• РЕГИСТРАЦИЯ

Глава 20. Как в обществе появилась вера

Роман Дудин
Радикальный анархист
15 ноября 19:14 3 2164

Поскольку в настоящем демократическом обществе каждому его участнику присуще иметь своё мнение, общество Справедливости и Равенства отличалось их разнообразием. Одни его участники привыкли к тому, что никогда не получают обещанных пяти апельсинов; другие же наоборот, верили, что в этот раз обязательно всё получится. Популярным это ожидание стало после того, как Верховная справилась с воровством – ведь если с этим удалось справиться, то и с нехваткой при делении она наверняка должна что-нибудь придумать. Сторонники этой версии отстаивали свою позицию с жаром и воодушевлением, как и полагается всем верящим в лучшее.

Момент, когда все участники общества наконец получат по пять апельсинов сразу, назывался на языке верящих в него Победой Демократии. И чем дольше этого момента не наступало, тем сильнее они его ждали, и готовились, что рано или поздно он обязательно должен наступить.

Среди верящих в Победу Демократии была одна барамука, которая верила особо сильно. Каждый раз, ожидая очередного деления апельсинов, она составляла планы, как и куда она потратит свои пять штук, и каждый раз, не получая их, она оказывалась в полном смятении. Залезши в очередной раз в долги и набравши кредитов в преддверии очередной делёжки, она хваталась руками за голову в отчаянии, не зная, как это отдавать. Потом с огромными перипетиями кое-как сведя концы с концами, она пускалась во все тяжкие снова, собираясь всё это отдать из следующей делёжки, где она всё же получит свои пять апельсинов, и снова всё оказывалось вопреки планам.

В понимании Верящей в Победу Демократии всё было просто: если каждый участник общества имеет право на пять апельсинов, значит, он должен их получить. А если этого не получалось, значит, тому была какая-то причина. И значит, надо разобраться и найти её. А если причина будет найдена и устранена, то и нет никаких причин ожидать, что в следующий раз всё снова должно не получиться.

Причина обычно находилась в том, что находили какого-то вора, попавшегося на краже апельсина, и на него вешали всю недостачу. Вор оправдывался, что он украл только один апельсин, и одни барамуки ему верили, а другие нет. Иногда вора били, и тогда он признавался во всём, и верящая в Победу Демократии облегчённо вздыхала, ожидая, что раз вора обезвредили, бедствия должны прекратиться.

– Как же может теперь в это раз не получиться выдать всем по пять апельсинов, – рассуждала Верящая в Победу Демократии, – если причина нехватки найдена и устранена?

Если никакого вора после очередной делёжки с нехваткой поймать не удавалось, Верящая в Победу Демократии снова оказывалась в смятении, и говорила, что вор есть, просто его не удаётся поймать. Бывало даже, что, так и не найдя апельсиновых воров, она переключалась на воров корок, и их обвиняла в краже всех недостающих апельсинов.

Иногда Верящая в Победу Демократии со своей командой столь сильно избивала апельсиновых воров, что Верховная по этому поводу говорила: «Ну полегче, полегче...»

– Ты не права! – возражала Верящая в Победу Демократии, – если мы будем церемониться со всеми врагами Демократии, то Победа Демократии наступит очень нескоро!

– Я от всей души с тобой согласна, – с театральным пониманием говорила Верховная, – Воры заслуживают, чтобы их побили. Но общество у нас демократическое, поэтому мы должны не бить, а проводить воспитательные беседы, и терпеливо ждать, когда же у наших воспитанников появится соответствующая сознательность – таковы уж демократические ценности...

На это Верящая в Победу Демократии не говорила ни да ни нет, а продолжала своё дело в несколько ослабленном темпе, но через некоторое время он как-то сам собой восстанавливался до прежней кондиции, и по этому поводу время от времени снова поступали замечания со стороны Верховной.

Когда после обезвреживания очередного вора в последующей делёжке опять все недополучали апельсинов, Верящая в Победу Демократии бросалась искать новую причину. Умеющая Считать до Бесконечности с ней даже заключала споры, что в следующий раз опять все будут обделены, и всё время выигрывала, но Верящая в Демократию не сдавалась и брала новые реванши.

Со временем Верящая в Победу Демократии стала привыкать, что она постоянно проигрывает споры, однако Верховная, узнав об этом, пригласила её к себе на аудиенцию, и объяснила, что в этом нет её вины, потому, что воров ещё очень много, и что ловить их придётся очень долго. Так что в этих поражениях нет ничего необычного, и надо покрепче стиснуть зубы, и продолжать борьбу во имя Победы Демократии. Но зато в перспективе, конечно, Победа Демократии рано или поздно наступит, и потому Верящая в Победу Демократии на верном пути, и потому она права во всех спорах, просто этого пока не видно. Но зато, когда наступит, она натыкает носом всех неверующих в факт своей правоты и заставит признать их свою неправоту. Так вера Верящей в Победу Демократии приобрела новый смысл: пусть она проигрывает споры регулярно, но самое главное в том, что всё равно она права.

С тех пор она ещё сильнее укрепилась в своей вере, и ловила воров с особой бдительностью. И с особым пристрастием выбивала из них признание, что они украли все апельсины у общества. За это пристрастие Верховная приглашала её к себе иногда на аудиенции, награждала корками, и, указывая на неё рукой перед всем обществом, говорила, что, если б все были такими верными приверженцами строительства Демократии, то окончательная её победа уже давно бы наступила.

С лёгкой руки Верховной вера в Победу Демократии встала на правильный путь: пусть, может, в данный раз опять не получится получить по пять апельсинов (ибо не всё так просто), и может, даже и в следующий, но в третий раз точно должно обязательно получиться. Почему именно в третий – потому, что Верящая в Победу Демократии не любила число четыре (а заодно и все последующие); число же три она считала самым лучшим, ибо оно было самым понятным, а поскольку Победа Демократии для неё была вещью такой же понятной, как число три, то одна самая понятная вещь должна была сочетаться с другой самой понятной – по-другому в понимании Верящей в Победу Демократии быть просто не могло.

Тогда как раз Умеющая Считать до Бесконечности и Верящая в Победу Демократии заключили своё самое главное пари, которое должно быть разрешено исходом трёх последующих делений апельсинов. Если через три деления наступит Победа Демократии, то Умеющая Считать до Бесконечности залезает на ящик из-под апельсинов и кричит во всеуслышание, что её арифметика – полный отстой. Если же Победа Демократии не наступит, Верящая в Победу Демократии с ящика и во всеуслышание кричит, что закон – мракобесие. И делать это проигравший должен будет каждый последующий раз, чтобы впредь никому не было повадно ошибаться в столь важных вещах.

Когда наступило первое деление и пяти апельсинов никто из барамуков не увидел, Верящая в Победу Демократии сказала, что Победа Демократии, скорее всего, будет в следующий раз. Когда наступило второе деление и пяти апельсинов снова никто не увидел, она сказала, что теперь случится в следующий раз, и это уже точно. Когда наступило третье деление и пяти апельсинов опять никто не увидал, её глаза стали круглыми, как апельсины, и она стояла, не в состоянии вымолвить хоть слово.

Умеющая Считать до Бесконечности показала Верящей в Победу Демократии на ящик, и сказала:

– Вперёд!

Тут появились сотрудники Службы Демократической Безопасности.

– Что тут происходит? – сурово спросили они.

– Умеющая Считать до Бесконечности заставляет меня кричать, что моя вера в Победу Демократии – мракобесие... – дрожащим голосом протянула Верящая в Победу Демократии.

– Что!? – грозно спросили Умеющую Считать до Бесконечности, – ты заставляешь добропорядочных участников общества хулить наши демократические принципы?!

– Я ничего никого не заставляю... – ответила она

– Так можно не кричать? – с ободрением спросила Верящая в Победу Демократии.

– Поступай, как тебе велят твои принципы. – ответила Умеющая Считать до Бесконечности.

Так Верящая в Победу Демократии поняла, что можно не выполнять условие спора, потому, что Умеющая Считать до Бесконечности сама сказала ей, что она может поступать в соответствии со своими принципами, а её принципы говорили, что она всё равно права, потому, что правда всё равно за ней, ну а то, что в результате какой-то парадоксальной нелепости факты противоречат должному раскладу, то вина фактов, и они должны быть наказаны неприятием.

Когда же наступила следующая делёжка апельсинов с тем же самым результатом, опять появилась Служба Демократической безопасности, и следила за тем, чтобы никто не хулил демократические принципы. Потом ситуация повторялась ещё и ещё, а потом Умеющая Считать до Бесконечности стала вести себя так, как будто она Верящую в Победу Демократии просто не замечает. Так Верящая в Победу Демократии была избавлена от обязанности делать вещи, противные её принципам, а всем другим верящим был преподан великий урок, что, когда обезьяна идёт вперёд с истинной верой, ей не страшно ничто, и ничто её не сломит и не заставит отречься от своей веры. Ибо, какие бы козни не строили тёмные силы своими хитростями, вмешаются светлые силы и произойдёт чудо. Справедливость будет восстановлена, а когда будет восстановлена справедливость, будет восстановлено и равенство. И никакого сомнения в этом быть не может, ибо это проверено на практике уже много раз, что бы там не говорили неверующие.

Со временем Верящая в Победу Демократии стала забираться на тот самый ящик, о котором был спор, и читать с него речи, зазывая в ряды своих единомышленников всё новых и новых участников. В одной из таких речей она с жаром рассказывала, что это на самом деле это она победила Умеющую Считать до Бесконечности, потому, что, если бы это было не так, то Умеющая Считать до Бесконечности бы сейчас прыгала от радости и строила бы ей весёлые рожи, а сейчас она ходит с грустной и стыдится с ней даже заговорить.

– Я не хочу с тобой разговаривать, потому, что твои слова ничего не стоят!

– Это почему это ещё? – удивилась Верящая в Победу Демократии.

– Ты не выполнила условия спора.

– А разве ты что-то требовала?

– А что я должны была требовать, если рядом были те, кто стали бы меня избивать, если бы я стала требовать от тебя отвечать за свои слова?

– Это ложь! Закричала Верящая в Победу Демократии. Просто так у нас никого не трогают!

– За просто так не трогает, только за правду избивают.

Толпа слушателей молча пожимали плечами. Барамуки как-то не очень помнили, чтобы Умеющую Считать когда-то избивали.

– Нет, избивать могут только за ложь и клевету в адрес общества Справедливости и Равенства, и это правильно!

– И в чём же была моя клевета?

– А клевета твоя в том, что если бы ты говорила правду, то тебя бы не трогали, потому, что я говорю правду и меня никто не трогает. И если я считаю Верховную в чём-то не правой, то так во всеуслышание ей и говорю, и никто мне за это ничего не делает. А если тебе было что-то, значит, было за что, а значит, была и клевета!

Тут поднялся всеобщий галдёж, и было абсолютно не разобрать, что говорит Умеющая Считать до Бесконечности. Да и слушать, в принципе, не было особой нужды, так как все хорошо помнили, как Верящая в Победу Демократии говорила Верховной, что она не права, и что ей за это действительно ничего не было. А если уж самой Верховной можно предъявить её неправоту, то о каких же проблемах со свободой слова в обществе ещё можно говорить? А стало быть, подтверждение слов Верящей в Победу Демократии было налицо, в отличие от слов Умеющей Считать до Бесконечности, утверждаемых фактов которой никто не помнил и не видел. И потому получалось, что, если Верящая в Победу демократии говорит правду, значит, Умеющая Считать до Бесконечности врёт – логика барамуков всегда была простая и прямая.

Так барамуки для себя разобрались, где правда, а где ложь, и у Верящей в Победу Демократии прибавилось сторонников. И даже среди разделюков в последствии появились обезьяны, заявлявшие, что они верят в Победу Демократии. А что касается Верховной, то она себя объявила самой главной верующей из всех верующих, и почти каждое своё выступление заканчивала словами «... и тогда мы придём к светлому будущему – Великой Победе Демократии!».

Продолжение следует...

Радикальный анархист

Россия уделала США и создала более мощную версию винтовки AR-15
  • yazzz
  • Вчера 17:21
  • Промо

В 1960-е годы американские конструкторы Джин Стоунер и Джеймсон Салливан создали винтовку калибра 5,56 мм АR-15, которая и по сей день является одним из самых популярных образцов стрелк...

Последствия работы стоя

Какие последствия могут быть при работе стоя? И так ли хорошо иметь стол с регулировкой высоты?

Маленький, но надежный друг России в Азии
  • Rustik
  • Вчера 16:12
  • Промо

10 декабря 2019 года стартовали первые в истории совместные учения России и Лаоса «Ларос-2019». В девятидневных учениях принимают участие более 500 военных. Россию представляют военносл...

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Загрузка...

    Откуда берётся дерьмо

    /доработанная версия/ Вступление А задумывались ли вы когда-нибудь, почему у хищников дерьмо пахнет на порядок отвратительнее, чем у травоядных? Почему у вегетарианцев оно удобрение, готовое сразу к использованию, а у мясоедов оно яд, которому ещё надо перегнивать несколько лет, после чего оно станет удобрением? Кстати, у растений тоже есть свои шлаки...
    66

    Глава 16. Как общество набиралось знаний

    Задним числом добавляю в сборник новую версию 16 главы взамен старой. Когда Верховная раздавала разделкам их доли, они говорили про неё, что она не умеет считать. Когда они раздавали барамукам их доли, те говорили про них то же самое. Свою политическую позицию каждая барамука при случае высказывала в адрес всех окружающих: все вокруг дураки, потом...
    131

    Эпилог

    Когда Умеющая Считать до Бесконечности со своей компанией отделилась от общества Справедливости и Равенства, участники других обществ увидели, что в её компании каждый получает по целому апельсину, и многие из них тоже захотели к ней присоединиться. Так её общество стало разрастаться со временем потребовалось официальное название. Название ему было дано...
    351

    Глава 29. Как общество столкнулось с экстремизмом

    Однажды, в начале очередного деления апельсинов Умеющая Считать до Бесконечности встала между апельсинами и общественностью. В руке она держала палку, и постукивала ей об ладонь , что было первым случаем в истории всех обществ, когда обезьяна взяла в руки палку, ибо до этого чего только не приходило брать в руки обезьяне, но только не палку. А позицию о...
    273

    Глава 28. Как общество было предано.

    Однажды Умеющая Считать до Бесконечности встала раньше всех и увидела, как какая-то обезьяна бегает по территории общества Справедливости и Равенства, и разбрасывает листовки. Это была вражеская диверсантка. Подняв одну из них, Умеющая Считать прочитала «Верховная общества Активности и Порядочности вам не враг. Ваш истинный враг – Верховная общества Спр...
    409

    Глава 27. Как общество преодолело кризис

    С той поры, как сражения между обществами стали регулярными, Верховной было уже давно не до апельсинобола. Оборона Свойнины поглотила её полностью. С утра до ночи Верховная только и думала, что о поднятии обороноспособности своего общества. И если общество Справедливости и Равенства могло до сих пор существовать, то это только благодаря работе Верховной...
    435

    Глава 26. Как общество несло демократию в другие общества

    Однажды вдруг обнаружилось, что существует ещё третье общество, в котором тоже сто обезьян нуждается в регулярном делении между собой ста апельсинов. Причём считать там вообще никто не умеет не то, что до ста, но даже и до тридцати, и те обезьяны срочно нуждаются в квалифицированной помощи грамотно поделить апельсины. Находящихся в беде братьев надо...
    398

    Глава 25. Как общество боролось за мир

    Когда в следующий раз два Общества делили двести апельсинов, два огромных войска стояли на страже и бдительно следили за тем, чтобы чужая сторона не позволила себе взять ничего лишнего. И готовы были кинуться в бой, чтобы защитить свою Свойнину от вражеской агрессии. В такой форме и происходили все дальнейшие деления, ибо только по-другому нельзя бы...
    432

    Глава 24. Как общество вело информационную войну

    Потери в бою обоих обществ были столь существенны, что даже по прошествии долгого времени о них ещё продолжали вспоминать так, как будто это произошло совсем недавно. По поводу произошедшего ещё было сделано очень много официальных и неофициальных заявлений, написано много историй, и высказано много различных мнений. Было проведено много разбирательств,...
    440

    Глава 23. Как общество стало Великим

    Когда Верховная Общества Справедливости и Равенства вернулась восвояси, она была в замешательстве. Первым делом нужно было посчитать собранные апельсины, и подумать, как обратить в свою пользу создавшуюся проблему, ибо настоящий лидер из любой проблемы всегда должен уметь извлекать пользу. То, что апельсинов они успели собрать меньше, чем противники, бы...
    454

    Глава 22. Как появились межобщественное право

    Однажды оказалось, что общество Справедливости и Равенства не единственное, кто занимается делением апельсинов. Обнаружилось ещё одно общество, в котором тоже сто обезьян делит между собой сто апельсинов. И что оно тоже имеет закон, согласно которому каждая обезьяна имеет право на пять штук, что ещё раз подтверждало, что пять – самое правильное число. И...
    438

    Глава 21. Как в обществе зародилась духовность

    Однажды барамуки сидели, и скучали. Умеющая же Считать до Бесконечности в то время сидела и создавала какую-то теорию. Не зная, чем себя развлечь, барамуки пошли к ней и изобразили интерес:– Да что же ты там такого всё пишешь-то? – Я работаю над вопросом, почему мир устроен так, как устроен. – ответила она, – Например: почему в нашем обществе всегда ров...
    1024

    Глава 19. Как в обществе появилась Служба Демократической Безопасности

    С тех пор, как с воровством в обществе Справедливости и Равенства было покончено, отношение его участников к Верховной изменилось. Одни по-прежнему продолжали кричать, что она не умеет считать, другие же стали заявлять, что она самая умная и достойная, и молиться на то, чтобы её власть всегда была сильная и крепкая. Так в оппозицию оппозиционерам среди ...
    2001

    Глава 18. Как общество боролось с воровством

    Однажды Умеющая Считать создала теорию, согласно которой каждой обезьяне требуется для полноценного питания получать один апельсин за раз. Если же их потреблять больше, то апельсины приедаются, становятся невкусными, и даже могут вызывать отвращение, и потому, согласно её теории, смысла в объедании ими особого нет. Поэтому каждой обезьяне для полного сч...
    2280

    Глава 17. Как в обществе возникло правосудие

    Несмотря на то, что в теории Закон демократического общества был гарантом справедливости, на практике достичь такого положения никак не удавалось. И даже если любое ответственное лицо действовало по закону, это совсем не гарантировало ему не только справедливости, но и даже иногда и безопасности.Например: выдавала Верховная разделюкам по пять апельсинов...
    2356

    Глава 16. Как общество набиралось знаний

    Когда Верховная раздавала разделкам их доли, они говорили про неё, что она не умеет считать. Когда они раздавали барамукам их доли, те говорили про них то же самое. Свою политическую позицию каждая барамука при случае высказывала в адрес всех окружающих: все вокруг дураки, потому, что власть не может правильно поделить апельсины, а остальные не могут...
    2234

    Глава 15. Как общество богатело

    Однажды у одной разделюки случились с Верховной какие-то разногласия. Какие именно в деталях, точно не известно, так как они происходили в узком кругу высшего класса, а барамуки его делами имели обыкновение не интересоваться. Единственное, что известно – это то, что разделюка по поводу чего-то выступала против Верховной, а та предложила ей тридцать апел...
    2673

    Глава 14. Как общество процветало

    Поскольку апельсины съедались, а корки оставались, последние постепенно накапливались в большом количестве. А поскольку апельсины всем очень нравились, а корки пахли апельсинами, барамуки не спешили их выбрасывать. Они собирали их, накапливали, и наслаждались их запахом. У корок было одно очень важное достоинство: они не расходовались и не протухали (ес...
    2412

    Глава 13. Как в обществе отстаивалась честь.

    Однажды барамуки сидели и скучали. Всё то у них было: и демократические права, и свободы, и образованность, и всё же чего-то не хватало. Ну или, может, наоборот: ничего-то у них не было, а хотелось, чтобы хоть что-то было – им барамукам, виднее. И вот однажды они поняли: не хватает им чести. Честь участника общества должна была стать для него тем, чт...
    2930

    Глава 12. Как в обществе крепла мораль

    Поскольку официальная его идеология общества Равенства и Справедливости провозглашала честность и доброту, все его участники должны были быть ярким примером этих качеств. И таковыми они и были, независимо от того, оставались ли они простыми барамуками, или становились кем-то повыше. Мораль в каждой участнице общества была столь сильна, что она готова бы...
    2824
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика