Станочник . Глава пятая .

Глава 5. «Код, кот и катастрофа»

После триумфа на симуляторе Андрея стали звать «тем самым парнем, который разговаривает с железом». В лаборатории к нему теперь относились с осторожным любопытством: кто-то восхищался, кто-то пожимал плечами, а кто-то демонстративно отворачивался, будто боялся заразиться «устаревшим мышлением».

Мира, впрочем, не давала ему зазнаться.

— Ну что, поэт станков, — сказала она, подкидывая ему новый сценарий теста, — теперь давай без лирики. Тут не деталь точить, тут систему балансировать.

Андрей хмыкнул, но спорить не стал. Сел за консоль, привычно «прислушался» к интерфейсу — и тут же замер.

На клавиатуре, прямо поверх пробела, уютно устроился кот.

Не какой-нибудь лабораторный прототип, а самый настоящий, пушистый, с видом существа, которое точно знает, что тут всё принадлежит ему. Он лениво моргнул, будто говоря: «Да, я тут. И нет, я не уйду».

— Это… часть теста? — осторожно спросил Андрей, косясь на Миру.

Она закатила глаза:

— Это Барсик. Он живёт в серверной. Считает себя главным инженером.

— И что, он… влияет на результаты?

— Иногда. Особенно если ложится на блок питания.

Андрей вздохнул, но в уголках губ мелькнула улыбка. Он не стал сгонять кота — вместо этого аккуратно подвинул мышь и начал писать код, стараясь не тревожить пушистую «нагрузку».

И тут система взбунтовалась.

Сначала на экране замигала предупреждающая строка: «Обнаружена нестандартная нагрузка на периферию». Потом интерфейс попытался «оптимизировать» ввод, решив, что пальцы Андрея нажимают клавиши хаотично. А затем вообще выдал: «Рекомендация: проверьте оборудование на наличие биологических факторов».

Барсик, будто почувствовав, что о нём говорят, потянулся, задел хвостом клавишу Enter — и запустил тестовый цикл раньше времени.

В симуляции деталь не просто пошла с погрешностью — она, казалось, решила сбежать из станка. График полез вверх, линии превратились в хаотичные зигзаги, а система радостно сообщила: «Обнаружен творческий подход к обработке».

Андрей замер, потом медленно повернул голову к коту.

— Ты это специально?

Барсик невозмутимо уставился на него, будто хотел сказать: «Я тут ни при чём. Это у вас алгоритмы слабые».

Мира не выдержала и рассмеялась:

— Знаешь, в отчёте так и напишу: «Успешно протестировано влияние биологических факторов на низкоуровневую оптимизацию».

Андрей тоже не смог сдержать улыбку.

— Ладно, — пробормотал он, поправляя код и стараясь не задевать кота, — давай попробуем ещё раз. Только пусть этот «главный инженер» не нажимает ничего хвостом.

Барсик фыркнул — или Андрею так показалось — и перебрался на соседнюю панель, освобождая рабочее пространство. Но взгляд у него по-прежнему оставался таким, будто он всё ещё главный.

А Андрей вдруг понял: даже в этом странном двадцать втором веке, где машины пытаются думать за человека, иногда самое важное — это уметь договориться. Хоть с железом, хоть с котом.