Волчата учатся рычать

Некоторые пермские наблюдения в продолжение истории недавно убитого в Подмосковье таджикского школьника Кобилджона Алиева. Так, навеяло почему-то.

Пермь город маленький, у всех всюду родственники, друзья и знакомые. И информация просачивается везде и отовсюду. Надо только не бежать от неё и не затыкать в ужасе глаза и уши. За последние пару месяцев мне удалось поговорить с несколькими инспекторами подразделений по делам несовершеннолетних разных пермских отделов полиции. Картина, мягко говоря, тревожная. В школах и на улицах города день ото дня всё шире разворачивается террор в отношении наших детей со стороны юных таджиков (с узбеками и киргизами всё несколько полегче). Избиения, оскорбления, унижения, психологическое давление, вымогательство денег. Всё это наблюдается прямо с первого класса и вплоть до подросткового возраста. Просто таджиков-подростков у нас пока что мало, поэтому пока главная проблемная категория – 7-12 лет. Но они растут на русских кормах не по дням, а по часам… Естественно, почти все они граждане России.

Как всегда, маленькие азиаты сплочены и объединены в классные, школьные, дворовые банды, а белые дети рассеяны и разобщены. Отмечается и уже привычное предательство, когда некоторые юные русские негодяи примазываются к таджикским группам, служат у маленьких абреков на посылках и принимают участие в издевательствах над своими русскими соплеменниками.

Проблема вполне ярко присутствует и в центральном Ленинском районе, и расцвела совсем уже пышным цветом в окраинных спальных микрорайонах Перми. Когда какого-нибудь юного таджикского подонка из 5-го класса, пойманного на очередном истязании русских детей, доставляют в ПДН для разбирательства, он часто отказывается говорить, заявляя, что не знает русского языка. При этом он прекрасно осведомлён о том, что никакой ответственности в своём возрасте ещё не несёт. Переводчиками в этом случае выступают его родители. От них обычно звучат объяснения, что их чадо совершенно случайно пинало одноклассника ногами в лицо, и что, вероятно, его вообще с кем-то перепутали. И часто за этим следуют обещания пожаловаться на инспекторов ПДН, что они националисты и «нарушают, что Россия многонациональная страна».

Остаётся добавить, что инспекторами ПДН у нас работают, в основном, молоденькие русские девчонки лет 20-22, вчерашние выпускницы полицейского колледжа. И они совершенно беззащитны перед группами наглых малолетних таджиков. «Они нас посылают на… и открыто нам угрожают, - признаются сотрудницы ПДН. – Мы не знаем, что с ними делать».

Мы тоже не знаем. Мы только точно знаем, что скоро стайки азиатских волчат станут подростками, и все мы запоём по-другому.