Ракетный удар по торговому центру в Кременчуге и угрозы Зеленского Приднестровью

Покровский А. Кумжа (из книги «Расстрелять-2»)

20 1783

Кумжа – это учение, на котором генералы академии Генштаба знакомятся с подводными лодками. В определенной базе для них выстраивают все проекты лодочек. Корабли покрашены, сияют кузбасслаком, внутри после недельной повальной приборки – тишина, крыс нет, по отсекам расставлены командиры отсеков в новом белье, перепоясаны со всех сторон ПДУ, в свежих тапочках, все стрижены, остальной личный состав увезен в ДОФ, где им показывают кино.

Генералы гурьбой, переговариваясь, появляются у входной шахты люка. Первый из них начинает спускаться внутрь. Вместо того чтобы повернуться к поручням лицом, он поворачивается задом. Полез. Локти во что-то по дороге втыкаются, и генерал застывает с вывернутыми руками.

– Васька! – веселятся стоящие над ним генералы. – Это тебе не танк, едрёмьть, тут соображать надо!

В центральном посту трап, ведущий вниз, пологий, и по нему сходят, что называется, «лицом вперед». Потоптавшись перед трапом, генерал Васька поворачивается (он уже научен) и сползает по нему спиной, отмечая генеральской ногой каждую ступеньку.

– Васька! – кричат ему опять генералы, которым после «Васьки» успевают объяснить, как нужно сходить по трапу. – Это ж не танк, едрёмьть, тут думать надо!

Генералам дают провожатого, но внутри лодки они все равно умудряются расползтись по отсекам и потеряться.

– Простите… а где у вас тут выход?

– По трапу вниз и дальше прямо.

– Спасибо, – говорит генерал, делает все, как сказали, и попадает в безлюдный трюм.

– Эй! – доносится оттуда. – Товарищи!

В первом отсеке генералы проходят мимо торпедиста – командира отсека. Последний генерал задерживается и голодно смотрит на ПДУ командира отсека.

– Какая интересная фляжка.

– Это ПДУ– портативное дыхательное устройство, предназначенное для экстренной изоляции органов дыхания от вредного влияния внешней среды при пожарах! – резво старается командир отсека.

– А-а-а… – говорит генерал. – Ты смотри… – И видит сандали: на сандалях аккуратные дырочки: – Дырки сами делаете?

Торпедист сначала не понимает, но потом до него доходит:

– Дырки?… ах, это… нет, так выдают.

В следующей группе проходящих генералов каждый генерал с любопытством смотрит на «фляжку» – у генералов все мысли одинаковые, последний задерживается и спрашивает:

– Это фляжка? 

Резво:

– Это портативное дыхательное устройство! – произнесено так быстро, почти истерично, что генерал половину не усваивает, но кивает он понимающе: – «А-а-а…» – взгляд на сандали:

– Дырки сами делаете? 

Лихо и молодцевато:

– Так выдают!

До следующей группы торпедист успевает перемигнуться с командиром второго отсека: «Вот козлы, а?!» Подходит третья группа, последний в группе генерал обращается к торпедисту:

– Какая интересная фляжка.

На торпедиста нападает смехунчик, то есть с полным ртом смеха, дрожа веками, пузырясь ртом, он пытается сдержаться, у него выкатываются глаза, из него вываливаются какие-то звуки, все это, скорее всего, от нервов. Генерал изумлен, он приглядывается к торпедисту. Тот:

– Эт-т-а-ды-ха-те-ль-но-я-ус-тр-ой-ст-во!

– Ты смотри, – генерал с опаской внимательно смотрит, и тут взгляд его случайно попадает на сандали, генерал оживляется:

– Дырки сами делаете?

Ти-та-ни-чес-кие усилия по приведению рожи в порядок (ведь сейчас впердолят так, что шею не повернешь), в глазах слезы:

– Т-та-ак в-вы-вы-да-ют! 

Генерал сочувственно:

– Вы заикаетесь?

Быстрый кивок, пока не выпало.

В ракетный отсек попадают не все, а только самые любопытные. Командир отсека, капитан третьего ранга Сова (пятнадцать лет в должности), застегнут по гортань (от старости у него шеи нет), объясняет генералу, что у него в заведовании шестнадцать баллистических ракет. Генерал с уважением:

– О вас, наверное, генеральный секретарь знает? (У генерала на позиции только три ракеты, а тут – шестнадцать.)

– Что вы! – говорит Сова. – Меня даже флагманский путает.

Скоро генералы Сове надоели – утомили вконец,  и перед очередным генералом он ни с того, ни с сего сгибается пополам.

– Что с вами? – отпрыгивает генерал.

– Радикулит… зараза… товарищ генерал…

– Что вы! – суетится генерал. – Присядьте!

У Совы все натурально – слезы, хрипы; он входит в роль, стонет, перекашивается, его уводят, осторожно сажают, оставляют одного. Когда никого не остается рядом, Сова кротко вздыхает, рывком расстегивает ворот и, прислонившись к стене, закатив глаза, говорит с чувством: «Ну, задолбали!» – после чего он мгновенно засыпает.

В центральном в это время один из генералов от инфантерии видит «каштан» и говорит с кавалерийским акцентом:

– A это что?

Старпом – отглажен, с биркой на кармане, стройный от напряжения:

– Это «каштан» – наша боевая трансляция.

– Да? Интересно, а как это действует?

– А вот, – старпом, как фокусник, щелкает тумблером. – Восьмой!

– Есть, восьмой! – доносится из «каштана».

– Вот так, – говорит старпом, приводи все в исходное, – можно говорить с любым отсеком.

– Да? Интересно, – генерал тянется к «каштану». – А можно мне?

– Пожалуйста.

Генерал включает и – неожиданно тонко, нежно, по-стариковски, с дрожью козлиной:

– Во-сь-мой… во-сь-мой…

– Есть, восьмой!

– А можно с вами поговорить?

Молчание. Потом голос командира восьмого отсека.

– Ну, говори… родимый… если тебе делать нех… уя…

– Что это у вас? – генерал оторопел, он неумело вертит головой и таращится.

Старпом сконфужен и мечтает добраться до восьмого; поборов в себе это желание, он мямлит:

– Вы понимаете, товарищ генерал… боевая трансляция… командные слова… словом, он вас не понял. Надо вот так, – старпом резко наклоняется к «каштану», по дороге открывает рот – сейчас загрызет:

– Вась-мой!!! Вась-мой!!!

– Есть, восьмой!

– Ближе к «каштану»!

– Есть, ближе к «каштану», есть, восьмой!

– Вот так, товарищ генерал!

Генералы исчезают, время обедать, по отсекам расслабление, смех; командиры отсеков собраны в четвертом на разбор, все уже знают – толкают командира восьмого: «Он ему говорит: разрешите с вами поговорить, а этот ему: ну, говори, родимый… у старпома аж матка чуть не вывалилась, готовься, крови будет целое ведро, яйцекладку вывернет наизнанку». – «А я чо? Я ничо, «есть, так точно, дурак!»»

Тапки подводника

Покровский А. Из книги «Расстрелять-2»

Встреча Путина с Лукашенко: реакция на литовский бунт и «Искандеры» для Белоруссии

В 1939 году, после окончательного уничтожения Гитлером Чехословакии, Чемберлен поторопился выдать Польше гарантии безопасности. От имени правительства Его Величества он заявил, что Вели...

Поддержи Конт

Друзья, хотим обратиться с просьбой о поддержке нашей работы.Наша платформа живет в основном за счет рекламы. Никакого "донорства" со стороны, грантов и финансирования мы никогда не получали.Мы всегда...

ВЕСТИ-Белгород: Что известно о подвиге пограничников из Вейделевского района?

22 июня 1941 года тишину на западных границах Советского Союза разорвала артиллерийская канонада. Рёву танковых моторов вторил рокот авиационных двигателей. Началась Великая Отечеств...

Обсудить