Хроники охранки.

О последнем (надеюсь) произведении Кончаловского.

Нет у революции начала, нет у революции конца. Сценаристы не стали останавливаться на таких мелочах, как: причины революции, ключевые события, результаты — кому нужен этот нафталин? Кому нужен — тот в курсе, а кто не в курсе, тот смотреть этот шедевр не достоин. Без долгих прелюдий зрителя погружают в работу охранки. Главный герой — очень симпатичный ротмистр из станицы Вёшенской родом. Уловили намёк? Не все жители станицы были такими как Шолохов. Борисову очень к лицу усы и волосы, у него такое честное лицо, что я бы доверила ему самое святое — пароль от госуслуг. Такие лица не могут врать. Николай II со мной согласен, он тоже Михаилу Прохорову (так зовут героя Борисова) доверился.

И вот Борисов борется с террористами, борется, серии идут, а революции в кадре нет. «Хроники охранки» — вижу, Кровавого воскресенья, восстания на броненосце «Потёмкин», декабрьского вооруженного восстания — не вижу. Пардон, а где революция, господин режиссер? Революция в кадр не попала. И закончилась так же внезапно, как и началась, бац, и сразу 1911 год, после 1905 года. Третьеиюньская монархия, парочка государственных дум — по мнению сценаристов это такие мелочи, о которых упоминать не стоит.

Виновников революции нам покажут. Это граждане одесской национальности — разговаривающий, как на Привозе, проказник Парвус, его друг и ученик Троцкий (а всё же вы поц, Лёва — говорит ему Парвус, любя). Троцкий показан хрупким, перепуганным юношей, испуганно вздрагивающим от каждого громкого звука. Это некая Ариадна — загадочная особа, спит с закоренелым террористом, и молодым пианистом. Музыка битвы сменяется Лунной сонатой. Какова роль Ариадны в революции? Метафора прозрачная. Ариадна ведёт на заклание Тесею — Ленину, минотавра русской монархии.

Ильич здесь прямо как живой. Артист Ткачук говорит — он как ртуть. Простите, уважаемый, но в вашем исполнении, он просто скипидар. Ленин ни секунды не сидит на месте, бегает, лукаво щурится, эротично грассирует, делает ножкой соблазнительные па (подобно игривому фавну). Торчащая веником борода говорит о боевом задоре вождя, и владении навыками НЛП (проткну любого!). В целом, он больше похож на кататоника, не получившего утренний галоперидол, чем на руководителя партии.

Кончаловский обладает прекрасным комедийным даром. Здесь есть уморительно смешная сцена визита Ленина к Парвусу. Ильич просто якудза — шантаж, угрозы, отрезание пальцев, сайонара! Для полноты картины, Ленин должен был сорвать с себя пиджак, и продемонстрировать на правой груди профиль Крупской, а на левой Инессу Арманд. А на ноге — цитата: Шаг вперёд и два назад.

Революционеры показаны как обитатели паноптикума — жадные, подлые, падкие на деньги, через одного работают на охранку. Жандармы такие же, за исключением ясноликого Юры Борисова. Тефлоновый коп — ничего к нему не липнет, ни деньги, ни слава.

Все исторические личности выглядят так, будто их набрали на конкурсе двойников в сельском клубе. Люди-карикатуры. Горький старательно окает (дОрОгОй ты мОй!), Ленин с Троцким веселят эсеров (два фрика делят парижский асфальт, и туристическую группу чумазых рабочих — не успели помыться, боинг быстро долетел), Распутин потряхивает плохо приклеенной мочалкой бороды, и хлещет мадеру стаканами. Николай II колеблется отдать приказ об аресте террористов. «Не могу проливать кровь подданных!». Ну, да, охотно верю. Ходынка, Кровавое воскресенье, расстрел Красной Пресни — ваш гуманизм хорошо известен.

Кончаловский снял лучшую черносотенную комедию года. Заявленный, как «историческое исследование», фильм представляет набор скетчей из жизни лубочных террористов, и жандармов. Здесь нет попытки разобраться в причинах событий, и установить следствия. Повествование рваное, перескакивает с одного на другое, трактовка фактов лапидарная и примитивная. Получилась очередная Одиссея — путешествие Ариадны по теплым постелькам пламенных революционеров.

Счастливого плавания!

Источник.

P.S. Дерьмодемоны, а как так вышло, что едва большевики пришли к власти, они тут же организовали кинематограф, который стал выдавать на гора кино, ставшее классикой мирового кинематографа? А которое не стало, было просто отличным кином, даже безотносительно идеологичекой нагрузки (с идеологической нагрузкой оно еще круче, потому что нагрузка в виде освобождения простого народа от угнетения - это в миллион раз выше и ближе людям, чем нагрузка в виде прославления царей, тиранов, всяких жандармов (за исключением тех, что из Сен-Тропе)

хенералов и прочих начальничков-угнетателей).

А у вас, мало того, что наиразвитейшая кинобаза была, так еще и современные технологии появились, но вы не можете родить не то, что шедевр - просто не пережёванный, не нелепый, не бездарный, не дерьмодемонический продукт? Пускай даже со своей поганой идеологической нагрузкой. Вы даже обосрать не можете красиво, свою пусть насквозь тухлую и гнилую правду, но свою - показать. Чё у вас сырный продукт вместо сыра постоянно выходит, а? И 8 яиц вместо десятка. Как так получается, ответь мне, грустный патриёт.