Протесты в Беларуси. Прямая трансляция. Обновляется

Вера

2 894

Взрыва он не услышал. Осколок фугасной мины лишил сознания и боли. Очнулся Игорь в палате госпиталя. После операции на позвоночнике. Лежал на животе и отходил от наркоза. Вокруг все плыло. До тошноты. Во рту сухость. Облизал губы. Прислушался к себе. В спине тянущая боль. Сознание медленно возвращалась. Вместе с памятью. Фугас сработал на дороге «Кавказ», вблизи села Алхан-Юрт. Игорь сидел на броне второй машины. Это его и спасло. В первой машине все погибли. Игорь вздохнул. Перед ранением получил радостную весть из дому. Вера родила ему сына. Думал поехать в отпуск – проведать жену. Теперь, похоже застрянет в госпитале. Игорь пошевелился. Странное ощущение. Как будто ног нет. Он хрипло простонал. Медсестра принесла воды. Попил. Стало легче. А это кто? В палату пришла целая делегация врачей. С серьезным видом смотрят снимки. Совещаются в полголоса. Ничего не разобрать. Качают головами. Лица грустные. Ушли. Один из них вернулся. Разговаривает ласково. Дружески трогает плечо. Неудачно шутит. Зачем все эти вопросы о самочувствии, семье, службе?

- Доктор! Да не крутите вы! Скажите в чем дело! – доктор повздыхал, почесал затылок и открыл страшную правду:

- Понимаете… мы пытались… но осколок попал в позвоночник и повредил спинной мозг. – доктор собрался с духом, - Вы никогда не сможете ходить. - наступило тягостное молчание. Игорь лежал прибитый. Лучше бы он умер. В тридцать стать инвалидом. Сесть на шею жены с грудным ребенком! Все планы и мечты обрушились и с грохотом понеслись в пропасть. Жизнь закончилась, не успев начаться. В палате потемнело. Воздух сгустился горем. Грудь сдавило. Игорь стиснул зубы. Прорычал:

- Уйдите! Прошу вас. Оставьте меня одного!

Через пару месяцев его привезли домой. Вера искренне обрадовалась мужу. Он сидел в инвалидном кресле с потухшими глазами. Серое лицо. Желваки ходят. Пальцы напряжены до бела. Взгляд в пол. Вера обнимала мужа, целовала, рассказывала о сыне. Назвала, как и хотели Сергеем. Игорь ершился, не веря в радость жены. Бурчал под нос ответы. Односложно разговаривал. Отводил взгляд. Напрягался, сдерживая рвущийся из души крик.

Приехали родители. Мать плакала с причитаниями. Отец сопел, говорил слова ободрения, но глаза выдавали горе. Безрадостно пообедали. Уехали подавленные. Игорь напился. Вывалился с кресла. Его вырвало. Уснул на полу.

Среди ночи проснулся. Ощутил себя на диване. Рядом спала Вера. В кроватке сопел Сережка. Голова болела и слегка кружилась. В душе тоска, стыд, обреченность. Он чуть пошевелился. Как же Вера затащила его на диван? Занятый своими мыслями Игорь заснул. Утром спросил жену:

- Как я оказался на диване?

- Сам залез, - невозмутимо соврала Вера.

- Я же был весь в …

- Я тебя вымыла… заодно и переодела. – Вера улыбнулась. Стала кормить малыша. Игорь хмуро смотрел в сторону.

Пришли сослуживцы. Притащили легкую, складную инвалидную коляску с большими колесами. Вера накрыла стол. Посидели, вспоминая смешные случаи из военной жизни. Натянуто смеялись. Немного выпили. Скоро ушли. Они были здоровыми, сильными воинами. Игорь подумал о самоубийстве. Эта мысль, с каждым днем все больше захватывала. Вскоре, он принял решение. Оставалось только понять - когда и как. Сложность состояла в том, что Вера не оставляла мужа одного. Если должна была уйти оставляла сына, под опеку отца. Игорь отнекивался, сопротивляясь. Говорил, что не справится. Жена улыбалась. Целовала обоих и уходила, заперев дверь. Игорь злился. Стал напиваться. Вера, потихоньку вынесла из дома все спиртное. Решил отравиться таблетками, но нашел только аспирин и стрептоцид. Заводил разговор, что является обузой для жены, предлагал разойтись. Вера улыбалась и переводила разговор на другое. Он рычал на нее. Она гладила мужа по голове, успокаивая. Часто целовала. Однажды Игорь не выдержал:

-Ты со мной – как с ребенком обращаешься!

- Ты и есть ребенок, - спокойно отвечала Вера, - распустил сопли, дуешься на весь мир. Обижаешься по пустякам.

-Я воин! И, между прочим на войне пострадал, а не в песочнице.

- Какой ты воин? Все себя жалеешь! А мне что прикажешь делать? Только родила одного младенца, а тут еще один пузыри сопливые пускает! Что мне теперь? В петлю лезть?

- Ты еще можешь замуж выйти.

-Дурак ты! Я же люблю тебя! – Вера разгорячилась, - если ты воин – себя победи! По воюй со своим пораженческим настроением. Убей предательское уныние! Помоги мне!

- Легко говорить, - буркнул Игорь, - когда ноги ходят.

-Так заставь их ходить!

- Врачи сказали…

- Да забудь ты про врачей! Сам себя вылечи!

-Как?

- На! – Вера дала мужу журнал. – Читай!

Игорь открыл журнал. Статья Валентина Ивановича Дикуля. Он после перелома позвоночника, вопреки приговору врачей встал на ноги. Да еще и силовым жонглером выступал в цирке. Игорь Был поражен силой духа этого человека. Отложил журнал. Посмотрел на жену. Ее карие глаза улыбались:

- Игорек, любимый! Я уверенна, что ты снова начнешь ходить. Ты – молодой, сильный. Настоящий герой. Не сомневайся - я буду с тобой всегда! – она светилась надеждой. Игорь кивнул.

Целый год они боролись. Изо дня в день. Без послаблений. Пробовали разные методики и тренажеры. Консультировались со всякими специалистами. Стиснув зубы повторяли попытки. Но ходить начал Сережка. На третий год, результата все не было. Игорь сдался. Снова начал хандрить.

Как-то пришли сослуживцы. Среди них священник – отец Серафим. В первую кампанию, он воевал с Игорем. Тогда Серафим, был - прапорщик Серега. Заслуженный боец. Орденоносец. Два ранения. Теперь, сменил военную форму на монашескую. Так и сказал Игорю:

- Раньше я был солдат телесный, а теперь – воин духа.

Друзья посидели, вспоминая былое, выпили за павших и ушли. Вера попросила отца Серафима задержаться. Проговорили почти всю ночь. Игорь удивлялся перемене в своем бывшем соратнике. Откуда такая мудрость и понимание жизни? Какие простые слова говорит, но как точно. На вопрос – почему ничего не получается, ответил:

- Бог, из ничего сотворил землю. Из земли, сотворил человека. Он может все! Он наш создатель. Наш отец. Мы без него можем только гадить. Вы понадеялись только на себя! Надо призвать Господа, Богородицу и святых в помощники. Набраться терпения. Все получиться! Только не ропщите. Не унывайте и не осуждайте других людей. За все Бога благодарите. – недолго помолчал, - Недалеко от вас, храм преподобного Сергия. Я служу там. Приходите. Я научу вас, как стать победителями.

Серафим ушел. Игорь с Верой долго сидели обнявшись. Молчали, чувствуя друг друга сердцем. В душах стояла такая тишина, что они боялись пошевелиться, чтобы не спугнуть ее.

Начали ходить в храм к отцу Серафиму. Вместе молились. Продолжили попытки поставить Игоря на ноги. Прошел год. Результата не было. Вера вышла на работу. Сережку отдали в сад. Игорь снова впал в уныние. Бросил упражняться. Вернулся к выпивке. Вполне освоился с коляской. Сам выезжал на улицу и в магазин. Иногда отводил Сережку в садик. Жизнь его вернулась к серому. Мысли о самоубийстве приходили каждый день. Перестал молиться и посещать богослужения в церкви. Сделал, через друзей разрешение и купил ружье. Примерялся как застрелиться. Вера все понимала. Она видела муки мужа. Пыталась сказать слова ободрения, но это его только раздражало. Начинал кричать, ругаться. Потом напивался. Вера ночами плакала и молилась. Ходила в церковь и стояла на коленях перед иконой Богородицы. Просила помочь мужу. Шли дни. Однажды ей приснился сон: будто идет она через поле ранним утром. Кругом тихо. Солнце едва-едва взошло. Вера толкает вперед инвалидную коляску. В ней Игорь. Мертвый. Голова скатилась на бок. Язык вывалился. Руки висят. Вера ищет место, где схоронить мужа. Сердце сжалось. Трудно дышать. Слезы потоком текут по лицу. Вера рыдает, ощущая одиночество. На встречу выходит женщина. Она очень высокая и красивая. На руках ребенок. Останавливается. Пристально смотрит. Взгляд сердитый. Говорит Игорю:

- Георгий! Ты чего расселся? До чего жену довел! Вставай и уходи отсюда!

Муж открывает глаза и конючит, как избалованный ребенок:

- У меня ножки не ходя-я-я-ят! Я раненны-ы-ы-й!

В руках женщины, появляется большое ведро с водой. Она обливает Игоря и говорит Вере:

- Забирай его отсюда! Скорее!

- Холодно-о-о! – кричит Игорь. Вскакивает и …

Вера проснулась. Лицо мокрое. В груди ком. Повернула голову. Свет за дверью. Вера рванула на кухню. Игорь сидел в кресле. Держал в руках ружье, примеряясь для выстрела в себя. Вера закричала и бросилась вперед. Вырвала оружие.

- Дурак! Дурак! – барабанила мужа кулаками по плечам, - Что ты делаешь! Я же люблю тебя! Я не смогу без тебя жить!

Игорь обхватил жену и заплакал, уткнувшись лицом в ее грудь.

- Не могу больше так, - шептал он, - не могу быть обузой для тебя… для всех.

- Глупый! – она гладила его по волосам, - глупый мальчишка. Потерпи немного… совсем чуть-чуть. Ты будешь ходить! Божия Матерь поможет!

Игорь рыдал и прижимался к жене. Так ребенок жмется к матери, ища защиты и утешения. Благодаря и надеясь. Он так и уснул у нее на груди.

Рано утром, их разбудил отец Серафим. Он пришел с тремя друзьями Игоря.

- Давай Веруня – собирай молодца!

-Куда?

- Поедем по святым местам. Сначала в Оптину пустынь. Потом в Шамординский монастырь.

Ехали на двух машинах. В Оптиной пустыни успели на службу. Потом поклонились мощам. Собрались в Шамордино.

- А что братцы, - задорно сказал отец Серафим, - может окунемся в источнике?

- Зима же!

- Так источник святой, чудотворный – вода в нем не замерзает.

- Зато мы замерзнем.

Недолго поспорили. Поехали к источнику. Окунулись.

- Ну давай Георгий – стань победоносцем! – отец Серафим начал раздевать Игоря. Тот сопротивлялся, - Братишки, подсобите!

Вчетвером, раздели до гола. Взяли за руки. Погрузили с головой в купель три раза. Вытащили. Посадили на лавку. Одели.

- Ну как?

- Да никак, – стучал Игорь зубами, - холодно!

- Погоди, сейчас мы тебя еще в снежку поваляем, - все смеются. Игорь улыбнулся. Попили горячего чаю. Поехали в Шамордино.

Там тоже есть источник.

- Повторим?

- Отец Серафим, ты что – железный? Мы еще от первого раза не согрелись.

- Вы же десантники! Что, слабо? – подначивал священник.

Пошли к источнику. Спуск долгий, неудобный. Коляску оставили наверху. Игоря несли на руках.

Окунулись. Вода показалась еще холоднее. Раздели дрожащего Игоря. Он просил, умолял, ругался. Не помогло. Схватили за руки. Стали окунать. Опустили до колен. Игорь вырывается. Вдруг:

- Стой! – лицо вытянулось. – Мужики, я ногами холод чувствую.

- Давай, не останавливайся, - отец Серафим радостно смеется, - трижды окунайте. С головой!

Выполнили. Стали вытягивать и выронили. Игорь упал в ледяную воду. Забарахтался. Уцепился руками за мостки. Подтянулся. Утвердился. Двое спрыгнули к нему. Пытались подсадить.

- Ребята, – по-мальчишески громко закричал вдруг Игорь, - я - стою! Подождите, не вытаскивайте! Я – стою! Я ноги – чувствую! – голос его звенел восторгом. Отец Серафим перекрестился:

- Слава тебе Господи!

В дверь купальни, требовательно стучали:

- Мужчины! Давайте скорее. Здесь же очередь.

Игоря вынули и поставили на ноги. Он ухватил за плечи отца Серафима и стоял вибрируя. Его трясло в мелком ознобе. Но он – стоял! Стоял, на худеньких, бледнокожих, недоразвитых ногах. Лицо сияло. Глаза выливали нескончаемую радость. Слезы, смешанные с водой, капали с подбородка. Холод сковывал дыхание и каменной болью ломил тело. Но это не трогало и не пугало. Он чувствовал, как по бедрам, икрам и ступням бежит ощущение. Пальцы еще не чувствуются, но уже можно управлять бедрами. Есть сила согнуть и выпрямить колено. Пускай совсем немного, но это возможно. Как здорово!

На обратном пути, много раз останавливались. Игорь открывал дверь и его ставили на ноги. Он смеялся и шутил. Глаза стали живыми.

Приехали. Позвонили. Вера открыла дверь. Игорь ухватился за руку отца Серафима и в несколько движений встал. Вера радостно закричала и бросилась к мужу. Чуть не упали обнимая друг друга.

С этого дня жизнь стала другой. Друзья соорудили в квартире дорожку с перилами. Игорь хватался за них и вставал. Потом пытался ходить. Когда сдавался, Вера обнимала его:

- Надо немного потерпеть! – он вставал и снова заставлял себя двигаться. Стали снова вместе бывать в церкви. Игорь прислонялся к стене возле иконы Божией Матери и долго стоял, шепча слова благодарности.

Через несколько лет, повели Сережку в первый класс. Он шел, между мамой и чуть прихрамывающим папой. Крепко держался за руки родителей и любопытно крутил головой. Оставив сына в школе, возвращаются домой.

- Смотри, - Игорь высоко подпрыгнул, - еще несколько тренировок и можно вернуться в спецназ.

- Зачем снова умирать, – Вера мило улыбается, - может лучше, еще одного воина родим?

Николай Брест

На границе с Крымом местные отлупили приезжих бандеровцев. 18+

Два брата-националиста Владимир и Руслан Кошовенко, приехав на отдых из Киева в городок Геническ на границе с Крымом, были поколочены местными жителями за то, что носили прически-«оселе...

Главная ошибка Лукашенко и последний подарок Путина!

Чего гражданин Лукашенко так и не понял по причине слишком долгого пребывания у власти — так это стратегический просчёт, который он допустил. Если совсем кратко, то он-то считал, что «п...

С настоящими диктаторами Запад и не думает бороться

Я открою для некоторых тайную тайну, но всё же скажу: политология – это наука. А у любой науки есть чёткие критерии, законы и правила. В том числе каждый термин имеет своё чёткое определени...

Обсудить
  • :thumbsup:
  • Храни вас Господь! Слава Богу за все!