• РЕГИСТРАЦИЯ
El Chupanibre
22 ноября 2016 г. 19:40 11052 267 193.74

Лебедь

Проснулся Ушуус от свистка. Ежедневного сигнала, оповещающим жителей лагеря о том, что благословенное время ночного небытия окончилось и необходимо идти на Завод. Не разворачиваясь из клубка, дернул ухом, настороженно прислушиваясь к шорохам и шепоткам барака, полежал так немножко, припав животом к спасительному уюту лежанки. День обещал поход в столовую, работу на обогатительном комплексе, регулярный, вечерний осмотр у медика. Может быть — несколько минут личного времени перед отбоем.

День обещал, что ничего нового не произойдет.

Просыпаться не хотелось.

Ушуус тяжело вздохнул, вытянулся на лежанке стрункой, резко напряг и расслабил все тело несколько раз подряд и струйкой ртути соскользнул на пол. Лежанка тут же втянулась в стену, раздался монотонный, технический звук.

«Дезинфекция» - Поморщил нос Ушуус. Вечером его постель... Нет, она не будет пахнуть санитарным блоком, лекарствами... Гораздо хуже — она будет пахнуть ничем. Весь барак будет пахнуть ничем, пустотой, вместо характерных запахов сородичей... Вместо его собственного запаха.

Захотелось вспомнить собственный запах.

Ушуус вздохнул и направился к выходу из барака.

Выйдя на утренний плац, глубоко вдохнул пропитанный ранним, весенним солнцем воздух. Пахло резинобетоном, пласталью и стекломинием. Сквозь эти запахи, доносились другие, более значимые: запахи трав и листвы, оттаивающей почвы и слежавшегося за время зимы, накопившего в себе всякое, снега. Были они ничуть не слабее запахов техногенных, да и трава и последние островки не стаявшего снега, спрятавшиеся в уголках лагеря — вот они, рядом... Сознание как-то вытесняло эти запахи на задний план.

Ушуус еще раз вдохнул весенний воздух полной грудью, разочарованно выдохнул и побрел к пищеблоку, из которого доносились не менее яркие запахи — мимо серых корпусов соседних бараков, мимо травы и талого снега, интересующих его не более, чем сородичей, мимо сородичей, интересующих его не больше, чем он их. Важно было одно: Плотно позавтракать и вовремя явиться на Завод. Остальному дозволено было существовать лишь в качестве декорации в жизни Ушууса. С чем остальное с честью и справлялось.

Вся эта конструкция, из обязательств, пустоты запахов и образов, абсолюта рассчитанности давила сегодня на сознание как-то особенно сильно, и Ушуус, неожиданно для себя, решился на преступление. Обычно он позволял себе его не чаще, чем раз в месяц, но сегодня... Сегодня это было нечто большее, чем регулярная потребность в глотке воздуха. Проходя мимо здания Администрации, Ушуус остановился, поднял голову и посмотрел.

«Лебедь» стоял на своем месте. Белоснежный, взметнувшийся к небу точеными обводами, больше похожий на памятник, чем на космический корабль, целился он в пустое, бессмысленное небо, силясь разорвать невидимый целлофан безразличия, затянувший планету. Получалось у него не очень, но как-то, по напряжению во всей конструкции корабля, было видно, что он все еще старается. Не сдался.

Ушуус молча стоял, разглядывая «Лебедь», когда шерсть на его загривке внезапно встала дыбом, и он почувствовал что-то давно забытое, неприятное... Что-то, что он не чувствовал уже давно. Резко обернувшись, он впился взглядом туда, откуда почувствовал чужое внимание... И похолодел от страха. На втором этаже Администрации, в распахнутом окне, стоял Победитель. И внимательно смотрел на Ушууса.

«Уходи.... Уходииии!» - В истерике заколотилось чувство самосохранения. Сгорбившись, Ушуус уткнул взгляд в землю и медленно побрел к дверям уже такой близкой столовой, стараясь смешаться с толпой, стать единым целым с потоком синих комбинезонов и рыжего меха. Дышать, как они, ступать их монотонной, ровной походкой, мягко касаясь резинобетона дорожки, следить за тем, что бы кончики остроконечных ушей не подымались над общей массой ни на миллиметр... Неожиданно, Ушуус понял, что больше не чувствует на себе взгляда Победителя. «Улизнул...» - Шепнул страх на прощание, и спрятался в темном уголке сознания напоминать о том, что все еще может быть не кончилось. Ушуус погрозил страху сухеньким кулачком и встал в очередь на раздачу.

Кормили вкусно. Еда была, чуть ли ни единственным ярким впечатлением в Лагере, так как меню часто обновлялось. Разнообразность питания являлась жизненно важным фактором для расы Ушууса. Победители это учитывали.

Получив свою порцию моллюсков на пару, салата из водорослей и черной лапши со снежной фасолью, Ушуус отошел в дальний уголок, уединиться со своими лакомствами. Моллюски восхитительно пружинили на острых зубах, лапша отдавала морем, а сладковатая горечь водорослей будила аппетит. Хотелось жить. Хотя-бы еще один день, что бы понять, что будет в меню на завтрашний день.

Ушуус усмехнулся и усмешка его отдавала горечью сегодняшнего салата. Сосед по столу вздрогнул и удивленно глянул на Ушууса... На секунду, на мгновение, но все же вышел из своей самопогруженности, в которой, как в анабиозной капсуле, закуклился каждый обитатель Лагеря. Глянул — и тут же отвернулся, эмоция испуга на лице его растворилась, утонув в выступившей маске бесстрастности. Но на секунду, на мгновение, Ушуус вдруг почувствовал себя победителем.

«Победителем?»

Ушуус испугался. Плотно прижав уши к голове, он быстро закончил трапезу, залпом проглотил тягучий, вязкий Элексир, и поспешил к своему рабочему месту, попутно сбросив поднос в утилизатор.

Вечером, после рабочего дня, Ушуус, вместо того, что бы посетить медика, забрался на свою лежанку, накрылся с головой одеялом и отдался всей той буре мыслей и эмоций, что возникла в его голове, после встречи взглядом с Победителем.

«А он меня запомнил? Или не запомнил? А что мне за это может быть? А меня найдут? Как мне... Бежать? Куда бежать? Вся планета в их власти, некуда бежать, да и зачем... Жизнь? Свобода? Но так вкусно кормят, а там будет такое... О чем я думаю вообще, какая еда? Привык. Привык есть, последняя радость, а есть ведь столько других... Думай, думай о других радостях... Лебедь. Думай о Лебеде.»

Настойчиво, упрямо сжав зубы он занырнул в глубину памяти... Там, где-то на дне, среди утонувшего, отброшенного и обозначенного обреченным и бессмысленным, шарил, пока хватало воздуха в легких, всплывая периодически за лишним глотком, лишь когда темнело уже в глазах. И вновь нырял обратно, что бы прикоснуться к воспоминаниям, раскрывая раковины, разбивая скорлупы.

Так и заснул, а ночью снился ему мостик «Лебедя», снились звезды, что пахли свежим, едва испеченным светом, снился космос, который не пах ничем, но и не истреблял никакого запаха. А еще снилась песня... Далекая, еле слышная, доносилась она откуда-то из-под дна, по которому скоблил когтями Ушуус, собирая раковины и скорлупы в поисках жемчуга. Песню хотелось слушать, слышать ее, но воздуха в легких не хватало и Ушуус плакал от того, что нет сил пробиться к песне...

Раздался свисток и все закончилось. Потный, мокрый, с головой накрытый одеялом, проснулся он, как и каждое утро — от сигнала, что день вступил в права, что пора на Завод... Все тело болело, разбитое, слабое.

Ушуус откинул одеяло, и осторожно сошел на пол. Лежанка, как всегда, с тихим шепотком втянулась в стену, но он сегодня даже не обратил на это внимание, как и не стал напряженно прислушиваться к атмосфере барака, перед тем, как встать.

Вместо обычных утренних ритуалов он сразу отправился к Администрации.

Лебедь ждал его на своем постаменте — несломленный, прекрасный, и казалось , что сегодня целлофановая пленка серого мира, натянувшаяся на скулах корабля, вот-вот лопнет и распадется на части, а корабль жадно и глубоко вдохнет воздух и все его запахи, как лишенный возможности дышать дышит, сорвав со своего лица удушающую маску. Ушуус долго смотрел на стеллу с кораблем, и лишь удовлетворенно кивнул головой, почувствовав на своей спине взгляд Победителя. А почувствовав — развернулся и спокойно ответил взглядом на взгляд. А потом пошел в столовую, вместе со всеми, но уже особо не приноравливаясь к темпу толпы.

На центральном пульте управления обогатительным комплексом было тепло и уютно. Ушуус устроился в своем кресле, окруженный лампочками и переключателями, лишь периодически менял алгоритмы работы комплекса, в зависимости от поступающей порции сырья. В отличие от лежанки, рабочее кресло дезинфицировалось не так часто, а потому дольше хранило накопленный запах Ушууса, давая ему ощущение «своего» места. Точка опоры. Песчинка в вакууме. Когда не с чем сравнить, и песчинка станет астероидом.

- Ушуус Васс?

Он вздрогнул.

- Ушуус Васс, прошу проследовать в Администрацию.

Голос из динамика застал его врасплох. Он беспомощно дернул головой по сторонам... Младшие техники, прижав уши, втянули головы в плечи и уткнулись в свои пульты. Надежность и комфорт кресла улетучились, астероид моментально съежился до размера булыжника, камушка... Пылинки. Исчез, оставив Ушууса беспомощно барахтаться в вакууме.

- Выполняю... - Пробормотал он, осторожно поднимаясь из кресла на предательски ватные ноги.

Как во сне, он добрел до Администрации. Бросил печальный взгляд на Лебедя украдкой, и ему показалось, что тот ободряюще подмигнул в ответ. Вздохнул. И нырнул в разверстую пасть парадного, как прыгают в жерло вулкана.

Помещения Победителей сильно отличались от помещений народа Ушууса. Нет, в плане отделки все было так же: Серый резинобетон снаружи, белый биопластик внутри.

Размеры.

Победители были в два раза больше, чем население планеты. Соответственно, мебель, фурнитура, отделка — все было гигантское. Огромные журнальные столики, больше похожие на обеденные столы для многочисленной семьи. Гигантские диваны, чем-то смахивавшие на мягкие, комфортные бронемобили. Кресла — державшиеся с достоинством орудийных точек.

В приемной самка-Победитель, глянула на Ушууса своими голубыми глазами, странно смотревшимися на плоском, безволосом лице, кивнула и растянула губы в гримасу, напугавшую его неприкрытой демонстрацией зубов — плоских, непригодных для жевания моллюсков и рыбы, но все равно зубов...

- Надзиратель просил вас доставить к нему в кабинет. Пойдемте.

В лифте Ушуус принюхался. У самки был свой собственный запах, к нему примешивалось что-то еще. Цветы... Мускус? Что-то искусственное, но ворожащее. Мысль, что Победители специально добавляют к себе запахи, как украшение, была совершенно неожиданной.

Думая об этом, он выбрался из лифта, и засеменил вслед широко шагающей сопровождающей. Остановился перед дверью. Вопросительно глянул на женщину.

- Господин Надзиратель, Ушуус Васс доставлен. - Четко проговорила та в интеркомм.

Дверь мягко съехала вбок, и секунду поколебавшись, Ушуус шагнул вперед. Солнце светило через окно, прямо в глаза, но в фигуре за столом, он моментально узнал того Победителя, с которым обменивался взглядами. В горле пересохло, а кончик хвоста предательски выдал, нервно дернувшись два раза.

- Заходите, Ушуус. Присаживайтесь.

Он неловко осмотрелся, нашел в приемной кресло своих размеров и осторожно примостился на самый краешек, готовый в любой момент сорваться, бежать....

«Как будто есть куда бежать» - Насмешливая мысль, возникшая в голове, отрезвила, заставила глубоко вдохнуть и с выдохом выдавить из себя все страхи. Конечности еще не слушались так хорошо, вялость чувствовалась, но отступала. Ушаас подумал, и вспомнив про самку, встретившую его внизу, широко обнажил весь ряд своих зубов, подтянув губы. «Если и не посчитает, что это жест приветствия, пусть думает, что я ему угрожаю.» - Ехидная радость поднялась из глубины живота, когда Победитель удивленно вздернул брови.

- Ушуус... Васс. Вы пропустили вчера визит к медику. У вас все в порядке? - Победитель решил проигнорировать жест гостя, и это почему-то даже рассмешило Ушууса.-

- Визит к медику является рекомендованным, но не обязательным.

- Да, но раньше вы регулярно посещали медблок. Без пропусков. Что изменилось?

Голос Победителя густым басом для ушей гостя раскатывался по комнате. «Огромные... Какие они огромные» - мелькнула мысль в голове.

- Ничего не изменилось. Просто не посчитал нужным в этот день. - Ушуус пожал плечами и уставился в окно. И вздрогнул, поняв, что здание построено таким образом, что бы его окна выходили на «Лебедя». Понять это было неожиданно.

- Тцашава — очень педантичная раса. Пропуск осмотра у медика — это целое событие. - Голос Победителя звучал ровно, спокойно, без малейшего признака угрозы. - Как... Надзиратель данной колонии-лагеря, я обязан заботиться, в том числе о здоровье своих подопечных. Скажите... С вами все в порядке?

Ушуус задумчиво посмотрел на хозяина кабинета.

- Скажите... Вы, Победители, легко можете заменить нас всех машинами, наш труд — это просто добыча ресурсов, тут не нужно особого ума. Зачем? Зачем вы все это делаете?

Вопрос произвел неожиданный эффект. Лицо Надзирателя скривилось, как от оскомины, и на секунду, Ушуус даже испугался: Не сказал ли он что-то такое, что убьет его здесь и сейчас? Вспомнилась зубастая улыбка женщины в приемной. Но Надзиратель взял себя в руки, и лицо его вновь приобрело предыдущий цвет и форму... Эти плоские, но такие подвижные лица... По сравнению с его собственной вытянутой мордой, были они, словно налитые в прозрачные кувшины жидкости, непостоянные и переменчивые...

- Давайте по порядку, Васс. Для начала — прекратите называть меня «Победитель». Это не является моим расовым индификатором, и просто... Просто не называйте так, и все.

- Хорошо... - Задумчиво пробормотал Ушуус, внимательно изучая лицо собеседника. Звучало это все крайне неожиданно.

- Как вы могли бы знать, мы называем себя «Доминион Терры», соответственно себя — терраны. Вас устроило бы использовать это слово в дальнейшем?

- Терраны.... - Он попробовал слово на вкус. Слово рычало и свирепо лаяло, грозилось прокусить тебе горло при первой же возможности. Ушуус печально усмехнулся про себя - «Победители» звучало безобидней.

- Да. Терраны. Или «Люди». Или «Человек».

- «Человеки»? «Людь?»

Он почувствовал себя запутавшимся. Почему-то ему показалось, что Людь за столом почувствовал себя так же.

- Пусть будет «Терран», хорошо? - Это прозвучало мягко и почти просяще. Как рычал бы пес сквозь сон, на не в меру расшалившихся щенков. - Но все же. Вы задали вопрос. Который... По определенным причинам, очень важный для меня. Скажите, вы что-нибудь знаете об истории «Доминиона Терры»?

- Мы воевали. - Ушуус пожал плечами. - Вы победили. Теперь мы рабы.

Лицо Надзирателя вновь потеряло форму, завороженный, тцашава следил за непривычной для себя мимикой — пытаясь понять, что это значит: Нахмуренные брови, прикушенная губа..

- Вы не знаете, что значит быть рабами. - Голос Победителя... Террана, звучал глухо, даже для чуткого уха гостя. - Позвольте вам рассказать кое-что. На заре своего существования, Доминион терял некоторые из своих планет, в результате проигранных войн. Войн, которые в те времена начинали даже не мы. И население наших планет попадало в рабство. К другим расам. Это....

Плечи Надзирателя беспомощно опустились.

- Нет. Вы не поймете. И не должны. Идите пока, Васс, на сегодня свободны. Выспитесь, вы плохо спали. И посетите медика.

Лебедь поджидал Ушууса на выходе из Администрации, все в той же позе, с тем же напряжением разрывая ткань реальности. И опять, он будто подмигнул, обещая, что вот-вот справится со своей задачей...

Вечером, отходя ко сну, Ушуус много думал о своем визите к Надзирателю. Другие тцашава будто и не заметили события, погруженные в свои коконы самоизоляции... Долго лежал он, вспоминая подвижные лица терран, думая о Лебеде, о том, почему люди поставили его так близко к себе... «Знают? Не знают?» - Проскочило в голове стремительной искрой. «А я? Что я знаю?» - Задал себе он этот вопрос, погружаясь в забытье...

Снилась песня. Снова нырял он, раз за разом, пытаясь собрать на дне ракушки и выудить из них нежное мясо моллюсков и жемчужины памяти, но песня, песня звучала откуда-то из-под базальта дна, и когти скребли по камню, в надежде прорваться к песне, услышать ее, но когти лишь стачивались об камень, а воздуха не хватало, и он всплывал, жадно хватая ртом, а полная луна над водами океана вопросительно глядела ему строго в лицо: «Нашел? Поймал? Ну что смотришь, ныряй тогда дальше...»

И он нырял, нырял до самого утреннего свистка. Нужно было идти на Завод.

Вместо Завода, после столовой, он пошел к Лебедю. Пристроился на терранской скамейке, и молча изучал корабль, пока не подошел Надзиратель, осторожно севший на скамейку рядом.

- Он прекрасен.

Ушуус молча, согласно кивнул. Слабый ветер обдувал его морду, еле вороша мех — рыжий сверху, белый на подбородке, черные кончики ушей.

- Когда я впервые увидел его... Рука не поднялась его уничтожить. Армада вторжения — и против нее этот маленький кораблик. Один против неба. Приказал захватить.

- Лагерь. Работа. Это же просто, что бы занять... Что бы осталась цель, смысл? Потому, что без цели нет движения, нет жизни?

Теперь уже молча кивнул человек. Ветер играл и с его каштановой шевелюрой, а зеленые глаза пристально щурились, как будто смотрели не на корабль, застывший на постаменте, будто видели его все еще в космосе. В полете.

- Я должен кое-что рассказать. Еще. А вы... Пожалуйста выслушайте.

Ушуус дернул ухом.

- Это времяпровождение не хуже любого другого.

Терран задумчиво взялся за подбородок.

- Когда мы только вышли в космос... Очень быстро выяснили, что не одни такие. Но честно говоря, нам очень не повезло с соседями. Мы успели колонизировать несколько систем... Пока не встретили Раг-На-Гех и Лазартау. Раг-На-Гех были расой разумных червей... По нашим меркам — достаточно мерзкое зрелище, если честно. Лазартау — рептилоиды. При чем, конфликт возник почти сразу, так как Раг-На-Гех являлись расой, паразитирующей на млекопитающих своей планеты, а Лазартау требовались для пригодного проживания миры такого же класса, как и нам.

На секунду он задумался, будто что-то вспоминая, и криво усмехнулся.

- Есть в этой истории одно оправдание моему... Моему народу. Войну нам объявили обе эти расы одновременно. Сговорившись за нашей спиной. Было тяжело и неприятно, что бы ты понимал: Орбитальные бомбежки, блокады транспортных линий, внезапные рейды... Лазартау делали гениальные диверсионные вылазки. Открывали портал, бросали к тебе в систему флот, вычищали сектор от добывающих станций и убегали. В результате — ВПК начал испытывать голод в ресурсах, а флот начал дробиться для защиты систем... Подонки научили нас строить притяжные станции: Когда кто-то попадал в систему, он затягивался в радиусе действия такой станции. Получалось интересно.

- Постепенно мы переломили ход войны в свою пользу. Тактика. Стратегия. И гений наших изобретателей... Вот мы с тобой знаем, что электромагнитные катапульты великолепно истощают щиты противника. А они не знали. Пользовались технологией лазерного оружия. В общем, мы взяли по итогам войны все их миры. Все их планеты. Все их базы принадлежали нам... И мы думали, что победили в какой-то очень важной войне.

Терран остановился, поморщился. Глянул куда-то за скамейку, махнул рукой. Подлетел дрон и сбросил на колени Надзирателю охлаждающий контейнер.

- Горло промочить... - Почему-то виновато пробормотал человек. - Алкогольные напитки людей признаны метаболически допустимыми для тцашава.

- Чего? - Не понял Ушуус.

- Пиво. - Терран аккуратно поставил рядом, на скамейку холодный, запотевший цилиндр из пластальной фольги. Сам открыл такой же, отхлебнул и продолжил.

- Взять их мы взяли, а вот управление этими колониями... Это оказалось отдельной проблемой. Лазартау отчаянно сопротивлялись ассимиляции. В языке Раг-На-Гех просто нет такого слова, относительно к себе...

Ушуус взял свой цилиндр, открыл и понюхал. Пахло непривычно. Он отхлебнул, и в нахлынувшей в рот горечи почувствовал теплую сытость хлеба, древесный аромат и радость спокойствия. Немного подождав, он отхлебнул еще.

- А потом мы встретили Дзан'ше. - Терран продолжал. - И поняли, насколько мы ошибались на тему своей победы. Территория Дзан'ше превышала вдвое по количеству населенных планет все, что мы имели, на момент победы над Раг-На-Гех и Лазартау.

- Они напали? - Осторожно спросил Ушуус.

- Они обвинили нас в том, что мы неоправданно завоевали малые империи. - Надзиратель скривился. - И что мы являемся в связи с этим деспотами и должны быть уничтожены. А потом уже, когда все необходимые для демократических реверансов фундаменты были подведены, они напали. И мы потеряли часть пограничных миров. Отдали их — по условиям мирного соглашения.

Он отхлебнул еще пива.

- Отдали. Вместе с населением. Вместе с людьми — отдали Дзан'ше. Ты знаешь... Я не хочу. Не могу сейчас об этом. Давай завтра... потом... когда-нибудь...

Ушуус глянул на лицо Надзирателя, осторожно слез со скамейки и сунув ладони в карманы комбинезона, отправился к себе в барак, в надежде найти способ провести время. Дойдя до края административной площади он обернулся — Терран так и сидел на скамейке, в обнимку с банкой пива, ссутулившийся, беспомощный и жалкий на фоне Лебедя. Почему-то Ушуусу стало его жалко.

На завтра терран так и не пришел на лавочку. И послезавтра тоже. На третий день Ушуус набрался смелости и снова предстал перед глазами женщины терран в приемной. Сказать, что ее это удивило — не сказать ничего, так как тцашава уже научился немного читать мимику Победителей, но она быстро набрала что-то на интеркомме, и кивнув, снова оставила Ушууса у дверей кабинета.

Пленка стекломиния окна была затемнена и в помещении царил полумрак. Пошарив взглядом, он нашел Надзирателя в глубоком кресле в дальнем углу кабинета, окруженного стеклянными бутылками пустыми и наполовину полными. Пахло от террана уже не так хорошо.

- А, лисенок... Заходи! - Терран весело махнул в его сторону стаканом, и едко пахнущая жидкость, цвета ячменя плеснула на обшивку кресла. - Мне все равно никуда не деться от своей исповеди, да?

Ушуус не знал, что ответить. Молча присел рядом в кресле.

- Тебе не предлагаю. Слишком... Слишком крепкое. Да и не надо тебе, ты же не натворил дел... - Терран залпом осушил стакан, прицелившись, одним точным движением плеснул себе еще, и тут же, будто потеряв интерес к бутылке, уронил ее на пол. Та покатилась, расплескивая содержимое на пол, и перед тем, как биопластик впитал ее в себя, Ушуус успел унюхать аромат. Хозяин кабинета был прав — слишком. Слишком крепкое.

- На чем мы остановились?

- Дзан'ше. Вы потеряли миры.

- Да, точно! Отдали, к чертям собачьим этим грибам, лишь бы выиграть время...

- Каким грибам? - Ушуус опешил.

- Так Дзан'ше же! Грибы. Грибы, мать их, с шляпками, ложношляпками, ножками... Отдали, что бы выиграть время. И сделали кое-что еще.

Надзиратель пристально глянул на стакан, коротким, четким движением приставил его к губам, залпом отправил содержимое в желудок и тут же потерял интерес к стакану, так же, как и к бутылке. Жалобно звякнув, тот покатился по полу.

- Раг-На-Гех и Лазартау почувствовали слабину, и подняли восстания в своих мирах. Четко просматривалась возможность гибели Доминиона... И мы предпочли простое, но эффективное решение. Мы уничтожили Лазартау и Раг-На-Гех. Взяли их миры. И заселили своими колонистами.

Терран с трудом навел взгляд на Ушууса и глупо хихикнул.

- Понял, лисенок? Мы — применили геноцид. Уничтожили разумные расы и продолжаем уничтожать их на своем пути — так веселее и интереснее путешествовать по галактике.

- А Дзан'ше?

- А что Дзан'ше? - собеседник явно не ожидал, что Ушуус никак не отреагирует на его браваду. - Дзан'ше оказались очень уязвимы к некоторым видам химических соединений... Мы провели операцию, которую какой-то умник из отдела исследований назвал «Тетраборат Натрия». Заводим на орбиту обитаемой Дзан'ше планеты флот, уничтожаем орбитальную оборону, и сеем свою химию. Потом — бежать, пока не прилетел защитный флот грибов... Легко и просто. Жаль, к моменту, когда мы освободили свои бывшие колонии, грибок уже поразил мозг... Лига объединенных наций нам потом поставила на вид использование химического оружия. Мы это учли, когда ее уничтожали...

Терран уронил голову на грудь и захрапел. Ушуус посидел еще немножко, потом тихонечко встал из своего кресла и мягкой поступью вышел из кабинета. В вестибюле он подошел к женщине.

- Галина. - представилась она, когда увидела, как он мнется, не зная, как начать.

Ушуус кивнул в ответ, от волнения запнувшись.

- Ему там... Медик? Плохо. Лечить? Надо лечить.

Галина кивнула в ответ и Ушаас отправился в родной барак. Там, свернувшись клубочком, думал он о Доминионе, о Надзирателе и Галине. Думал о том, как это — целая планета мертвецов... и лучше это или хуже, чем планета людей с червями или грибками внутри... Потом — уснул.

Но в этот раз снилось не дно. Он покачивался на волнах, лежа на спине, глядя на яркое солнце в зените сквозь прищуренные веки. На животе его покоилась ракушка, и все, что ему было нужно — пару камушков, что бы ее разбить...

Внимание привлекла птица. Белая птица, летела к нему от солнца, и сначала Ушуус испугался, что птица отберет ракушку, но та становилась все больше и больше, и внезапно он понял, что это - «Лебедь». Звездолет притормозил рядом, величаво паря над водой — и внезапно рухнул вниз, увлекая в воронку Ушууса, беспомощно размахивающего конечностями, в попытке зацепиться хоть за что-нибудь, но кругом была лишь вода и пузыри воздуха... А потом он понял, что «Лебедь» пробил насквозь дно, сквозь которое ему слышалась песня, и теперь он уже изо всех сил плыл туда, к песне, сквозь пробитый купол храма — вниз, к хору, к голосам...

Проснулся он за минуту до свистка. Сам. И лежа в своей кровати, слушал дыхание сородичей.

В администрации Галина молча покачала головой. Ушуус вышел во двор, присел на скамеечку и стал ждать.

Позади раздались неуверенные шаги. Пахнуло... Вчерашним, и немного — сегодняшним, лекарствами и чувством вины.

- Почему вы не уничтожили нас? Всех до единого? Так же проще?

В ответ, терран молча кивнул в сторону Лебедя. Обхватил себя руками, наклонился вперед и настороженно уставился на корабль. Сидел так долга, молча... Ушуус не торопил.

- Когда я впервые его увидел... Я говорил, это было непередаваемое зрелище. Я видел корабли червей. Видел корабли ящериц. Я видел корабли грибов, и думал, что после этого меня уже ничем не удивить. Но это... Что-то проснулось внутри. Мы шли по крови все это время, а потом я встретил Лебедя. И понял, что мы никогда не построим ничего подобного. Обернулся назад, и понял, что в слепой ярости мы уничтожили многое из того, что уже никогда не повторим.

Он поморщился, прикоснулся к горлу и пожевал челюстями, словно разминая жесткий, наждачный язык.

- Никогда. Не повторим. И я приказал корабль взять аккуратно, на абордаж. А планету... Планету захватить, с минимальным вредом для населения. Вот только это было непросто.

- Почему? - Ушуус удивился. - Вы же захватили?

Человек мрачно посмотрел на него в ответ.

- Потому, что невозможно захватить планету, когда все ее население связано коллективным надразумом. Когда каждый житель планеты — солдат, отчаянно сопротивляющийся захвату. Когда каждый — знает что делает другой. Мы дрались не с армией обороны. Это был один солдат — о пяти миллиардах тел, если я правильно помню...

Он спрятал свое лицо в ладони, откуда, глухо продолжил.

- Мы ударили по планете новым оружием. Разработанным специально против телепатически восприимчивых рас. В результате... Все то, что ты видишь. Это не тюрьма для вас, не шахта, не Завод. Санаторий для душевнобольных, пожалуй... И - предел.

Подняв лицо из ладоней, он посмотрел на корабль. Голос его зазвучал, как будто он зачитывал что-то из памяти.

- «И здесь он встанет, камнем преткновения против нашего бездумного марша по вселенной — ослепленных болью, яростью и предательством. Пусть хранит нас от бездумного шага в пропасть.» И сам я останусь тут, пленником и заложником своих дел... Это не твоя тюрьма, лисенок, понимаешь? Моя...

Ушуус дернул хвостом. Повернулся вполоборота к террану и хитро глянул на него темным глазом.

- Знаю, как все исправить. Я его строил.

Тот молча продолжил смотреть на корабль, буравя взглядом зеленых, впавших от пития глаз.

- Знаю, как исправить все, что наделал тут. Строил этот корабль. Я — старший судовой архитектор Ушуус Вас Ксе Вешшен, я вспомнил. И вспомнил, зачем этот корабль строил. - Повторил Ушуус, решив что терран нерасслышал.

- Знаешь как исправить... - Еле слышно прошептал Надзиратель. Вновь уронил лицо в ладони и заплакал.

Управлять Лебедем на орбите планеты было одновременно непривычно и радостно, как от вновь обретенного навыка ходить. Ушуус наслаждался, чувствуя, как его детище легко слушается движения рук над голоконсолью, как радуется свободе и движению.

- Для чего он?

Надзиратель с трудом помещался в рубке, высота потолков, рассчитанная на тцашава, держала его практически в лежачем положении.

- Мы — раса музыкантов и певцов, терран. Мы — поем. - Радостно ответил Ушуус.

- А корабль — музыкальный инструмент? Вы атаковали меня тромбоном, когда я привел свою армаду? - Расхохотался терран.

- Песни бывают разные. - Пожал плечами Ушуус. - Мы знали вашу репутацию, знали, что не выживем. И решили напоследок уничтожить ваш флот. Лебедь шел к заданной точке, откуда должен был петь песню Смерти и Перерождения нашему солнцу. Не успел...

- Смерти и перерождения... Вы в состоянии превратить этим кораблем звезду в сверхновую? - Человек нахмурился, от неожиданного понимания того, что он избежал.

- Да, но это уже не важно. Еще раз — корабль просто инструмент. Он может петь любую песню. И сейчас он поет планете песню Пробуждения и Восстановления. Скоро, разбитое на части вновь станет единым...

- Выведи меня на интеркомм. Пожалуйста. - Неожиданная приставка как-то тяжело далась террану, но Ушуус отметил, что тот спокойно сделал над собой это усилие.

- Галя? Выведи на массовую связь по всей планете. Мне нужно сделать заявление.

Ушуус наблюдал за тем, как на видеосвязи мелькали лица и данные. Надзиратель, еще помятый после выпитого, но уже взявший себя в руки, склонился над интеркомом, и заговорил, четко расставляя слова:

- Внимание, жители планеты Тцашава'тта. С вами говорит Верховный Администратор Доминиона Терры. Вы — свободны...

Ушуус прижал уши к голове и зажмурился. Он снова был в космосе и звезды дарили ему свой холодный, свежий свет, полный привкуса льда и серебра. Рядом, продолжал говорить в интеркомм какие-то важные вещи Верховный Администратор: «Протекторат... Федеральный статус... Самоопределение... Помощь в востановлении экономики и флота... Контрибуции...» Все это было здорово, но больше всего Ушуус почему-то радовался, что не надо на Завод. Теперь, можно было делать, то что решил сам, а не то, что должен по свистку. Благодарно, тцашава похлопал Лебедя по консоли. Тот ответил бочкой.

- Ну вот. Все. Формальности окончены, организационные проблемы начинаются. - Верховный Администратор устало посмотрел на Ушууса. - Ты не представляешь себе, насколько сложно заставить бюрократический механизм Доминиона двигаться в нужном тебе направлении. Еще сложнее — его потом остановить. Вам — проще, вы едины. Подозрение к миру и себе подобным не тормозят вас в делах...

Он прикусил губы.

- И я надеюсь... Ты сможешь простить меня... Нас. Простить нас. Хотя я понимаю, что то, что мы натворили... Некоторые вещи уже никогда не исправить.

Ушуус задумчиво глянул на Верховного Администратора.

- Главное — это то, что будет дальше. Мы не можем всего исправить, но ошибки можно не повторять. И это дает надежду... Ну, а если говорить о надежде, то лично я надеюсь, что у тебя есть еще пиво...

Немимокрокодил

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    ДРУГИЕ СТАТЬИ
    Rediska
    Сегодня 19:33 731 3.52

    В МИД Украины заявили о наличии у России права осматривать украинские суда в Азовском море

    Заместитель министра внешнеполитического ведомства Украины Елена Зеркаль заявила, что российские военные корабли имеют право осматривать украинские суда в Азовском море без наличия какого-либо особого мандата. РИА Новости Об этом она рассказала в эфире украинского «5 канала». По её словам, обострение в украинском информационном поле ...
    Александр Роджерс Сегодня 19:27 1135 30.11

    Четыре неразрешимых противоречия современного глобалистского либерализма

    Я тут вчера был на одном мероприятии, и задал товарищам Хазину и Джангирову одну простую загадку: «С 1971 года американский ВВП на душу населения (берём этот показатель, чтобы не заморачиваться на анализ демографических изменений) практически непрерывно растёт. Равно как и производительность труда. Но при этом покупательная способность американцев, и это призн...
    andersen
    Сегодня 19:26 284 0.00

    Мнучин намерен обсуждать с Китаем и ЕС ведение «сбалансированной» торговли

    Министр финансов США Стивен Мнучин намерен уговорить власти Китая и Европейского союза согласиться на построение более «сбалансированных» торговых отношений. Reuters Об этом он рассказал в ходе собрания G20 в Буэнос-Айресе. «Мы разделяем стремление к более сбалансированным отношениям, и наше сбалансированное отношение...
    ПРОМО
    Михаил Сущев 19 июля 14:34 40397 379.17

    Не из любви к Путину: Этот невзрачный поставил раком слишком многих очень больших и важных...

    Господа, нам надо понять одну простую вещь, в которой мы не хотели себе сознаваться, но она есть. Путин, мощнейший игрок в той геополитической ситуации, которая есть в мире. Нет, он не стратег - даже его успех с Трампом, очень временный, но он прекрасный тактик. И одно это, даже если его ненавидеть, внушает уважение. Всё потому, что он минимальными сред...
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика