow_d_w...

Предсказания свидомых и реальность

Самая мерзкая черта «ватников» (ну хорошо, вторая после логического мышления) – это хорошая память Поэтому мы периодически достаём писанину апологетов евромайдана с их рассказ...

Они ТАМ есть! Классные русские парни

В мире происходят титанические сдвиги, мир раскалывается на «они» и «мы». Рунет бурлит от ботов Навального и недовольных граждан. А в это время… американский хозяин забыл Украину и нача...

Манипуляции в опросе о памятнике Дзержинскому

Признаюсь, обожаю «майевтику». Это метод полемики, придуманный Сократом – через последовательное задавание правильных вопросов. Вот и по инициированному Венедиктовым (а он ини...