• РЕГИСТРАЦИЯ
brest88
17 августа 16:41 3713 8 31.40

Враг или брат? (главы повести)

                                                                Глава первая

Ярик лежал метрах в семидесяти за бетонным блоком и знаками звал Угрюмого к себе. Летнее солнце нагревало утренний воздух Донбасса. До позиций вооруженных сил Украины было метров восемьсот. Угрюмый, опасаясь вражеского тепловизора, медлил откликаться на призывы своего временного напарника. Он внимательно, метр за метром осматривал ландшафт, пытаясь вычислить снайперскую лежку. Уже несколько суток Угрюмый, скрытно перемещаясь по «серой зоне», искал вражеского снайпера с позывным Рико, который посеял страх и неуверенность в ряды ополченцев ДНР. Перед этим, получив задачу от командира ополченцев, Угрюмый больше двух недель изучал обстановку, способы реализации выстрела и дальности с которых работал Рико. Пытался понять логику действий и индивидуальные особенности действий снайпера противника. Найти его сильные и слабые черты. Для решения поставленной задачи командир не взирая на протесты Угрюмого, назначил тому в помощь молодого ополченца Ярика знавшего Рико в лицо. Отчаянный, бесстрашный, самоуверенный Ярик называл себя «Слава Ярый», поклонялся «перуну» и другим славянским богам. Он постоянно ошивался на передке и бравировал своей неуязвимостью. Даже находясь несколько часов в окопе под артиллерийским обстрелом, Ярик не получал ни царапины. Он первым ходил в атаку. С пулеметом подбирался почти вплотную к украинским позициям, устраивал настоящий бой и возвращался невредимым. На предложения быть осторожней, Ярик отвечал что его заговорил сам Сварог – языческий бог славян и теперь ни пуля не осколок его не возьмут. Угрюмый опасался быть рядом с такими людьми. Они, как правило, выходили невредимыми из смертельно опасных ситуаций ценой жизни своих соратников, а сами погибали от «случайных», «шальных» попаданий.

Сейчас Славик Ярый поднялся в рост, сложил ладони рупором, громко звал Угрюмого. Снайпер вздохнул и, опасаясь тепловизоров начал осторожно менять позицию.

Первая мина прилетела рядом с Яриком через полторы минуты после того как он встал. Земля встала дыбом, взвыла и плеснула комьями земли и осколками. Слава Ярый прыгнул в сторону и свалившись ничком замер. Угрюмый подхватился, бросился к напарнику, стараясь успеть до следующей атаки. Второй взрыв ударил в лицо и по ушам. Снайпер упал, закрыв голову руками. Падающая земля застучала по спине. До лежащего Ярика оставалось метров десять. Угрюмый вскочил, быстро преодолел разделяющее их расстояние и, перед самым взрывом упал, закрывая собой молодого бойца. Удар в голову провалил снайпера в темноту. Ненадолго. Очнулся он через минуту от пульсирующей боли в голове и тошноты. Угрюмый открыл глаза и обнаружил себя и напарника лежащими за бетонным блоком. Видимо это Ярик перетащил снайпера сюда, пока тот был без сознания. Мины рвались, разбрызгивая землю и разрывая асфальт. Угрюмый звуков не слышал. В его голове стучал молоток, а в ушах стоял шум заезженной старой пластинки. С трудом снайпер приподнял голову и увидел в глазах «заговоренного» Ярика сильный испуг и неуверенность. Превозмогая боль Угрюмый достал из нагрудного кармана матерчатый поясок с молитвой «Живый в помощи Вышняго…». Он начал читать, широко открывая рот пытаясь докричаться до напарника. Снайпер не слышал своего голоса от постоянного звона в ушах и близких разрывов. Зато слова молитвы гремели в его сердце. В который раз, находясь в опасном положении, Угрюмый делал так и знал наверняка, что пока в сердце гремит молитва, смерть против него бессильна. Снайпер взял побелевшего от страха Ярика за руку и глядя тому в глаза кричал сердцем: « …Ангелом своим заповесть о тебе, сохраняти тя во всех путех твоих…». Мины разрывались совсем рядом. Лежащим напарникам даже было видно, как разлетаются смертельно опасные осколки. Так продолжалось около часа. Когда все закончилось, снайпер с Яриком поползли в зеленку. Там в безопасности Угрюмый вырубился в изнеможении. До базы Ярик нес снайпера на себе.

Прошло несколько дней. Напарники сидели рядом на большом бревне возле блок поста у развалин хаты. Угрюмый говорил Ярику:

- Перестань бравировать своей безумной храбростью. Не искушай Бога! На войне надо быть осторожным!

- Но ведь все закончилось хорошо, – возражал молодой ополченец – все живы, ранений нет. Ну подконтузило тебя слегка! Ну немного страху натерпелись! – он говорил с нажимом: - Теперь мы оба заговоренные!

- Дурак ты! – спокойно сказал Угрюмый: - Задачу то мы не выполнили!

- Выполним потом! – самоуверенно заявил Ярик;

- Послушай браток, - Угрюмый терпеливо, спокойным тоном продолжал увещевать своего молодого напарника: - тебе жизнь дана для жизни, а не для смерти. Не стоит рисковать без надобности! Сам погибнешь и товарищей погубишь! Кому нужны мертвые герои? Лучше быть живой боеспособной единицей.

- Да ты трус что ли? – Ярик удивленно посмотрел на снайпера. Угрюмый вздохнул:

- Может и так. Однако четвертую войну переживаю – он помолчал и прибавил: - С Божией помощью! – и перекрестился. Ярик брезгливо взглянул на напарника:

- Да что твой Бог? Себя спасти не смог! Его самого распяли! – Ярик разгорячился. Угрюмый смотрел на него и вдруг, внутри себя – в глубине своего сердца ощутил холодящий душу страх. Он повернул голову направо и быстро взглянул в сторону зеленки. По спине побежали мурашки и какая-то сила толкнула снайпера в грудь. Угрюмый резко опрокинулся навзничь в траву. Все это произошло в одно мгновение – в миг, но снайперу казалось, что время остановилось, а он сам двигается очень медленно. Угрюмый падая, успел повернуть голову к Ярику, запечатлеть его разъяренное лицо, крикнул – «Ложись!», но в тот же момент увидел, как череп напарника раскололся и красно-белые брызги стали разлетаться в разные стороны. «Рико!» - прозвучало в сознании снайпера. Ярик с пробитой тяжелой пулей навылет головой упал на бок и глаза его удивленно – вопросительные уставились в небо. Время остановилось. Щемящая тоска уколола сердце старого воина. Угрюмый долго лежал не шевелясь рядом с напарником. Он видел, как с блок поста в зеленку рванули разведчики из группы Хмурого, слышал крики и стрельбу, чувствовал теплоту летнего ветерка и со скорбью думал о Ярике.

Вернулись разведчики. Подошли к Угрюмому. Тот вопросительно взглянул, лежа в траве и уже зная ответ.

- Ушел гад! – раздраженно сказал один из бойцов.

- Это был Рико – с уверенностью сообщил другой.

-Почему ты так решил? – спросил Угрюмый, и опять заранее знал ответ. Боец проговорил: - Я его по снайперской панаме узнал. На ней желтый светоотражающий смайлик сзади пришит. И вот еще гильза триста тридцать восьмого калибра. Он такую на позиции оставляет, когда особенно близко подбирается и удачно выстрелит. – боец протянул стреляную гильзу Угрюмому. «Вот пижон!» - подумал снайпер. Он встал закрыл опустевшие глаза Ярику и сказал: - Все мужики! Теперь, достать этого стрелка - дело чести! Пойду в «автономку» один – без помощников! – Угрюмый изобразил на лице подобие улыбки: - Это будет моя добыча!- в его голосе звучала холодная уверенность профессионала.

Почти неделю Угрюмый лазил по тылам противника в поисках следов своей цели. Он был настроен на Рико и только на него, пропуская другие значимые цели, включая американского инструктора, который беспечно расхаживал на одном из блок постов ВСУ. Снайпер день за днем, ночь за ночью осматривал, обыскивал, сидел в засадах, выжидал, вычислял, но безрезультатно. Однако он не сдавался. Интуитивно, чутьем – тем, которым зверь чувствует зверя, добычу, Угрюмый ощущал близкое присутствие своего противника. Понимал, что тот где-то рядом.

Однажды, снайпер нашел место, где было возможно оборудовать очень хорошую снайперскую лежку для стрельбы метров с четырехсот по позициям ополченцев, и, без тепловизора не быть обнаруженным. Угрюмый, с уверенностью сел в засаду, где прождал Рико несколько суток. Снайпер сильно устал. В одну из ночей он заснул с открытыми глазами. Во сне увидел Ярика в славянской одежде. Ярик шел по лесу хрустя ломающимися ветками. Угрюмый очнулся. Он скорее ощутил, чем увидел два темных пятна, метрах в пятидесяти перед собой - именно там, где ожидал. С рассветом взгляду Угрюмого предстали двое. Один лежал с винтовкой, прильнув к оптическому прицелу. На его снайперской панаме желтел смайлик. В мощную оптику Угрюмый разглядывал детали рисунка. Второй номер сидел метрах в двух позади Рико, слившись с кустом, и наблюдал в американскую зрительную трубу. Пара ждала цель. Угрюмый тихо навернул глушитель и зарядил винтовку дозвуковым патроном. Прицелился. Все трое замерли в ожидании. Между тем, солнце полностью встало. Загудели пчелы и мухи, зеленка зашумела звуками своей мирной жизни и движением. Прошло несколько часов. Внезапно второй номер тихо цокнул языком. Рико дослал патрон и закрыл затвор. Угрюмый слился с оружием воедино. Время остановилось. Со стороны позиций ВСУ заработал пулемет. «Пора!» - прозвучало в голове. Угрюмый выжимая спуск, уже внутри себя знал результат. Приклад мягко толкнул в плечо. Винтовка тихо щелкнула. Пуля ударила в панаму Рико точно в смайлик разметав кровь и мозги по листве. Голова сраженного снайпера ткнулась в землю, окровавленная панама слетела на траву. Внутри Угрюмого захохотал Ярик. Угрюмый медленно вздохнул и перевел оружие на второго номера. Но тот, резко упал и быстро, заскользив по – змеиному, уполз вдоль канавы в зеленую густоту. Угрюмый сморгнул «замыленным» глазом, достал гильзу, оставленную Рико после убийства Ярика, положил ее на тело вражеского снайпера и осторожно отправился восвояси.

Командир разведчиков смотрел на Угрюмого в ожидании.

-Смайлик готов. Второй номер ушел – коротко доложил снайпер.

- Спасибо брат! Да мы и не сомневались, что ты его достанешь! – Хмурый, искренне радуясь хлопнул Угрюмого по плечу: - Иди, отдыхай – снайпер кивнул и вышел из штаба.

Глава вторая.

Ночь была темная и тихая. Только редкие выстрелы и пулеметные очереди напоминали о войне. Угрюмый двигался к позициям противника с целью разведки места для снайперской «лежки». Разведка сообщила, что вскоре ожидается прибытие на передок генерала ВСУ. Нужно быть готовым. Налегке, с автоматом и маленьким штурмовым рюкзачком, наслаждаясь свободой движения, Угрюмый искал себе место для выстрела метров с пятисот. Внезапно от разрушенной хаты донесся тихий разговор и приглушенные стоны. Снайпер остановился, напрягая слух и всматриваясь в очертания разрушенного строения. Так и есть! Сквозь разрушенные стены проскакивали отблески небольшого костерка. Угрюмый осторожно обошел хату кругом и приблизившись со стороны кустов, приподнял автомат, вставляя его в плечо, стараясь не зацепить ветки ПБСом. Чуть- чуть высунулся из–за стены и увидел бойца ВСУ в снайперской панаме перевязывающего голову беременной женщине, которая постанывала и что – то тихо говорила недовольным тоном. Рядом с ней сидел чумазый мальчик лет десяти. Он насупившись смотрел на маленький, еле дающий свет костерок. Позади бойца ВСУ стояла на сошках снайперская винтовка финского производства в крупном калибре. У ополченцев таких не было. Угрюмый пригляделся и узнал в бойце напарника убитого Рико. Снайпер придвинулся ближе, щелкнул переводчиком огня и тихо, но отчетливо произнес:

- Руки на голову! Ложись лицом вниз! Не дергаться! – при этих словах, женщина вскрикнула, обхватив голову, Мальчик вздрогнул и уставился в темноту, а напарник покойного Рико положил руки на панаму и стал поворачиваться на голос. Угрюмый повторил: - Лежать! Лицом вниз! Руки на голову! - когда пленный лег, снайпер выскочил из кустов и закрутил лежащему руки за спину, зафиксировав их пластиковыми наручниками. Потом, отодвинулся в темноту спиной к стене и приказал пленному сесть. Все произошло очень быстро и при полном молчании женщины и мальчика.

- Кто вы? Почему оказались здесь? – обратился снайпер к женщине. Та вздохнула и сердито глядя на пленного бойца ответила:

- Я сестра этого укропа. А это, - она обвела рукой вокруг, - развалины моей хаты! – женщина всхлипнула и сдерживая слезы и ярость продолжила: - Проклятые фашисты минометами… Ой, – она схватилась за живот, - ой! А это сынок мой средний – Василько! – тут мальчик встревоженно шевельнулся.

- А где остальные члены семьи?

- Муж и старший сын в ополчении против этих, - она кивнула в сторону брата, - этих укропов воюют. Ой, - она опять схватилась за живот, - рожать скоро, а тут еще и осколком голову зацарапало.

- Тебе срочно в больницу надо, – сказал Угрюмый, - Тут до укропского блок поста недалеко. Идти можешь?

- Ей туда нельзя! – подал голос пленный: - Она же жена сепаратиста! Убьют, да еще и надругаются. И Василя не пожалеют. Там батальон «Азов» стоит – пленный кашлянул и продолжил: - На этом участке четыре тепловизора! Не пройдете никуда!

- Что предлагаешь? – спросил Угрюмый. Пленный немного помолчал глядя в темноту. Потом твердо сказал:

- Могу провести в сторону ватников, - и через паузу, - если отпустишь!

- Не слушай его! – взорвалась женщина: - Он же укроп! Против своей семьи воюет – ничего святого! Снайпер! Вон сколько наших убил! Лучше застрели его!

- Не надо дяденька! – перебил мать Василь – Не стреляй! Дядя Коля хороший. Просто он присягу давал – мальчик заплакал. Женщина обняла его и то же заплакала. Угрюмый вышел из темноты к огню. Пленный взглянул на снайпера и застыл в крайнем удивлении. Лицо его вытянулось, глаза округлились, а рот непроизвольно открылся. Боец выдавил пересохшим горлом: - Угрюмый? Живой? – он не верил своим глазам.

- Откуда позывной знаешь?

- Та мы с напарником на тебя месяц охотились! За тебя десять тысяч гринов обещали, - вражеский снайпер никак не мог отойти от удивления, - я же своими глазами бачив попадание – бачив як твоя башка вибухнула от пули?

- Это вы моего заговоренного напарника завалили. А меня Господь уберег! – Угрюмый достал из нагрудного кармана поясок с молитвой «Живый в помощи…»

- Не розумию! – все не унимался пленный – ты же ближе к посадкам сидел?

-Так точно?

-В тебя и попало. А второго рикошетом… там же всего сто пятьдесят метров было…, - боец замолчал. Затем встряхнул головой и протянул:

- Д-а-а-а!

- Слава Богу, я жив! – Угрюмый перекрестился, поглядел внимательно на пленного:

- Тебя-то как звать?

- Мой позывной Кабан, – буркнул пленный. При этих словах женщина пристально посмотрела на брата и тихо сказала: - Ах вот как! – Кабан повернулся к ней и с улыбкой продолжил: - А имя мое Микола! – затем к Угрюмому,- А як твое?

- Зачем оно тебе? Позывной знаешь и хватит – твердо сказал Угрюмый. Немного помолчали. Костер почти потух.

- Ну что ж, - снайпер встал, - веди нас Кабан. Только не как Иван Сусанин поляков.

-Может, без него пойдем? – спросила женщина: - Не верю я ему!

- Закинчуй Тома! Я шо зовсим – ридных вбываты?! – Микола развел руками.

-Отож, брехун, - ответила сестра – десять тысяч долларов? Кто ж тебя укропа знает?

- Отставить балаган! – резко приказал Угрюмый, - выбора у нас нет – придется Кабану довериться. Пошли.

Полночи необычная группа пробиралась к позициям ополченцев. Несколько раз попадали под обстрел. Однажды под минометный. При взрыве мины Кабан упал, закрывая собой мальчишку. Небольшим осколком, проводника ранило в плечо. Угрюмый освободил проводника от пластиковых наручников, перевязал Кабану рану и вернул ему винтовку. Ближе к рассвету добрались до вполне безопасного места в ополченской зеленке.

- Ось и все, - остановился Кабан – дальше без мене.

-Хорошо. Благодарю! – Угрюмый протянул руку. Кабан пожал ее.

-Скажи, - спросил Угрюмый,- а зачем ты на панаму смайлик налепил, как покойный Рико?

- В память о друге.

-Будешь мстить? – Угрюмый тяжелым взглядом смотрел на Миколу. Тот отвел глаза: - Война есть война!

- Лучше не делай этого! – искренне сказал Угрюмый;

- Почему? – Кабан удивленно вскинул брови;

- Потому, что правда на моей стороне! А ты против своих родственников воюешь! Называешь их ватниками и российской армией! Бог - со мной!

- И со мной тоже! – Кабан достал из нагрудного кармана матерчатый поясок с молитвой «Живый в помощи…», показал его и сказал: - И ты не в того попал! Перед выходом на задачу, я повредил себе руку. Поэтому с моей винтовкой лежал напарник – он очень хотел убивать ватников. Я был вторым номером - смотрел в трубу. Панаму напарник у меня выпросил, сказав: «На удачу!». Вот так! Почему меня Бог спас - не знаю! – и приподняв в прощальном жесте панаму Микола повернулся и пошел прочь.

- Подожди, Рико! – украинский снайпер обернулся. Угрюмый взмахнул, указывая направление рукой: - Иди левым краем посадок – справа растяжки, и могут быть забытые мины – затем помолчал и закончил: - мое имя Николай!

- Спасибо…брат…Николай! – и вражеский снайпер скрылся в листве. Женщина и мальчик со слезами смотрели в след.

Глава третья.

Угрюмый вздохнул. Из его груди вырвался сдавленный хриплый стон.

- Ось! Очнулся клятый сепар! – один из бойцов ВСУ отделился от группы, сидящей у костра и подошел к лежащему на боку связанному снайперу. Слегка пнул его и веселым пьяным голосом сообщил: - Зараз допрашивать будем.

Угрюмый стиснул зубы, закрыл глаза, сосредоточившись, начал мысленно погружаться в себя, стараясь полностью отрешиться от внешнего мира. В его пульсирующем болью сознании застучали молоточками слова : «Господи, прости и помилуй!». Сердце гулко стучало, наполняясь тишиной и спокойствием. Когда к первому бойцу присоединился офицер, снайпер уже полностью ушел в себя. Сознание его, привычно фиксировало детали окружающего мира, резкие вспышки боли электрическим разрядом пробивавшие тело, притупились, отчаяние сменилось надеждой, разум вошел в состояние молитвы. Угрюмый ощутил в себе спокойную, уверенную силу, готовность терпеть до конца. Он, не обращая внимания на боли в груди плавно вдохнул и медленно – медленно выдохнул, полностью концентрируясь, и вниманием и телом – всем своим существом на словах звучащих в его сердце: « Господи, спаси и помилуй!». Сознание пленного снайпера постепенно отстранялось от ощущений тела. Все звуки и чувства приглушились, пространство сузилось превратившись в своды узкой трубы по которой, вдруг понесло Угрюмого с ускоре,нием вверх и вверх, и вдруг, с легкой вибрацией – «Фррр!», снайпер вылетел на свет, увидев свое тело лежащее внизу. Сильное удивление охватило Угрюмого, но он удержал свое внимание в произносимых словах – «Господи, спаси и помилуй!», = спокойно наблюдая как крича и матерясь, офицер добровольческого батальона нацгвардии Украины, пинает связанное, лежащее ничком бездыханное тело, которое когда–то было снайпером с позывным Угрюмый. Вся жизнь, от младенчества до сего дня, в одно мгновение пронеслась перед взором влетевшей из тела души, сменяясь картинками как фильм в кинотеатре. Что – то теплое и горькое коснулось сердца снайпера, и он удивленно осознал что это слезы. «Разве сердце может плакать само без тела?»- пронеслось в сознании. «Конечно!» - услышал Угрюмый,- «именно сердце источник всего, что исходит от человека. Слез и радости, счастья и горя, доброты и злобы, верности и предательства, воли и безволия. Сердце наказывает, прощает, любит и ненавидит, убивает и милует.» - голос был густой и мягкий, но не громкий. «Кто ты?»- спросил Угрюмый. Ответа не было. Снайпер видел как несколько человек в камуфляже, в злобной ярости терзают пиная лежащее, скорчившись бездыханное тело со связанными руками. «Что со мной?»- подумал Угрюмый – «Я- умер!» - ответил он сам себе. И вместе с этой мыслью вздох облегчения вырвался из сердца – «Наконец- то все закончилось!». Стало легко и радостно. Угрюмый начал подниматься вверх, все больше удаляясь от своего тела, от тяжелой, суетливой земной жизни. Ликование наполняло его вознося все выше и выше. Лучи теплого света грели и притягивали ввысь. Внезапно, подъем прекратился. Снайпер остановился, упершись в невидимую преграду. Все тот же мягкий, густой голос, идущий сверху сказал: «Еще не готов! Пусть служит людям!». Угрюмый взглянул вверх и увидел очень яркий и теплый свет, который звал и не пускал одновременно. Чувство страха и невыносимой тоски охватило снайпера. «Почему?» - закричал он. «Найди ответ сам! И будь достоин жизни!» - печально, с любовью, но твердо ответил голос. В тот же момент, Угрюмый провалился в густую темноту – в ту же трубу, по которой поднимался вверх и падая, в тоске и страхе, горестно кричал - : «Господи прости и помилуй!». Затем сила тяжести огромной земли, навалилась ему на грудь и вдавила, возвращая в тело – вернув всю полноту болевых ощущений поврежденного организма. Угрюмый сжал челюсти, стараясь не дышать и чуть приоткрыв заплывшие кровоподтеками глаза. Свет костра резанул, пробиваясь болью ото лба до затылка. Все тело болело нестерпимо. Голова кружилась, сильно тошнило. Угрюмый увидел, как к сидящим у костра подошел человек со знакомыми чертами лица. Что – то сказал. Затем наклонился к снайперу. Угрюмый неимоверным усилием воли затаил дыхание. Человек вернулся к костру. Заговорил. Снайпер напряг слух. Слов было не разобрать, но Угрюмый все понимал. Люди у костра решали, что делать с трупом сепаратиста, который скоро начнет разлагаться и вонять. Никто не хотел возиться с мертвым телом. Ну не сжигать же его здесь. Человек со знакомыми чертами лица предлагал отвезти труп в серую зону и там сжечь, или бросить. Все согласились. Теперь решали кто это исполнит и каким способом. Все смеялись и шутили словно речь шла о мешке с мусором. Наконец, нашелся доброволец, согласившийся вывезти и утилизировать мертвеца. Доброволец подошел к Угрюмому, наклонился, взял подмышки и резко дернул вверх, поднимая. Сильнейшая боль обожгла все, тело снайпера и он потерял сознание.

Угрюмый очнулся, обнаружив себя в багажнике «Нивы», прыгающей и раскачивающейся на бездорожье поля боя. Мотор гудел, толчки на ухабах и поворотах, отдавались нестерпимой болью во всем теле. Угрюмый не выдержал и застонал.

- Потерпи брат! Осталось не долго. – знакомый голос прорвался к слуху сквозь шум мотора. Снайпер промычал, превозмогая боль и тошноту. Казалось, эта безумная тряска никогда не закончится. Машина остановилась внезапно. Угрюмый снова впал в забытье. Когда он снова очнулся, вокруг было темно. Только мерцающий свет от маленького костерка бил в гудящую голову проникая через заплывшие, воспаленные глаза. Снайпер сглотнул кровавую слюну и силой воли сосредоточившись, взглянул через огонь на сидящего напротив человека в камуфляже и снайперской панаме. Теперь Угрюмый узнал его. Это был Рико. «Рико!» - то ли выдохнул, то ли простонал Угрюмый.

-Держись москаль! Скоро за тобой придут. – спокойно проговорил Рико. – Я позвонил сестре и рассказал про тебя. Она связалась с вашими. Потом позвонила мне и сказала ждать группу Хмурого, - он помолчал, вглядываясь в темноту, - так что чекаем твоих друзей. – и через паузу добавил: - только бы не началась перестрелка. Особенно минометная.

Угрюмый чуть пошевелился. Осторожно вздохнул. Терпимо. Тошнота отступила, голова перестала кружиться, только сильно болела. Собрав силы, снайпер хрипло слабым голосом спросил:

-Где я? И почему с тобой? Я же вроде умер! Память отшибло начисто! – Рико внимательно посмотрел в темноту, затем на Угрюмого и ответил:

- Не знаю зачем ты на этот блок пост полез – почти вплотную подошел, но рядом с тобой сто двадцатая мина прилетела. С вашей стороны. Тебя и накрыло. Видимо хорошо подконтузило. Удивительно, что осколки все мимо прошли. Только чуть спину царапнуло. Ты вырубился. Пока был без сознания, стонал. Тебя обнаружили и притащили на блок пост. Когда я пришел, айдаровцы тебя уже размесили. Думали что все – труп. Я к тебе наклонился и понял, что ты живой. Воспользовался ситуацией, подтвердил, что ты мертвец и предложил утилизировать тело. Дали машину. Вот приехали утилизироваться. – Рико ухмыльнулся, - хорошо, что ты был без оружия – приняли за гражданского. Теперь сидим здесь и ждем группу Хмурого. Когда будут подходить - я исчезну. Вот и все. – Рико замолчал, вглядываясь в темноту.

-Почему ты спас меня? – Угрюмый с трудом выговаривал слова – результат контузии. Рико не ответил. Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза. Затем Рико подошел к Угрюмому и положил ему клочок бумаги в нагрудный карман:

- Здесь номер телефона моей сестры. Через нее можешь связаться со мной.

- Зачем мне с тобой связываться? – Угрюмый вопросительно поднял брови.

- Не знаю, – Рико лукаво прищурился – мы же православные!

Угрюмый промолчал, борясь с болевыми ощущениями. Со стороны позиций ополченцев затарахтели пулеметы. Рико встрепенулся: - Мне пора! Засиделся я тут с тобой. – Он встал, подошел к Угрюмому и почти в самое ухо прошептал: - Поправляйся скорее. У нас есть неоплаченные долги!

Глава четвертая

Угрюмый лежал без движения несколько часов. Он находился на той же позиции, где когда –то, некоторое время назад, ждал своего врага, с позывным Рико. Ждал, мучимый сомнениями - придет или не придет. Теперь, было не так. Снайпер был уверен – Рико придет. Угрюмый лежал, вспоминая как провалявшись в госпитале почти два месяца вернулся в строй. Только снайпер появился в штабе, как его озадачил Хмурый:

- В последнее время против нас новый снайпер хулиганит. Норвежец. Похоже экстремальный турист. А может и ЦРУшник. Пока ты по госпиталям прохлаждался, он тут прилично народу завалил. Посеял страх в рядах ополчения. По – всему опытный стрелок. С приличных дальностей стреляет гад – до кило двести! С тепловизором работает. Все делает конкретно и без пижонства. Очень скрытно выходит на позицию, оборудует несколько ложных, делает один выстрел и уходит. Пока мы его еще ни разу не обнаружили. Даже лежку не нашли. Прямо мистика какая – то, – Хмурый расстроенно развел руками, - говорят, что вторым номером у него – твой кровник Рико. Вроде живой он. Ты его молодого напарника завалил. – командир разведчиков хлопнул снайпера по плечу - Давай братишка, погружайся в работу. Зайдешь к Самураю получишь новую винтовку – производства «Лобаев армс». Самая точная и дальнобойная в мире. В триста тридцать восьмом калибре. Называется – «Возмездие». Патронов под нее собрали триста штук. Так что есть чем норвегу ответить. Только тепловизора нет. Но мы же и без него можем? Так? – Хмурый подмигнул.

-За винтовку спасибо! Хоть одна приятная новость, - Угрюмый слегка потер руки, - ну а тепловизор… что поделаешь – будем работать с тем, что есть! – снайпер попрощался с командиром разведчиков, отказался от предложения подобрать напарника, сказав : « Сначала надо изучить обстановку», и вышел из штаба.

Несколько дней Угрюмый лазил по передку, выходил в серую зону, разговаривал с бойцами, командирами, гражданскими. Никто ничего толком рассказать не мог. Даже направление, с которого делал выстрел норвежец, никто не мог точно показать. Истории о снайпере призраке ходили невероятные. Рассказывали, как ночью, в полной темноте, он убил одного ополченца попаданием в голову, метров с семисот. Или, как этот норвег выстрелив из посадки, через поле, с расстояния более километра, попал в самое сердце бойцу минометного расчета ополченцев. В общем, настроение у всех было подавленное. Угрюмый слушал, вздыхал, немного сердился на отсутствие конкретных объяснений, но продолжал упорно искать хоть какую-то зацепку. Как-то придя в свою каморку в расположении разведчиков, снайпер стал раздеваться и тут из нагрудного кармана выпал маленький, сложенный квадратиком листок бумаги. Угрюмый развернул его и увидел цифры, номера телефона, написанные карандашом. Следом шла приписка: « моя сестра Тома». Угрюмый застыл в задумчивости. Вдруг, память вспыхнула, осветив прошлые события, и вернула его к развалинам хаты в серой зоне. Теперь снайпер вспомнил все. До этого момента, с тех пор как он очнулся в госпитале, Угрюмый почти ничего не помнил. Кроме того, что он пробрался почти к самому украинскому блок посту, в поисках снайпера Рико - поступила информация о том, что тот снова вышел на охоту. Ребята рассказывали, что Угрюмый то ли был в плену, то ли был ранен в серой зоне, здесь тайна покрытая мраком, но только в штаб пришла женщина и сказала, что ее средний сын лазил по серой зоне и наткнулся на раненного снайпера. По ее ориентирам, Хмурый отправил поисковую группу. Угрюмого нашли в бессознательном состоянии. Он только стонал и в бреду бормотал о том, что жизнь нужно заслужить. Когда же снайпер очнулся, то сам сказал, что был в плену, а подробностей не помнит. Сейчас, память, яркой молнией пробив толщину темноты прошлого, сверкнула в его сознании одной картинкой, но в деталях, в мельчайших подробностях, восстановив все, что случилось с ним. Все события, слова, мысли, чувства и невероятный выход из тела и разговор с кем-то невидимым, но огромным и сильным.

Угрюмый сел на табурет, держа записку во внезапно задрожавшей руке, вытер вспотевший лоб и надолго задумался. Жизнь преподнесла ему еще один сюрприз. Снайпер встал, достал из тумбочки телефон, включил его, подождал, когда загрузится и набрал номер, написанный на листке. Сестра Рико почти сразу ответила:

- Алло!

- Здравствуйте! Это Николай, который…

- Я поняла!

- Можем встретиться?

- Я буду гулять с малышом около «Львовской кофейни». Через, минут пятнадцать.

- Хорошо. Я прибуду. – Угрюмый нажал отбой, выключил телефон, положил его в тумбочку и приведя внешний вид в порядок, вышел из расположения, направляясь к центру Донецка.

Они встретились на полдороге. Тамара оставила коляску и радостно обняла Угрюмого.

- Ты чего? – он почувствовал себя неловко.

- Да ты Микола мне родней родного! – Тома вытерла слезы – Я в честь тебя младшего назвала! Ты же нас всех спас!

- Это не я спас, а святой Николай! - Угрюмый разводил руками, - Да и брат твой!

- Да, - Тут Тамара нахмурилась,- жаль что он укроп! – она снова вытерла слезы.

- Как твои муж и старший сын? Где Василь? – Снайпер перевел разговор.

- Муж дома – отпустили отдохнуть. Старший в Горловке служит. А Василь у Гали.

- Это кто? – снова спросил Угрюмый. Тамара погрустнела и поднесла плато к глазам:

- Галя? Так это жена его … укропа моего! – Угрюмый молча удивился. Затем аккуратно взял Тамару за локоть и тихо сказал:

- Буду ждать твоего укропа послезавтра. Там, где завалил Кабана. Поняла? – Тамара кивнула.

- Повтори! – сказал Угрюмый.

- Там, где завалили Кабана, – Эхом откликнулась женщина, - Послезавтра. А время? – она быстро взглянула на снайпера.

- Не важно! Я буду ждать - там! – на том и расстались.

Теперь, Угрюмый, как затаившийся зверь, без единого движения, лежал несколько часов, каждой клеточкой своего тела ощущая окружающую его среду. Прислушиваясь, принюхиваясь, рассчитывая и размышляя. Снайпер ждал снайпера. Он не знал, что случится потом, какой будет встреча, чем она закончится, кто останется жить, а кто погибнет. Все было не предсказуемо. Но в том, что Рико придет, Угрюмый не сомневался.

...продолжение следует...

Николай Брест

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Еще статьи от автора brest88
    brest88 27 сентября 16:07 3143 23.28

    Враг или брат? (продолжение повести)

                                                            Глава восьмая Через три дня состоялись похороны снайпера. Угрюмого хоронили в закрытом гробу. Хмурый, как организатор объяснял всем, что после попадания снаря...
    brest88 7 сентября 19:41 4060 28.64

    Враг или брат? (продолжение)

                                                                Глава пятая Тихий шуршащий звук донесся сзади. Угрюмый замер, вжавшись в землю и превратился в слух. Кто-то осторожно двигался в его сторону. Сн...
    brest88 13 марта 18:29 6339 57.09

    Бой местного значения

    Удар страшной силы сотряс все здание. Снаряд, пущенный артиллерией Вооруженных сил Украины, ударил в бойлерную детского садика города Донецк. Дом, построенный в сороковых годах прошлого века, сооруженный из кирпича и дерева вспыхнул, как спичка в сухую, жаркую погоду, и густой дым войны, снова затмил голубое небо Донбасса. В этом здании дети только поо...
    ПРОМО
    Михаил Сущев
    Сегодня 11:37 747 4.17

    Киев - русский город, но как-то очень тихо русский город

    Грустно всё у нас в Киеве. Грустно и тоскливо. И надоело всё до невозможности. Хотя сегодня, сидя в киевской музшколе и ожидая свою дочь с занятий, приятно поразилась непредсказуемости киевлян.Три девочки класса так 7-го что-то рассказывали друг другу о своих школьных приключениях и очень показательно так рассказывали: всё нелепое и смешное в их рассказа...
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика