Грубая логика необходимости перехода на MAX

Когда Роскомнадзор замедлил Телеграм, в рунете разразился настоящий интеллектуальный пир. Например, мыслитель, политтехнолог, диетолог и просто хороший человек Алексей Чадаев написал открытое письмо Павлу Дурову:

     — Павел, мы понимаем, что вы привержены свободе, но ведь и России нужна безопасность! Необходим компромисс!   

Русский мыслитель Е.С.Холмогоров предсказал конец России в её нынешнем виде и откат страны в доинтернетную эпоху.  (Кстати, у Егора Станиславовича есть небольшой бизнес в Телеграме.)

Вполне трезвый ТГ-канал «Историк-алкоголик» также постоянно показывает признаки недовольства, но обобщённые и в целом адекватные. Например, недавно перепостил такую сентенцию:

<<

     Объясняешь людям, что нужно быть за Россию, что ххлы, либерахи и их владельцы хотят нам всего наихудшего — а потом приходит российская власть и ситуация сильно усложняется.

>>

Но раньше, до занесения меча над Телеграмом, этот автор такого не писал и не репостил.  (Кстати, у него есть платный канал в Телеграме, приносящий неплохой доход.)

Кто-то пишет, что убивают русскую мягкую силу. Кто-то — что убивают российское гражданское общество. Кто-то вспомнил полученное в юности медицинское образование и как-то связал это с замедлением Телеграма. Дочери офицеров, ранее писавшие «у нас тут в Крыму не всё так однозначно», взорвались фонтанами постов (под никами типа «юпсель пупсель Z ДНР») о том, что теперь-то как раз всё однозначно: убивают Россию. Некоторые в связи с замедлением Телеграма немедленно открыли серию последних срочносборов на свою благородную деятельность.

В общем, слева пир духа, справа пир духа, спереди пир духа и сзади тоже пир духа.

О, каким же старым я себя почувствовал.

В одном китайском романе 1980-х годов опытный партиец говорит восторженной юной комсомолке:

     — Это вы начитались советских романов, а в жизни всё гораздо проще!

Вот таким старым китайским партийцем я себя чувствую, глядя на весь этот праздник жизни в связи с замедлением Телеграма.

В жизни всё гораздо проще. И грубее.

Грубость вопроса

Представим себе почтенного гуманитарного профессора, корифея в своей области, которого привозят в больницу с болями в животе, экстренно оперируют и при операции обнаруживают опухоль прямой кишки. Её, естественно, удаляют, после чего пациенту сообщают:

     — Какать попой вы больше не будете — как минимум, в ближайшие полгода, а скорее всего, и никогда. Место, которым вы теперь будете какать, теперь у вас на передней брюшной стенке слева, под повязкой. Когда всё заживёт и повязка будет снята, вам нужно будет освоить обращение с калоприёмником.

     — А что через полгода? — не веря происходящему, лепечет корифей своей гуманитарной области.

     — Через полгода вам нужно будет пройти обследование, которое покажет, на каком расстоянии остатки опухоли и, возможно, метастазы находятся от анального отверстия. Если это расстояние окажется достаточно большим, то можно будет подумать о реконструктивной операции, которая более или менее восстановит прежнюю конфигурацию вашего кишечника.

     — А если это расстояние будет маленьким?

     — Тогда остатки прямой кишки придётся удалить и зашить вам анус навсегда.

     — А какать попой?

      — Какать попой вы тогда больше не будете.

Тут профессор, ещё вчера стонавший от тупости своих аспирантов и лезший на стенку от некоего испанца, совершенно дико интерпретирующего морфологию в одном средневековом богословском гимне, начинает понимать, что теперь его жизнь регулируется гораздо более грубыми обстоятельствами.

Именно так обстоит дело и с переходом с Телеграма на MAX.

Тут ситуация регулируется не свободой слова и самовыражения и даже не возможностями зарабатывать, а весьма грубыми обстоятельствами.

Начнём с самого острого.

Мигрантское вооружённое подполье

Как мне неоднократно доводилось узнавать из разных источников, в каждом крупном городе России сформировано мигрантское вооружённое подполье. ФСБ периодически накрывает впечатляющие схроны со штурмовым оружием в обычных городских квартирах (очевидно, эти квартиры не съёмные, а уже куплены в собственность, что говорит о серьёзном финансировании, да и оружие кое-чего стоит). Наиболее впечатляет при этом не количество и высокое качество оружия, а качество средств военной связи (например, британские военные рации с шифрованием и прочими фронтовыми удобствами). Это означает, что в мигрантском бандподполье идёт не просто индивидуальная стрелковая подготовка, а формируются тактические боевые единицы с отлаженным взаимодействием — как внутри таких единиц, так и между ними.

В Таджикистане один русский человек обнаружил расклеенные объявления: «Британское посольство оказывает содействие гражданам Таджикистана в переселении в Россию // Обращайтесь [адрес, телефон]». Очень заботливые люди эти британцы.

Как-то попалось видео тренировки в мигрантском спортзале. На этом видео шесть мигрантов набрасываются на «грушу» размерами примерно 200*50см. Изначально «груша» стоит вертикально; мигранты, одновременно набросившись, валят её и начинают бешено избивать со всех сторон. Что это, как не тренировка нападения на полицейского или просто гражданина, оказавшего сопротивление бандитам? Тренировка скорее психологическая (чтобы наброситься вшестером на одного и яростно добивать лежачего — тут особой техники не требуется, а вот убрать некие внутренние этические блоки необходимо), но именно поэтому она показывает, к чему готовят мигрантское подполье.

Как-то раз в феврале 2026 года я сидел, ожидая электрички, в вокзале подмосковного райцентра Орехово-Зуево. Рядом со мной некий мигрант беседовал со своим местным знакомым. (Мигрант, судя по разговору, тоже работал и жил в этом городе.) Вдруг выяснилось, что электричка на Александров, на которой собирался ехать мигрант, отменена. Мигрант очень расстроился:

     — Теперь я не успею на тренировку!

Лишь несколько позже я понял, что это было странно. Было около 20:00, февраль, на улице давно темно. Спортзалов достаточно и в Орехово-Зуеве (население 105 тысяч человек); но человек едет в город Александров (Владимирская область) с населением 60 тысяч, где спортзалов явно меньше и они хуже оборудованы. Ехать полтора с лишним часа в одну сторону, там тренировка часа на два и потом ехать ещё полтора часа обратно, всего пять часов. Вероятно, этому свежему жителю Орехово-Зуева пришлось бы в Александрове и заночевать. Возможно, на вокзале. И всё ради тренировки. То есть это была некая особая тренировка. Возможно, что и не тренировка вовсе.

Что же такого особенного в городе Александров Владимирской области? Может быть, то, что ФСБ там работает менее плотно, чем в городе Орехово-Зуево Московской области? Всё-таки Московская область находится под особым вниманием по части безопасности. Поэтому мигрант живёт и работает в Орехово-Зуево, а на инструктаж и тренировки ездит в «центр» за пределами Московской области.

А при чём тут мессенджеры вроде Телеграма или MAX?

А при том, что террористические сообщества формируются в значительной степени с использованием мессенджеров. Используются мессенджеры и в финальном периоде собственно осуществления терактов. Телеграм много раз отказывался идти навстречу российским спецслужбам даже после уже произошедших терактов. Правда, может быть, это была «борьба нанайских мальчиков», призванная повысить впечатление независимости Телеграма от России? Судя по нынешней атаке Роскомнадзора на Телеграм, всё же нет.

Вербовка юных русских идиотов для поджога железнодорожных релейных шкафов также идёт через соцсети. СБУ обещает идиоту аж 10,000 рублей за это деяние, а идиот, к своему удивлению, этих денег не получает, зато получает лет этак 18 лишения свободы. Но релейный шкаф уже уничтожен, украинские кураторы идиота довольны.

Так что для плотного присмотра за террористической и диверсионной деятельностью соцсети должны либо выдавать спецслужбам запрашиваемую информацию по щелку пальцев, либо просто быть государственными.

Революции и коммуникации

Сегодня главный инструмент сноса государства в любой стране — это коммуникации. Любой майдан, любые массовые беспорядки мгновенно умирают без средств коммуникации. В Иране массовые беспорядки со стрельбой и убийствами на улицах начались 28.12.2025 — по некоторым сведениям, сразу после того, как в страну были контрабандно завезены 40 тысяч терминалов спутниковой связи «Старлинк» (от честного правдоруба Илона Маска, помните такого?). Когда иранские власти наконец догадались обрубить интернет, уличные бунты начали пробуксовывать. А когда Россия и Китай поделились с Ираном технологиями борьбы со «Старлинками», то протесты и вовсе затухли. Начались аресты. Тут-то из-за океана и завопил Трамп:

     — Да вы что?! Прекратите немедленно!!

Такой уж отзывчивый человек этот Трамп.

И после начала агрессии США+Израиля Иран тоже обрубил интернет. Страновой трафик находится на уровне 1% от довоенного. Этот 1%, очевидно, обеспечивает работу банков и критически необходимых служб. И что-то уличных бунтов больше не видно.

Это, конечно, экстремальные меры. В мирное время вторжение Запада в любую страну осуществляется с помощью соцсетей и должно контролироваться более утончёнными методами, о чём речь ниже.

Суверенная информационная инфраструктура

Любой стране для суверенитета нужны свои, контролируемые национальным правительством, четыре вещи:

     1) собственные поисковики;

     2) собственные аудио/видео хостинги;

     3) собственные соцсети;

     4) собственные мессенджеры.

В общем, нужна суверенная информационная инфраструктура. Информационная инфраструктура — это нервная система общества, народа, страны. Если на нервную систему человека будут воздействовать другие люди, то этот человек попадёт в подчинённое положение, на нём будут паразитировать, и его жизнь превратится в ад. Ровно так же дело обстоит и с нервной системой страны — информационной инфраструктурой.

     — А как же свобода слова?! — вскричат восторженные «комсомолки». — Как же русская мягкая сила?!

После главного — пожалуйста. Это вещи прекрасные, но важность их несравнимо ниже, чем важность суверенитета информационной инфраструктуры. Если в стране будет суверенная информационная инфраструктура, то, возможно, будут и другие хорошие вещи. Или не будут. Но если не будет суверенной информационной инфраструктуры, то и других хороших вещей в стране точно не будет.

Вот так просто?

Да, вот так просто.

Учимся у Запада

     — Но как же Запад? — вновь вскричат восторженные «комсомолки». — Запад же умеет мягко, тактично, ненавязчиво регулировать свою информационную среду? Надо учиться у Запада!

Ну что ж, поучимся у Запада.

В замечательной стране Британии в 2025 году было произведено более 12,000 арестов за комментарии в соцсетях. В основном причиной были комментарии против миграционной политики правительства. То есть более 1,000 арестов в месяц. То есть более 30 арестов В ДЕНЬ.

Это страна, которая всячески выпячивала себя как образец демократии и свободы слова.

Не хочешь быть арестованным? Это просто — не оставляй комментарии против правительства его величества Чалса-3!

В общем, правительства стран Запада не стесняются самых грубых мер контроля информационного пространства.

У нас такого пока нет. По крайней мере, в сравнимых количествах.

В России за комментарий могут арестовать, если он нацистский, или поддерживает действия врагов (Украины и Запада) в нынешней войне, или содержит клевету на действующую армию. Это совершеннейший минимум требований, и число арестов по этим основаниям в России ничтожно.

Стадии поддержки развития любой технологии

В начальной стадии любая технология — и даже экономика в целом — нуждается в защите государства. Когда промышленность Британии только начинала своё развитие, британское государство установило конские импортные тарифы. А когда эта промышленность развилась до высокой конкурентоспособности, то Британия ввозные тарифы снизила, одновременно требуя от других стран сделать то же. С этого времени и существует продавливаемый англосаксами миф о благодетельности свободной торговли. Кстати, своим колониям Британия не разрешала свободно торговать ни с кем, кроме себя любимой, до примерно 1948 года. После Второй мировой войны США изнасиловали старушку Британию, обусловив предоставление финансовой помощи открытием её колониальных рынков. Британской экономике от этого, конечно, поплохело, особенно в долгосрочной перспективе.

Гражданская война в США началась не из-за борьбы за освобождение негров (как гласит американский национальный миф), а из-за таможенных тарифов. Северные штаты желали высоких тарифов на ввоз готовой продукции (так как американская промышленность была ещё неразвита) и высоких же тарифов на вывоз хлопка и другого сырья, производимого южными штатами (ибо северные штаты желали дёшево получать это сырье для своих фабрик). Сырьевые южные штаты желали иметь все эти тарифы низкими. И началась война.

И только когда американская промышленность достигла международной конкурентоспособности, США понесли в мир идею о том, что свободная торговля — это самое святое, что есть на свете.

В общем, Запад нас бесконечно стыдит за нашу тоталитарность и закрытость, но сам совершенно не стесняется по мере нужды применять совершенно зверские методы регулирования и защиты своих.

Так что, я думаю, и мы можем преспокойно действовать так, как полезно для России.

В частности, создать решающие конкурентные преимущества национальному мессенджеру MAX. Например, задавив его конкурентов замедлением и полным перекрытием трафика.

Стадии развития мессенджера MAX и других мессенджеров

Первые мессенджеры начинали развиваться в замечательных условиях отсутствия конкуренции. Некоторые из них впоследствии умерли, а некоторые были выкуплены крупными игроками. Одно другому, впрочем, не мешает. Бывает, солидный дядя выкупит мессенджер, а он возьмёт да и умрёт. Бывает и совсем забавно: купит большой дядя какой-нибудь мессенджер, а потом сам же его и прихлопнет. В общем, приятное разнообразие.

Платные подписки и вообще методы монетизации появляются далеко не у всех мессенджеров — и, во всяком случае, не в первые годы существования мессенджера. Сначала мессенджер самоутверждается (для чего нужно либо отсутствие конкуренции, либо колоссальные денежные вливания), а уже потом начинается монетизация.

Мы (Россия) сильно отстали в создании собственных мессенджеров, и создавать MAX пришлось государству (частная инициатива тут не светила) при колоссальных бюджетных инвестициях.

Монетизации в MAX пока что нет, и это является его колоссальным недостатком, который, впрочем, будет со временем преодолён.

Видеохостинг Рутуб, например, сначала был невыносимо коряв и не имел монетизации. Сейчас его в значительной степени допилили, он перестал быть невыносимым и приобрёл монетизацию. (Но по объёму и разнообразию контента он с Ютубом, конечно, сравниться не может. Хотя бы потому, что Ютуб начал на пару десятилетий раньше.)

Так будет и с MAX, но несколько позже. С той разницей, что MAX сейчас просто менее функционален, чем Телеграм, но не является невыносимым, как Рутуб на ранней стадии.

Кому вообще нужен Телеграм?

Кроме ЦРУ, MI-6, СБУ, террористов и диверсантов, Телеграм нужен сотням миллионов вполне честных пользователей. Многие из них научились зарабатывать с его помощью. Но он не нужен ни одному государству или, точнее говоря, любое правительство не желает видеть его в своей стране. Недавно мне почти одновременно попались новости о преследовании Телеграма во Франции (речь не об аресте Павла Дурова, а о более поздних событиях), Германии и, кажется, Италии.

Бисмарк говорил, что социализм построить можно, только надо найти страну, которую не жалко. Так и с Телеграмом: каждое правительство радо существованию Телеграма Телеграма во всех прочих странах, но только не в своей: пускай он там будет, их не жалко. А вот свою страну — жалко. В своей стране никому не нужны теракты, диверсии и деструктивные соцсетевые технологии англосаксов. И так думают все правительства.

Кто контролирует Телеграм?

Да некое маленькое белковое тельце с идентификатором «Павел Дуров». Тельце это в любой момент может быть арестовано, ликвидировано или просто во мгновение ока и безо всяких формальностей оказаться в американском пыточном подвале, где из него вытрясут все ключи к Телеграму прежде, чем служба безопасности Телеграма успеет их заблокировать.

Тельце «Павел Дуров» имеет французский паспорт и было в 2024 году внезапно арестовано во Франции под какими-то предлогами, связанными с Телеграмом. Под арестом французские спецслужбы высказывали ему разные связанные с Телеграмом пожелания, к которым Дуров был очень чуток (не то, что ранее к пожеланиям российских спецслужб). Арестовали Дурова в августе 2024 года, а уже в сентябре Телеграм объявил, что будет выдавать властям номера телефонов и IP пользователей «при наличии законных оснований». Вот что арест животворящий делает! Кстати, про закрытие уголовного дела против Дурова ничего не слышно. Видимо, оно перешло в некое спящее состояние, допускающее повторный арест Дурова в любой момент.

То есть — положение мессенджера Телеграм крайне неустойчивое.

И может мгновенно измениться по не зависящим от братьев Дуровых обстоятельствам.

Ладно бы Дуров-младший безвылазно сидел в России, но нет-с — он для этого слишком велик и независим; он для этого слишком гражданин мира; и разве в России ему предоставят ванну со льдом в жарком тропическом воздухе и в окружении пальм? Та что гражданин многих стран П.Дуров непрерывно скачет по разным странам и потому может быть арестован Западом (той же Францией) в любой момент. Даже если будет где-нибудь в Сингапуре или на Филиппинах.

Далее, если Николай Дуров (старший брат) человек вполне вменяемый (и достойный профессионал-математик, создавший алгоритм шифрования, на котором и работает Телеграм), то Дуров-младший выглядит маленько неадекватно.

Он постоянно занят технологиями фитнеса и омоложения себя любимого. Если в юности он был дряблым быстро лысеющим блондином, жидкие волосёнки которого рано отбежали к затылку, то сейчас он жгучий брюнет с твёрдой копной густых волос, кукольным личиком и прокачанным торсом. И ладно бы только это; но он занимается вертолётной раздачей своей спермы «для улучшения породы человечества» (ахаха, не смейтесь, ахаха, но ни фитнес, ни пересадка волос с чужой попы на свою лысину не улучшают генотип).  А недавно Паша объявил, что у него больше сотни биологических детей, причём наследство он поделит между всеми ними поровну. (Тут в московских клиниках появились толпы ажитированных дам, желающих срочно оплодотвориться от Павла Дурова; это уже какая-то дурная чёрная комедия.)

Кстати, столь ядерно молодящиеся субъекты 40…50-летнего возраста имеют свойство иногда внезапно умирать. Как, например, основатель «Гербалайфа» М.Хьюз внезапно умер от остановки сердца в 44 года. Выглядел он в период перед смертью, как обычно, худощавым, моложавым и здоровым.

Что же будет с Телеграмом, когда сотни дуровских детей поделят наследство поровну?

А вот что: откуда ни возьмись, появятся какие-то неизвестные добрые люди, которые будут скупать у каждого из наследников эти мелкие доли акционерного пакета Телеграма, после чего окажется, что собственник, обладающий контрольным пакетом Телеграма, находится в США.

И в этот момент ситуация с информационной безопасностью России одномоментно ухудшится настолько, что хоть интернет отключай.

Этот момент может быть приближен любой западной спецслужбой. Для этого достаточно, например, чтобы человек второй раз пошёл в тот же ресторан. Да даже и этого не требуется, честно говоря.

Впрочем, это может произойти и безо всякой смерти, если молодящийся невменяша упустит финансовую сторону вопроса; для этого достаточно подсадить к нему агента-вредителя на позицию финдиректора. (Кстати, сейчас финансовое положение Телеграма ухудшается.) Тогда – банкротство Телеграма и одномоментный его выкуп западным добрым дядей.

Так что лучше всё-таки, чтобы наша страна заблаговременно перешла на MAX.

Прочие противоречия Телеграма со стратегической госбезопасностью России

Россия отстаёт от враждебного ей Запада по информационным технологиям: по железу, по базовому коммуникационному софту, по ИИ-обработке данных, по генеративному ИИ… в общем, по всему спектру информационных технологий.

Это отставание всегда использовалось и будет использоваться против России.

Что делает страна в условиях отставания?

Она закрывается до тех пор, пока не преодолеет отставание.

(См. примеры Британии и США в этой статье выше).

Китай, опережая Россию по многим параметрам, в области коммуникационных технологий остаётся самодостаточным и закрытым. Например, в Китае есть национальный мессенджер WeChat и… всё. Пользование остальными мессенджерами не приветствуется (хотя и особо не наказывается) и возможно только через VPN.

Так что исторический опыт подсказывает, что по IT нам надо закрываться. С чувством, с толком, с расстановкой акцентов, с нюансами — но закрываться.

Масштаб и статус Телеграма

В России Телеграм на данный момент занимает ключевое место как мегаплощадка для общественных дискуссий и выражения гражданской позиции. Остальные площадки (ВК, «Одноклассники» и прочие) занимают гораздо более скромные места.

Телеграм в России представляет фактор столь большой значимости, что должен быть надёжно привязан к России; его контроль внешними силами должен быть исключён. То есть он должен контролироваться либо государством, либо частной компанией, твёрдо заземлённой в России.

Сейчас Телеграм управляется двуногой блохой, непрерывно скачущей по всему глобусу и имеющей в голове какой-то подростковый мусор. При этом очень чуткой к пожеланиям тех, кому случается её, эту блоху, арестовать.

Это создаёт неприемлемые риски для информационной безопасности России.

Нужно приводить статус главного национального мессенджера в соответствие с его ролью в российском обществе. То есть сделать этот мессенджер, во-первых, устойчивым, а во-вторых, действительно национальным — то есть действующим в национальных интересах России.

Павел Дуров отказался привязываться к России и ей интересам. И даже уважать законные интересы России как посторонний. Что ж, после этого остался только один выход: с нуля завести российский национальный мессенджер. Что и было сделано.

Делать его частным после печального опыта с сорокалетним подростком Пашей Дуровым не хотелось от слова совсем.

Вот и сделали государственным.

О Яндексе и его сохранении для России

Национальный поисковик Яндекс после начала СВО удалось сохранить для России с некоторым трудом. Генеральная директорша Яндекса Е.Бунина после начала СВО бросилась в Израиль с визгом «Не могу жить в стране, которая воюет со своими соседями!». То, что её историческая родина всё время своего существования воюет со своими соседями, её не смутило. Просто, видимо, Израиль она рассматривает как родину, а Россию — как временное пастбище.

А что владелец Яндекса Аркадий Волож? Википедия нам сообщает:

<<

     Выступил против российского вторжения на Украину, заявив: «Я категорически против варварского вторжения России в Украину, где у меня, как и у многих, есть друзья и родственники. Я в ужасе от того, что каждый день в дома украинцев летят бомбы». Также Волож отметил: «На мне есть доля ответственности за действия страны».

     В июле 2024 года Аркадий Волож дал интервью Der Spiegel, в котором снова осудил российское вторжение на Украину, заявив, что «это знаменует конец целой эпохи в России. У страны была возможность пойти другим путём. Мы все участвовали в этой попытке построить другую, лучшую и современную Россию». Также Волож назвал российское вторжение варварством, а сама война, по его мнению, перечеркнула возможности для развития России.

>>

Далее:

<<

     В феврале 2024 года Reuters сообщил, что страны Евросоюза договорились снять санкции с Воложа, при этом один из собеседников издания заявил, что включение его в список считается «юридически необоснованным», в том числе «из-за изменения поведения».

     13 марта 2024 года Волож исключён из санкционного списка Евросоюза.

>>

И ещё:

<<

     В 2014 году с семьей переехал в Тель-Авив и по состоянию на 2023 год живёт в Израиле. Родители Воложа также живут в Израиле.

     В 2016 году вместе с родителями и детьми получил второе гражданство, мальтийское, по инвестиционной программе, стоимостью от 880 тысяч евро. В 2026 году отказался от российского гражданства.

>>

Настоящий патриот Израиля! И просто совершенно не считает себя связанным с Россией и русским народом.

То, что такой человек владел главным российским поисковиком, создавало немалые риски для страны. К счастью, он им больше не владеет, а Яндекс продолжает существовать. В России.

Но в Яндексе у российского государства была «золотая акция», и, кроме того, колоссальное госфинансирование Яндекса, вероятно, также воплощалось в какие-то формы госконтроля над ним. Что и позволило сохранить его для России.

В случае Телеграма П.Дуров позаботился о том, чтобы ничего подобного не было. Так что в случае какой-то катастрофы — с Дуровым или в голове у Дурова — сохранить Телеграм для России не удастся. Вот и пришлось строить новый национальный мессенджер с нуля.

Что собой сейчас представляет мессенджер MAX

Кратко говоря, сейчас MAX — это Телеграм несколько лет назад. Плюс, возможно, некоторые дополнительные убожества.

1. MAX отлично передаёт сообщения, фото и видео, есть возможность общения в группах. Как в Телеграм.

2. MAX предоставляет качественную голосовую связь. Как Телеграм в лучшую свою пору.

3. В MAX’е нет монетизации. То есть платных подписок и прочих методов автоматического заключения сделок через мессенджер. Как в Телеграме несколько лет назад.

4. В MAX’е слабо развита механика каналов. Комментирование в них невозможно, платная подписка тоже. Можно только оставлять смайлики.

5. Поэтому как площадка для гражданской и политической жизни MAX сейчас просто не существует. Через него можно только обмениваться мнениями непубличным образом. Либо делать публикации в канале, не получая на них словесной реакции (хотя возможно мычание смайликами).

6. Это же ограничивает и возможности мелкого бизнеса: потенциальный покупатель не может написать продавцу прямо в канал.

7. В MAX’е мало контента.

Итого: MAX — это Телеграм несколько лет назад.

И, как и Телеграм несколько лет назад, MAX вполне динамично развивается. Со скоростью, не меньшей, сем Телеграм на этой же стадии. Например, ещё недавно в MAX’е не было каналов, потом они появились для крупных игроков (вроде известных СМИ и новостных порталов), а потом их создание стало доступно всем.

Но главное — свою базовую функциональность MAX исполняет вполне надёжно. Кому как, а лично для меня это главное.

А монетизацию и прочие фишки со временем допилят. У Телеграма на это ушли годы.

Паршивости Телеграма

Телеграм тоже не без серьёзных недостатков.

ВО-ПЕРВЫХ, Телеграм даёт возможность упорядочить («закрепить») только пять каналов или корреспондентов. Остальные представляют собой кипящий бульон по принципу «кто последний квакнул, тот и наверху».

Это скверно. Это не только неудобно, но и дебилизирует сознание пользователя самым серьёзным образом.

Но! Если вы готовы платно подписаться, то вы сможете закреплять АЖ 10 (ДЕСЯТЬ) адресатов! Ну ничего себе щедрость! Остальные продолжат оставаться кипящим бульоном.

И это при том, что от инфраструктуры Телеграма такое закрепление никаких дополнительных издержек не требует.

Это настоящее выкручивание рук для принуждения к платной подписке! А после оформления платной подписки ограничение в 10 закрепляемых адресатов — это уже просто садистское издевательство над пользователями.

Так что в Телеграме бесполезно оформлять платную подписку, чтобы вас не обоссали: обоссут всё равно.

ВО-ВТОРЫХ, у Телеграма отсутствует штатная служба поддержки. Да-да. Ответами на вопросы в службу поддержки занимаются… волонтёры! У одной моей знакомой мошенники угнали аккаунт, она написала в службу поддержки Телеграма. Внизу формы для сообщения красовалась фраза, что, мол, на ваши письма отвечают волонтёры, так что будьте терпеливы, если ответ придёт не сразу. Ну, за два месяца ответ так и не пришёл.

А это пользователь видит при попытке написать в службу поддержки со смартфона:

Доходы Телеграма составляют порядка $1…1.5млрд/год, но на организацию штатной службы поддержки денег не нашлось!

И ничего — никто не бросается вон, вскрикивая, заламывая руки и отрясая прах Телеграма со своих ног!

И не делали этого, когда Телеграм был таким, как MAX сейчас.

Почему же по поводу MAX’а вполне взрослые дяденьки сейчас так увлечённо это исполняют?

А потому, что:

А потому что идёт борьба между MAX’ом (то бишь российскими властями) и Телеграмом за аудиторию.

Телеграм сильнее в соцсетевых технологиях и вообще мягкой силе. Он мощно запускает грамотно отстроенные мемчики («Ах, этот ужасный MAX, в нём же нет СВОБОДЫ!», «Быть в MAX’е — себя не уважать», «MAX везде лезет, скоро нам его на водопроводные краны поставят, фу, это так тоталитарно» и т.п.). Умеет создать ощущение причастности к жизненному успеху. Это работает.

Зато на стороне MAX’а — Роскомнадзор. Он просто вырубил Телеграму голосовую связь и видеосвязь. В начале 2026 года замедлил пересылку изображений и видео. Глядишь, и вовсе удушат. Называется даже дата — с 1 апреля.

Вирусные мемчики мы запускать не умеем, вот и перекрываем трафик. И это тоже работает.

Ну, кто чем может, тот тем и борется.

«Исчезла надежда дохода их»

У многих людей, отстроивших свой небольшой бизнес с использованием Телеграма, с полным закрытием Телеграма этот бизнес закроется или, как минимум, будет отброшен на более низкий уровень. По моим наблюдениям, именно эти люди наиболее активно выражают публичное нравственное негодование возможным закрытием телеграма. Например, Е.С.Холмогоров выражается даже в том смысле, что MAX — это мерзость, и ноги его там не будет. Таким людям я всячески сочувствую, но вот выражение именно нравственного негодования несколько смущает.

Впрочем, всё когда-то уже было. Можно вспомнить эпизод из Деяний апостолов (это первый век по Р.Х.):

<<

     Случилось, что, когда мы шли в молитвенный дом, встретилась нам одна служанка, одержимая духом прорицательным, которая через прорицание доставляла большой доход господам своим. Идя за Павлом и за нами, она кричала, говоря: сии человеки -- рабы Бога Всевышнего, которые возвещают нам путь спасения.

     Это она делала много дней. Павел, вознегодовав, обратился и сказал духу: именем Иисуса Христа повелеваю тебе выйти из нее. И дух вышел в тот же час.

     Тогда господа ее, видя, что исчезла надежда дохода их, схватили Павла и Силу и повлекли на площадь к начальникам. И, приведя их к воеводам, сказали: сии люди, будучи Иудеями, возмущают наш город и проповедуют обычаи, которых нам, Римлянам, не следует ни принимать, ни исполнять.

>> (Деян 16:16-21)

Как можно видеть, господа этой служанки, увидев, что исчезла надежда дохода их, выразили свой гнев не в терминах финансового ущерба, а в терминах нравственного негодования.

Так что можно надеяться, что когда в MAX’е появится монетизация, нравственное негодование многих наших современников утихнет.

Не подумайте, что я насмехаюсь: у многих мелких предпринимателей продажа своих трудов через Телеграм — основной или даже единственный источник дохода. Менять способ заработка, особенно в немолодом возрасте — это тяжело, врагу не пожелаешь. Могу только искренне посочувствовать.

Заключение

Существование национального мессенджера — вопрос стратегической национальной безопасности России, и не только информационной, а, например, и антитеррористической. В информационных технологиях мы отстаём от Запада, так что развитие национального мессенджера возможно только при условии создания ему колоссальных нерыночных преимуществ.

Поэтому государство будет поддерживать MAX всеми средствами, в том числе подавлением Телеграма. Недовольство недовольных будет проигнорировано.

Возможен и такой вариант: не полное убийство Телеграма, а наличие MAX’а как мощной и всегда доступной альтернативы. К тому же пока не видно, как можно перекрыть доступ к Телеграму через VPN. Разве что криминализировать VPN и т.п., но это пока на горизонте не появилось.

Однако Телеграм — это колоссальная дыра в стратегической государственной безопасности России. Поэтому, особенно с учётом нашего отставания в IT и ИИ, базовым вариантом является его выдавливание за пределы страны.

Самая тяжёлая проблема для заслуженных деятелей Телеграма — перетаскивание аудитории в MAX. Даже у самых великолепных каналов доля перетащенных в MAX подписчиков на середину марта 2026 года редко превышает 5%. Можно только посочувствовать: люди, в поте лица развивавшие свои каналы, окажутся отброшенными на несколько лет назад. И посоветовать в конце каждого ТГ-поста давать ссылку на свой MAX-канал.

Цензура в MAX’е пока не расцвела, но может и расцвести. Что скверно скажется на гражданской активности в стране. Впрочем, может и не расцвести.

В целом MAX — вполне добротный мессенджер. На данный момент он менее функционален, чем Телеграм, но в ходе дальнейшего развития это будет поправлено. Основные опасения вызывает предоставление ему обширных (в том числе имеющих юридическое значение) полномочий на фоне недостаточно надёжной авторизации.

В общем, мир в очередной раз оказался суровее, чем ожидалось.

Но вообще-то мы воюющая страна.

Воюем мы уже больше четырёх лет, и конца-краю этому не видно.

Запад мириться не собирается и согласен только на полное порабощение всего незападного человечества.

Запад будет убивать нас всеми доступными средствами, а нам предстоит долгая война за выживание.

Мира на горизонте нескольких лет пока не видно.

После четырёх лет войны пора уже обрести военное сознание.

Именно это должно быть точкой отсчёта.

_________________

Исходная публикация:   https://barchunov.livejournal....