Неуязвимо счастливые лица случаются только у талантливых идиотов. Счастье – это отсутствие проблем. Отсутствие проблем – в неспособности уязвиться. Неспособность уязвиться – результат отсутствия ума для осознания собственной уязвимости. Отсутствие ума – путь к идиотизму. Талантливый идиотизм и есть всеобъемлющее прижизненное счастье. Лица таких счастливчиков гладки, как биллиардный шар – без цифр, теней, полутеней и намёков.
Он же постоянно гримасничал лицевыми кривляньями, стремясь складками на щеках, на лбу и на подбородке рекламировать свой ум. Ибо именно так, по мнению яйцеголовых представителей древней цивилизации атлантов, выходцев с планеты Нибиру – морщины на анфасе головы зеркально отражают глубину и многообразие извилин под морщинистым ликом.
Но почему ум не отражают морщины ягодиц..??
Если присесть ими на раскалённую сковородку по приказу Мардука..!?
Из космоса, видимо, виднее…
И что значит – много..?!..
Древним мудрецам, опять же, лучше всех. Ибо они успели высказаться давно-давно… А вот теперь здравствующим мудрецам остаётся только всех убеждать в том, что древнее мудрецы потому мудрее, потому что древнее.
И понеслоссссььь..!!
Теперь все ищут высказывания древних мудрецов – хронометраж им в суп..!.. – чтобы присандалить..!!.. прикрутить..!!.. притулить..!!.. притереть..!!.. прислюнявить..!!.. приху..!!.. это обретённое высказывание к актуальности дня сегодняшнего.
В качестве аргумента.
В качестве транспаранта.
В качестве рекламного слогана.
В качестве экспертизы.
В качестве диагноза.
В качестве приговора.
Браво мудрецы!!
Теперь любой сморщенный дед – мудрец. Даже если его сморщил алкоголь ещё в юном возрасте.
А что же он?
А он был умён – но никто не обращал на такие мелочи внимания.
Он был бы ещё более красив, если бы не терзал своё лицо глубокими мыслями с такой силой, с какой не терзает три балалаечных струны горький пьяница с окраины заводской слободки.
Он жаждал любви – большой, упругой – но не мог утолить жажду. Все более-менее симпатичные источники были заняты другими жаждущими.
И тогда он решил: если Соломон рубил узлы, то почему бы ему ни зарезать самого себя..?! Или каким иным способом…
Вот..!!.. вот момент..!!.. вот поворотный разворот..!!.. вот смена галса..!!.. вот переключение рычага..!!.. вот головой в пустую выварку..!!.. вот купца за бороду..!!.. вот белошвейку за шейку..!!..
Решение было принято.
Главное – это принять решение.
Во-первых, для того, чтобы было от чего отступить, если вдруг что…
Во-вторых, чтобы было что претворять и исполнять…
В-третьих, чтобы дать повод поговорить о принятом чужом решении теми, кто своего решения ещё не принял…
Человек, принявший решение – не просто человек. Это уже СВЕРХчеловек.
Он перестал думать о большой любви. Он перестал раздвояться… Или раздваиваться..!?.. Ах, русский язык..!! Как сложен и как витьеват!!.. Или витиеват..??
Короче – он стал готовиться к самоубийству.
Мысль о самоубийстве весьма популярна в околохудожественной и псевдоинтеллигентной среде. Но дальше мысли там дело обычно не идёт… В смысле реализации мысли исполнением её. Что и понятно – в той среде все всегда пьяные или обдолбанные наркотиками – какие уж там реализации..?!..
Ни поступка… ни акта… ни движения… ни действия… Те ещё пердимонокли.
Но он то не был: ни интеллигентом ни интеллектуалом.
Жажда смерти забурлила в нервных окончаниях и волосы на голове затрещали рубиновыми молниями – и впукло осветили его народу популярностью-с-предвкушением.
Да, да, да, да…!!!... Кто же не хочет популярности, славы, сплетен о себе..?!...
А тут такое дело – реклама самоубийства!
Скоро весь город и все его окрестности знали его и знали, чего он хочет.
Незнакомые ему люди останавливали его на улице, ахали, охали, краснели, бледнели, осматривали с ботинок до макушки, цокали языками и просили автограф. Одному студенту он расписался прямо на портфеле жёлтой кожи…
Ещё более незнакомые мужчины мрачноватой ориентации и всегда шёпотом предлагали свои услуги, как то: выбить табуретку, подсадить, затянуть потуже, набрать в шприц, подтолкнуть, развести огонь, помочь лечь на рельсы, заточить поострее лезвие, зарядить картечью, смазать ядом, заминировать и прочая и прочее…
А женщины..!!..
О, женщины!!..
Готовы были на всё: как в его присутствии, так и непосредственно с ним!!..
Ибо женщине любая мужская слава – как быку красная тряпка.
Она бросается на неё и… или…погибает, как бык, или побеждает, как тореадор.
И от него они хотели одного – того самого – а там пусть хоть сквозняк у сердца, хоть душа в распыл! Иероглифа тебе, мать, в твой борщ!!..
Не прошло и времена, как кормили, поили, возили, развлекали его бесплатно: лично и кооперативно.
Да, это был известность..!!..
Да, это было заметно..!!..
Да, это был бурный перляж..!!..
Гробовщики оформились конференцией и опубликовали резолюцию. Не уступая гробовщикам в смете, скупости и многословии параллельно прошёл симпозиум домов высокой моды.
Хотя, казалось бы, какая разница трупу – в чём его понесут??
Но, что поделаешь, труп уже не принадлежит себе.
Труп принадлежит гробовщикам. Труп принадлежит портным. Труп принадлежит протоколу. Труп принадлежит обществу и оно вправе делать с трупом всё, что угодно.
Такова традиция общения смерти с жизнью.
Да!
Он был героем.
Он ходил по улицам взбудораженного города памятником во плоти, а не в бронзе.
Интервью… Пресс-конференции… Диспуты… Заседания… Лекции… Доклады… Застолья…
Все знали, что он холост – и это добавляло пикантности.
Но время шло… летело… текло… ехало… неслось…
А он всё ещё был жив.
И это было неправильно.
Решил сдохнуть – дохни!
В самом-то деле: сколько можно ещё жить после того, как заявлено об отказе от жизни??..
Что за херня, товарищи!!...
Это же неприлично!!..
И тогда он надоел. Примелькался. Уже никто не останавливал его на улице взять автограф. Брали за шиворот и спрашивали: «Зас-с-с-сал!?».
Фортуна ажиотажа развернулась к нему спиной и подмигнула через плечо тротуарной шлюхой.
На самом донышке забвения и презрения он гордо выпрямился, и победно вскинул поникшую было голову.
И город это почувствовал. Город замер в преддверии и выжигающем ожидании. Дыхание города стало хриплым и прерывистым. Город бил живчик нетерпения и по рёву фабричных сирен ощущалось, что бил больно.
Город вновь протянул к нему руки для рукопожатий, но он не замечал протянутости чужих рук… Он готовился протянуть свои ноги.
Теперь они – он и город – были квиты.
Самоубийца пёр из него, лез и выпячивался. И он сам вздувался, вспухал и вскоре кунштюк с шипением лопнул, выпустив на волю его… АЛТЕР ЭГО!!
И они зашагали: нога в поступь, поступь в ногу, плечо в плечо – Он и ОнСамоубийца.
Горожане высыпали на тротуары, повисли на балконах, залезли на крыши зданий и закачались на ветках деревьев. Кордоны из гвардейцев с трудом сдерживали толпы мещан, дворян, аристократов, крестьян и купцов.
В небе барражировали истребители.
Вертолёты с пишущей/снимающей журналистской братией почти цепляли печные трубы.
Дикторы в телевизоре с горловым клёкотом бились в видео-картинку.
Блицы!! Вспышки!! Петарды!! Серпантины!! Самопалы!!.. Взрывпакеты!!..
Аа-а-а-а-а-а-у-у-у-о-о-о-о…!!!...
Они шагали в грохоте парадидлов сотен литавр и барабанов, рыке геликонов и вое фанфар. Почётный караул и ритуальный эскорт сопровождали их. Улыбки девушек и лепестки роз осыпали процессию.
И вот они у цели.
Деревянный помост.
Тишина невесомым покрывалом опускается на площадь. Плищевание сразу глохнет и замолкает. Вырубив турбины, истребители беззвучно скользят по горизонту.
Скрипят ступени.
Дыхание тысяч спёртых шорохом проползает по плечам и поясницам.
Они уже наверху…
Перед ними – ОНО…
Они обнимаются на глазах миллионов – ОН и ОН-Самоубийца..
Тысячеротным монстром взрывается толпа – вой, свист, крик, плач, хрип, лязг сотрясают брусчатку, купола, стены доходных домов!
Истребители врубают форсаж и белыми пенистыми шпагами лупцуют небо.
ОН поднимает руку.
Тишина с далёким эхом улетевших турбин обрушивается на город и горячие дыхание тысяч гонит катарсисом воздух им в лицо.
Ни всхлипа, ни вздоха, ни…
ОН и ОН-Самоубийца подходят к… - оттуда тянет сыростью и бездонностью.
«Прощай!» – громко произносит ОН и... толкает!!.. ЕГО-Самоубийцу...
Тот, посмеятельно вскрикнув, срывается вниз… и Аристарх Феликсович Ыбанутов, так же, не переставая вопить, просыпается возле кровати, больно всадившись лбом в линолеум.
Падая, Аристарх увлекает за собой Ыбанутову Пелагею Карловну – жену – которая анатомично визжит спросонья и тянет за собой кота. Кастрированный кот в ахуе рвёт когтями наволочки и…!!!... щёлкнув, из динамика радиоточки раздаётся уверенный голос хорошо выспавшегося мужчины: «В Москве шесть часов утра! С добрым утром, господа! Начинаем утреннюю гимнастику!..»…
Андрей Дрюмов
Другое:
Из цикла ОВЕРКИЛЬ. Поэт. История «не любви» (рифмованное): https://cont.ws/@as39sa179/317...
Из цикла ОВЕРКИЛЬ. Поэт – часть № 2. История «мифологическая» (рифмованное): https://cont.ws/@as39sa179/318...
Оценили 0 человек
0 кармы