Уроки историзма

Под последней публикацией, посвященной Олегу Макаренко (aka Фрицморген) и его манипулятивным приемам, накопилось много комментариев. В основном они делятся на два типа: «да, Фриц – он у нас такой» и «еще один отбеливатель большевиков выискался». Были и вопросы, их я внимательно прочитал, обдумывая, что можно сказать в ответ.

Например, вот такого рода вопросы звучали: да, возможно у Фрицморгена нет доказательств, но почему не допустить, что он прав, и революция 1905 года была организована иностранными спецслужбами по образцу «цветных революций» XXI века?

Любителям исторических аналогий объясняю: для жанра исторической публицистики, в которой работает Макаренко, допустимо вообще всё. На то она и публицистика. Задача этого жанра – эмоциональное воздействие на читателя, а посему разрешается всё, запрещенных приемов нет. Можно придумывать «факты» и можно их скрывать, можно строить «догадки», проводить «аналогии», развешивать ярлыки, короче - использовать весь арсенал демагогических рассуждений и спекуляций. Ибо это, друзья, публицистика. Как говорил адвокат Перри Мейсон, «важны не улики, важна их правильная интерпретация».

Если же вы опираетесь на научный подход, то вам следует помнить один из главных принципов исторического исследования. Называется он – принцип историзма. Это то, чего вы никогда не найдете в статьях Олега Макаренко. О чем этот принцип?

Все просто. Принцип историзма обязывает при исследовании событий определенной эпохи исходить из реалий той самой эпохи и не сравнивать, не проводить аналогии с похожими событиями более раннего или более позднего времени. Не объяснять мотивы и логику поступков людей прежних эпох с точки зрения современного человека. Как бы соблазнительно это ни было.

Что упускают О.Макаренко и комментаторы, которые пытаются провести параллели между революцией 1905 года и «цветными революциями»? Очень важный момент: для подготовки и управления «цветными революциями» заинтересованных силы использовали и используют все доступные знания в области истории, политологии, социологии, психологии личности и социальной психологии. То, что называется солидным словом «политтехнологии».

Если вы не в курсе, то всё, что я перечислил выше, это результат развития науки в XX веке. А в 1905 году все эти научные дисциплины находятся лишь в стадии формирования. Единственное, чем могли оперировать предполагаемые «организаторы», это фундаментальный труд Гюстава Лебона «Психология масс» (в других переводах - «Психология толпы»), опубликованный впервые в 1895 году.

Но есть проблема. Книга Лебона – это всего лишь феноменология (описание явления) и теория. Практических советов Лебон не дает (за исключением советов, как поступать в ситуации, когда вы оказались среди толпы и вам не нужны проблемы). Чтобы применить положения этой книги к поведению масс в условиях революции, требовалось предварительно оное поведение масс в условиях революции изучить, получить, так сказать, опытное, эмпирическое знание. А такого опыта ни у кого не было. Российская революция 1905 года была первой после публикации Лебона революцией, которую можно было наблюдать воочию, анализировать, делать выводы и разрабатывать «стратегию».

Что касается иностранного вмешательства. Да, действительно, такое вмешательство не является приметой исключительно нашего времени. Напротив, такая практика известна с глубокой древности. Смысл ее в том, чтобы ослабить и развалить соседнее государство либо вовлечь его в свою сферу влияния, приведя к власти лояльные (читай: послушные) оппозиционные силы.

Попробую инвертировать последнюю фразу: если вам НЕ требуется расшатывать соседнее государство и нет необходимости вовлекать его в свою сферу влияния, то и смысла вмешиваться в его внутренние дела тоже нет! Никто не делает это просто так, для забавы. Да, агентов вербуют постоянно, независимо от политической ситуации. Заранее устанавливают контакты, в том числе среди оппозиции, заранее заводят полезные связи, находят трусов, подлецов, предателей и прочих «полезных идиотов». Это обычная повседневная работа разведки. Но вот активировать всю эту сеть для разложения государства, которое является ситуативным союзником, не имеет смысла.

Если мы говорим о революции и последующих событиях 1917 года, то тогда включать конспироложество можно на полную катушку без боязни ошибиться. Тогда Россия находилась в состоянии войны, у нее был враг, и этот враг готов был приложить любые усилия, чтобы вывести Россию из войны. Разжигание революции, подогревание внутренних конфликтов  - вполне приемлемый способ. Поддержка всех политических сил, которые готовят революцию или выступают за прекращение войны, - самое то. Все средства хороши. Другой вопрос – кто из этих политических сил готов принять «руку помощи» от иностранных спецслужб в условиях необыкновенного подъема патриотического духа. Ведь даже простой взгляд в сторону этой «руки» связан с риском навсегда скомпрометировать себя и похоронить политическую карьеру...

Но я не о том. В преддверии 1917 года спецслужбы Германии действительно были заинтересованы в том, чтобы содействовать революционному движению в России. Потому конспирологические предположения и домыслы имеют под собой реальную почву.

А теперь давайте окунемся в исторический контекст революции 1905 года.

Россия находится в очень сложных отношениях с Германией, с которой уже пришлось вести торговые войны. Но! Правящая династия в России находится в близких родственных связях с кайзеровским домом в Германии. И именно через российского императора и его супругу извне продвигается нарратив, что Вильгельм ни за что не пойдет войной против России. Так зачем же Германии «валить» таких полезных… супругов?

Смотрим позицию Франции. Франция уже на пороге войны и ищет себе союзников. На ее счастье, отношения с Россией настолько «розовые», что сердечное соглашение уже заключено. Осталось привлечь к союзу Англию.

С этим сложно. Англия ведет с Россией длительную ожесточенную борьбу за влияние в азиатском регионе, прежде всего – в Иране. Забыть все распри очень сложно, но тем не менее, Англия в преддверии войны с Германией настроена на выстраивание союзнических отношений. И этот процесс худо-бедно, но продвигается (соглашение было заключено в итоге в 1907 году). Англичанам тоже незачем портить отношения с действующей властью в России.

Тогда какое из иностранных государств могло быть заинтересовано в революции в России в 1905 году, в свержении династии Романовых?

И вот мы видим, что просто так перенести реалии современной эпохи на события столетней давности нельзя. Да, есть что-то внешне общее: революции, гражданская война, оппозиция, протесты, демонстрации. Но контексты событий абсолютно не совпадают. В случае «цветных революций» XX века мы наблюдаем и «желание» (объективную заинтересованность иностранных спецслужб в том, чтобы привести к власти лояльную оппозицию), и «возможности» (развитие соответствующих знаний и технологий). В 1905 году не было ни мотива, ни реальной возможности провернуть такую секретную операцию.

Вот вроде бы я и дал ответ на вопрос, который пытались задать мне некоторые комментаторы. Но что-то мешает мне удовлетворенно остановиться и нажать кнопку «Опубликовать»...

Это сложно высказать на самом деле... Необходимо понимание, что «первая русская революция» была неизбежна. Она явилась следствием накопившихся неразрешимых противоречий в обществе и в государстве. Она была неизбежна при любом исходе событий 9 января 1905 года. Она была неизбежна, даже если бы не было никакой попытки вручить петицию царю. Можно было избежать кровопролития, но невозможно было избежать революции. События 9 января лишь ускорили, приблизили революцию, но не вызвали ее. 

По-прежнему не удовлетворен своим ответом, но нажимаю кнопку "Опубликовать"...