Проблематика ядерного оружия (ЯО) и ядерного сдерживания (ЯС)

ДМИТРИЙ  ЕВСТАФЬЕВ

Сегодня темой большого воскресного обзора будет проблематика ядерного оружия (ЯО) и ядерного сдерживания (ЯС). Не выдержал и написал на неделе недлинную статью для аналитического альманаха «Перископ», попытавшись раскрыть там некоторые аспекты актуальной ситуации. Поскольку полный текст статьи также доступен только для подписчиков,  перечислю те три пункта, который там описал: 

◼ невозможность возникновения сдерживания просто через обострение ситуации с внесением в эскалацию ядерного фактора; 

◼ неоднозначная эффективность ядерного сдерживания в гибридном противостоянии 

◼ насколько возможно ядерное сдерживание в  контексте ситуации вокруг Украины на имеющейся военно-технической базе ? Главным является третий аспект. Ответ на этот вопрос неоднозначен. Именно в этой «серой зоне» и развивается пресловутая тема «Томагавков»  для Киева.

Главный вывод: невозможно воссоздать ядерное сдерживание на уровне локального и даже регионального конфликта. Оно первично возникает на  стратегическом уровне, откуда затем может «каскадироваться» на более низкие, как это произошло в период «холодной войны». Но есть нюанс: доминирующими элементами военно-силовых балансов в период «холодной войны» были СССР и США и с их абсолютно доминирующими ядерными арсеналами. Сейчас такого и близко нет, даже в ЕвроАтлантике, а тем более в других регионах.

Могут ли в «ядерное уравнение» добавиться обладатели ядерных потенциалов меньших, нежели Россия и США  которые ранее выводились «за скобки» в вопросах ЯС (третья сила)? Не просто могут, они - Китай, Индия, Франция, Великобритания, Израиль, Пакистан, КНДР - уже часть ядерного равновесия. Причем каждая из этих сил, не исключая теперь и Великобританию, имеет свой интерес. Выстраивать классическое ядерное сдерживание в таких условиях практически невозможно. А опыта «многовекторного сдерживания» пока не существует, если не считать чисто пропагандистской формулы Де Голля. Не уверен, что это в принципе возможно.

Ключевое обстоятельство: насколько рациональными являются действия противостоящей нам стороны, то есть «мозаичного Запада» (сил, участвующих в выработке решений). Здесь есть несколько слоев. Первый: важно не целеполагание, а конкретные действия. Целеполагание, как правило, у всех относительно рациональное, хотя зачастую и ошибочное. Второй: число сил, участвующих в принятии решений больше, чем число государств, обладающих ЯО. Например, Германия формально не ядерное государство. Но фактически обладает ресурсом влиять на принимаемые решения. Но влияние таких стран ситуативно. Тогда как ядерные державы, пусть даже и второго (но не третьего) ряда имеют устойчивый уровень влияния. Флюидность военно-силовых балансов, где присутствует и ядерный фактор, нужно считать наиболее серьезным вызовом для восстановления ЯС как фактора стабильности.

Есть и другое часто упускаемое обстоятельство: «ядерное сдерживание» является феноменом, который реализуется на уровне публичной политики. Зарождается он на уровне политики теневой, причем во всех смыслах. Но становится политической реальностью только в публичных процессах. Ядерное сдерживание легализуется в публичном политическом пространстве и там же реализует свой стабилизирующий политический потенциал. Например, переговоры об ограничении стратегических ядерных вооружений – это механизм оформления и реализации потенциала ЯС. Другой инструмент закрепления ЯС – формирование рационального «баланса страха». Но он тоже закрепляется через публичное политическое пространство. Для этого есть масса инструментов: от ядерных испытаний до постоянного боевого дежурства сил и средств, где решение о применении ЯО часто делегировано тактическому командиру (подводные лодки, авиация). Но главное требование – рациональность восприятия ситуации. Продолжу тему в частном канале.