Понятие денег

6 1574

Что есть деньги? «Это посредник, придуманный для товарно-вещевого обмена» – ответит практически любой. А в чём смысл такого посредника? Наверно, в том, чтобы привнести удобства больше, чем проблем – это, по идее, тоже должен подразумевать всякий, кто даст тот ответ.

Чтобы посредник приносил больше пользы, чем вреда, он, в первую очередь должен быть честным. Т.е., подразумевается, что есть некоторый объём товаров и услуг, которому соответствует определённый объём денежных единиц. И если последний денег вдруг необоснованно возрастёт, а первый останется прежним, то достоинство денег обесценится, и имеющие в них накопления люди будут обокрадены в своих экономических правах.

Теперь представьте на минуту, что вы общаетесь с человеком, который не знает, что такое фальшивые деньги, и который никогда не задумывался, что такое явление может быть, и чем оно чревато для общества. В его языке нет такого понятия вообще, есть только понятие деньги, которое означает и банкноты, напечатанные в типографии госзнака, и банкноты, напечатанные на принтере. А ему начинаешь объяснять, что, деньги – это может, и хорошо, но вот фальшивые деньги, это, знаешь ли, плохо, и что если такие, как он, будут позволять себе действовать, исходя из непонимания этого, то всё закончится очень плохо либо для них, либо для всей экономики. А он бы ответил: «То ты говоришь, что деньги хорошо, то плохо, я тебя не понимаю – ты сам себе противоречишь!». Это бы означало, что мышление человека не приспособлено для понимания разницы в вещах, о которой ему говорят.

Аналогичным образом обстоит проблема и с большинством современных обывателей: в чём смысл понятия фальшивые деньги, они более-менее внятно понимают, а в чём смысл честного посредника – не совсем. Давайте подумаем: а что такое деньги в государстве? Деньги – это инструмент распределения экономических прав, выпуск которых контролирует власть. И может быть, по закону, она реально не имеет права увеличивать их массу в обращении. А может быть, имеет. Ну или, официально считается одно, а фактически происходит другое. Вот как вы думаете: лично вашего согласия она будет спрашивать, перед тем, как запустить печатный станок, если сочтёт, что есть для того основание, или нет? Если нет, то напечатав лишнюю массу денег, оно может вас обокрасть точно так же, как и фальшивомонетчик.

Давайте подумаем: сколько могут отнимать фальшивомонетчики у экономики современного государства? Может, в пределах одного процента, может, двух-трёх, может, пяти, но вряд ли больше – вред от фальшивомонетчиков в большинстве случаев скорее символический. А сколько может отнять государство? Например, в России, запустив печатный станок в 90-е годы оно обесценило накопления людей в тысячи раз. Возникает вопрос: так кто же тогда опаснее – фальшивомонетчики, или власть, которая имеет право порезать экономические права граждан так, как фальшивомонетчик только мечтать может? Если последняя, то нужны, наверное, какие-то средства борьбы с этим явлением, которые должны начинаться с того, чтобы иметь хотя бы определение того, с чем именно надо бороться. Т.е., должно быть такое понятие денег, которые должны являться частью экономическо-правовой системы отношений, где никто без согласия остальных не имеет право увеличивать денежную массу. И это понятие должно противопоставляться понятию денег, являющихся частью системы, где власть без согласия человека под каким-либо предлогом может это делать. Только такого именно разделения понятий в новоязе обывателя почему-то нет.

Возникает вопрос: как же так – в отношении опасности, могущей вас обкрадывать на какой-то незначительный процент, у вас понятие есть – фальшивые деньги, чтобы отличать её от другой системы, которая вас обкрадывать не может, а в отношении опасности, могущей вас обокрасть неизмеримо больше, нет названия, чтобы её отличать от другой системы, которая не должна? А дело в том, что, когда фальшивомонетчик обкрадывает систему, он не только вас обкрадывает, но и власть тоже. А ей это не нравится. А когда вас обкрадывает сама власть, страдаете только вы, а она процветает. Поэтому для борьбы с фальшивомонетничеством вам полагается иметь соответствующее понятие, стимулирующее ваше сотрудничество с ней с целью пресечения его деятельности, а в отношении обкрадывания вас властью никакая борьба ей не нужна, а потому и соответствующего понятия вам иметь не полагается.

Поскольку форм денег у нас получается три (один относительно честный посредник, и два конкретно нечестных), а названия только два, то в разговоре о смысле определённых вещей типичный обыватель начинает путаться, по принципу того персонажа из примера, который не знал, что такое фальшивые деньги. Когда ему говоришь о реальных экономических правах, а не имитации, то употребляешь понятие деньги, атрибуты которого (ну надо же) расходятся с атрибутами его понятий. И вместо того, чтобы слушать, он начинает учить (любимое занятие тех, кто не любит слушать). Начинается спор «деньги – это не то, деньги – это сё», оппонент заявляет, что ты противоречишь самому себе, приводит аргумент «любой тебе скажет». Выстраивает сначала свою линию соображений в направлении, что если ты что-то будешь делать не в соответствии с установленными правилами, то экономика пострадает, или будет какая-то несправедливость (он же такой «сознательный», что думает в первую очередь о справедливости), а когда ему задаёшь вопросы, разоблачающие всю необоснованность его позиции, начинаются ответы «Ну а что поделать – мир полон несправедливости», «Ну а где ты видел, чтобы было как-то иначе?», «Ну зачем об этом думать?», и т.п.. И теперь он уже защищает систему, противоречащую идее честного посредника. Только смена позиции для него происходит незаметно – он не обращает внимания на то, что вступает уже против того, к чему ранее апеллировал; он помнит только, что выступал против критики системы с какими-то доводами, а после тема изменилась, и его доводы тоже, а направление общее осталось неизменным: как было против критики системы, так и осталось. Вот именно такой контингент и нужен заговору власти в качестве идеальной массы народа, находящейся у него в подчинении. Им легко управлять, когда он сам, как стадо, будет переть только туда, куда власти требуется, и которому проще верить, что ему самому туда надо, чем задуматься, а ему ли это на самом деле туда надо. Зато, если кто-то не захочет идти с ним в этом направлении, он начнёт возмущаться, и выступать против несогласных.

Американская инфляция – это пузыри на фондовой бирже

Нижеследующий текст нужно читать под увертюру Чайковского «1812 год» (ту самую). Если кто-то читает слишком быстро, то ближе к концу нужно промотать на 12:50, а самым нетерпеливым на 14:...

Бандюгана ждал "нежданчик"
  • ATRcons
  • Вчера 11:32
  • В топе

Рассказали сегодня историю, которая недавно произошла в одном из районов Крыма. Жил-был один бандюган. Бывший. В 90-е славно куролесил, но и сейчас связи остались. По крайней мере, менты его по стар...

Притчa... "Бусы из бирюзы..."

Продавец стоял за прилавком магазина и рассеянно смотрел на улицу... Одна маленькая девочка подошла к магазину и буквально прилипла к витрине. Когда она увидела то, что искала...

Обсудить
    • delio
    • 26 сентября 2019 г. 17:47
    Именно для этого и нужно честное государство (для анархистов - общество), для этого и нужны все эти тягомотные процедуры выборов, процедуры отзыва запятнавших себя представителей власти, прозрачность и независимость судебной системы. Бонусом - честная денежная система. Нет этого по тем или иным причинам - будет бардак и, извините, наебалово, не подберу приличного слова под неприличное понятие. Будут "более равные" со всеми вытекающими.
  • :laughing: теория и практика вещи противоположные. Не надо выдумывать ,лучше один раз сделать. :laughing: Результат вас приятно покоробит. :hand:
  • Деньги они такие как нынче не сами по себе. Они - производная/отображение принципов их зарабатывания. Изменятся принципы - изменится и их суть.