• РЕГИСТРАЦИЯ

Утро может выдаться очень разным. Порою, хмурым и пасмурным, переполненным нитями дождя, что нерадивая пряха-небо насвивала из шерсти облаков, да так и бросила на улице, будто позабыв, что за узор хотела сплести на новом гобелене... Порою, солнечным, ярким, когда утренняя заря, перебродившим тестом, подымается над городом и ручейки солнечного света, пролитым молоком, текут по его улицам, застав врасплох ночные тени. Те же, боязливо жмутся к стенам, брезгливо подбирая полы своих шелковых плащей, и встав на цыпочки — замирают так до вечера.

Никто не сравнится в терпении с тенями.

Сегодняшнее утро оказалось для Кошки Корюшки удачным. Ей посчастливилось стянуть у зазевавшегося торговца рыбой жирную селедку, и теперь, она гордо восседала над добычей, на своем любимом месте для встречи рассвета: На крыше одной из городских пекарен... Да, та самая пекарня, что в двух домах от крайней пристани, у маяка. Известное место, славное своими караваями и рогаликами, бубликами и калачами. И запахом... Тем самым запахом домашнего хлеба, из за которого, многие моряки, только вернувшись из дальнего плавания, как-то сами, ненароком, заворачивали в эту булочную, для того, что бы недоуменно встать посреди лотков с выпечкой, почесать в затылке, со словами: «Я же в кабак шел...». Не удержавшись, многие в итоге покупали что-нибудь вкусное ждущим дома детишкам и окончательно потеряв настроение отметить прибытие выпивкой, спешили домой, к родным и близким.

Скажете, ерунда, фантазия? Но я ведь не утверждаю, что так происходило со всеми из них. И если вы не верите, что так могло произойти хоть в одном случае из миллиона, мне останется лишь пожать плечами, и заявить, что такова была магия той пекарни. А после этого, можете спорить хоть до посинения: Магия есть магия.

Примостив добычу на давно примеченной, на редкость ровной черепичке, Корюшка внимательно смотрела на поднимающееся над горизонтом солнце, потоки света, врывающиеся на улицы города, ежеутреннюю панику в стане теней... Смотрела, как стены домов, из темно-сиреневых, постепенно становятся розовыми, а затем, в конце-концов принимают свой естественный, дневной окрас, приданный известью и трудом жителей. Лишь черепица, являющаяся особенностью города, оставалась лиловой, насыщенного, темного цвета... Впрочем, это была далеко не единственная особенность города.

Кошка обвела взглядом залив, предоставивший городу свои берега под пристани и кварталы. Корабли всех мастей, темного дерева, светлого дерева, с деталями из стали, железа, бронзы... Ботики и каравеллы, корветы и галеоны теснились в заливе, в ожидании путешествия. С аккуратно подобранными парусами, молчаливые, были готовы они в любой момент проснуться, расправить полотно на мачтах, и ловя в него ветер и солнце — сорваться навстречу соли и табаку, золоту и рому.

Она тяжело, по человечески вздохнула, и принялась за еду. Селедка норовила с крыши соскользнуть, от того, приходилось придерживать ее когтями... Все же, это было самое ровное место из тех, что удалось найти. Собственно, кроме цвета крыш, это и было второй особенностью города.

В нем небыло ни одной прямой линии.

Безусловно, корабли были не в счет, городу они принадлежали, но не являлись им. На них царили свои законы и правила, своя атмосфера, они были свободны... И как всякий, имеющий свободу, любили возвращаться домой, где она имела смысл.

Но в самом городе... Стены домов, крыши загадочного цвета и происхождения, фрамуги окон, двери и даже мостовая — все имело искаженные, нарушенные пропорции и формы. Извилина тут, наклон там... Башенки над магистратом выглядели покосившимися украшениями из сливочного крема. Ворота городской стены — выгнутым гребнем для волос, оброненным каким-то великаном... Даже пристань смотрелась не ровной линией, а будто оплавленная, стекала в море, пав под напором ежедневных, утренних атак солнечного света. Собственно, за цвет крыш и особенность городских конструкций, в семи морях этот город был известен, как «Порт Пьяной Черепицы», а восьмое море уже находилось настолько далеко, что в нем никто и не верил, что в мире подобное возможно. Почитали за сказки, да моряцкие байки, а рассказчики в ответ просто махали рукой и соглашались, что такое невозможно.

Да и то верно, какой смысл спорить с дураками?

Доев селедку, Кошка Корюшка принялась умываться. Тщательно вылизала лапу, когда на ней не осталось ни капли рыбного запаха — принялась той лапой снимать запах с головы и ушей... Расчесала усы, довольно сощурилась на солнце и, привстав на всех четырех лапах, выгнула от удовольствия дугой спину.

Так она и застыла, впившись взглядом во что-то на одной из улочек города.

- Мать моя женщина, папа мой кракен! - Ахнула кошка человеческим голосом, пулей слетела на мостовую и понеслась, пугая ранних утренних прохожих, собак и лошадей, пятном рыжего меха в сторону пристани.

Тут надо сделать определенные пояснения. Кошки, говорящие человеческим голосом, суть не редкость. Но, как правило, они все же ограничиваются именно, что речью. Поскольку, характер у Корюшки далеко не сахар, то и манера ее поведения оставляет желать лучшего. В общем, я вас предупредил...

Домчавшись до маяка, киса со всей дури впечаталась плечом в дверь. Та ответила жалобным дребезжанием, но устояла.

- Вот сволочь. Заперся. - Киса недобро уставилась на верхние окна маяка, а случайно оказавшийся поблизости кок фрегата «Бодрый Петух», еще долго клялся и божился своей команде, что видел, как Корюшка сплюнула после этих слов сквозь зубы, и добавила отборной пиратской ругани.

На просьбу команды поделиться услышанным, кок отозвался, после чего на камбузе воцарилось восхищенное молчание, а старик боцман, пустив скупую мужскую слезу, сообщил, что прекрасней, он не слыхал ничего, за всю свою жизнь...

Но это уже было намного после, а в тот самый момент ошарашенный кок наблюдал за тем, как кошка одним прыжком очутилась в двух метрах над землей, повиснув на зарослях какой-то тропической лианы, обвивавшей маяк. Быстро заработав лапами, Корюшка бодро вскарабкалась по кладке вверх, чему немало способствовала обычная для города кривизна стен. Перевалившись через бортик перил, она ловко плюхнулась на обзорный балкон.

- А балконную дверь ты никогда не запираешь... - Мурлыкнула она себе под нос. - Вставай, скотина!!! Пожар, землетрясение, цунами, приезд имперского ревизора!!!

В полутьме комнатки смотрителя маяка, на кровати, возлежало тело. Богатырского телосложения на первый взгляд, не чуждое полноте на второй, тело прикрыло лицо широкополой шляпой, с щегольской пряжкой, и неуязвимое утреннему солнцу, спокойно предавалось сну.

Вставай, говорю, тюлень недоношенный! Аврал! Полундра! - Понимая, что ее игнорируют, Корюшка медленно закипала от злости. - Не хочешь? Щас я тебе....

Вскочив на широкую грудь спящего, гостья принялась подпрыгивать на всех четырех ногах, каждый раз всем телом, падая на спящего.

- Про-Сы-Па-Ем-Ся! Фло-от ре-гу-ля-ров на-хво-сте...

Удары отдавались гулким эхом в легких спящего. Неожиданно, человек на кровати громко икнул, обнял кошку рукой, плотно прижал ее к груди, повернулся на бок и захрапел.

- Я тебе.... покажу... - Прошипела кошка, ужом извиваясь в крепких объятьях смотрителя маяка. - Меня... не воспринимать.... всерьез...

Освободившись из плена (Любая кошка рано или поздно может освободиться из любых объятий. Если она не хочет этого делать, то не значит, что не может), помятая, но непокоренная, тяжело дыша она пристроилась на тумбочке, с тоскою глядя на смотрителя.

- Вот ты дрыхнешь, сволочь, а там в городе, прямая улица... Абсолютно прямая, ни капли кривизны...

- Где?

Глаза смотрителя, широко раскрытые, внимательно смотрели на Корюшку из-под шляпы.

- Тьфу!!! - Шерсть на спине кошки встала дыбом. - Ну ты и сволочь, Галатопьен! Раньше никак было проснуться?

- Раньше было незачем. - Смотритель приподнялся в кровати, потянулся, откинул одеяло и предстал перед кошкой в том виде, в каком и ложился спать: В рубахе, бриджах и сапогах. - Показывай, где...

Кошка, задрав хвост трубой, поскакала к балкончику.

- Вон, смотри, пока ты тут дрыхнешь... Полюбуйся, что творится.

На балконе, они оба некоторое время щурились на солнце, привыкая к свету и свежему воздуху. Удивительное дело, ведь Корюшка провела в комнатке смотрителя всего несколько минут, но атмосфера этого места оказалась настолько плотной, что сейчас, ей, как ныряльщику за жемчугом, приходилось ждать, как после погружения на глубину.

По всему, было видно, что смотрителю погружение только предстоит.

- Где? - Он впился взглядом в город, пытаясь найти повод кошкиного беспокойства. Та, молча показала лапой.

Ничего не говоря в ответ, тот сграбастал кошку в охапку и сделал шаг... Прямо на мостовую, которую они только что разглядывали с маяка. Отпустив спутницу на землю, маг задумчиво уставился на ближайший дом.

Абсолютно ровные стены удручали. Идеально квадратное окно смотрело на Галотопьена свысока, возомнив себя кафедральным витражом, а строгий угол наклона крыши в 45 градусов грозил вот-вот обрушиться на шею лезвием гильотины.

- Давно заметила? - Маг выглядел озадаченным. - Это сегодня произошло, или вчера?

- То есть, ты со вчерашнего дня пьешь? - Ехидно уточнила Корюшка. - Сволочь ты, Галатопьен... Сволочь и гад, потому, что я тоже хочу, а мне нельзя... Сегодня это произошло, утром. Когда солнце только выглянуло, я еще селедку доедала. А когда доела — вот... Случилось.

- Интересно. - Голос мага был спокоен, кошка поняла, что ему действительно это все «интересно». - Судя по следам в эфире, это намеренное разовое воздействие. Ииии.... Ага! Вот оно! Только что на Канатной улице повторилось!

Маг неожиданно шагнул прямо в стену... и кошка осталась одна, на пустой, абсолютно ровной улице. Стало как-то не по себе.

- Вот скотина! - Вслух изумилась Корюшка, и припустила со всех ног.

Мостовая стелилась ей под ноги, мелькая серыми пятнами булыжников. Пролетали стены и переулки, люди, телеги с капустой, лотки с рыбой и ящики с фруктами — все это пестрой полосой декораций мелькало мимо, неизменными оставались лишь облака над головой, но их все равно было не обогнать, да и догонять смысла небыло.

Свесив язык набок от усталости, кошка выскочила на Канатную. Галатопьен, издалека даже солидный, внушительный в своей шляпе и камзоле, внимательно изучал абсолютно круглые бухты канатов. «Когда он успел надеть камзол?!» - Возмутилась кошка, подлетая к магу. Однако, задать этого вопроса она не успела. Завидев напарницу, тот ласково кивнул, и сообщил, как нечто очень-очень важное, как ответ на вопрос о смысле жизни:

- Тупик Стеклодувов.

После чего исчез, оставив в воздухе тающий силуэт.

- Вот твааааарь.... - Ахнула Кошка Корюшка, пораженная до глубины души таким издевательством. - Ты бесишь меня, Галатопьен, слышишь?! Ты меня БЕСИШЬ!!!

Было очевидно, что маг ее даже не услышал.

Махнув лапой на очевидное, киса припустила к тупику Стеклодувов, тихо радуя себя мыслью, что стоит ей догнать этого... этого... Она вцепится когтями, вопьется зубами, будет рвать и метать, выцарапает ему глаза, перегрызет глотку...

К тупику Стеклодувов кошка еле доползла. Плюхнулась у ног колдуна, вытянула дрожащую лапу в его сторону...

- Однажды... Однажды ты забудешь закрыть дверь, Галатопьен. И я обязательно узнаю об этом, я обещаю тебе. И никто не услышит твоих криков, понял? Ты будешь просить пощады, о, как ты будешь просить пощады...

- Тот, кто выпрямляет улицы, очень нетерпелив. - Маг задумчиво разглядывал стеклянные листы, выложенные в специальных формах, для остывания. В первый раз его хватило на целую улицу. На канатной остались кое-какие детали, над которыми ему не хватило сил и тщательности поработать. А здесь, его хватило только на крыши, стекла и дверные ручки. Интересно, почему дверные ручки...

