• РЕГИСТРАЦИЯ

Жизнь советских рабочих в период войны

82 1100

Советская власть любила хвастаться, что «освободила» рабочих от ярма капиталистов. На самом деле эксплуатация трудящихся в СССР, особенно в годы войны, достигала немыслимых уровней. Был принят целый ряд законов, насильственно прикреплявших рабочих к предприятиям. Так, согласно Указа от 26 июня 1941 г. «О режиме рабочего времени рабочих и служащих в военное время» директорам предприятий было предоставлено право устанавливать обязательные сверхурочные работы для рабочих и служащих продолжительностью от одного до трех часов. То есть отработал смену, потрудись еще два-три часа. [371 — Сомов В. А. Указ. соч., с. 30.]

Примечательно, что этот указ вышел ровно через год после предыдущего. Можно было вполне ожидать, что еще через год Верховный Совет и вовсе запретит рабочим уходить с завода даже на ночь. К чему тратить время: поспал прямо у станка и снова за работу. Впрочем, год ждать не пришлось. Ровно через шесть месяцев — 26 декабря 1941 г. — государство «порадовало» тружеников новым Указом «Об ответственности рабочих и служащих военной промышленности за самовольный уход с предприятий». Отныне рабочий, самовольно покинувший завод, за которым был закреплен, объявлялся «трудовым дезертиром» со всеми вытекающими последствиями.

Детский труд.

Типична судьба Анатолия Коровина, поступившего на работу на машиностроительный завод № 92 им. Сталина в ноябре 1941 г. Сам он потом вспоминал: «С 1 октября 1940 г. я учился в ФЗУ. Как попал? Очень просто. Учился в 7-м классе. Подал заявление. Попал в группу фрезеровщиков. Изучал металловедение и машиноведение. По плану должен был выпуститься через два года. И вот в 15 лет встретил войну. Вскоре вышел приказ — досрочно перевести на завод. 26.11.1941 г. вместе с шестью друзьями я был определен на артиллерийский им. Сталина, где меня направили в механический цех № 18. Первый мой станок назывался № 67 „Дзержинец“. Это был немецкий станок „Франц Вернер“. Поскольку роста я был небольшого, мне сделали специальный настил. Первый же мой рабочий день составлял 12 часов. Мне сразу же объяснили, что опаздывать на работу категорически запрещается, за 20-минутное опоздание будут полгода вычитать 25 % заработка. И я так и трудился по 12 часов до самого конца войны! И никаких тебе выходных и праздников. За всю войну у меня было лишь два дня отгулов. Два свободных дня за три с половиной года. Раз в месяц происходила ломка смен. Тогда приходилось работать с 13.00 до 07.30 утра, т. е. 18 часов подряд».

Еще до войны на территории Советского Союза появилось Главное управление трудовых резервов. Управление распределяло подростков по училищам. Во время войны подростков призывали на фабрики и заводы. Около 8 тысяч детей работало только на моторостроительном заводе в Перми. Завод выпускал авиадвигатели. Рабочим было всего по 14 лет, на неквалифицированную работу брали уже с 11 лет. Вспоминая свое военное детство, бывший работник завода вспоминал, что когда уходил в 14 лет, его мама плакала и все спрашивала: "Зачем такому маленькому идти?" С мамой он встретился только после войны в 1946 году, и опять она плакала: "Ты даже не вырос за эти годы".

Нормы выработки.

Как же люди выдерживали такое, да еще, согласно советской пропаганде, постоянно перевыполняли нормы? Объяснение простое. Все люди, жившие в СССР, знают, что работать и находиться на работе — это две разные вещи. Главное было вовремя добраться до проходной и до своего станка, а дальше - по обстоятельствам. Суровые советские законы предусматривали строгие наказания только за прогулы и опоздания, невыполнение норм и сон на работе наказывались куда мягче, да и то - если поймает начальство.

Что касается норм, то, как сказал Анатолий Коровин, «нормативы изготовления деталей искусственно завышались. На то, что можно было сделать за две минуты, по нормативам давали пять — десять. Стоило чуть-чуть поднажать, и норма перевыполнялась на 50–70 %». Нормы завышали начальники цехов и участков, прекрасно понимавшие, что с них спросят именно вал, цифры, а не реальную выработку конкретным рабочим.

Бывший рабочий А.Аксенов вспоминал: "Однажды я выполнил план на 570 процентов. Когда в заводской газете про меня написали, что отец может гордиться мной, я счастливый отослал бате заметку на фронт. Батя показал заметку своему командиру и он мне написал очень хорошее письмо с пожеланиями. А вскоре приехал на завод генерал Солдатов и громко всем сказал:"Я иду на Аксенова смотреть". Он меня расцеловал и приказал нас, пацанов, накормить. Вот радость для нас была". 

Голодный и уставший пацан делает 570% - с нормой выработки явно что-то не то.

Как добирались до работы.

Впрочем, до работы надо было еще добраться. Если до войны, скажем, по Горькому ежедневно ходили 180–200 трамвайных вагонов, то к концу 1941 г. их число сократилось до 167, а весной следующего года на линии выходили в среднем 80 единиц. И причиной тому были не только плохое состояние вагонного парка и нехватка вагоновожатых, но и банальные перебои с электричеством. Люди часами стояли на переполненных остановках, а когда же наконец появлялся трамвай, начинался штурм. Пассажиры висли на окнах, залезали на крышу, «присаживались» на подножки. Особенно напряженная ситуация складывалась в утренние часы пик. Вагоны попросту проезжали остановки или тормозили в 50–70 метрах от них. Наиболее отчаянные рабочие поджидали попутный грузовик и на ходу запрыгивали в кузов, а потом «десантировались» у нужной остановки.

Основным городским трамваем в 30-е — 40-е годы в СССР был вагон серии «Х», появившийся на рельсовых дорогах в 1933 г. Он сильно отличался от современных. Перегородки, отделяющей место водителя от салона, не было, сидячих мест имелось всего шестнадцать. Сделано это было ради экономии пространства, чтобы в салон могло набиться побольше народу. Поэтому почти все пассажиры ездили стоя, держась за эбонитовые поручни, закрепленные брезентовыми тесемками. Не случайно в некоторых городах эти вагоны прозвали «скотовозами».

Анатолий Коровин вспоминал: «Жил я на Почаинской [около 10 км от завода № 92. — Примеч. авт.]. Вставать приходилось в 4.30, чтобы к 7.30 успеть на Бурнаковскую проходную завода. Нередко приходилось на ходу запрыгивать в грузовые автомашины. Делал я так. Присмотрел на Маяковке [374 — Имеется в виду ул. Маяковского, ныне Рождественская. ] большую яму, перед которой грузовики всегда притормаживали. Поджидал за тумбой с объявлениями и, когда машина начинала с грохотом переваливаться через ухаб, быстро запрыгивал в кузов и залегал там. Дорог в те времена было мало и было ясно, что хотя бы до Московского вокзала машина дойдет. А оттуда уже можно было и пешком до завода. Спрыгивал тоже или на ухабе, или на переезде, где машина притормаживала. Был случай, рабочие заблокировали выезд „полуторки“ с Бурнаковской проходной с просьбой „Дай хоть до станции Сталинская доехать“. Но водитель отказал и начал газовать, пробиваясь через толпу. Но несколько ребят все же запрыгнули в кузов. Тогда шофер вышел, взял лом и ударил одного по спине. В ответ рабочие разбили фары и стекла в кабине, после чего разбежались. И такие случаи были нередки. Однажды я сам получил заводной ручкой по спине. Езда на трамваях тоже была „веселая“. Нередко приходилось ездить, вися на окнах или даже на крыше. В 1942 году такой способ, я бы сказал, вошел в моду. Некоторые любители забирались на крышу, даже если еще было место в вагоне. Был случай, нескольких рабочих убило током на крыше 6-го трамвая. Погиб во время езды на работу и мой друг Борис Горохов. Он ехал на крыше трамвая, вдруг оборвался провод и сбросил его вниз».

Как топили зимой.

Хуже всего дело обстояло зимой. Типичный пример — общежития ГАЗа и завода им. Маленкова. Помещения практически не отапливались, и температура в них держалась не выше +8 °C. Дабы не замерзнуть, рабочие вынуждены были жить на кухнях, где имелась печь, и спать на столах. Бытовое обслуживание было почти или полностью заброшено. Постельное белье не менялось по 20–30 дней, а зачастую и вовсе отсутствовало. Так, в общежитиях автозавода им. Молотова из 3200 проживающих одеяла имелись только у 200. В результате рабочие должны были спать прямо в верхней одежде и накрываться матрацами с коек соседей, работавших в другую смену. Медицинская помощь рабочим не оказывалась. Характерный случай — смерть рабочего цеха № 7 завода № 112 Копосова. 25 декабря 1942 г. он заболел и слег. Однако в течение трех дней к нему никто не подошел, и за два дня до Нового года человек скончался. [375 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 3399, Л. 3-14.]

В особенно морозные дни и недели часть рабочих вообще не покидали завод. Анатолий Коровин рассказывал: «Зима 1942 г. была очень суровая, морозы доходили до минус сорока градусов. Бывали случаи замерзания насмерть. В этих условиях рабочие не шли домой, а направлялись в горячие цеха и там спали. Но и тут поджидали опасности. Один рабочий залез в ковш для жидкого металла, а утром сгорел в печи. Страшный случай! Мы из цеха № 18 не ходили в горячие цеха, а спали у батарей отопления в бухгалтерии».

Как платили и кормили.

И что же получали рабочие за свой героический труд, кроме «спасибо», от Родины? Средняя зарплата на военном предприятии составляла 800 рублей, на других и того меньше. К концу войны оклад был повышен до 1000 рублей, но это было смешно в сравнении с инфляцией. При этом буханка хлеба на рынке стоила 400 рублей, то есть 50 % месячного оклада! Поэтому главную ценность представляли продуктовые карточки. По ним человек, работавший на военном заводе, «получал» 800 граммов хлеба в день. Но это на военных заводах, отнесенных к 1-й категории, а на заводах 2-й категории рабочие получали по 600 г в день.

По данным органов НКВД,  имели место следующие высказывания граждан, подобные высказыванию механика летно-испытательной станции авиазавода №21 Кирясов: "Товарищ Сталин сказал, что войне скоро будет конец, так почему же убавляют нормы, значит, война будет продолжаться долго, народ и так голодает, а тут еще хлеб отнимают, многие люди будут пухнуть и умирать".

Почему «получал» в кавычках? Потому что карточки еще надо было отоварить, а у рабочего, трудившегося по двенадцать часов в день, не было времени давиться в километровых очередях. А зачастую и отоварить было нечем. Поэтому вместо килограмма мяса давали 800 граммов, а остальное — грибами или еще чем-нибудь. Еды постоянно не хватало, и чувство голода преследовало рабочих постоянно. В пищу шли картофельные очистки, крахмал, свекольные листья и т. п. Анатолий Коровин вспоминал: «У каждого рабочего был противогаз. Без него не пропускали через проходную и не выпускали обратно. Уж чего-чего, а противогазов у нас хватало. И применение им мы нашли: сливали в фильтрокоробку масло, а потом продавали на рынке».

Но государство иногда все же вознаграждало за стахановский труд. Раз в год рабочему давали бутылку водки или пачку сигарет. Водка представляла особую ценность, играя роль конвертируемой валюты. Стоимость бутылки сорокаградусной на черном рынке составляла в провинции до 1000 рублей, а в Москве и того больше. А это больше самого высокого месячного оклада. За бутылку можно было получить две-три буханки хлеба.

Однако рабочие, особенно молодежь, несмотря на все эти, по сути, лагерные условия, все же относились к жизни оптимистически. Молодые люди объединялись в дружные компании, ходили друг к другу в гости, вместе отмечали праздники, влюблялись. В молодом возрасте легче было переносить военные тяготы.

29 января 1943 г. уполномоченный Комитета партийного контроля при ЦК ВКП(б) по Горьковской области И. А. Филиппов писал в служебной записке: «Получившим отказ в производстве ремонта заказчикам многие мастера тут же в мастерской предлагают произвести ремонт частным образом… В сапожной мастерской № 2 Сталинского промкомбината по ул. Луначарского, дом № 23, не принимают в ремонт валяную обувь из-за отсутствия материалов. Мастер этой мастерской предложил отремонтировать валенки за 325 руб. или две буханки хлеба». [378 — Там же.]

В апреле 1943 г. УНКВД Саратовской области составило записку о плохом питании рабочих завода боеприпасов № 205. В ней говорилось следующее: «На заводе работают в большинстве рабочие, чьи семьи остались жить в Москве. Они питаются главным образом в столовой. Питание в столовой рабочих организовано один раз в сутки. Качество приготовляемой пищи низкое. Мясных блюд практически не бывает. За март отоварено лишь 25 процентов мясных карточек рабочим, прикрепленным к столовой, крупяной карточки при одноразовом питании в сутки в столовой рабочим хватает на 15–20 дней».

Работа на этом предприятии была, как и в «славные» тридцатые годы, организована по принципу: «В начале месяца перекур, в конце — перегруз и аврал». Поэтому с 20-го по 30-е число каждого месяца многим приходилось работать в две смены. Однако усиленного питания при этом никто не получал. Работая 24 часа, поскольку продолжительность одной смены была 12 часов, рабочий ел один раз, и то какую-то похлебку без мяса. Посему рабочим приходилось после трудового дня охотиться около завода на бродячих собак и питаться их мясом. [379 — Сойма В.М. Указ. соч., с. 115.]

На базарах и рынках Саратовской области в 1942/43 г. цены на основные продукты питания выросли в 10–30 раз! И это при том, что зарплата промышленных рабочих была увеличена всего на 50 %. [380 — Там же, с. 42.]

Впрочем, нередко нехватка продуктов была связана не с их фактическим отсутствием, а с бесхозяйственностью самих торговых работников. Так, в сентябре 1942 г. в Саратове на заводах и базах треста «Маслопром» выявились массовые «излишки» масла и сыра. На 1 сентября там скопилось в общей сложности свыше 400 тонн масла и 400 тонн сыра. В то же время 60 % продуктовых карточек по этим товарам за третий квартал отоварено не было. Виновником в этой ситуации оказался Облторготдел, который просто не подавал нужное количество тары и транспорта для вывоза продуктов в магазины. [381 — Там же, с. 112.]

Преступность.

Невыносимые условия труда нередко заставляли рабочих идти на воровство. Большинство тащили по мелочи: куски брезента, засунутые под одежду, масло, слитое в фильтрокоробку противогаза. Все это потом можно было обменять или продать на рынке. Больше всего крали на немногочисленных заводах, производивших относительно мирную продукцию: масложировых комбинатах, текстильных, табачных фабриках и т. п.

Но воровство — это еще полбеды. Нередко рабочие организовывались в банды и свободное от работы время занимались грабежами. Так, в ночь на 7 октября 1943 г. восемь рабочих завода «Красное Сормово», взломав крышу и потолок кладовой цеха № 27, похитили оттуда 9000 рублей и 82 продовольственные карточки. Спустя пять дней эта же банда, взломав решетку, обокрала столовую ОРСа, после чего была задержана милицией.

На расположенном неподалеку артиллерийском заводе № 92 им. Сталина орудовала банда братьев Белобородовых. Вместе с коллегами по цеху: Жичковым, Евсеевым и Больновым, они в перерывах между фронтовыми декадами грабили квартиры в Сормовском районе города. 24 ноября 1943 г. при совершении очередного преступления все они были арестованы. [382 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 3398.]

Пользовался спросом в годы войны и металл. Многие думают, что пункты приема цветных и черных металлов, а равно и его хищение — это явление исключительно последних 10–15 лет. На самом деле спрос на металл зависел от его стоимости и ценности. В 60-е — 80-е годы ХХ века железо стоило дешево, поэтому горы металлолома валялись во дворах и на пустырях. Но в годы войны металла не хватало, посему заводы вынуждены были открывать пункты приема металлолома и платить за него наличные деньги.

Партийные органы организовывали сбор лома силами бойцов МПВО и школьников. Преподавательница Ветлужского педагогического техникума Н. П. Коломарова 24 февраля 1944 г. писала в своем дневнике: «…Масленица. Продала пять листов железа с амбара вчера, получила 1200, и сегодня железо взяли и заплатили остальные 300 руб., да вчера несколько поленьев дров в придачу». [383 — Забвению не подлежит, с. 439.]

В данном случае речь идет о «легальном» металлоломе. Однако был и нелегальный. Так, в сообщении Дзержинского горотдела НКВД за 12 ноября 1943 г. сообщалось: «В последнее время в городе появились различные конторы по сбору у граждан за деньги макулатуры, железа и прочих ценностей. Между тем, как показала проверка, проведенная в октябре месяце, некоторые такие пункты существуют незаконно, не имея никаких документов, а работающие там лица не могут ответить на вопрос, куда и кому собранные у населения вещи и материалы поставляются».

На улице Коммунаров, в частном секторе города, был выявлен нелегальный пункт, занимавшийся скупкой лома цветных и черных металлов. Металлолом хранился прямо на огороде одного из домов, причем кому и куда он предназначался, никто из задержанных толком ответить не смог. Попутно сотрудники НКВД задержали двух граждан — Никитина и Сидоренко, собиравшихся продать две болванки от 160-мм реактивных снарядов. Как оказалось, последние были каким-то образом вывезены ими с территории завода № 80. [384 — ГОПАНО, Ф. 1930, Оп. 5, Д. 9, Л. 41.]

Дополнительные повинности.

Помимо всех прочих трудностей, в годы войны существовала и так называемая «трудовая повинность», которая была введена Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. Уклоняющихся карали штрафом до 3000 руб. либо административным арестом на срок до шести месяцев. [385 — Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов, с. 649–650.] Иногда применялись и более суровые меры. К примеру, 28 февраля 1942 г. в газете «Московский большевик» был опубликован материал о жительнице Подольского района Московской области гражданке И. Н. Горбах, которая дважды отказывалась принять повестку на лесозаготовки. В итоге «дезертирка» получила три года лишения свободы. [386 — Комаров Н. Я., Куманёв Г. А. Указ. соч., с. 245.]

Пользуясь полученными широкими полномочиями, местные власти стали по любому поводу привлекать население ко всякого рода работам. Так, Ленгорисполком уже 27 июня 1941 г. приказал привлечь к строительству укреплений и прочим работам всех трудоспособных жителей Ленинграда и окрестных городов в возрасте от 16 до 50 лет для мужчин и в возрасте от 16 до 45 лет для женщин. Исключение составляли только рабочие военных предприятий. К работам привлекались даже беременные женщины до семимесячного срока, а также матери малолетних детей от двухмесячного возраста! Неработающие граждане обязаны были бесплатно трудиться по восемь часов в сутки, учащиеся и работающие — три часа после работы или учебы. [387 — Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов, с. 6.]

Правда, формально оплата в период мобилизации существовала, но составляла она, как правило, сущие копейки. Так, в июле 1941 г. на строительстве укреплений в районе Москвы людям платили по 8 руб. за двенадцатичасовой рабочий день. То есть, работая по полусуток в грязи и пыли, человек, скажем, за две недели мог заработать аж 112 рублей. [388 — Комаров Н. Я., Куманёв Г. А. Указ. соч., с. 31.] И это при том, что в случае мобилизации на оборонные работы, зарплата по месту постоянной работы, как правило, не сохранялась. [389 — Сомов В. А., Указ. соч., с. 34.]

Самыми тяжелыми были работы по строительству укреплений и укрепрайонов, к которым также широко привлекалось гражданское население. Так, 13-е управление оборонительных работ, строившее осенью 1941 г. рубежи вдоль рек Ока и Волга, 19 ноября издало приказ, согласно которому для мобилизованных устанавливался 10-часовой рабочий день с началом в 07.00 и завершением в 18.00. С 12.00 до 13.00 устанавливался обеденный перерыв. За пять минут до начала работы надо было выстраивать рабочих и проводить перекличку, после чего объявлять «боевую» задачу. И все это в открытом поле на ветрах и морозе. Правда, в данном случае за работниками сохранялся заработок по основному месту работы. [390 — Там же, с. 66–67.] В народе работа на строительстве оборонительных рубежей получила короткое название «на окопах». Условия труда были исключительно тяжелыми. Не хватало спецодежды, лопат и топоров, рыть мерзлую землю приходилось чуть ли не голыми руками. 

Как наказывали.

Во время строительства проводились показательные процессы над «дезертирами». Обычно такие дела рассматривались в один-два дня, максимум — неделю. Так, 17 ноября 1941 г. был арестован 21-летний М. Ф. Данилин. По данным органов, он был мобилизован на строительство 4 ноября, во время работы «вел себя вызывающе, играл в карты и хулиганил», а также агитировал других рабочих на бегство. 13 ноября Данилин сбежал с работ вместе с группой колхозников. В обвинительном заключении говорилось, что он «будучи послан в порядке трудовой повинности на строительство военного объекта в район города Мурома, в условиях военного времени со строительства позорно бежал и увлек за собой всех колхозников Четвертаковского колхоза».

24 ноября Данилин был приговорен к пяти годам лишения свободы. [391 — Сомов В. А., Указ. соч., с. 84–85.] А рабочий завода № 392 Рогожин за такое же деяние получил сразу восемь лет лагерей. Домохозяйки Коршунова и Сергеева, отказавшиеся получать повестки на мобилизацию, были осуждены на пять лет лишения свободы каждая. Нередко на показательных судилищах присутствовали до 700 человек. Это, по мнению властей, должно было напугать потенциальных дезертиров. Но тем не менее бегство нередко принимало массовый характер. Например, 15 и 16 ноября с одного из участков 13-го УОР сбежала половина из 1400 работавших. В основном это были учащиеся школ и ремесленных училищ.

А уж к тем, кто осмеливался нарушить «трудовую дисциплину», применялись меры, даже не снившиеся эксплуататорам времен дикого капитализма, которых так любила клеймить советская история. Вот лишь несколько примеров.

По воспоминаниям Анатолия Коровина в сентябре 1942 г. молодая работница артиллерийского завода им. Сталина Любовь Кравцова три дня не появлялась на работе, а по возвращении сказала, что копала картошку. Сотрудники НКВД в целях устрашения всех остальных устроили над ней показательный суд прямо в цеху и приговорили «по законам военного времени» к семи годам лишения свободы. 28 января 1942 г. Московский военный трибунал за самовольный уход с оборонного предприятия приговорил рабочего Ф. И. Туфанова к восьми годам лишения свободы. [392 — Комаров Н. Я., Куманёв Г. А., Указ. соч., с. 218.] 12 апреля 1944 г. пятеро работниц Павловского завода автотракторного инструмента: Артамонова, Калягина, Пошлова, Соколова и Широкова, за однократный невыход на работу получили по восемь лет! [393 — Забвению не подлежит, с. 626–645.] В Горьком с момента выхода Указа о дезертирстве и по 22 февраля 1942 г., то есть за два месяца, были осуждены 106 человек, из них 76 — заочно.

Но полностью запугать народ этими карательными методами было невозможно. Количество нарушений трудовой дисциплины оставалось высоким на протяжении всей войны. Так, за второй, еще предвоенный, квартал 41-го года по Указу от 26 июня 1940 г. в Горьком были осуждены 12 000 человек — в среднем по четыре тысячи в месяц. Затем в июле 1941 г. в городе наметился всплеск прогулов и самовольных уходов, — только за первую половину этого месяца число осужденных достигло 2223 человек. Проверка, проведенная в ноябре того же года Горьковской областной прокуратурой, снова выявила на ряде заводов массовые уходы с работы. В частности, на химическом заводе им. Свердлова из 1844 завербованных в августе и сентябре сбежали 450 человек. С завода № 92 за август — октябрь «дезертировали» 2085 человек, а с завода № 112–964. Кроме того, на предприятиях участились случаи, по-армейски говоря, «самострелов», то есть умышленного причинения себе травм с целью отказа от работы. [394 — Сомов В. А. Указ. соч., с. 128, 130, 132.]

В блокадном Ленинграде с 1 июля 1941 г. по 1 августа 1943 г. все по тому же Указу от 26 июня 1940 г. за самовольный уход с предприятий и прогулы были осуждены 40 596 человек и еще 750 — за трудовое дезертирство. [395 — Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов, с. 709.]

26 марта 1943 г. УНКВД по Горьковской области докладывало в ГУМ НКВД СССР о росте дезертирства в военной промышленности. Если в январе того года поступило приговоров военных трибуналов на розыск 449 дезертиров и постановлений прокуроров на розыск 1163 человек, то в феврале число разыскиваемых беглецов достигло 2544. Главную причину этого роста энкавэдэшники видели в плохих социально-бытовых условиях: «Подавляющее большинство дезертиров падает на рабочих-одиночек, мобилизованных из других областей СССР и районов области, живущих в общежитиях и бараках. Происходит это главным образом вследствие бездушного отношения к материально-бытовым нуждам рабочих-одиночек со стороны домохозяйственных и партийных органов некоторых промышленных предприятий». [396 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 3393, Л. 117.]

Помимо карательных мер, применялось и полное закрепощение рабочих. В частности, приказ наркомата танковой промышленности от 4 февраля 1942 г. разрешил предприятиям отрасли «брать на хранение» паспорта рабочих и служащих. [397 — ЦАНО, Ф. 15, Оп. 6, Д. 647, Л. 177.] Подобная практика нередко применялась и на других заводах. Этот вопиющий факт нарушений прав личности лишний раз демонстрирует, насколько сталинская Россия подражала царской.

Нередко мастера и начальники цехов буквально издевались над рабочими, чего последние не забывали. Анатолий Коровин вспоминал: «Начальником нашего цеха был Щербаков. Его все ненавидели. Человек устал, присел, а он идет и орет: „Почему не работаешь, сволочь?“ Помню, как пострадал от Щербакова Юра Сидоров. У него была температура 39 градусов. Юра обратился к начальнику, а тот приказал лишь выдать таблетку и снова к станку. Утром следующего дня Юре стало еще хуже. Но Щербаков лишь издевался: „Не отпущу! Работай, дезертир!“ Тогда Сидоров пошел на крайний шаг: сбежал с завода и, как потом выяснилось, пошел в школу НКВД, где шел ускоренный набор. Через восемь месяцев, когда о нем уже все забыли, Юра пришел на завод в новенькой энкавэдэшной форме. А через полтора месяца Щербаков вдруг загадочно исчез».

В Указе Президиума ВС СССР от 26 июня 1940 г., как уже говорилось, предусматривалась ответственность рабочих и служащих за самовольный уход и за прогул без уважительных причин. До наступления 1941 г. по нему в стране успели осудить свыше двух миллионов человек, или 63,7 % от числа всех осужденных, хотя указ действовал только вторую половину года.

Затем Указом от 26 декабря 1941 г. была повышена уголовная ответственность за самовольный уход с работы на военных предприятиях. В течение 1942–1945 гг. по нему, а также по Указам от 26 июня 1940 г. и от 28 декабря 1940 г. (за нарушение дисциплины и самовольный уход из ремесленных и железнодорожных училищ и школ ФЗО) осудили 7 758 000 человек, что составило 65,1 % от всех осужденных.

Кроме того, действовали Указы от 13 февраля 1942 г. (о мобилизации населения для работы на производственном строительстве, за уклонение от которой была предусмотрена уголовная ответственность) и от 15 апреля 1942 г. (за уклонение от мобилизации на сельскохозяйственные работы и за «невыработку обязательного минимума трудодней»).

Всего в 1940–1956 гг. по всем этим указам в Советском Союзе были осуждены 18 046 000 человек, или 53 % от всех осужденных в эти годы (кроме осужденных военными трибуналами). [399 — Лунев В. Преступность в годы Великой Отечественной войны.// Демоскоп Weekly, № 239–240 за 20.03–02.04.2006 г.]

Большая часть дел (около 70 %) по дезертирству с военных предприятий рассматривались заочно. В результате значительная часть приговоров выносилась необоснованно. В частности, из-за отсутствия должного учета на предприятиях и отсутствия связи органов розыска с военкоматами призванных в армию часто считали дезертирами с производства и соответственно передавали дела на них в военный трибунал. Органы же розыска механически давали справки о том, что самовольно оставивший производство не разыскан. [401 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 3393, Л. 92.] Кроме того, многие дезертиры производства спокойно устраивались на работу на другие заводы, руководителям которых ввиду нехватки рабочей силы было безразлично, откуда к ним пришел человек.

К середине 1944 г. число заочно рассмотренных дел приняло столь огромные масштабы, что правительство вынуждено было 29 июня того года издать постановление № 789, в котором говорилось, что «порочная практика заочного рассмотрения дел военными трибуналами ослабляет борьбу с дезертирством, подрывает авторитет судебного приговора, т. к. осужденные остаются фактически безнаказанными». Отныне дела на дезертиров с производства следовало передавать в военные трибуналы только после розыска обвиняемых. А еще через два дня прокурор СССР К. П. Горшенин издал приказ «Об усилении борьбы с дезертирством с предприятий военной промышленности», в котором потребовал усилить розыск беглецов, а должностных лиц, принимавших их на работу, судить по статье 11 УК «Бездействие власти». [402 — Сомов В. А. Указ. соч., с. 58.]

Однако в конце 1944 г. стало ясно, что конец войны не за горами, а изловить всех или большую часть граждан, бежавших с заводов, уже явно не удастся. Фактически народ выиграл эту своеобразную битву с государством. Несмотря на суровые законы и ограничения, удушить в людях чувство свободы и полностью прикрепить их к предприятиям, как при Петре I, не удалось. 30 декабря 1944 г. Верховный Совет СССР вынужден был издать Указ «О предоставлении амнистии лицам, самовольно ушедшим с предприятий военной промышленности и добровольно вернувшимся на эти предприятия». Отныне в случае поимки беглого рабочего у него надо было спросить: хочет ли он вернуться на завод? И если захочет, следствие приостанавливать. [403 — Там же, с. 59–60.]

Источники: 

http://besttoday.ru/read/307.h...

https://zen.yandex.ru/media/ru...

https://topwar.ru/7696-snabzhe...

интересуюсь историей России

    Госуслуги без Сбербанка: Кому Греф перешёл дорогу
    • sam88
    • Вчера 14:18
    • В топе

    Сбербанк был в шаге от того, чтобы стать единственным оператором "Гостеха" – масштабной цифровой платформы государственных услуг в России. Но не случилось. Грефу не дали стать монополис...

    Россия накрыла США [полностью покрыла их территорию] системой "Купол", действующей против американских ракет

    Россия полностью покрыла территорию Соединенных Штатов новейшей системой "Купол". Теперь Минобороны РФ получает полную информацию (обнаруживает и фиксирует) а также почти полный контроль за всеми раке...

    Они хотят не равенства, а превосходства

    Маразм крепчал. Twitter посчитал слова «хозяин», «раб» и «чёрный список» расистскими и удаляет их из своих программных кодов.Ну ок. Выбросить эти слова из употребления в одной отдельно ...

    Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

    0 новых комментариев

      Сравним социализм Сталина и Гитлера

      Общего у гитлеровской Германии и сталинского СССР удивительно много, гораздо больше, чем различий. Политическая система практически не отличалась: правит одна партия и вождь, который практически обожествлен, кругом его портреты и статуи; тотальный террор против инакомыслящих. Идеология? Социализм, классовая борьба пролетариата против буржуев, стремление к мировому гос...
      1156

      1941. Боевые действия танковой группы Гота

      3-я танковая группа генерал-полковника Германа Гота во время вторжения в СССР была одной из двух танковых групп в составе группы армий «Центр». Состояла из следующих соединений:39-й моторизованный корпус: 7-я танковая дивизия, 20-я танковая дивизия и 14-я моторизованная дивизия;57-й моторизованный корпус: 12-я танковая дивизия, 19-я танковая дивизия и 18-я моторизован...
      975
      Василий Еремин
      29 июня 10:12

      Почему сталинобесы хуже фашистов

      Долго, уже много лет сталинобесы постоянно доказывают и лично мне, и другим, что, мол, "мало тов.Сталин расстреливал, надо было больше". Как у каждого нормального человека, у меня одно время возникало желание объяснить им с помощью исторических фактов и разумных аргументов, что нельзя так поступать. Даже если принимать во внимание не естественные нормы человеческой мо...
      1797

      Забытые имена. Конструктор Адольф Дик.

      Автор статьи - Мария Аронова  https://42.tut.by/690472Предисловие: Вы не найдете ни бюста, ни мемориальной доски с именем этого человека. Даже могила его неизвестна. А ведь Адольф Яковлевич Дик - это видный технический специалист, который руководил коллективом, создававшим ходовую часть прообраза легендарного танка Т-34. Несмотря на широчайшую популярность с...
      2069
      Василий Еремин
      25 июня 09:00

      Как Сталин врал народу через Совинформбюро

      75 лет назад завершилась Великая Отечественная, о важнейших событиях которой советским людям рассказывало Советское информбюро, созданное на третий день после начала войны. О том, как составлялись знаменитые сводки Совинформбюро рассказали авторы книги «Власть, информация, общество: их взаимосвязи в деятельности Советского информбюро в условиях Великой Отечественной в...
      2873
      Василий Еремин
      23 июня 11:37

      СССР, который создали коммунисты, а развалили коммунизды

      "В 1931 г. нашу коммуну разбили и перевели на колхоз. Богатая была коммуна. В коммуну мы пришли сами, а в колхоз - силой: кого задавили налогами, а кого раскулачили. Мы сразу же стали хуже жить. Да и как иначе? Можно ли жить над пропастью?! Скотина подохла. Говорили, что это кулаки напустили на неё порчу. Начальство сразу стало воровать. Надо скотину колхозную кормить...
      1515
      Василий Еремин
      21 июня 17:54

      Сталинская система массового доносительства

      В оправдание массового  террора при Сталине его фанаты частенько всю вину возлагают на огромное количество доносчиков. Дескать, откуда ни возьмись в СССР появились миллионы доносчиков и по их доносам как-то нечаянно расстреляли сотни тысяч людей! В связи с этим популярна стала фраза известного писателя Сергея Довлатова: "Мы без конца ругаем товарища Сталина, и, р...
      3754

      Забытые имена. Кира Оболенская, учительница.

      Кира Ивановна Оболенская (6 марта 1889, Грубешов, Влодавский уезд, Седлецкая губерния — 17 декабря 1937, Боровичи, Новгородская область) — княжна, преподаватель, деятель Александро-Невского братства. Канонизирована Русской православной церковью в лике новомучеников и исповедников Российских в 2003 году.Самым известным заведением, в котором воспитывались девочки из зна...
      914
      Василий Еремин
      18 июня 15:18

      Эпичные советские лайфхаки. Хлеб - всему голова!

      Удивительная страна СССР была. Потрясающая во всём. Советский народ, вооруженный самой верной в мире марксистско-ленинской теорией,  мог сначала гор наворотить, а потом эти же горы своротить. Сначала советские конструкторы получали уникальный опыт в валке леса на Севере, а потом уже конструировали ракеты. Войска сначала наступали на Волгу, а потом уже на Берлин. ...
      2886
      Василий Еремин
      14 июня 19:47

      Похрустим булками коммунистической элиты

      С приходом большевиков к власти на всей территории России воцарился практически непрерывный голод, который имел разную интенсивность и прекратился только примерно к 1950 году. Периодически случались особо голодные периоды, когда простые люди умирали миллионами: 1921-22, 1931-33, 1942-1943 и 1946-47.  Но начальство, разумеется, при голоде любого уровня питалось вп...
      1963
      Василий Еремин
      13 июня 13:15

      Как 50 тысяч большевиков победили миллион эсеров

      Партия социалистов-революционеров (ПСР, эС эР – эсеры) оформилась в 90-х годах XIX века на базе разобщённых и разгромленных жандармами и полицией бывших народнических кружков и групп: «Заграничный союз социал-революционеров», «Аграрно-социалистическая лига», «Южная партия социал-революционеров», «Северный союз социалистов-революционеров» и некоторых других. ...
      1740
      Василий Еремин
      12 июня 14:03

      Как комсомолец Витя Калмыков стал контрреволюционером-вредителем. И троцкистом, разумеется.

      Судьба Виктора Калмыкова стала образцово-показательной для СССР. Простого малограмотного парня сделали эталоном молодого комсомольца, сумевшего вытянуть «счастливый билет» - приехать на одну из «великих строек коммунизма». Виктор Калмыков родился на Тамбовщине в небольшой деревеньке Колмаковка. Приехав работать на стройку, он случайно оказался в самом це...
      632

      Царь всея Беларуси. 5 побед Лукашенко на выборах.

      Победа №1.На выборах в 1994 Лукашенко набрал в первом туре 44,82%, а во втором - сокрушительные 80,1 процента голосов против 14,1 процента у конкурента и стал первым президентом в истории независимой Республики Беларусь.А.Г.Лукашенко в 1996 Изначально вторые президентские выборы должны были состояться в 1999 году, однако в ноябре 1996 года...
      516

      Коротко о кубинском социализме

      Из впечатлений туриста:"То, что творится за фасадами, не описать словами. Во многих домах нет окон – в прямом смысле: ни стекол, ни штор, поэтому даже нехотя можно смотреть интерьеры. В каждой квартире есть большой телевизор и кресло-качалка. Кубинцы сидят в нем и смотрят телевизор. Некоторые еще сидят на ступеньках домов целый день, пьют ром и клянчат у туристов по о...
      2752

      Ученые, уничтоженные при Сталине. Борис Михайлович Гессен.

      Борис Михайлович Гессен продолжает список крупнейших ученых СССР (академиков, профессоров, докторов наук и т.п.) - которые погибли в ходе сталинского террора. Всего по стандартным обвинениям в контрреволюционной, антисоветской, террористической деятельности были физически уничтожены сотни советских ученых, подавляющее большинство - в 1937-1938гг.Ученые, уничтоженные п...
      496

      "Единомышленники" (из практики НКВД)

      Из истории сталинского террора в Советской Белоруссии.Сегодня из-за закрытости архива КГБ нам доступны единицы уголовных дел, в которых можно проследить весь механизм фальсификаций и роли в них секретных осведомителей. В основном это те дела, которые после обжалования попали на стол секретарей КП(б)Б, а после отложились в партийном архиве. Пример такого дела — о контр...
      499

      Ярослав Смеляков - поэт с прямой спиной

      Родился 8 января 1913 года. Учась в ФЗУ, Ярослав публиковал стихи в цеховой стенгазете. Дебютировал в печати в 1931 году (Москва).   По настоянию друга - журналиста Всеволода Иорданского - Смеляков принёс свои стихи в редакцию молодёжного журнала «Рост», но перепутал двери и попал в журнал «Октябрь». Там его принял известный поэт Михаил Светлов...
      619

      Предвыборная ситуация в Белоруссии

      Белорусы готовы потратить час своего времени, чтобы отстоять очередь и подписаться за оппозиционных кандидатов. Так, многочисленные потоки людей были замечены в Гомеле. По внешним признакам на пике популярности  находится главный возмутитель спокойствия - блогер Сергей Тихановский. Очередь стояла с 17:00 до 21:40. Молодая гомельчанка Наталья возмуще...
      1044

      Пытки и убийства советского комсостава. "Сталин, заступись!"

      Главный организатор массового террора нарком Ежов в 1937-1938 гг. бегал к своему хозяину на обстоятельные доклады каждые 3 дня и каждый раз проводил у него по 2-3 часа. К примеру, запись в журнале посещений Сталина от 13.06.1937: "№3, тов.Ежов, вход в 16 ч. 25 м., выход 19 ч. 50 м." Согласно записке комиссии Президиума ЦК КПСС в президиум ЦК КПСС о резул...
      2996

      Федор Раскольников. Открытое письмо Сталину.

      Сталин, вы объявили меня «вне закона». Этим актом вы уравняли меня в правах — точнее, в бесправии — со всеми советскими гражданами, которые под вашим владычеством живут вне закона.Со своей стороны отвечаю полной взаимностью: возвращаю вам входной билет в построенное вами «царство социализма» и порываю с вашим режимом. Ваш «социализм», при торжестве которого его строит...
      549
      Служба поддержи

      Яндекс.Метрика