Несколько слов об интеллекте птицы.

Как мы думаем, или несколько слов об интеллекте птицы.

Я давно наблюдаю за своим попугаем Санькой - уже 20 лет мы живём с ним в одной квартире. Говорят, попугаи очень умные, но это - только самые большие из них. 

Мой попугай породы Солнечная аратинга – птица среднего размера и весьма среднего ума с человеческой точки зрения. Но, тем не менее, его птичий ум потрясает – он немедленно замечает мельчайшие изменения в своём зрительном пространстве. Такое впечатление, что у Саньки в голове есть точнейшая карта местности, с которой он сравнивает текущее расположение предметов раз 20 в секунду.

Иногда я замечал, как Санька тратит время на изучение окружающего пространства, будучи перенесён в другую комнату. У него точно создаётся новая карта. При этом Санька без проблем возвращается в свою комнату – словно и не уходил из неё – просто «достаёт старую карту» и пользуется.

Теперь можно представить себе мир слепого человека. Попав в новую обстановку, он потратит какое-то время на изучение пространства, после чего уже начнёт им пользоваться весьма уверенно - у него в голове уже есть схема местности со всеми расположенными там предметами. Конечно, такому человеку придётся тщательно следить за перемещением этих предметов, используя только несовершенный по сравнению со зрением слух. Несовершенство восприятия пространства слепым человеком определяется несовершенством полученной им информации.

В случае попугая, несовершенным его восприятие пространства делает не плохое зрение, а крошечный мозг. Можно только представить, насколько точнее была бы карта птицы при более совершенном мозге – почти настолько же, насколько точнее «карта» зрячего человека по сравнению со слепым. Можно даже образно сказать, что мир зрячего – это разукрашенный мир слепого. По аналогии можно предположить, что и мир взрослого – разукрашенный мир грудничка. Но, при всём совершенстве нашего мозга мы, взрослые, подобно птицам, выбираем заготовленные «карты местности» и достраиваем уже имеющуюся в памяти картину только что поступившей зрительной информацией. Мы можем легко сменить местность или тему разговора, достав старую карту и достроив её новыми образами, но в бытовом смысле, на уровне одной комнаты, птица не глупее нас. Более того, она не меняет свою «единственную» карту на «отвлечённые темы». Ей ни к чему наши психологические миры, наши карты-представления о Вселенной или о Всемирной литературе. Птица реагирует точнее и быстрее человека на изменения в окружающей её обстановке, но, как и мы, она следит не за всей картой, а только за изменениями в ней.

Помните, как делали рисованные мультфильмы: передвигали части рисунка на постоянном фоне? Ребёнку так проще следить за изменениями на экране. Ну вот как-то так же думают и взрослые – подсознательно отмечая изменения в деталях.