- Я повешу тебя на дверной ручке. - Мстительно прошипела Корюшка. - За отсутствием реи...

- При чем, от улицы Хлебопеков, до Канатной, где-то полмили. От Канатной до тупика — треть... Скорее всего, где-то поблизости, и скоро произойдет что-то еще.

- Твоя казнь... - Уже устало буркнула кошка. - Лютая и неминуемая.

- Ииии.... Вот оно! - С торжествующим видом, Галатопьен вскочил на ноги. - Совсем близко, я чувствую!

Неожиданно для напарницы, он схватил ее в охапку, забросил на плечо и шагнул вперед. Мир моргнул... И поменялся вокруг них.

- Проспект Ювелиров... На этот раз его хватило только на крыши, кто бы он ни был... Ага, вот! Извини...

Ссадив Корюшку на землю, маг, неожиданно прытко рванул вперед. Оценив траекторию полета его туши взглядом опытного артиллериста, кошка вычислила конечную цель... Маленький, щуплый человечек, с ног до головы закутанный в черную мантию, пытался скрыться в подворотне.

- Не. Не поймает... - прошептала про себя кошка. - Или поймает?

Она оценила габариты мага, сравнила площадь парусности его спины с маневренными возможностями человечка, прикинула возможные маршруты в переулках, раскинувшихся впереди.

- Я! Я могу!

Позабыв об усталости, она взлетела на крышу ближайшего дома, и понеслась по верхам, перепрыгивая с дома на дом.

- Уйдет! Галатопьен, дурак, уйдет!

Злясь собственной беспомощности, не сводила с цели взгляда, понимая, что человек, закутанный в черное, бежит к городским воротам, узкими, боковыми закоулками, где вся стремительность носорога, присущая напарнику, не поможет ему против легкой маневренности убегающего.

- Уходит! Я, мне! Могу поймать, выпусти меня!

Галатопьен не отвечал. Сосредоточенно пыхтящий, безнадежно теряющий дистанцию на поворотах, он все еще надеялся догнать диверсанта сам. Пару раз шагнул в стену, появляясь на пути у загоняемого, но тот оказался достаточно ловок, что бы увернуться в первый раз, и достаточно проворен, что бы самому «скакнуть» магическим способом за спину догоняющему.

Корюшка бесновалась.

- Жирдяй! Тюлень! Чортов кашалот, тридцать три кальмара тебе в дыхательное отверстие! ВЫПУСТИ МЕНЯ, ты не сможешь сам!

Выдохшийся Галатопьен стоял посреди улицы, уперевшись руками в колени, тяжело дыша. Чужой маг стремительно сокращал расстояние с воротами, до спасения ему оставалось несколько десятков метров.

- Нуууу??!!!!! - свирепо заорала рыжая.

Маг устало кивнул в ответ. Мол, твоя взяла...

- Только не зашиби.

Три стрелы, почти одновременно, вонзились в разные участки просторного одеяния убегающего человека, пришпиливая его бабочкой к стене конюшни, у самых ворот. Еще две — для верности, прихватили за рукава.

Корюшка стояла посередине улицы, широко расставив ноги, для удобства стрельбы. Опустив лук, она с интересом разглядывала свои пальцы, будто удивляясь, что те до сих пор помнят все навыки, оставленные в человеческом теле... Осторожно поднесла ладонь к лицу, провела по щеке, прикоснулась к волосам, рыжим водопадом стекавшим на плечи. Вздрогнула, когда сзади подошел маг.

- Не превращай... Обратно, не надо... - Неожиданно для себя, голос звучал просящим.

Галотопьен смутился.

- Ну это... Всегда успеется, да и не к спеху в общем. Давай, лучше, на улов посмотрим.

Вдвоем они подошли к пленнику, и маг стянул с того капюшон.

- Нормально так. - Оценила Корюшка, быстро приходящая в свое человеческое состояние.

Огромными, перепуганными глазами, смотрела на них девчушка, лет восемнадцати, светловолосая и светлокожая. От такого зрелища, Галатопьену стало как-то не по себе.

- Ну, теперь я уже сомневаюсь, кто в этой истории подлец и негодяй. - Протянул он.

- Я никогда не сомневалась, Галатопьен. Ты — всегда единственный подлец и негодяй. - Корюшка саркастично ухмыльнулась. - Некрасиво поступать с прекрасными дамами — это твое. Давай, я подскажу тебе невольничий рынок, где за нее дадут хорошую цену...

Глаза девчушки округлились еще сильнее.

- Ты наговоришь тут. Доведешь ее до обморока. - Маг усмехнулся. - Ладно, давай, забираем ее отсюда, и ко мне, разбираться что к чему. Честно говоря, кроме магистратуры, мне бы давно пора создать полицейский участок...

В каморке смотрителя маяка Корюшка тут же повесила лук на стену, стянув, швырнула на стол перчатки из кожи крылатой акулы, и сунула нос в содержимое тумбочки у кровати. Не обращая внимания на многозначительное «Гхмм» за спиной, изьяла оттуда непочатую бутылку рома, и плюхнулась с нею на кровать, сложив ноги на стоящий рядом письменный стол.

- Я тебя обратно в кошку превращу... - Пробурчал маг, кивнув пленнице на табурет у стола кухонного.

- Ты сразу не превратил, значит уже не превратишь — Огрызнулась Корюшка. - Спокойно, я в курсе, что за мной должок...

- Знаешь кто мы? - Галатопьен вопросительно глянул на пленницу. Та, уже не смотрела на них такими дикими глазами, но разговаривать все еще не торопилась. Увидев в ответ, на свой вопрос отрицательное покачивание головой, маг продолжил.

- Вимсалдапль Галатопьен. К вашим услугам. - Он приподнял шляпу, демонстрируя определенные навыки общения с дамами. - Прошу меня простить за неловкость в вашей поимке, сударыня, и за вашу неловкость в результате оной...

- Хочешь поймать бабу — попроси об этом бабу. - Хихикнула с кровати Корюшка. Бутылка уже была на треть пуста, и румянец на щеках бывшей кошки говорил о том, что эта жертва не была напрасной. - Ты сейчас на реверансы там с ней изовьешься, Галатопьен... А хорошенькая мордашка, да?

- Кгхм... Прошу ее простить, меня, наверно, тоже... - Маг изобразил смущение. - Но тем не менее, могу я попросить вас ответить на пару вопросов? Чистая формальность, если изволите...

- А если не изволите, петлю на шею, и болтаться на рее! - Радость от пребывания в человеческом теле, всесокрушающей лавиной человеколюбия изливалась на присутствующих в каморке. - Половину добычи — команде! Каждому выжившему — 10 дней увольнительных за мой счет!

Пленница не выдержала.

- Кто это? - Заговорщицким шепотом спросила она у мага.

- Это Корюшка, Королева Пиратов Третьего Моря. - Он пожал плечами. - Очень... Способная дама. Признаться, в свое время она наделала столько бед, что за ней потом гонялся весь имперский флот... Но это долгая история...

Корюшка помахала в ответ полупустой бутылкой, показывая, что да, она слышит, что говорят о ней, и да, она одобряет.

- Ну, мы представились. - Галатопьен подбадривающе улыбнулся гостье поневоле. - А вас, сударыня, зовут...?

- Наживка. - Корюшка прищурила один глаз, глядя вторым на пленницу через донышко пустой бутылки. - Ее завут Наживка. Или Рыбий Корм. Ну, правда, пока еще не зовут, но предложение о невольничьем рынке в силе.

- Ансатра. - Девушка пожала плечами. - Если это что-то да значит для вас.

- Ничо не значит. - Корюшка потянулась и выудила из тумбочки вторую бутылку.

- Итак... Ансатра. Вы не могли бы пояснить смысл своих действий? Зачем, для чего вы вмешивались в архитектуру города, изменяли ее?

Девушка прикусила губу. Посмотрела на Галатопьена исподлобья... Не выдержала, сорвалась.

- Но разве это не очевидно? Посмотрите, какое все... кривое, неровное! Как в этом вообще можно жить? Эти стены, которые вот-вот на тебя упадут, эти крыши, скошенные на один бок... Прямо не улица с домами, а поляна грибов... Ни четкости ни линии, непонятно, какой дом для чего, и что они из себя представляют все вместе! Это не город, это позор какой-то... Позор всей империи в целом!

Галатопьен поджал губы и вздернул брови. Корюшка зашлась на кровати в хохоте. Ансатра продолжала.

- Посмотрите на другие города! Полет линий, прямых, как стрела! Арки — в строго выверенной пропорции, колонны — строго перпендикулярны основанию, ровные и абсолютно цилиндрические. И все это — ради того, что бы использовать максимально места. А здесь? Это не город, это... Это какая-то архитектурная оргия! Я не вмешивалась, я исправляла!

Пиратка уже не могла смеяться, глядя на горестное лицо мага. Лишь тихонько икала, наблюдая за происходящим с кровати. Галатопьен молча надел шляпу, раскрыл дверь стоявших в дальнем углу каморки часов с маятником и шагнул внутрь. Мгновение спустя, он появился обратно, волоча за собой высокого, худого старика за длинное, оттопыренное ухо.

- Скажите, девушка... Вам известен этот человек?

Лицо Ансатры выдало странную эмоцию — смесь удивления с радостью.

- Магистр Штангенциркуль? Что вы... Как вы здесь? И почему позволяете с собою так поступать...?

- Потому, что он Галатопьену в подметки не годится. - Едко икнула с кровати Корюшка.

- Твоих рук дело? - Галатопьен кивнул на девчушку новоприбывшему.

- Не понимаю, о чем ты. - Старик задрал нос и отвернулся. Хозяин маяка, коварно улыбаясь, вновь потянулся к уху...

- Ты позор, Галатопьен! Позор всей Империи! - Испуганно спрятав ухо в ладони, старик Штангенциркуль отшатнулся в сторону. - Мы исправим твои ошибки! Все будет под линеечку!

Галатопьен бросил на Корюшку страдальческий взгляд.

- Вот что с ними делать, скажи, а?

- Нихрена не надо с ними делать. - Довольно отозвалась пиратка. - Пусть он их всех сожрет, тогда немногие выжившие и осознают...

- Немногие выжившие проклянут тех, кто их не спас. Ты же знаешь, как это всегда бывает...

- Да и хрен на них. Берем фрегат и дуем в море. Ты же знаешь, у меня связи... - Вторую бутылку Корюшка уже цедила медленно, смакуя. - Ты не понимаешь своего потенциала, Галатопьен... А вот я — понимаю, потому, что я, все же женщина. Мы от рождения сразу понимаем потенциал любого мужчины...

Маг ничего не ответил. Отвернулся к часам, вновь открыл дверцу. Кивнул Магистру, и тот, шагнул внутрь. Чувство собственного достоинства Магистра пыталось остаться с ним, но не вошло по росту, и больно ударившись лбом, растворилось в воздухе. Галатопьен шагнул следом.

Корюшка и Ансатра остались одни. Пиратка цинично разглядывала пленницу, та зябко ежилась на стуле.

- Я не понимаю... - Не выдержала гостья. - Кто сожрет? Кого? Чем недоволен ваш... Смотритель?

- Ну... Пойдем. - Корюшка усмехнулась, легко соскочила с кровати, будто и не была пьяна, подошла к балкону и распахнула двери. Обернулась на Ансатру.

- Твое здоровье. - она сделала еще глоток из бутылки. - Чорт, мне нехватало этого пойла... столько лет... Ты идешь?

Пленница нерешительно шагнула на балкон. Презрительно вздернула носик.

- Нет, конечно очень красивый цвет крыш... И по своему, милая архитектура, если смотреть издалека... Но вся эта кривизна...

- Я многому научилась у Галатопьена за это время. - Корюшка облокотилась на перильца балкона, задумчиво глядя на городок. Но есть и вещи, которые я отлично понимаю сама. А есть и те, которые у нас общие. Так вот... Корабль не обязательно идет лишь в ту сторону, куда дует ветер, но откуда дует ветер — всегда важно. Не всякое можно увидеть с разных точек... Важно — откуда смотреть.

- Что? Я не понимаю... О чем вы? - Ансатра удивленно захлопала глазами.

- Сюда. - Довольно грубо Корюшка подтолкнула девчушку к месту рядом с собой. Убедилась в правильности и показала вытянутой рукой на город.

- Смотри. Глазами.

- Что? Где? Ох......

Неожиданно для себя, Ансатра УВИДЕЛА то, что ей пыталась показать Корюшка. Кривые домики, крыши, стены, и здания, парапеты и ступени... Глядя на весь ансамбль с этого места, она увидела, как элементы сложились в единое целое, открывая ей совершенно новое зрелище.

Прямо под маяком, на берегах залива, свернувшись калачиком, спал Дракон. Крыши домов складывались в его чешую, улицы протекали его венами, кварталы вздымались боками. Городская стена, опоясывавшая залив, становилась все уже, заканчиваясь хвостовым шипом, а голову венчали изогнутые рога башенок магистрата. Крылья дракона, аккуратно сложенные, как убранные паруса кораблей в заливе, угадывались в мешанине улочек и переулков...

Ансатра могла видеть, как дракон дышал.

- Давным-давно, в одном королевстве... хе, в одной империи, жил-был маг. И король. Вернее император.

Корюшка грустно смотрела на город, непонятно было, к кому она обращалась и что рассказывала... Ансатра внимательно слушала.

- И случился с тем королевством дракон. Крупный, такой, падлюка... Если будешь слушать, как какой рыцарь хвастает, что пронзил дракона своим копьем — не верь... Дракону то копье, что человеку зубочистка. В общем, аврал, свистать всех наверх, и пушки к бою... Тот дракон много сжег и попортил. И тогда Король позвал на помощь Мага, а тот — предложил ему Хитрый План...

- Маг поразил дракона? - Недоверчиво переспросила Ансатра.

- Драконы неуязвимы для магии. - Хмыкнула Корюшка. - Но чрезвычайно уязвимы к ядам. Хватило одной стрелы... Но убить дракона — не хватит никакого яда, можно лишь усыпить, и то на время.

Девушка задумалась. Посмотрела на пиратку.

- Ты... Ты подстрелила дракона?

Та пожала плечами.

- Времена мушкетов и пушек. А я, до сих пор пользуюсь луком... Как видишь, в этом есть свои плюсы: Стрелы можно отравить.

- А дальше? Как получилось... Все это? - Ансатра недоверчиво глянула на город снова, надеясь, что открывшаяся картина — лишь обман... Но та вновь явила себя, отказываясь скрывать свое существование.

- Спрашивай у Галатопьена. - Корюшка ухмыльнулась. - Он специалист по пространству, твоему Штангенциркулю до него ой как далеко... Мой тебе совет: Смени учителя.

Пиратка вновь повернулась к городу, закрыла глаза и потянула носом морской воздух.

- Как все же хорошо быть человеком... Кошкой тоже неплохо, но я соскучилась по своему телу. А про дракона... Все, что я знаю, так это то, что сейчас он спит. И видит сны. Про тебя. Про меня. Про улицу Пекарей и Канатную улицу. Про тупик Стекольщиков и их изощренные, особые стекла. Про доки и корабли, моряков и капитанов. Каждый человек этого города... Это часть сна дракона. Но драконы — очень сильные магические существа, ты еще не раз убедишься, что люди этого города реальнее... Да и порою лучше многих других.

- И он не проснется? Ведь яд... Яд наверно уже давно выветрился из крови?

Корюшка открыла глаза и хитро, искоса глянула на Ансатру.

- Умная девочка... Да, яда давно нет. Суть в том, что он не хочет просыпаться. Потому, что сейчас — он свободнее, чем был. С каждым человеком, с каждой жизнью и каждым кораблем, его жизнь богаче, чем когда-либо... А быть драконом... Жечь и крушить вокруг себя — вот и все, на что годен дракон. Думаю, ему сейчас лучше, чем когда-либо.

- А форма города? Я что-то испортила, да? - Ансатра выглядела виноватой.

- Ничего такого, что бы этот увалень не исправил бы. - Пиратка ухмыльнулась. - Но со временем, это бы Его разбудило, да. Что-то там связанное, с тождественностью форм... В общем, не стоит, да.

Дверь часов распахнулась, в комнату шагнул Галатопьен легок на помине, взъерошенный, но довольный.

- Я договорился с Иннокентием. Нас обещали не трогать. Штангенциркуля пока под домашний арест, его студиозусов обещали привести в чувство.

- Лучше бы он меня обещал не трогать, когда я свободно ходила в море. - Корюшка недовольно нахмурилась. - Мне обратно в кошку?

- Ты жгла его корабли. Грабила его купцов. Чего теперь жаловаться? В кошку можно не спешить, я выговорил тебе условно-досрочное.

Галатопьен шагнул на балкон.

- Возможно, что в какой-то мере и себе...

- Охереть. - Корюшка допила вторую бутылку, прицелилась и метнула ее куда-то вниз, в подступающий вечер. Резкое, недовольное мявканье и шипенье были ей признанием в меткости.

- Потрох и Шепелявая собирались котят делать — Пояснила она. - Но это все еще моя территория... Кстати, ты мне задолжал пятьдесят лет радостей женского тела, Галатопьен. Коты не в счет...

- Ахем? - Маг выглядел несколько удивленным.

- Болит аж там все внизу, говорю, сводит прямо. Милая... - Корюшка улыбнулась Ансатре. - Ты потом уж поговоришь с ним об ученичестве, ладно? Сегодня он мой, и я намерена отомстить сполна.

- Ладно. - Ансатра улыбнулась в ответ. - Я пойду... Завтра загляну.

Спустившись к основанию маяка, она вышла на улицу, осмотрелась по сторонам, по новому, с пониманием прицениваясь к изогнутым, кривым деталям строений. Медленно ступала по городу, изучая смысл и суть изгибов и форм, открывая для себя совершенно новую геометрию, шагая далеко за пределы треугольников, арок и параллелепипедов. В каждой детали ей виделись миллионы решений, более сложных, чем все, что она раньше могла найти в любом другом городе. При взгляде на любой дом с одной стороны, теперь она понимала, для чего же он такой есть, при взгляде с другой стороны, ей открывались новые возможности и цели.

Она понимала, что теперь не может не остаться, что бы не изучать это. И что завтра, она попросится в ученицы. И это, безусловно, было очень важно, но прямо сейчас она просто шла по улице, наслаждаясь каждой клеточкой своего тела, впитывая окружающую ее суть, пропитанную запахом морской соли, пряных специй и свежевыпеченного хлеба.

Драконью Геометрию.

Немимокрокодил

Не пропускайте новые статьи автора El Chupanibre, просто зарегистрируйтесь на Конте. Подробнее

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    ДРУГИЕ СТАТЬИ
    Андрюха Червонец Вчера 22:11 5200 15.00

    Когда перемены хуже реальности…

    Социология во все времена служила инструментом политических манипуляций. Социологические "исследования" часто проводились не для того, чтобы выявить реальные настроения в обществе, а с совершенно противоположными целями. Социологи озвучивали навязанные политиками определенные ориентиры. Представляли их в виде общественного мнения. А затем включались сам...
    Скарлетт Вчера 20:22 7227 40.64

    ПЛОЩАДКА ДЛЯ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЕНДЕТТЫ. ЮРИЙ СЕЛИВАНОВ

    Украина остается единственным военно-стратегическим плацдармом, где Запад может попытаться отыграться за свое унижение в Сирии. Фактом является то, что в Сирии Запад потерпел серьезное военное и геополитическое поражение. По сути – первое после исторической вьетнамской катастрофы США в 70-х годах прошлого века. Чтобы там не рассказывал Дональд Трамп о «в...
    shaya Вчера 20:49 4008 14.01

    Назло России на самое дно: назван новый антирекорд Украины

    Киев не хочет строить здоровые взаимоотношения с Москвой ни в одной сфере, хотя это, в первую очередь, выгодно именно украинцам. Такая политика оборачивается вполне закономерными экономическими проблемами. Россия всегда была выгодным торговым партнером и в некоторых случаях даже шла на определенные уступки для поддержки стабильного развития экономики Украины, предлага...
    ПРОМО
    AntonBlagin Вчера 22:00 8890 101.98

    Украденные у русских жрецов знания пора уже вернуть русскому народу!

    Хочется сегодня помянуть добрым словом ушедшего из жизни сатирика и просветителя Михаила Задорнова. Есть веский повод. Мне на глаза очень вовремя попались его слова о том, как по-разному мыслят те, кто владеет русским языком, и те, кто владеет английским языком.  "Когда русские заглядывают в комнату и видят, что там никого нет, они говорят "ни души"...
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика