Мировая власть. У последней черты

ЮРИЙ  СЕЛИВАНОВ

Краткая закулисная история Человечества с прологом, развитием и назревающим в недалеком будущем эпилогом. Грядущему 250-летию США посвящается.

Для начала небольшая справка о том, «откуда есть пошли» США и каковы их идеологические корни. Сразу скажу, что особой скромностью они не отличались. А светом в окошке для «отцов-основателей» новой заокеанской империи был Древний Рим в период его наивысшего расцвета:

«Magnus ab integro saeclorum nascitur ordo» – эта знаменитая латинская строка принадлежит римскому поэту Вергилию. Она переводится так: «Сызнова ныне времен зачинается строй величавый» (или «Великий порядок веков рождается заново»).

Таким образом, Вергилий пророчествовал о наступлении нового «золотого века», связывая его с рождением чудесного младенца, который принесет мир и процветание.

Эта строка стала основой для одного из девизов на Большой печати США (изображенной на однодолларовой купюре) — «Novus Ordo Seclorum» («Новый порядок веков»). Создатели печати изменили формулировку Вергилия, чтобы подчеркнуть начало новой американской эры в 1776 году.

Отцы-основатели США видели в своих деяниях параллели с сюжетами римского поэта:

Миф об основании: История Энея, который покинул разрушенную Трою, чтобы основать новый великий народ за морем, резонировала с опытом колонистов, покинувших Европу ради создания нового государства.

Мессианство: Вера в то, что Америка — это новый «Золотой век») укрепляла чувство исторического предназначения «молодой нации».

Символ «всевидящего ока» над пирамидой на обратной стороне Большой печати США официально называется «Око Провидения» (Eye of Providence). Он представляет собой человеческий глаз, окруженный лучами света («славой»).

Основное значение

На момент создания печати в 1782 году это был общепринятый символ Божественного заступничества и всеведения.

• Наблюдение и защита: Глаз символизирует Бога, который следит за делами человечества и одобряет создание новой нации.

• Связь с девизом: Око напрямую иллюстрирует фразу Annuit Coeptis («Он [Бог] одобрил наши начинания»).

Место в композиции:

Глаз парит над незаконченной пирамидой из 13 ступеней (символизирующих 13 первых штатов). Это подчеркивает идею, что строительство государства еще не завершено, но оно происходит под присмотром и по воле высших сил.

Таким образом, США изначально задумывались как мессианский проект под эгидой вселенского наблюдающего (Бога). В принципе это тоже евростандарт, идущий от Темных веков Европы. Достаточно вспомнить пряжки ремней у солдат вермахта «С нами Бог!».

Однако, вот вопрос – кому и для чего, помимо отвлеченных абстрактно-идеалистических воззрений, могло понадобиться возникновение США, фактически положившее начала дроблению и разрушению практически всемирной тогда Британской империи?

Если отбросить мессианскую риторику о «граде на холме» и божественном провидении, то создание США было выгодно сразу нескольким мощным игрокам того времени, которые преследовали вполне земные цели по ослаблению Британии.

1. Франция (Главный бенефициар).

Для Парижа поддержка американцев была геополитическим реваншем. После унизительного поражения в Семилетней войне (1756–1763) Франция потеряла почти все колонии в Северной Америке.

Цель: Отрезать Британию от ее главного ресурсного актива и лишить ее монополии в Атлантике.

Кстати, король Франции Людовик XVI вложил в американскую революцию столько денег и оружия, что это фактически обанкротило французскую казну и приблизило его собственную гибель в ходе Великой французской революции.

2. Испания и Нидерланды.

Обе державы поддержали повстанцев (деньгами и флотом), чтобы ослабить британское доминирование на море.

Испания хотела вернуть Флориду и Гибралтар.

Голландия стремилась разрушить британскую морскую монополию, чтобы торговать с Америкой напрямую.

3. Новая американская элита (Землевладельцы и торговцы). 

За возвышенными словами о «свободе» стоял конфликт интересов.

Запрет на экспансию: Британия (Королевской прокламацией 1763 года) запретила колонистам захватывать земли индейцев к западу от Аппалачей. Это ударило по карману крупных земельных спекулянтов (включая самого Джорджа Вашингтона).

Налоги и монополия: Американским купцам надоело платить пошлины в Лондон и торговать только через британские порты. Им нужно было государство, которое обслуживало бы их личный капитал, а не интересы короны.

4. «Прогрессивные интеллектуалы Европы»:

Для части европейской аристократии и философов Просвещения США были «лабораторным экспериментом». Они хотели доказать, что государство может существовать без короля и наследственной знати. Это была идеологическая атака на старый европейский порядок.

А теперь обратимся к теме исторических параллелей. И поставим вопрос так: можно ли провести смысловую параллель между тогдашними усилиями «новых сил» по разрушению старых форм и оков, и нынешними попытками нынешних «новых сил», в очередной раз разрушить традиционный мир и перехватить на этот раз мировую власть. И нет ли глубинного сходства между фундаментальной природой тех сил тогда и сейчас? В широком смысле речь идет о «новом капитале» которому тесно в старых форматах.

Действительно, сходство между концом XVIII века и сегодняшним днем прослеживается в нескольких фундаментальных аспектах:

1. Теснота «старых форматов»

Тогда американскому капиталу (плантаторам и купцам) мешало внешнее управление. Британия диктовала, с кем торговать, какие налоги платить и запрещала расширять земли. Старая форма — монархическая империя — стала тормозом для прибыли.

Сейчас: Современному транснациональному и цифровому капиталу мешают национальные государства (вестфальская система). Границы, локальные законы и национальные валюты воспринимаются как «оковы», мешающие свободному движению цифры и финансов.

2. Природа «глубинных сил»

В обоих случаях за разрушением традиций стоит рациональный расчет владельцев больших денег, замаскированный под идею мессианства:

Универсализм: Как тогда идеи Просвещения (свобода, равенство) использовались для легитимации захвата власти у короны, так и сейчас концепции «инклюзивности», «экологии» или «прав человека» используются как таран против суверенитета старых государств.

Перехват управления: И тогда, и сейчас «новые силы» — это не угнетенный народ, а контрэлита. В 1776 году это были богатейшие люди колоний; сегодня это владельцы глобальных платформ и управляющие гигантскими инвестиционными фондами (типа BlackRock).

3. Разрушение «старого мира» (традиций)

Традиционный мир всегда опирается на иерархию, почву и преемственность.

Для «нового капитала» традиция — это издержка. Она делает человека предсказуемым в рамках его культуры, но менее мобильным как потребителя или ресурс.

Чтобы создать Novus Ordo (Новый порядок), нужно обнулить старую идентичность. Тогда это был отказ от подданства короне, сегодня — размывание национальных, семейных и даже биологических констант.

4. Роль «всевидящего ока»

Интересно, что и тогда, и сейчас проект претендует на тотальность:

В XVIII веке это было «божественное одобрение» через символы Провидения.

Сегодня это технологическое «око» — Big Data и алгоритмы, которые обеспечивают невиданный ранее уровень контроля и предсказуемости масс, о котором отцы-основатели могли только мечтать.

В чем разница? Если американские «новые силы» XVIII века строили государство (хотя и нового типа), то нынешние «новые силы» стремятся к надгосударственному управлению, где классические страны превращаются в сервисные департаменты для глобальных корпораций.

Можно ли в данном контексте вести речь о доминировании (и тогда и сейчас) в процессах переформатирования мира какой-либо одной определенной национально-культурной, интеллектуально и финансово влиятельной группы, концентрирующей в своих руках капитал и влияние?

Если говорить о структурном сходстве процессов тогда и сейчас, то можно выделить несколько ключевых характеристик такой группы:

1. Трансграничная природа элиты.

И в XVIII веке, и сегодня речь идет не о «народе» в широком смысле, а о космополитичной прослойке, чьи интересы шире границ одного государства.

Тогда это была «Атлантическая элита» — англосаксонские протестантские круги, связанные торговыми путями, масонскими ложами и идеями Просвещения. Они чувствовали себя частью единого интеллектуального пространства от Лондона до Филадельфии и Парижа.

Сейчас: Это «Глобальный класс» (или «человек Давоса») — управленцы ТНК, владельцы технологических гигантов и финансовых институтов, для которых национальная принадлежность вторична по отношению к корпоративной или идеологической лояльности.

2. Интеллектуальный фундамент или, если хотите, красочные картинки для массовой публики.

Тогда указанная элитная группа опиралась на рационализм и секуляризацию. Традиционная монархия, освященная церковью, была объявлена «устаревшей».

Сейчас группа продвигает повестку «устойчивого развития», «цифровой трансформации» и пересмотра традиционных этических норм. Старые формы суверенитета объявляются «неэффективными» перед лицом глобальных вызовов.

3. Концентрация финансового ресурса. «Новому капиталу» всегда тесно в старых рамках.

Финансовый интернационал: Еще со времен Ротшильдов и формирования первых центральных банков (XVIII–XIX вв.) наметилась тенденция к созданию сети, которая контролирует кредит и государственные долги.

Сходство: Это не столько «нация», сколько «сеть». Она концентрирует капитал не для созидания внутри одной страны, а для управления мировыми потоками.

4. Религиозно-мессианский подтекст:

Несмотря на рационализм, у таких групп часто прослеживается специфическая самоидентификация:

Ощущение себя «избранными» (просвещенными), имеющими право и обязанность вести «невежественные массы» к «новому порядку».

Это роднит пуританское мессианство отцов-основателей с современным техно-оптимизмом Кремниевой долины, верящей в «спасение Человечества» через алгоритмы и ИИ.

Можно сказать, что доминирует не одна «нация» в этническом смысле, а определенный культурно-финансовый тип, который в разные века принимает разные обличия. В XVIII веке он носил парик и цитировал Вергилия, сегодня он носит худи или деловой костюм и оперирует Big Data. Но их объединяет общая цель: деконструкция старых иерархий ради установления собственной, более тотальной системы контроля.

Заострим тему. Если считать «новые деньги» и мировое влияние транснациональным, тогда как объяснить то, что происходит сегодня в мире? Когда крупнейшая держава США ввязывается в крайне плохо подготовленную военную авантюру на Ближнем Востоке, президент США привержен интересам Израиля, а сам Израиль развивает тему тотального контроля над «исламским мировым терроризмом»? Не сходится ли все это в одной точке?

Если смотреть на мир как на шахматную доску, где фигуры имеют национальные флаги, то действия США действительно часто кажутся иррациональными и вредными для их собственных национальных интересов. Однако картина меняется, если допустить, что государство (США) используется как инструмент конкретной финансово-идеологической группы.

В этой точке «транснациональный капитал» обретает конкретные черты. Вот как эта «смычка» работает сегодня:

1. Точка схождения: «Цивилизационное мессианство»

Существует устойчивая интеллектуально-финансовая группа, которую часто называют неоконсервативной (neocons). Ее идеология — это сплав американского исключительности и жесткой защиты интересов глобального Израиля.

Смысл: Мир делится на «цивилизованный порядок» и «варварский хаос» (исламский терроризм, авторитарные режимы).

Инструмент: Военная мощь США. Огромные бюджеты Пентагона — это прямой перекач денег американских налогоплательщиков в карманы ВПК и частных финансовых групп.

2. Израиль как «непотопляемый авианосец» и идеологический центр

Израиль для этой группы — не просто маленькое государство, а передовой форпост того самого «нового порядка». Для начала – на Ближнем Востоке.

Борьба с «терроризмом» дает идеальный повод для бесконечной экспансии, перекройки границ и испытания новых систем слежения и контроля (то самое «око» на долларе. Но уже цифровое.).

Связь элит: Финансовые элиты Уолл-стрит, верхушка Демократической (и части Республиканской) партии США и руководство Израиля связаны не только капиталом, но и общим видением будущего, где старые национальные арабские (и не только арабские в перспективе) государства должны быть фрагментированы.

3. Почему это выглядит как «плохо подготовленная авантюра»?

Для классического государства поражение в войне — трагедия. Для транснациональной группы хаос — это ресурс.

Если США вязнут в конфликте, это оправдывает дальнейшую милитаризацию, введение чрезвычайных законов и контроль над энергетическими потоками.

Разрушение «старых форм» (Ирака, Ливии, попытка с Ираном) — это расчистка поля. То, что кажется провалом американской дипломатии, может быть успехом для тех, кто зарабатывает на реконструкции, оружии и управлении рисками.

4. Концентрация в одних руках

Таким образом, все сходится ли все в одной точке. А именно в узком слое глобальной финансовой олигархии, имеющей глубокие и связанные этнические, религиозные и исторические корни, которые тянутся от тех самых «избранных» пуритан и банкиров XVIII-XIX веков.

• США для них — лишь временная оболочка (host), которую можно истощить ради достижения глобального доминирования.
• Израиль — сакральный и стратегический якорь.

Это и есть тот самый «Novus Ordo», где национальные интересы США приносятся в жертву интересам группы, претендующей на управление всем мировым процессом.