• РЕГИСТРАЦИЯ

Глава 24. Как общество вело информационную войну

Роман Дудин
Радикальный анархист
18 ноября 17:02 2 353

Потери в бою обоих обществ были столь существенны, что даже по прошествии долгого времени о них ещё продолжали вспоминать так, как будто это произошло совсем недавно. По поводу произошедшего ещё было сделано очень много официальных и неофициальных заявлений, написано много историй, и высказано много различных мнений. Было проведено много разбирательств, предъявлено много претензий, и проведено огромное количество споров, касаемо того, кому это было надо, почему без этого нельзя было обойтись, и кто виноват. И во всех этих вопросах так и не было найдено ответов, позволяющих прийти к единому общепризнаваемому выводу. Правда, весь этот объём вопросов занимал в основном лишь Умеющую Считать до Бесконечности; простых же барамук всецело занимал только один вопрос, к которому почти всегда сводились все их кухонные разговоры: кто же всё-таки победил?

Логика у барамуков была проста: кто победил, тот и прав. Потому, что кто победил, тот сильнее и умнее, а кто умнее, тому и виднее, где на самом деле правда. И самое главное – ведь должна же быть в этом мире и справедливость, а по справедливости победить должен был тот, за кем правда. Так что самое главное для барамуков было установить, кто победил, а выяснив этот вопрос, автоматически становилось ясным всё остальное.

В вопросе, кто победил в войне, высшие объяснятели общества Активности и Порядочности бескомпромиссно заявляли, что победили они. За ними подхватывали другие их объяснятели с разделюками, и вся остальная масса барамук общества Активности и Порядочности кричала «Мы выиграли войну!». Однако барамукам Общества Справедливости и Равенства было непонятно, с чего это должно считаться, что войну они проиграли, когда ещё не доказано, что они сражались лучше.

Поскольку в демократических обществах при дискуссии было принято искать оппонентов под стать себе, то, заявляя о своей победе, Верховная Общества Активности и Порядочности смотрела на Верховную Справедливости и Равенства, разделюки на разделюков, а барамуки этих обществ – друг на друга. Спор этот для последних был особо важен, потому, что, во-первых, апельсины временны, а память – вечна. А во-вторых, апельсинов то толком у них не было, а потому, строить самоуважение барамуки предпочитали на таких духовных вещах, как память и принципы. Потому споры велись очень долго и упорно, и для каждой стороны было делом принципа доказать, что неправа именно другая сторона.

Аргументы барамуками приводились самые разные, от придуманных самими, до услышанными от объяснятелей и Верховной, которые они с энтузиазмом подхватывали и интерпретировали. Среди них были и простые утверждения вроде «фашисты/зомби/идиоты», и сложно построенные логические доводы по поводу статистики потерь зубов и прочих единиц здоровья, основанные на таких цифрах, которые даже не укладывались у них самих в головах.

Трудность аргументации так же усугублялась тем, что не было единых общепризнанных данных, на основании которых можно было бы вывести однозначное решение. Данные из разных источников сильно разнились, и часто противоречили друг другу (особенно данные противоположных сторон), поэтому спор о статистике плавно переходил в спор о том, какому источнику следует доверять. И тут уже опять приходилось объяснять оппоненту, кто фашист, зомби и идиот, и кому надо перестать доверять неправильному источнику и начать доверять правильному.

Ещё спор был осложнён тем, что со счётом у всех было по-разному, и даже приводимые ими утверждения по поводу одной и той же цифры сводились к разным выводам. И было трудно разобраться во всей этой эклектике, где заканчивается спор о правильности приведённых доводов, и начинается спор о правильности сделанных из них выводов. Но самая большая трудность в споре заключалась в том, что вражеские барамуки не хотели ничего понимать, и как только им приводили не выгодные для них цифры, сразу же затыкали уши, и отворачивались со знакомым барамучьим «бе-бе-бе». И в довершение этого сами приводили такие цифры, которые и слушать даже не хотелось. Всё это создавало огромную проблему непонимания, для решения которой приходилось прикладывать огромное количество усилий, чтобы добиться справедливости страждущими её барамуками. Так общество Справедливости и Равенства, а заодно и общество Активности и Порядочности узнали, что война бывает не только реальная, но и информационная.

В результате информационной войны, сколько бы спорящие не старались объяснить противнику, кто есть кто, это обычно ни к чему не приводило, кроме вывода, что оппонент, как был фашистом, зомби и идиотом, так им и остался, только стал ещё хуже. Но, как бы трудно не давались эти споры, барамуки продолжали их вести, ибо каждый из них понимал, что гордость за свою историю – это вещь, которую каждый сознательный участник общества должен понимать. И за неуважение к истории своего общества многие барамуки были готовы идти в бой и снова бить зубы и носы, и даже снова рисковать потерять корки из карманов. И, конечно, делали бы это, если бы их оппоненты не находились достаточно далеко и по ту сторону границы, и до их морд было не достать. А потому, по случаю отсутствия возможности удовлетворить свой гнев копили энергию для борьбы и искали выходы для её излияния.

Поучаствовать в информационной войне могли все, особенно те, кому не довелось поучаствовать в реальной. И даже те, кому довелось, но нечем было похвастать, спешили компенсировать свои упущения успехами на информационном фронте.

Громче всех ратовали за прославление успехов ратного дела своего общества почитатели культа Верховной. Оппозиционеры же наоборот, прославляли подвиги своих бойцов тише всех, а через некоторое время вообще среди них даже стали находиться такие, кто заявляли, что такого сражения надо стыдиться, а не гордиться им.

Логика оппозиционеров была проста: если справедливость и правота общества доказывается доблестью его воинов, то несправедливость и неправота должна доказываться их провалами, и потому, если общество их несправедливое и обделяющее их апельсинами, то бойцы его должны проигрывать бойцам противника. Такие оппозиционеры одна за другой строчили статьи о провальных манёврах на левом фланге фронта в период боя. Гордые же за своё общество деятели, наоборот, напирали на тему удачных операций на правом фланге. И в конечном итоге на информационном поле разгорелось сражение ничуть не менее горячее, чем на реальном поле боя.

Умеющая же Считать до Бесконечности тем временем работала над исследованием, какое соотношение патриотов и оппозиционеров в обществе Справедливости и Равенства с обществом Активности и Порядочности, в котором тоже оказалось аналогичное разделение. И как оказалось, соотношение их в принципе одинаковое. И когда стало известно, что в обществе Активности и Порядочности тоже есть критики воинов своего общества, то они были объявлены настоящими героями и борцами за правду, что доказывало, что в обществе Активности и Порядочности есть всё же порядочные обезьяны. Свои же любители пописать про свой левый фланг, наоборот у них считались двурушниками и предателями, которым заплатили апельсины за их продажную деятельность.

Однажды к Умеющей Считать до Бесконечности пришли эти самые оппозиционеры и обратились к ней:

– Вступай в наши ряды, и мы вместе будем доказывать, что наше общество не умеет воевать!

– Не знаю, – ответила Умеющая Считать до Бесконечности, – а это действительно так?

– Ну как ты не понимаешь? – удивились оппозиционеры, – Верховная не умеет считать, и все её прихвостни – лохи!

– Не вижу взаимосвязи.

– Ну и дура! – ответили оппозиционеры, и собрались уходить.

В этот момент с другой стороны подошли патриоты и спросили Умеющую Считать до Бесконечности:

– Отвечай, не юля, ты за правый фланг, или за левый?

– А какой плохо, какой хорошо?

– Конечно, за правый хорошо, за левый плохо!

– А как же у вас получается, что деятели, выступающие за левый фланг в обществе Активности и Порядочности – герои и правдорубы?

Последовало молчание и вдруг одна патриотка выдала:

– Умеющая Считать до Бесконечности – дура и не понимает, что то, что с нашей стороны справа, с противоположной – слева!

– Точно! – закричали барамуки и подняли такой галдёж, что было абсолютно не слышно, что отвечает Умеющая Считать до Бесконечности. После же этого правые с криком «Бей левых!» кинулись бить оппозиционеров и Умеющая Считать до бесконечности оказалась в самой гуще сражения. В пылу драки стороны били друг друга и Умеющую Считать до Бесконечности, и не найдя ничего лучше, она села на землю, и сгруппировалась, закрыв голову руками.

В этот момент подоспела Служба Демократической Безопасности, и ряды оппозиционеров дрогнули. Сторонники версии о не умеющих сражаться патриотах побежали врассыпную, а патриоты, спотыкаясь об Умеющую Считать до Бесконечности, побежали их догонять и ловить. Так общество Справедливости и Равенства победило в информационной войне, потому, что в бою с оппозиционерами победа осталась за правыми, а в демократическом мире кто победил, за тем и правда.

Продолжение следует...

Радикальный анархист

Итоги года: Россия побеждает в гибридной войне

                       Совсем недолго остается до боя кремлевских курантов, которые возвестят нам о наступлении нового 2020 го...

Страшная космическая ракета, дырявые скафандры и новый робот ARTEM

✔ На этой неделе в мировой космонавтике произошло три важных события, которые напрямую связаны с соперничеством ведущих держав за лидерство в космосе. В настоящее время это соперничеств...

Меркель поднимает ставки перед встречей в Париже

Как и следовало ожидать, намёк с законом о госгранице ДНР в Европе поняли хорошо и он им не понравился. Россия фактически показала Берлину и Парижу крайнюю ограниченность их пространств...

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Загрузка...
    Роман Дудин 2 декабря 08:06

    Откуда берётся дерьмо?

    А задумывались ли вы когда-нибудь, почему у хищников дерьмо пахнет на порядок отвратительнее, чем у травоядных? Почему у вегетарианцев оно удобрение, готовое сразу к использованию, а у мясоедов оно яд, которому ещё надо перегнивать несколько лет, после чего он только станет удобрением? Кстати, у растений тоже есть свои шлаки, которые они выводят через к...
    219

    Эпилог

    Когда Умеющая Считать до Бесконечности со своей компанией отделилась от общества Справедливости и Равенства, участники других обществ увидели, что в её компании каждый получает по целому апельсину, и многие из них тоже захотели к ней присоединиться. Так её общество стало разрастаться со временем потребовалось официальное название. Название ему было дано...
    197

    Глава 29. Как общество столкнулось с экстремизмом

    Однажды, в начале очередного деления апельсинов Умеющая Считать до Бесконечности встала между апельсинами и общественностью. В руке она держала палку, и постукивала ей об ладонь , что было первым случаем в истории всех обществ, когда обезьяна взяла в руки палку, ибо до этого чего только не приходило брать в руки обезьяне, но только не палку. А позицию о...
    165

    Глава 28. Как общество было предано.

    Однажды Умеющая Считать до Бесконечности встала раньше всех и увидела, как какая-то обезьяна бегает по территории общества Справедливости и Равенства, и разбрасывает листовки. Это была вражеская диверсантка. Подняв одну из них, Умеющая Считать прочитала «Верховная общества Активности и Порядочности вам не враг. Ваш истинный враг – Верховная общества Спр...
    320

    Глава 27. Как общество преодолело кризис

    С той поры, как сражения между обществами стали регулярными, Верховной было уже давно не до апельсинобола. Оборона Свойнины поглотила её полностью. С утра до ночи Верховная только и думала, что о поднятии обороноспособности своего общества. И если общество Справедливости и Равенства могло до сих пор существовать, то это только благодаря работе Верховной...
    341

    Глава 26. Как общество несло демократию в другие общества

    Однажды вдруг обнаружилось, что существует ещё третье общество, в котором тоже сто обезьян нуждается в регулярном делении между собой ста апельсинов. Причём считать там вообще никто не умеет не то, что до ста, но даже и до тридцати, и те обезьяны срочно нуждаются в квалифицированной помощи грамотно поделить апельсины. Находящихся в беде братьев надо...
    305

    Глава 25. Как общество боролось за мир

    Когда в следующий раз два Общества делили двести апельсинов, два огромных войска стояли на страже и бдительно следили за тем, чтобы чужая сторона не позволила себе взять ничего лишнего. И готовы были кинуться в бой, чтобы защитить свою Свойнину от вражеской агрессии. В такой форме и происходили все дальнейшие деления, ибо только по-другому нельзя бы...
    344

    Глава 23. Как общество стало Великим

    Когда Верховная Общества Справедливости и Равенства вернулась восвояси, она была в замешательстве. Первым делом нужно было посчитать собранные апельсины, и подумать, как обратить в свою пользу создавшуюся проблему, ибо настоящий лидер из любой проблемы всегда должен уметь извлекать пользу. То, что апельсинов они успели собрать меньше, чем противники, бы...
    367

    Глава 22. Как появились межобщественное право

    Однажды оказалось, что общество Справедливости и Равенства не единственное, кто занимается делением апельсинов. Обнаружилось ещё одно общество, в котором тоже сто обезьян делит между собой сто апельсинов. И что оно тоже имеет закон, согласно которому каждая обезьяна имеет право на пять штук, что ещё раз подтверждало, что пять – самое правильное число. И...
    334

    Глава 21. Как в обществе зародилась духовность

    Однажды барамуки сидели, и скучали. Умеющая же Считать до Бесконечности в то время сидела и создавала какую-то теорию. Не зная, чем себя развлечь, барамуки пошли к ней и изобразили интерес:– Да что же ты там такого всё пишешь-то? – Я работаю над вопросом, почему мир устроен так, как устроен. – ответила она, – Например: почему в нашем обществе всегда ров...
    927

    Глава 20. Как в обществе появилась вера

    Поскольку в настоящем демократическом обществе каждому его участнику присуще иметь своё мнение, общество Справедливости и Равенства отличалось их разнообразием. Одни его участники привыкли к тому, что никогда не получают обещанных пяти апельсинов; другие же наоборот, верили, что в этот раз обязательно всё получится. Популярным это ожидание стало после т...
    2054

    Глава 19. Как в обществе появилась Служба Демократической Безопасности

    С тех пор, как с воровством в обществе Справедливости и Равенства было покончено, отношение его участников к Верховной изменилось. Одни по-прежнему продолжали кричать, что она не умеет считать, другие же стали заявлять, что она самая умная и достойная, и молиться на то, чтобы её власть всегда была сильная и крепкая. Так в оппозицию оппозиционерам среди ...
    1906

    Глава 18. Как общество боролось с воровством

    Однажды Умеющая Считать создала теорию, согласно которой каждой обезьяне требуется для полноценного питания получать один апельсин за раз. Если же их потреблять больше, то апельсины приедаются, становятся невкусными, и даже могут вызывать отвращение, и потому, согласно её теории, смысла в объедании ими особого нет. Поэтому каждой обезьяне для полного сч...
    2192

    Глава 17. Как в обществе возникло правосудие

    Несмотря на то, что в теории Закон демократического общества был гарантом справедливости, на практике достичь такого положения никак не удавалось. И даже если любое ответственное лицо действовало по закону, это совсем не гарантировало ему не только справедливости, но и даже иногда и безопасности.Например: выдавала Верховная разделюкам по пять апельсинов...
    2268

    Глава 16. Как общество набиралось знаний

    Когда Верховная раздавала разделкам их доли, они говорили про неё, что она не умеет считать. Когда они раздавали барамукам их доли, те говорили про них то же самое. Свою политическую позицию каждая барамука при случае высказывала в адрес всех окружающих: все вокруг дураки, потому, что власть не может правильно поделить апельсины, а остальные не могут...
    2134

    Глава 15. Как общество богатело

    Однажды у одной разделюки случились с Верховной какие-то разногласия. Какие именно в деталях, точно не известно, так как они происходили в узком кругу высшего класса, а барамуки его делами имели обыкновение не интересоваться. Единственное, что известно – это то, что разделюка по поводу чего-то выступала против Верховной, а та предложила ей тридцать апел...
    2575

    Глава 14. Как общество процветало

    Поскольку апельсины съедались, а корки оставались, последние постепенно накапливались в большом количестве. А поскольку апельсины всем очень нравились, а корки пахли апельсинами, барамуки не спешили их выбрасывать. Они собирали их, накапливали, и наслаждались их запахом. У корок было одно очень важное достоинство: они не расходовались и не протухали (ес...
    2313

    Глава 13. Как в обществе отстаивалась честь.

    Однажды барамуки сидели и скучали. Всё то у них было: и демократические права, и свободы, и образованность, и всё же чего-то не хватало. Ну или, может, наоборот: ничего-то у них не было, а хотелось, чтобы хоть что-то было – им барамукам, виднее. И вот однажды они поняли: не хватает им чести. Честь участника общества должна была стать для него тем, чт...
    2849

    Глава 12. Как в обществе крепла мораль

    Поскольку официальная его идеология общества Равенства и Справедливости провозглашала честность и доброту, все его участники должны были быть ярким примером этих качеств. И таковыми они и были, независимо от того, оставались ли они простыми барамуками, или становились кем-то повыше. Мораль в каждой участнице общества была столь сильна, что она готова бы...
    2725

    Глава 11. Как в обществе росло правосознание

    Поскольку Закон общества Справедливости и Равенства был так устроен, что одна его трактовка приводила к одному результату, а другая – к другому, то все его участники научились понимать, что правды в этой жизни бывает две: выгодная и невыгодная. И даже если чужая правда ничуть не менее логичная и последовательная, это был ещё не повод её признавать. Ибо,...
    2881
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика