Эйнштейн

«Когда сидишь рядом с красивой девушкой два часа, кажется, что прошла всего лишь минута, а когда сидишь на горячей плите в течение минуты, кажется, что прошли два часа. Это и есть относительность» (из статьи The New York Times, 1929 год).

«Если теория относительности окажется верной, Германия назовет меня немцем, а Франция — гражданином мира. Если теория окажется ложной, Франция заявит, что я немец, а Германия назовет меня евреем» (из выступления в Сорбонне, декабрь 1929 года).

«Я не только пацифист, но и воинствующий пацифист. Я готов сражаться за мир. Ничто не положит конец войнам, пока люди сами не откажутся идти на войны» (из интервью с Дж С. Виреком, январь 1931 года).

«Человек наделен достаточным интеллектом, чтобы осознать, насколько недостаточен этот интеллект перед всем существующим [в мире]» (из письма королеве Бельгии Елизавете, 19 сентября 1932 года).

«Воображение гораздо важнее знаний. Знания ограничены. Воображение наполняет мир» (из интервью Saturday Evening Post, 26 октября 1929 года).

«Жизнь похожа на езду на велосипеде. Чтобы сохранить равновесие, нужно продолжать двигаться» (из письма сыну Эдуарду, 5 февраля 1930 года).

«Я никогда не думаю о будущем. Оно и так вскоре наступит» (из интервью Belgenland, декабрь 1930 года).

«Если А — это успех в жизни, то А равно Х плюс Y плюс Z . Работа — это X; Y — это развлечения, а Z — держать рот на замке» (из интервью Observer, 15 января 1950 года).

«Самый прекрасный опыт, который мы получаем,— [присутствие] загадки. Это основополагающее переживание, которое стоит возле колыбели истинного искусства и истинной науки. Тот, кто не познал этого и потерял способность удивляться… все равно что мертв» (из книги «Мир, каким я его вижу», 1934 год).

«Мой страстный интерес к социальной справедливости и социальной ответственности всегда странно контрастировал с отсутствием потребности в прямом общении с другими людьми и человеческими сообществами. Я поистине "одинокий путник" и никогда не принадлежал моей стране, моему дому, моим друзьям или даже моей семье всем сердцем; несмотря на все эти связи, я всегда сохранял дистанцию и потребность в одиночестве» (из книги «Мир, каким я его вижу», 1934 год).

«Если бы я начал заботиться о своем внешнем виде, я уже не был бы самим собой» (из переписки, декабрь 1913 года).

«Большинство учителей тратят свое время на вопросы, помогающие выяснить, чего школьник не знает, в то время как истинное искусство — выяснить, что школьник знает и что еще он способен выучить» (из книги «Беседы с Альбертом Эйнштейном», 1920 год).

«Весь наш хваленный технологический прогресс и цивилизацию можно сравнить с топором в руке патологического преступника» (из письма другу Генриху Цангеру, 1917 год).

«Диктатура означает намордник и становится причиной отупления. Наука может процветать только в атмосфере свободы слова» (из книги «Наука и диктатура», 1930 год).

«Возьмем совершенно нецивилизованного индейца. Будет ли его жизненный опыт менее богатым и счастливым, чем опыт среднего цивилизованного человека? Думаю, что вряд ли. Глубокий смысл кроется в том, что дети во всех цивилизованных странах любят играть в индейцев» (из сборника «Эйнштейн о религии», изданном в России в 2010 году).

«Если же все усилия не приведут ни к чему и люди все же уничтожат друг друга, то Вселенная не прольет над ними ни единой слезы» (из сборника «Эйнштейн о религии», изданном в России в 2010 году).