• РЕГИСТРАЦИЯ

Три королевства для Золушки. Глава шестая

Martini
16 августа 16:01 25 2831

Глава шестая   
Тяжёлые будни средневекового Агитпропа         


Зима. Вчера мело весь день с утра до вечера, а сегодня заснеженный парк выглядит, как картинка на новогодней открытке. Центральные аллеи почищены, на боковых лежат огромные сугробы. И это юг? А что же тогда творится на местном Севере? Неожиданно тишину разорвал резкий свист — со станции отправился в путь очередной поезд. Железная дорога крутится круглосуточно, постоянно наращивая обороты и, насколько я знаю, идут работы над созданием новых веток. Мастера разведывают маршруты на юг — в Кавель, на побережье Эгейского моря. О, снова свистит. Ещё один поезд отходит. Работают. А я бездельничаю. Может, развеяться?

Пошла к викингу, отпрашиваться, и на этот раз оторвала его от дел по полной программе, чтобы танцы с бубном не устроил по возвращении. Его светлость выслушал, кивнул головой. Надо же! Так легко отпустил. В каком лесу стадо мамонтов сдохло?

Я спустилась с холма, посмотрела на очередную ударную королевскую стройку: на берегу озера начали возводить новую столицу. Снова удивилась фантастической скорости, с которой тут всё делается. Сньёл план города «нашёл» с месяц назад, а уже строится станция, вокруг которой мастрячат склады. Несмотря на то, что идёт снег, размечают участки под строительство, а кое-где уже и строятся! Возводится новый крытый рынок, возле которого купцы, не жалующиеся на отсутствие денег, строят резиденции. Да и некоторые из местных помещиков — похитрее и поумнее — тоже места захватывают. Один, насколько я знаю, полквартала скупил.

Посмотрев на бурлящую стройку, испытала ощущение, что попала в компьютерную игру, когда игрок нажал на кнопку, ускоряющую течение времени.

Проехав через переезд, направила коня к старой столице. Добралась до рынка — местного пресс-центра, где всегда можно узнать свежие новости и, привязав лошадь у коновязи, пошла по рядам. Задержалась у одной из лавок, увидев нетипичную картину. У прилавка колготилась длиннющая очередь, и ор там стоял страшный. Причина такого ажиотажа удивила меня до глубины души. Молодой мужик, похожий на дореволюционного полового из трактира, укладывал в корзину банку за банкой, а толпа орала на все голоса, требуя больше двух банок в руки не давать. Убегавшийся продавец уговаривал покупателей не паниковать, убеждая, что всем хватит, а жадный мужик оправдывался, что прикатил аж из Кавеля, чтобы купить банки. Какая-то баба рявкнула:

— И что, что ты из Кавеля? Нам и самим надо! Вот заведите себе такого управляющего, и живите! Нечего на чужой каравай рот разевать.

Очередь заволновалась, поддакивая тётке. Я такого наслушалась! Сньёл прям весь золотой рассеребряный! А один дядька заявил, что он тоже не местный, из Бургиса, и, как житель этого королевства, больше прав имеет:

— И, вона, гляньте, дорогу из железа протянули. Кто говорил, что это сказки? Работает, как часы! Говорят, что скоро и на юг потянут, в самый Кавель. Вона, и столица новая будет, в месте хорошем. Чем не рай?

— Рай? А сам не хочешь в том раю пожить? — донеслось из толпы. В круг говорливых людей выбрался мужик в затрапезной одежонке, окинул жителя Бургиса презрительным взглядом, сказал: — Ваш управляющий новую столицу строит. Каторжанам дома раздал, а мы, как жили в хижинах, так и живём!

Народ заволновался, загудел, начал поддакивать. Тот самый мужик, с мозолистыми натруженными руками, очевидно, рудокоп добавил с горечью в голосе:

— Ничего, мы как работу остановим, будет вам столица. Будут вам телеги дивные! Далеко вы без бензина уедете?

И тут в дело вмешался старикашка с козлиной бородкой. Он продрался сквозь толпу, затрещал противным козлетончиком:

— Оно, ты, конечно, правильно говоришь. А мне-то знающие люди сказывали, что те дома в старой столице, которые уже бросать начали, все, как есть выкупаются. Понял али нет?

— И что мне с того, что они выкупаются? — рудокоп махнул ручищей, — то дома господские, а не наши. Коли вашему золотому управляющему заняться нечем, пусть покупает.

— Ай, зря ты так говоришь! — старикашка захихикал ехидно, — те дома сейчас копейки стоят. Его светлость их и выкупает. Тамотка, мне сын сказывал, уж те дивные печи ставят, а как поставят, будут туда вас расселять. Понял, али нет?

Толпа ахнула, заволновалась, закрутилась водоворотом. Рудокоп не поверил. Старикашка подпрыгивал, тарахтел, как погремушка. Увидав кого-то в толпе, начал махать руками, подзывая к месту спора. И кого он там увидел? А! это же Валер!

Валер подошёл к спорщикам, выслушал старика и, кивнув головой, подтвердил правоту старика:

— Был такой разговор. Его светлость сказал, что сначала надо по-человечески сделать, а потом уж и людей селить. Целый район на окраине купили. Я точно знаю. Он ещё говорил, что на новую систему работы будете переходить. В три смены: день, вечер и ночь, по восемь часов, шесть дней в неделю. Понял?

Толпа ахнула, качнулась волной. Ещё бы! в этом мире пахали по двенадцать часов и о таком графике могли только мечтать. Вывалив важную новость, Валер пошёл дальше, а люди расступались перед ним, как перед пророком. Поддавшись стадному инстинкту, я тоже глянула в спину Валеру, но мысли у меня были совсем другие. Значит, дома от компании, три смены. Кто ты, Сньёл?

Отойдя от лавки с банками, я пошла дальше, погружённая в свои мысли. Далеко не ушла. Где-то совсем рядом раздался знакомый голос. Повернула голову. Ай, какая прелесть! Приезжий из Бургиса стоял в очереди у другого лотка, где продавали тайд. Уже зацепился с каким-то мужиком, спорил. Тут мимо «случайно» пошёл старикашка с козлиной бородкой. А далее на сцене снова появился Валер. Однако. Это же настоящая банда! Викинг превратил местный рынок в рупор пропаганды. Молодец. Пять баллов. Вот только «приезжий из Бургиса» не будет покупать банки из пластина, их и там навалом. Надо вставить этому доктору Геббельсу шпильку. На обед уже не успею, но перед ужином порадую пропагандиста.

Я повернула назад, и на окраине, в районе небольших домиков, среди которых было несколько притонов для тёмных личностей, вляпалась в неприятности. Компания местных гопников решила позабавиться. Или хотели стрясти денег на пиво? Меня остановили, перехватив повод коня. Один из гопников, глумливо улыбаясь, сказал, что по этой улице проезд платный. Я слегка растерялась, не зная, что сказать, но помощь пришла, откуда я не ждала. Сзади послышался знакомый голос:

— Я заплачу.

Гопники встрепенулись. Двое сразу дриснули в тёмный проулок, а один, задержавшись, сказал подъехавшему Линцу:

— Примите наши извинения, — и тут же скрылся из виду.

М-да. Линц, остановив коня, поздоровался со мной. Блин. Он точно расскажет викингу, как меня подловила местная братва. Сидеть мне во дворце безвылазно. Линц усмехнулся, как будто понял, о чём я подумала, сказал:

— Да, вам лучше посидеть во дворце, — и, видимо, я не смогла скрыть разочарования, поскольку Линц добавил, — причина не в них. Причина в вас самой.

Холера!

Сказав, что затрапезная улица бывшей столицы не лучшее место для разговора, Линц предложил прокатиться по округе. А Сньёл меня под домашний арест посадит?

— Нет. Он знает, куда я поехал.

Не сам ли и отправил?

Когда мы выехали из города и поднялись на холм, Линц подтвердил, что выполняет задание викинга:

— Что сделаешь, если вы или молчите, или врёте? Приходится следить, чтобы вы не попали в неприятности.

Сньёл, как капризная барышня! То упрекает в том, что я скрываться не умею, то жалуется, что вру. Уж определился бы. Линц засмеялся, сказал, что обязательно передаст просьбу. И что? Сньёл же хотел правды, вот ему правда. Кстати, он бы ещё своих пропагандистов поприжал, а то его агитпроп ляпает, не думая.

— Что?

Линц резко натянул поводья, повернулся. Солнце, отражаясь в очках, слепило глаза, как на допросе. Не выдержав, начала объяснять, как промахнулась банда, работающая на рынке. Плейбой внимательно выслушал, похвалил мою внимательность. Ну, хоть кто-то заметил, что я ещё что-то могу. Линц, переводя разговор, спросил, почему я боюсь викинга. Вообще-то я другого боюсь — что он выставит меня к чёртовой матери. И куда я пойду? Я поёжилась больше от страха, чем от холодного ветра, но плейбой тут же сказал:

— Всё, хватит гулять, возвращаемся. Юной девушке не пристало мёрзнуть на ветру.

Да что ж такое-то! Вот хоть бы раз кто-нибудь сказал что-то новенькое. Но нет! Сюда — нельзя. Туда — нельзя. Это — неприлично, а то — не положено.

Плейбой улыбнулся:

— Правильно. Если сравнивать ваши и мои возможности, вы мне уступите.

Ясен пень. Морду набить я ему не смогу, это точно, но... Я посмотрела на дорогу, на королевский дворец, и предложила:

— Давайте наперегонки. Кто первым доберётся до ворот, тот и выиграл.

Плейбой уверенно заявил, что я проиграю. Да ну? Вот и посмотрим.

Мы забились на счёт «три» и, несмотря на то, что считала я, старт продула, причём солидно так — на полкорпуса.

Когда мы вылетели на равнину, я чуть отыграла, но только чуть-чуть. Половину конской морды, не больше. Впереди показался переезд. Шлагбаум был закрыт, по дороге шёл поезд. Холера! Так вовремя! А, нет, может, успеем. Вон уже хвост показался.

Стрелочник отошёл от полотна дороги, пошёл к шлагбауму. Никуда не торопился, потому Линц резко натянул поводья, конь плейбоя встал на дыбы. Ха! Ты попал! Я дала шпоры коню, легко взяла барьер, второй. Оглянулась, вскинула вверх руку. Да! Вот теперь пойди, догони меня!

Конечно же, во двор я въехала первой. Бастиан встречал, поднял руку в приветствии. Я шлёпнула по руке начальника гвардии, поехала к крыльцу, где уже ждал Мартин.


Спешилась я сама, бросила поводья слуге. Колдун поинтересовался, где Линц.

— На дороге пыль глотает, — гордо ответила я, прошла во дворец. Пройдя по коридорам, начала подниматься по лестнице.

Хвать! Кто-то схватил, затащил в потайную гостиную. Подняла взгляд. Линц? Да не может быть! Как это? Плейбой сделал приглашающий жест:

— Садитесь, мадам. Кофе выпьем, поговорим. Мы же не договорили там, на дороге.

Холера! Я прошла, села в кресло, а плейбой крикнул в приоткрытую дверь:

— Кофе, чай, — и, глядя на меня насмешливым взглядом, добавил: — и вафельки с кремом для мадам.

Теперь мне эти вафельки до конца жизни будут припоминать? Напросятся на бобовую похлёбку. Линц замахал руками:

— Нет-нет, это дивной вкусноты блюдо оставьте кому-нибудь другому. Я такое не ем.

— Да? А придётся.

Линц передёрнулся, вернулся к прерванному разговору:

— Давайте лучше поговорим о ваших страхах. Письмо, которое так вас напугало, было написано исключительно для того, чтобы узнать — умеете вы читать или нет, — плейбой улыбнулся. Холера! Снова играть начинает, змей морской. И они меня подловили. А что он скажет на такой аргумент:

— Великий магистр написал, что передаёт Маргариту Кински, но я — не она. Может потребовать вернуть.

— Несмотря на глубокий маразм, в котором находится великий магистр, он не может забрать вас, объявив, что вы — не Маргарита, — Линц улыбнулся, — он не может сказать, что ошибся.

— Великие магистры никогда не ошибаются?

— Никогда не признаются, что ошибаются. Он может потребовать только в том случае, если узнает, что вы — лесная фея. И вы делаете всё, чтобы оповестить весь мир о ваших умениях.

Но они же всё равно узнают рано или поздно. Или нет?..

— Могут не узнать никогда, если вы будете вести себя более осмотрительно.

Обнадёживает.

В дверь постучали. Пришёл лакей, принёс заказ. Расставил на столе, бесшумно удалился. Линц, ухаживая за мной, налил чай, поставил чашку под нос, подвинул сахарницу. Какой галантный кавалер мне достался. Что ж они такие добрые не сказали, что меня приворожили?

— Чтобы вы не испортили всё дело. Пока вы не знали, мы искали, кто это сделал.

О, тоже мне вопрос. Гизела, кто же ещё?

— В одном вы правы, Гизела навела на вас порчу, но тот случай на балу — другое дело. Там было более сложное колдовство, но найти концы не удалось.

— Думаете, это было связано?

— Может быть, но теперь выяснить это вряд ли получится.

Ну, допустим. Только я всё равно не понимаю, зачем это было нужно, кто и что хотел с этого получить?

— Вас лишили прав на престол.

Правда? Как печально. Меня так и подмывало сказать, что ничего и не лишили, но я сдержалась, и только высказала предположение, что ещё не вечер, и сегодня лишили и выгнали, а завтра могут потребовать вернуть. Линц согласился:

— Это вряд ли.

Что так?

— Все знают, что то, что сюда попало, считай, пропало. Сньёл никогда не отдаёт своё, и это всем прекрасно известно.

А я его собственность?

— Не ловите меня на слове, — пригрозил Линц, — вы поняли, что я имею в виду. Сньёл не сдаёт своих людей.

Как всё серьёзно. И что нужно, чтобы стать человеком Сньёла?

— Вы уже стали. И останетесь, если не решите перейти на другую сторону.

Да ну? Всё это кончится, когда в доме появится жена. Линц отрицательно покачал головой, сказал, что это разные вещи. Умереть не встать. Сньёл и такой подвиг может совершить?..

Мы проговорили ещё с час, правда, уже не о светлости, а так, о всякой всячине, и, когда разговор закончился, и шла к себе, сильно жалела, что Линц так похож на Даню. Если бы не это, я бы задумалась...

***

Всё, как всегда. Линцу достаточно улыбнуться, чтобы женщины начали таять, как снег на солнце. Маргарита — не исключение. Доложила в лучшем виде. Мне она так и не призналась, чего боится, а Линцу на блюдечке преподнесла. Но это ладно. Важно другое. Надо разобраться с топорной работой на рынке. Где Бастиан?

Вызвал Согрейва. Отчитал за неуклюжую работу. Бастиан, сокрушённо кивая головой, выслушал претензии, пообещал:

— Такое больше не повторится, ваша светлость. Языки поотрываю.

— Лучше прочисти им мозги, чтобы думали, что говорят.

Бастиан клятвенно пообещал, что его работники исправятся. Но этим дело не кончилось. Через пару дней он сообщил, что у него важные новости. О, как! И что же он узнал? Когда мы собрались в кабинете, Согрейв тянуть не стал, заявил:

— Неприятности у тебя, наша светлость.

А то я не знал, что у меня не всё в порядке. Что на этот раз? Согрейв начал рассказывать:

— Есть у меня одна старая знакомая. Ну, как старая?.. Давняя. Выдающихся достоинств девица.

Бастиан описал руками немаленькую восьмёрку, показывая, чем именно выдаётся его знакомая. Валевски насторожился, поинтересовался, о ком речь. Так, проворонил, вот пусть сидит и облизывается. Что там дальше?

Согрейв рассказал, что его знакомая работает в модной лавке. О, так это же клад! Она должна быть в курсе дел всей местной знати. Бастиан поддакнул:

— Так я о чём! Я там с ней то, сё... Ну, сам знаете, не маленькие. Так вчера она мне поведала, о чём местные помещики трещат.

Бастиан замолк, тянул время, хитро на нас поглядывая.

Ну, не тяни! Что там?

— По всем гостиным местной знати трещат, что управляющий занимается ерундой, а вот придёт настоящий правитель, и тогда всё будет нормально.

Да? И кто у них за настоящего правителя?

— Конрад фон Майер.

***

Не знаю, что было в голове у викинга, но на ужине он порадовал, что скоро состоится очередной бал. Опять решил развлечься? Но он и так хорошо развлекается, без всяких балов! Зачем придумал эту тягомотину? Кому это надо? Лично я и без бала перезимую. Лучше бы пикник с шашлыками замутил. Но нет! Бал! Танцуют все.

Управляющий снова прислал портного. Я могла справиться сама, но его светлость был категоричен. Заявил, что для феи у меня слишком плохая память, добавил, что будут высокие гости. Высокие — это кто? «Чикаго Буллс»?

Я заказала портному достаточно простое платье: белоснежный обтягивающий кружевной верх с длинными рукавами и высоким воротником, закрывающим горло, шов на спине не зашит. Вроде и спина не голая, но... что-то там такое мелькает, привлекая внимание. И, как дань местной моде — широченная юбка из белого атласа. Портной удивился простоте заказа, но отыгрался на стоимости тканей, предложив какие-то невиданные тончайшие кружева и атлас по цене самолёта. Я не стала возражать. Его светлость приказал? Пусть раскошеливается.

***

Карл снова вернулся к разговору о неподобающем поведении Маргариты. Напомнил о её вызывающем наряде, о поведении, о несоблюдении приличий и наплевательском отношении к этикету. Высказал претензии, что королевский дворец похож на походный бивуак. Я разозлился. Чёрт побери! Что делают люди, которых он нанял? Троянски сказал, что люди всё сделали, но и я тоже должен сделать. Что ж за жизнь такая собачья? Всем я должен!

От нового витка нравоучений меня спас Бастиан, появившийся очень вовремя. Шенк, увидев начальника охраны, недовольно скривился, вышел. Бастиан проводил Троянски долгим взглядом, показал рукой на закрывшуюся дверь, вынес вердикт:

— Мутный чел.

А, чёрт! Гансу следовало бы оторвать язык.

— Прости, наша светлость, но это определение больше всего подходит для Карла.

И он пришёл, чтобы мне это сказать?

— Нет. Я тут кое с кем перетёр...

— Баст! — я не выдержал, — мне каждый день вменяют в вину, что дворец не похож на дворец, а свита — на свиту. И ты туда же?

Согрейв нахмурился, подойдя поближе, перешёл на доверительный тон, сказав:

— Знаешь, светлость, я — солдат, у нас всё по-простому. Старший, младший, субординация, все дела.

Допустим, но это он к чему?

— Карл кто? Шенк? Его место на кухне, и не его собачье дело, кто и что говорит, и во что одет. Этим занимается министр двора, а шенк пусть поваров строит.

Хм. Неплохо. Жаль, что мне раньше никто не говорил об этом.

— Но сказал же, — заявил Бастиан, и продолжил, — но я не о том хотел. Тебе, светлость, ещё нужен иноземных дел управитель.

Нужен. Как воздух нужен. У него кто-то есть на примете?

— Возьми Сильвера.

Какого Сильвера?.. Порылся в памяти. Сильвер фон Зейде — ещё один придворный Хельмута, если я правильно понял?.. Что-то он тоже стащил.

— Сильвер фон Зейде забрал гарнитур из малой гостиной.

Да, верно.

— Безгрешных ищешь?

Такие есть? Но почему фон Зейде?

— Он честный.

Мародёр?

— Бывает и такое. Гарнитур из малой гостиной ему отдала вдова Хельмута лично, в качестве платы за оказанную услугу. Денег не было, расплатилась мебелью.

Ясно. Но почему именно этот Сильвер? Чем он так примечателен?

— О, брат, фон Зейде — это такая шельма! Вроде, ни денег, ни родословной особой, но знакомства заводить умеет. Всех знает. Со всеми дружит. В любом дворце Европы у него или приятель или осведомитель. Поверь, фон Зейде знает всё, что готовится на европейских кухнях.

О, как! Но почему мне раньше никто не говорил?

— Ты думаешь об этом все знают? Твой Карл дорогой фон Зейде вообще за человека не держит.

Так, фон Зейде пригласить. На ухо шепнуть, что хочу поговорить. Остальным знать не обязательно. Бастиан кивнул. Кстати, что там у Сильвера с наследниками?

— Два сопляка. Десять и семь.

Ясно. Позвал Мартина, приказал внести фон Зейде в список приглашённых, заодно попросил внести туда фон Майера. Бастиан сразу же влез:

— Он-то тебе зачем?

Надо. Посмотрим, что за птица.

Гости начали съезжаться во дворец за день до бала, и первым прикатил Конрад фон Майер Беловарский. Я его встречать не пошёл, наблюдал за въездом Конрада из окна своего кабинета.

Три кареты встали одна за другой у крыльца. Лакеи фон Майера открыли дверцу кареты, помогли господину выйти. Хм, кажется, они не доверяют прислуге Ройтте. Не подпускают, всё делают сами. Что ж, как говорится, баба с возу.

Бастиан прошёл в кабинет.

— А, ты уже в курсе.

Конечно. Согрейв подошёл, присел рядом на краешек стола, спросил:

— Смотрит, как хозяин.

Пусть смотрит.

— Встречать не пойдёшь?

— С чего вдруг? То, что его предки когда-то были подданными Кински, и при разделе отжали себе Беловар, не значит, что я должен бегать встречать его.

— Кто-то мне выговаривал за жаргон.

— И, как я помню, этому кому-то было сказано: «Забей».

Бастиан кивнул, подтверждая свои слова, добавил:

— Как мне передали, наш гость метит в короли.

Да, я знаю. Он метит в короли Ройтте. И только я это сказал, как тут же получил неслабый толчок в бок. Что? Согрейв сказал, понизив голос:

— Кстати, о королях. Пора и тебе... — он приставил к голове ладонь с растопыренными пальцами.

Всё будет в своё время.

— Угу. На ужин пригласишь?

Опять же с какой стати? Я его только на бал звал, но не к столу. Согрейв пожал плечами:

— Так, вроде, по этикету положено.

Кем положено? Бастиан фыркнул. Промолчал. Вот именно. Мой дом, мои правила. Я Конрада только на бал звал, и его никто не просил приезжать на день раньше. Пусть сам развлекается.

Но, если Бастиану моё решение понравилось, то шенк обиделся. Напомнил, что входит в обязанности шенка, а что — нет. Троянски обиделся ещё сильнее.


На платформе железнодорожной станции Ройтте царила суета: толпа встречающих принимала гостей из Кастелро: Её величество королеву Ядвигу со свитой.

Ядвига вышла из вагона, обмахиваясь веером сказала:

— Ах, скорость кружит голову не хуже вина! — тут её величество оживилась, приказала: — Вина! Принесите вина!

— Всё будет, ваше величество, — заверил Валевски, встречавший королеву, — всё будет, но во дворце. Едем, ваше величество.

Ядвига посмотрела на Норберта долгим взглядом, сказала игриво:

— Ах, Норберт! умеете вы уговаривать. Едем.


После обеда мы перешли в библиотеку. Разложили на столе карту королевства. Рассматривали новый маршрут, прочерченный мастерами, отправленными на разведку в Текирову.

В коридоре раздался грохот. Отправил Мартина выяснять, в чём дело. Мартин выглянул за дверь, тут же захлопнул створку, подпёр стулом.

Что происходит? На нас кто-то нападает?

— Можно и так сказать, — произнёс Мартин, возвращаясь к столу: — Ядвига ищет собутыльников.

Так, нас нет дома! Бастиан мощно выдохнул, затушил свечи. Зачем? Ещё день. Согрейв пожал плечами:

— На всякий случай.

За дверью раздались шаги, шелест шёлка. Задёргалась ручка двери. За дверью громко спросили:

— Где все? В этом дворце и выпить не с кем?

Ядвига бунтует. Норберт, сопровождавший королеву, ответил:

— Мадам! Там не наливают, там библиотека.

— Так зачем ты меня сюда притащил? — возмутилась Ядвига, — пошли. Где столовая?

За дверью раздались шаги. Уходят. Всё стихло. Фух. Мартин вздохнул:

— Надо было всё-таки пригласить кого-нибудь для компании.

Не надо! Карл бы нам не простил.

— Я могу! — вызвался Бастиан.

Вот уж нет. Он нам ещё живой нужен.

***

Умереть, не встать — в гости прикатила королева Ядвига. Её величество прибыла в Ройтте в компании Маевской и сходу начала квасить с таким остервенением, как будто в Кастелро ввели сухой закон.

Я хотела спуститься вниз, но передумала сразу, как только встретила её величество на лестницах дворца. Ядвига стояла у огромного буфета, который хотели затащить на второй этаж, но не смогли — громоздкая мебель застряла, навсегда застолбив за собой место на площадке между первым и вторым этажом.

История умалчивает о том, как Ядвиге это удалось, но её величество умудрилась уронить буфет. Услышав дикий грохот, я подбежала к лестнице, глянула сквозь балясины.

Пьяная Ядвига стояла, держась одной рукой за стену, а второй — за пьяную в дым Маевскую. Глядя разбегающимися глазами на буфет, лежащий на полу, её величество интересовалась у мебели, какого чёрта та не выполняет приказаний.

— Встать! Встать, я говорю! Как смеешь ты, чернь неблагодарная, не выполнять приказа?.. Анна!.. — и королева на чистом матерном попросила помощи у Маевской. Та заявила, что не чернь не стоит высочайшего внимания, и предложила ещё выпить. Королева от такого предложения не отказалась, но проход перегородил шкаф. Впрочем, Маевскую это не остановило. Выставив руку, как Ленин на броневике, Анна заявила:

— Мы пойдём другим путём, — и показала на лестницу.

Так, сейчас они пойдут мимо меня? И я рванула наверх. Пробежала по площадке, скрылась за углом. За спиной раздался знакомый голос:

— Не стоит рассказывать о том, что вы только что видели.

А, чёрт! Я оглянулась. Линц поклонился церемонно:

— Да, это я.

Холера! Подкрался. Так и умереть недолго. Да уж понятно, что не стоит делиться тайнами королевы. Вон, в Кастелро никто и словом не обмолвился о королевских загулах.

— Тогда и говорить было не о чем, — покачал головой Линц, — так весело королева начала гулять совсем недавно.

Да? А с чего это вдруг её пробило на пьянку?

— Мне об этом не докладывали, и это не самая удачная тема для разговора.


В комнатах, выделенных для королевы Ядвиги, было мрачновато и грязно. На большом столе в винных лужах вперемешку стояли бутылки, стаканы, тарелки, валялись пробки и огрызки. Валевски осторожно выловил из винной лужи штопор, брезгливо поморщившись, встряхнул прибор и достал пробку из очередной бутылки. Разлив вино по бокалам, Валевски отложил штопор на сухую часть стола.

Ядвига и Маевская чокнулись бокалами. Королева быстро выпила вино, как воду. Взяв кусок сыра, бросила в рот, начала облизывать пальцы. Маевская допить вино не смогла. Упал бокал из рук, полилось вино на стол. Фаворитка королевы уронила руки на столешницу, упала лицом прямо в лужу, захрапела.

Валевски передёрнулся. Встал, позвав слуг, приказал унести Маевскую в её комнату. Два лакея подхватили даму, поволокли к выходу. Третий начал наводить порядок: собрал пустые бутылки и грязные бокалы, протёр столешницу и, поклонившись, вышел. В комнате остались только Валевски и Ядвига.

Её величество поманила Валевски рукой:

— Иди сюда, мальчик мой.

Норберт подошёл, встал на одно колено перед королевой. Ядвига погладила Валевски по голове, приглаживая длинные локоны, сказала:

— Ах, какой ты красивый. Ты мой принц... — она провела рукой по щеке Норберта, — мальчик мой.

— Ваше величество...

— Тс-с-с! — Ядвига приложила руку к губам Норберта. — Тс-с-с! Скоро не будет никакого моего величества. Совсем скоро. Будет король. Его величество Норберт Первый.

Ядвига схватила бутылку, начала пить прямо из горлышка. Валевски хотел остановить, но королева отвела руку, жадно пила. Лилось вино на платье. Допив до конца, Ядвига отбросила бутылку, та упала на пол, покатилась по паркету, а королева неуклюже опустилась на колени, схватила Валевски за руки, зарыдала, некрасиво кривя губы, начала причитать:

— Прости меня! Прости! Прости!

— Я простил! — ответил Валевски, пытаясь вырвать свои руки из рук Ядвиги, но королева вцепилась и не отпускала, пыталась заглянуть в лицо Норберта и повторяла:

— Прости, мальчик мой, прости.

Валевски всё-таки вырвал руки, сказал с досадой:

— Да простил я, простил! Вставай! — он попытался поднять королеву, но та вставать не хотела, и Норберт начал поднимать Ядвигу. Кое-как поставив королеву на ноги, приказал: — Хватит бухать!

— Вот! — Ядвига показала Валевски фигу, — и не смей мне приказывать. Ты ещё пока не король. Я — твой король! — Ядвига взмахнула рукой, не удержав равновесие упала на пол, тут же захрапела.

Валевски, выдохнув с облегчением, вышел из комнаты, приказал лакеям, дежурившим у двери, навести порядок, и ушёл.


Чёрт принёс в гости Ядвигу. Она и раньше-то не особо сдерживалась, а последнее время пьёт с каким-то непонятным остервенением, как будто из пустыни вернулась.

Я надеялся, что в гостях королева будет вести себя поприличнее, но ошибся. Наоборот, Ядвига начала пить с удвоенной силой. Карл, снабжавший вином эту прорву, сказал, что если королева пробудет в гостях хотя бы неделю, мы разоримся.

Не сомневаюсь. Визит королевы мне дорого обойдётся, ведь Ядвига не только вино уничтожала, она начала громить дворец. Свалила на пол неподъёмный буфет, до конца жизни буду мучиться гадая, как она это сделала. Расколошматила сервиз. Залила ковры вином, теперь их можно только выбросить.

Радоваться можно только одному: её величество не требует составить компанию, а то ведь так и спиться недолго.

В день бала во дворец первыми прикатили гости из Разлога — соседнего княжества. Князь Петрич. Вот он мне понравился. Простой мужик, без претензий, хозяйственник. Поинтересовался, почему я так редко устраиваю праздники. Причин две: нет денег и времени. Кажется, Петричу такой ответ понравился.

Позднее начали прибывать помещики Ройтте из дальних краёв, выехавшие ещё вчера. Их селили в гостинице. К обеду появился фон Зейде. Я смотрел, как выходит из кареты мужчина лет тридцати, помогает выйти своей жене — пухлой блондинке примерно тех же лет. Интересно. Значит, этот ничем не примечательный мужчина умеет заводить нужные связи?.. Как? От мыслей отвлёк Мартин. Пришёл, порадовал, что Ядвига вряд ли сможет почтить бал своим присутствием. Уже?..

— Добавила на ночные дрожжи.

Зараза!

До пяти еле дожил. Мартин постоянно докладывал, что творится в покоях Ядвиги. Королеву пытались привести в приличный вид, но Мартин считал, что это непосильная задача, и предполагал, что её величество не будет присутствовать на балу. Что ж, тем лучше. Пьяная Ядвига способна на многое.

***

Утром в день бала появился Валер. Протянул большую коробку, обитую бархатом, заявил, что это подарок его светлости. Да? И что там? Валер открыл. Нильс подбежал, глянул и застыл с раскрытым ртом. Честно говоря, я тоже слегка обалдела — диадема с бриллиантами, лежавшая в коробке, была очень дорогой. Валер переложил коробку в мои руки, сказал:

— Его светлость приказывает явиться на бал в этом, — откланялся и ушёл.

Да? Могу только в этом и явиться. Представляю, что будет.

Нильс отмер, сказал:

— Это за какие заслуги такое богатство?

За азбуку, флюор и прочее. Нильс насупился:

— А мне апартаменты пожалели, скупердяи.

Указание светлости выполнила. Диадему нацепила, она, кстати, идеально подошла к моему платью. Но всё же я просчиталась. Позднее выяснилось, что я могу хоть на голове ходить, в моей жизни ничего не изменится. На моё платье посмотрели все, кроме нашей светлости... хотя... да паразит он, а не светлость. Зыркнул волчьим взглядом, как будто я в картофельном мешке пришла, и забыл о моём существовании. Хотя чего я хотела? На викинге надо было крест ставить сразу после приезда Ингрид.

Но мне повезло, хотя, вряд ли это можно назвать везением. Меня пригласил на танец Конрад фон Майер — противный такой дядька за тридцать с бульдожьим лицом и пивным животом. Что ж мне так не везёт с балами-то? А этот фон Майер ещё и докапываться начал, выясняя, как мне живётся в Ройтте. Нормально мне живётся. Лучше всех.

— Не верю. Насколько я знаю, у вас нет даже горничной.

Хотелось бы мне, чтобы так было! И я заметила, что сведения Конрада устарели:

— Горничная у меня есть, но я редко прибегаю к её услугам.

— Вы так самостоятельны?

— Нет, это семейное.

— Простите? — Конрад был явно озадачен. Погоди, сейчас я отобью у тебя охоту лезть с расспросами:

— Мы — Кински, не любим лишних людей, любопытных глаз, длинных языков. Мой прадедушка любил говорить, что молчание — золото.

— Прадедушка говорил лично вам?

— Конечно, нет. Меня тогда ещё и на свете не было. Он это вашему родственнику говорил. Правда, не помогло.

Конрад изменился в лице. Получил? Так тебе и надо. Или ты думаешь, я не знаю, что твоему предку отрубили голову за лишние разговоры.

***

Очень неудачное начало. Линц не успел. Маргариту пригласил Конрад. О чём-то они так оживлённо беседовали. О чём?

Закончился танец. Я проводил свою даму, пошёл к столам. По пути меня перехватил Норберт, приказал:

— Пойдёмте, ваша светлость, кое-что скажу.

Так! Что ещё? Валевски отвёл меня в смежную с бальным залом гостиную, рассказал, о чём беседовали Конрад и Маргарита, и что сказала девчонка. Ну и что? Сам напросился, сам получил.

— Вы с ума сошли, ваша светлость? Она же ему чуть ли не открытым текстом заявила, что её прадед убил предка Конрада.

— И, заметь! Конрад сразу заткнулся.

— О! Как я понимаю Карла! Вы прощаете ей всё! Всё! Что она такого сделала, что вы разрешаете ей ходить на голове? Хотя, могу представить.

Так, кое-кто сейчас договорится. Схватил Норберта за шею, притянул к себе, тихо-тихо сказал на ухо:

— Азбуку помнишь?

— Помню, — прошипел Валевски. — И очень благодарен ей за то, что она её нашла.

— Она не нашла. Она сделала.

Отпустил Норберта. Тот стоял красный как рак. Смотрел во все глаза. Да, она сделала.

— И это сколько же мы ей теперь должны? — потерянно произнёс Норберт, потирая шею.

Пол-королевства. Сам же сказал. Кстати, почему он здесь?

— А где я должен быть?

— С Ядвигой.

Валевски простонал:

— О, нет! За что мне это?

— Это твоя родственница.

Я вернулся в зал. Прошёл к столам с напитками. Рядом появился Ле Мор. Заметил ехидно:

— Вы не скупитесь.

О чём речь? Ле Мор пояснил:

— Если память мне не изменяет, эта диадема стоит не меньше хорошего коня.

Всё правильно. Я никогда не экономил на женщинах. Получил на свой ответ новый укор:

— Считаете, что эта маленькая нахалка достойна такого внимания?

Хм. А он, значит, считает, что женщина из рода Кински не достойна таких подарков. И этот старый хрыч прикусил язык. Правильно, такое он никогда не скажет. Вернее, скажет, если вдруг решит поссориться со всеми Кински разом.

За спиной кто-то кашлянул. Оглянулся. Мартин еле заметно двинул бровью. Ну, что ещё? Отошли в сторону, Мартин сообщил, что всё устроил. Что он устроил?

— То, что вы просили.

И о чём я просил? Мартин фыркнул:

— Ваша светлость, оторвитесь от созерцания мадам. Хотя, соглашусь, платье невероятное. Гости в полном восторге. Наша красавица обеспечила все великосветские салоны темой для разговоров на ближайшие полгода.

Колдун чёртов! Причём тут платье? Активность Конрада мне не нравится. Мартин пожал плечами.

— Может, лучше убрать красавицу?

Да, так будет лучше. Он что-то говорил о моей просьбе. Это можно совместить? Мартин кивнул:

— Сейчас оформим.

***

Второй танец танцевала с Линцем. Появился передо мной, как чёрт из табакерки, поклонился церемонно. Смелый, да?

— Мадам Бартош не почтила нас своим присутствием. Так можно и повеселиться, — сказал Линц.

Она не почтила, а эмиссара не заслала, как в прошлый раз?

— Потому я здесь, рядом с вами, — доложил плейбой, — буду ловить карнизы, падающие на вашу голову.

Ну-ну. Я оглянулась. Так, и куда утанцевала наша светлость? Я видела, как он танцевал первый танец с дочерью одного из бывших придворных, второй — с Ле Мором, в смысле трещал с графом, а сейчас куда свалил? Что-то произошло? Линц пожал плечами, мол, ерунда. Ну, ясно. Очередные игры.

Закончился танец. Линц проводил меня к столам с напитками, предложил вина. Нет. Не хочу. Хочу лимонад. Жарко. Линц, как галантный кавалер, притащил лимонад.

Вжух, к нам подрулил Мартин. Сказал, что хочет нас кое с кем познакомить. Линц был явно недоволен, но промолчал. Я насторожилась. Что ещё придумал викинг?

Мартин провёл нас к другому столу, у которого стояла пара: мужчина и женщина оба лет тридцати с небольшим. Колдун собирался представить нас, но тут подвалил Валер с подносом, на котором стояли бокалы с красным вином. То ли Валера кто толкнул, то ли он сам потерял равновесие, но поднос опрокинулся, на нас с мужиком пролился душ из красного вина. Ну, всё, хана платью.

Валер начал собирать осколки, Мартин приказал Линцу проводить меня, сам утащил мужика куда-то.

Исполняя роль кавалера, Линц подал руку, сказал, что проводит. Да уж и сама не заблужусь, но плейбой был настойчив, что наводило на мысли о выданном свыше указании. Впрочем, я не стала спрашивать. Какая разница? Но присутствие Линца, как показало будущее, было не лишним.

Пока же всё складывалось удивительно удачно. Если не считать первого танца, вечер удался. Линц заметил, что я не слишком сильно расстроилась, спросил:

— Простите, мадам, в ваших комнатах забил целебный источник или у вас там собственный бал для избранных?

Я не стала жеманиться, ответила, что у меня в комнатах тишина и покой, и пахнет апельсинами, а не конюшней. Линц насторожился:

— Почему апельсинами?

— Так ведь Новый год скоро.

— Не вижу связи. Но вы несправедливы. В этом бальном зале пахнет вполне прилично.

— Пока — да, а что будет через пару часов?

Линц философски заметил:

— Заставить людей мыться чаще сложнее, чем кажется.

— Да ладно! Наша светлость такие лихие операции проворачивает, и с такой ерундой не может справиться? Скорее, не хочет.

— Может, у него нет времени? Или вы не думали об этом?

За разговорами мы прошли мимо хозяйственного коридора, ведущего в хозяйственные помещения и винные погреба, и тут нам навстречу вырулила Ядвига.

Коронованная гостья, основательно заправившись вином, рванула на бал, где обязательно должны были наливать. Увидев меня, Ядвига захихикала, как крыса Шушера, и громко сказала:

— Линц! Вы — дураки, каких свет не видывал. Ярлу рога ставите, а какая-то соплячка вами вертит, как хочет. Ваша бедная девочка уже давно вышла из детского возраста. Ей девятнадцать.

Старая швабра! Сдала с потрохами. Тут откуда-то из темноты выскочила Маевская, подхватила под руку пьяную в стельку подругу, повела куда-то, приговаривая, что там, куда они идут, «олл инклюзив», то есть наливают без остановки.

Когда дамы скрылись из виду, Линц повернулся, посмотрел на меня, требуя объяснений. А что такое? Ядвига брякнула? К ней все претензии, почему я должна отдуваться?

— Её величество сказала правду? Вы старше?

— Спьяну чего только не померещится.

Линц предостерёг:

— Будьте аккуратнее с такими заявлениями, — и снова спросил, сколько мне лет. Я не осталась в долгу:

— Скажу, если поведаете, какому ярлу наставляете рога?

Плейбой кашлянул, протянул многозначительно:

— Да, вы правы. Спьяну чего только не померещится.

***

Вышел из зала. Фух. Вот теперь я понимаю, почему Маргарита так хотела уйти с бала.

Я поднялся на второй этаж, нашёл неприметную дверь, ведущую на хоры. Плотные гардины прикрывали выход на балкон, где сидели музыканты. Не увидят, надеюсь. Я прошёл по узкому коридору, нырнул в дверь и оказался в галерее, идущей по периметру бального зала. Идя по галерее, смотрел в прозрачные зеркала, нашёл взглядом Ле Мора. Тот стоял у стола, вид озадаченный. Явно не ждал, что я больше не предложу.

Остановившись, облокотился на подоконник, смотрел вниз. Рядом бесшумно появился Валер, доложил, что фон Зейде сейчас будет. Хорошо.

Валер прошёл в большой фонарь, из которого открывался прекрасный вид на зал. Поставил на стол поднос с кофе. Удалился. Закрылась дверь. Тут же снова открылась. В галерее появился фон Зейде, сходу спросил:

— Наблюдаете? Что говорят?

Говорят?

— Не знаете, как послушать? — фон Зейде потянул вверх обитый бархатом подоконник зеркального окна. Широкая крышка скрывала пару десятков слуховых трубок, в данный момент заткнутых пробками. Какая красота!

— Дед Хельмута, утвердившись в Ройтте, приказал сделать, — пояснил фон Зейде, недовольно поцокал языком, — но вы неправильно расставили столы. Тут, — он показал на верхний ряд, — кроме звона посуды ничего не услышите. Но это лирика. Зачем ваш лакей испортил мне костюм?

Я возмещу.

— Каким образом?

Предложил присесть. Так говорить проще. Фон Зейде чиниться не стал. Прошёл в фонарь, сел в кресло. Молча ждал продолжения.

Разливая кофе по чашкам предложил фон Зейде стать управителем иноземных дел.

— Так вы вроде бы эту пресловутую дипломатическую академию Ле Мору обещали, — фон Зейде смотрел настороженно.

Не обещал, а предложил. Граф отказался. Он не красна девица, чтобы я за ним бегал и уламывал. К тому же, Ле Мор не может похвастаться такими обширными связями.

— Обширные связи, — фон Зейде грустно усмехнулся, — это несложно. Надо лишь уметь слушать и слышать, и быть готовым оказать услугу. Кстати, вы должны знать, что контракт Конрада заканчивается весной.

Ахты, чёрт!

— О, этот старый чёрт вам ещё кровь попортит! Вы правильно сделали, что убрали девчонку с глаз долой. Хотя, лучше было её вообще не выпускать в свет.

Знаю, но это невозможно. Да что ж за королевство такое проклятое! Фон Зейде сказал с лёгким укором:

— Сами виноваты. Не надо было так стремительно богатеть.

Интересная претензия. Но что с моим предложением?

— Вы думаете, я тоже буду отнекиваться и набивать себе цену? Я не старая кокетка, желающая продать себя подороже, чтобы больше ценили.

Так, да или нет?

— Да.

Прекрасно. Но пока не стоит афишировать этот факт. Фон Зейде посмотрел удивлённо:

— По вам не скажешь, что вы боитесь Ле Мора.

А я и не боюсь, и дело не в нём, а в Конраде. Фон Зейде схватил на лету:

— И что ему надо напеть?

Завтра скажу.

Я лёг спать в четыре. В полдевятого меня разбудил Мартин. Сказал, что Конрад просит принять его. О, чёрт! Как же ему не терпится! Вставая, сказал:

— Представь, ты приходишь такой и говоришь: Его светлость спит, будить не велено.

— Смешно.

Не заметно. Внимательно посмотрел на Мартина. В чём дело? Колдун вздохнул:

— Прости.

За что?

— Ядвига угробила комнаты. Придётся делать ремонт после её отъезда.

Отмахнулся:

— Забей.


Пошёл приводить себя в порядок. Позднее вышел в гостиную. Мартин сидел в кресле. Разглядывал узор на ковре. Когда я появился, оглядел, посоветовал:

— Шарф не завязывай. Пусть видит, что ты к этой встрече не готовился, и вообще тебе начхать.

Конрад тянуть не стал. Едва сев в кресло, заявил, что готов вести разговоры о поставках, но у него есть пара условий. Да ладно! Он ещё и условия мне будет ставить? Смешно. Еле сдержался, чтобы не сказать всё это вслух. Спросил, что за условия. Конрад начал загибать пальцы:

— Первое: я хочу вести переговоры только с теми, кто действительно решает, а не с простыми исполнителями. Второе: в свите моей тётки не хватает фрейлин. Я бы хотел взять на вакантную должность мадам Маргариту Кински.

Я правильно поступил, что выбрал фон Зейде?.. Кажется, да. Он был прав. Конрад настолько хотел заполучить малявку, что ломился, как поезд по шпалам. Как же всё-таки скучно иметь дело со старой гвардией — они думают, что самые умные, и Конрад не исключение. Решил, что я ему и девчонку отдам и дорогу построю, чтобы он женился на малявке и получил Ройтте бесплатно? Коротко ответил:

— Нет.

— Что — нет?

Всё. Он хочет что-то купить? Может обсудить со мной. Что касается мадам Маргариты, то тут вообще без вариантов.

— Вас что-то смущает? — Конрад глянул с усмешкой, — но ведь вам не впервой. Опыт имеется.

Он о чём?

— Об обмене девиц на материальные блага.

О, даже так? Ну, допустим, было. Но в том случае мне не надо было объясняться с Великим магистром. Конрад нервно постучал пальцами по столу, заметил, что орден стал слишком часто вмешиваться в мирские дела.

Я смотрел на него и думал, что всё это надо говорить не в моём кабинете, а на Ассамблее, но на это, вероятно, у Конрада не хватит духу. Фон Майер, не дождавшись ответа, спросил, когда мадам Маргарите исполнится восемнадцать.

— Через полтора года.

Фон Майер кивнул, и сразу откланялся. Вышел. Из приёмной донеслось приглушённое: «Закладывайте карету, мы уезжаем». Скатертью дорога.

Появился Мартин, сообщил, что Конрад уезжает. Я не расстроюсь. Мартин кивнул:

— Карл высказал претензию.

Что ещё?

— Сказал, что ты слишком расточителен.

Не понял?

— Он видел счета за наряды Маргариты и счёт за украшения. Сказал, что ни одна красавица столько не стоит, если она просто воспитанница.

Да что ж такое? Почему меня все пилят? Почему никто не скажет, что я — молодец, и такую гору дел свернул?

— Я могу сказать. Хочешь?

Нет, не хочу. Он соврёт, а я хочу от души. И вообще, кофе хочу. Мартин демонстративно сложил руки на груди:

— Напоминаю, ты живёшь в королевском дворце. Тут полно прислуги.

А просто приказать он не может? Мартин подошёл к двери, открыл, крикнул в проём:

— Кофе его светлости.

Послышался топот. Мартин усмехнулся. Прошёл к окну, встал, сложив руки на груди. От кого закрывается?

— От неприятностей.

В дверь вежливо постучали.

— А вот и кофе, — доложил Мартин, и не угадал.

В кабинет вошла Маргарита. Колдун усмехнулся:

— А, нет, десерт.

Малявка удивлённо посмотрела на колдуна, переспросила:

— Простите?

— Нет-нет, это я о своём, — отмахнулся Мартин.

Маргарита кивнула, сообщила мне, что идёт в парк. Нет. Не пойдёт. Девчонка округлила глаза:

— Что значит — нет?

Нет, значит — нет. Посидит дома.

Маргарита посмотрела жалобно. Нет, не пройдёт. Девчонка выбежала из комнаты. За дверью раздался вскрик, звон посуды. Мартин вздохнул:

— Ну, вот. Накрылся кофе медным тазом. — Он выглянул из кабинета. В приёмной Валер собирал разбитую посуду. Мартин кивнул: — Я же говорил, — и сказал Валеру, — попытайся ещё раз, но постарайся не встречаться с мадам.

Хороший совет. Вот как бы ещё сделать так, чтобы мадам не встретилась с Конрадом?

***

Бал прошёл и закончился. Утром всё вернулось в привычную колею, дворец зажил обычной жизнью. Мужики работали, я бездельничала. Разгоняя скуку, решила выяснить, женой какого ярла является бесфамильная Ингрид, но ничего узнать не удалось. Ни у одного ярла этого мира не было жены с таким именем. А с таким лицом? Попросила показать портреты ярлов и их жён. Пусто. Старая клюшка! это я о Ядвиге. Натрындела спьяну, грымза. Покрутившись у компьюетра, и не получив никаких полезных сведений, решила съездить в город. Пошла отпрашиваться, но викинг не отпустил! Глянул волком, сказал, что в ближайшее время дальше дворцовой ограды не выпустит. Ах, так? Ну, я вам устрою!

***

Через три дня после бала мне передали сообщение, что кое-кто хочет поговорить со мной. Спустился к озеру, где в старом гроте уже сидел фон Зейде, дуя на застывшие пальцы. Почему тут?

— Вы были правы, когда говорили, что стоит пока хранить наши отношения в тайне.

Что случилось?

— Вы себе новую зазнобу завели?

У меня и старой не было. А что случилось?

— Побывал некий вельможа в гостях. Встретил там деву прекрасную, да и умную, вроде как. И уж больно вельможе дева понравилась. Языкатая, говорят. Но хозяин дома жадным оказался, делиться не захотел. И сказал вельможа: «Хочу и точка».

О, чёрт!

— Чёрт, — согласился Сильвер, — и этот старый чёрт вам ещё кровь попортит. Вы придумали, как его остановить?

Я подумаю.

— Не доверяете? — спросил фон Зейде без тени обиды в голосе. — Правильно.

Вернулся во дворец. Поймал Валера, приказал позвать мадам. Валер вернулся, развёл руками. Что ещё? Не поленился, поднялся сам.

На стене рядом с дверью появилось объявление, что мадам принимает по четвергам после дождичка или после ракового свиста. Чёрт! Очень вовремя. Ладно, я тебя выковыряю.

Позвал Бастиана. Попросил кое о чём. Начальник стражи не понял. Но это неважно. Главное, чтобы сделал, как просили.

На следующий день во дворе наставили барьеров. Гвардейцы начали учиться брать препятствия. Ну?

***

Что-то я погорячилась, когда заперлась у себя. Один раз пришли, и как будто забыли о том, что я вообще существую! Или обрадовались, что я не кручусь под ногами, не мешаю решать судьбы мира? Обидно. Но худшее было впереди.

На второй день затворничества стало откровенно скучно. Как-то незаметно для себя я привыкла к местному обществу, но поняла это, только оставшись в одиночестве. Поняв, что проиграла и бойкот придётся отменять, я всё же решила отложить сдачу на день, но передумала. Окончательно завязать с затворничеством меня побудили уроки верховой езды, которые начала брать гвардия. Посмотрев, как солдатня берёт барьеры, я решила вмешаться. Нет, взрослых мужиков мне было не жалко, было жалко лошадей, которых могли довести до инвалидности.

Я вышла на крыльцо. Следила за безумством, царящим во дворце. Подошёл Мартин, спросил:

— Нравится?

— Нет.

— М-м-м, вы умеете лучше? Так покажите. Болтать все умеют.

Покажу, если он пообещает, что будет защищать от его светлости. Посмотрела на Мартина. Колдун кивнул. Ладно, тогда я пошла переодеваться.

***

Мы с Мартином стояли у окна моего кабинета. Смотрели, как Маргарита берёт барьеры. Мартин покачал головой:

— Нет, даже в Дижоне так не умеют. И кто она?

Могу только предположить, но полной уверенности у меня нет. Попросил позвать Линца.

Линц появился только через полчаса. Поправил очки, посмотрел с вызовом.

— Иди-ка ты...

— Сам иди, — огрызнулся Линц.

Не выдержал. Встал, отвесил подзатыльник и поинтересовался, где он перебивать научился. Линц снова поправил очки. Молчал. Вот и славно. Нужно сходить туда. Линц фыркнул:

— Так бы и сказал!

Не успел! Меня кое-кто перебил. Макс потупился. Я начал давать указания, думая о том, что надёжнее было бы написать инструкцию.

***

Много ли надо человеку для счастья? Час занятия любимым делом, и я и думать забыла о бойкотах и обидах. Всё это показалось такими пустяками! Вот бы каждый день так! Может, завести собственные конные курсы?

Вернувшись к себе я приняла душ, переоделась, села попить чайку, и тут мобильный затрезвонил как на пожар. Что ещё случилось в этом мире? Схватила смартфон, посмотрела на экран. Ну, правильно. За всеми этими событиями я и думать забыла о Бьёрне, а парень-то времени даром не терял.

Совершив круиз вокруг Африки, Бьёрн загрузился в Момбасе под завязку, пошёл на север и по пути налетел на пиратов.

Пиратская эскадра из трёх кораблей сразу пошла в атаку. Увидев, как головной фрегат идёт на абордаж, я дико испугалась. А тут ещё смартфон почему-то решил отключить звук, не знаю, что ему не понравилось. Я дико заорала:

— Звук! Где звук? — как будто наличие звуковой дорожки могло что-то изменить.

Смартфон послушался, и я чуть не оглохла от грохота и треска дерева — пиратский корабль навалился на головной барк. На пиратском фрегате радостно заорали. На барке ответили. Они так собираются перекрикиваться или всё же в рукопашную пойдут? И тут на сцену вышел Бьёрн. Сверкая свежим шрамом, тянущимся через левую щёку, викинг растолкал матросов, сгрудившихся у бортика, поманил кого-то рукой:

— Иди сюда, родной!

Нападавшие как-то вдруг сразу приуныли. Богато одетый дядька чуть постарше Бьёрна, скукожился, спрятал за спину саблю, но не помогло. Бьёрн перегнулся через борт, облапил нападавшего, положив руку на шею, прорычал:

— Где мои вёсла, скотина? Где бочки с мёдом? Я тебе говорил — не попадайся? Я тебе говорил?

Ха. Если я правильно понимаю, они давно знакомы. Ну и что дальше?

Пират просипел:

— Решим, брат?

— Какой я тебе на... — тут ветер заглушил слова, и я так и не узнала, что ещё сказал Бьёрн, услышала только финал: — Деньги на бочку.

Хм. Вообще-то, это должен говорить кое-кто другой. Но другой молчал, как рыба, а Бьёрн выдернул старого знакомого с фрегата, обнял за плечи так, что даже я услышала, как хрустят кости, и предложил:

— Пошли, порешаем, родственничек.

Усадив главного пирата на бочку, что стояла у мачты, Бьёрн начал прохаживаться туда-сюда по палубе и, загибая пальцы, подсчитывал стоимость очень ценных вёсел и бочек, и не менее ценного мёда. Судя по выставленному счёту, вёсла и бочки делали из красного дерева, а мёд варили из золота. А когда Бьёрн добавил проценты за долгое пользование бесценными вещами, запахло конфискацией корабля. На этой бравурной ноте я отключилась. Что я не знаю, чем может закончиться встреча деревенской голытьбы с бригадой ОМОНа? Только, если точный счёт встречи, но это я и так узнаю. А раньше, или позже?


Светало. Дитрих Гейнц встал с кровати, прошёл к окну и отдёрнул штору. Её величество королева Кастелро Ядвига прикрыла глаза от света, повернулась на другой бок:

— Не хочешь спать сам, дай поспать другим. Что ты вскочил ни свет, ни заря?

— Не идёт из головы наш общий друг.

Ядвига покосилась на Гейнца, сладко потянувшись, села в кровати:

— Наш общий друг, как ты изящно выразился, уже знает, сколько лет его красавице.

— Не вижу действий.

— Их и не будет, пока наш общий друг не проверит слова старой алкоголички.

Дитрих насторожился:

— Что?

— Разве ты не так обо мне думаешь?

— Я никогда не позволю себе забыться.

Ядвига встала. Подойдя к Дитриху, положила руку ему на голову, медленно провела по волосам:

— Ну, заканчивай. Ты никогда не позволишь себе забыться настолько, чтобы произнести эти слова вслух, — и королева посмотрела прямо в глаза Дитриху.

Маг смутился, опустив глаза, начал оправдываться, говоря, что никогда так не только не говорил, но даже и не думал. Только Ядвига не слушала покаянного бормотания мага.

Набросив халат, Ядвига прошла к столику, взяв бутылку, налила себе вина, сказала:

— Я подумала над твоими словами, — и сделала большой глоток вина.

Дитрих тихо спросил:

— Какими словами?

— Я должна выбрать преемника, — она посмотрела на мага, как удав на кролика, продолжила, — но я ещё не решила, из кого выбрать: из твоих родственников или из своих.

— Простите, ваше величество, но я не понял. О какой родственнице идёт речь?

— Разве Гизела не твоя родственница?

— Простите, ваше величество, вы сегодня всё утро говорите загадками.

— Да, я такая. — Ядвига рассмеялась, — загадочная. Но самая главная загадка ещё не загадана.

Королева дёрнула шнур колокольчика. Дитрих метнулся из стороны в сторону под насмешливым взглядом королевы, спрятался в гардеробной. В комнату вошёл лакей, принёс новую бутылку вина. Откланялся. Наступила тишина. Ядвига посмотрела в сторону гардеробной, громко спросила:

— Ты там умер? Или уже ушёл?

Тишина. Ядвига фыркнула:

— Ушёл? Ну, и скатертью дорога.

Налив ещё вина, королева подошла к окну, посмотрела вдаль и произнесла задумчиво:

— Значит, ты, дорогой мой, хочешь сделать королевой свою племянницу. Хм, посмотрим, что ты скажешь, когда я сделаю королём своего сына.

Ядвига тихонько поставила стакан на подоконник. На цыпочках подошла к двери, приоткрыла. Гейнц выбрался из гардеробной и, оглянувшись по сторонам, быстро пошёл по коридору. Её величество усмехнулась надменно. Закрыла дверь.


Фон Зейде в очередной раз вызвал на разговор. Что-то случилось? Едва я зашёл в грот, Сильвер вскинулся, коротко поздоровавшись, сказал тревожно:

— Ваша светлость, вам нужно срочно удалить Маргариту. Срочно. Вы, конечно, можете сожалеть, что такая красотка — шляпница, и можете жалеть маленькую девочку, но она испортит вам репутацию безвозвратно. — Он тревожно посмотрел мне в лицо, спросил, — почему вы смеётесь?

Потому. Как на это отреагировал Конрад? Он ещё хочет на ней жениться?

— Ну, ваша светлость! — фон Зейде развёл руками, — как вам это удалось?

Ну, я бы мог рассказать, как Маргарита и Линц встретились у загородного поместья мадам Тейт, но не буду. Фон Зейде не делится своими секретами, почему я должен делиться своими? Да это и неважно. Важен результат. Конрада я приостановил. Сейчас он будет думать, как использовать имя, имеющее право на престол, а я пока сделаю так, чтобы он не смог его использовать в принципе.

— Что вы хотите сделать, ваша светлость?

Он помнит Уложение о землях? Сильвер округлил глаза, уставился на меня. Что? В чём проблема? Если законы создаются, значит, этим кто-то может воспользоваться.

— С кем поговорить?

Начнём, пожалуй, с Текировы.

Получив новое задание, фон Зейде вышел из грота, начал пробираться по тропинке, натоптанной по льду озера. Я отправился к лестнице. Шёл, думал, что вроде всё хорошо, а на душе — кошки скребут. Почему? Так у меня пока только одна заноза — Бьёрн. Куда я его отправил? Он вообще вернётся? И тут, как специально, наткнулся на Маргариту. Брела по аллее с таким видом, как будто за гробом идёт. А у неё что за горести? Окликнул. Обернулась, посмотрела печально. Кто-то умер? Она покачала головой. Уже легче. Остальное — во дворце.

Пригласил в гостиную. Хорошая такая, уютная — между первым и вторым этажом. Тихо там, спокойно. Слуга принёс кофе, вышел. Так что случилось? Что за печаль?

— Почему печаль? Всё хорошо. Вас можно поздравить.

Это ещё с чем?

— Бьёрн пиратов обнёс. Корабль с них стряс за какие-то бесценные вёсла и мёд.

Что? Бьёрн встретил Рональда? Маргарита пожала плечами:

— Не знаю, кого он встретил, но тряс, как грушу, — она грустно посмотрела на меня, спросила, — главные парни на районе, да?

Не понял. Она о чём?

— О том. Кто за вами стоит? Коалиция пиратов? Орден воров? Великий магистр — старый пень? Альтинг Севера? Кто приедет и будет царём горы?

О, как! Да нет, ни один из четырёх. Но ей-то что за печаль? Кто бы ни приехал, её жизнь от этого не изменится. Маргарита посмотрела настороженно, недоверчиво протянула:

— Свежо предание, да верится с трудом.

— Орден отдал Маргариту Кински на воспитание капитану «Толстой Берты», и никому другому.

— И кто вы такой? Глава ордена воров? Или пиратов? Чего молчите?

— У пиратов своего ордена нет, а воры предлагали, но я отказался.

— Что так? — она всплеснула руками, — у вас бы получилось. Объясните мне, дуре малограмотной, почему от вас шарахаются? Меня какие-то гопники пытались грабануть. Линцу стоило на горизонте появиться, они рванули — кто куда. Почему?

И что мне ей ответить? Чтобы она поняла, придётся некоторые секреты рассказывать. Я не хочу. Задумался, как вывернуться, но Маргарита оказалась нетерпеливой, спросила:

— Что молчите? Говорить не хотите?

— У вас, как я понял, есть собственная версия? И что же вы придумали?

Она заявила, что за мной стоит кто-то очень-очень богатый. Или человек, или организация. Этот некто даёт деньги на восстановление Ройтте и создаёт прикрытие, потому меня боятся и работают бесплатно.

Хотел бы я, чтобы на меня бесплатно поработали. Но, увы. Все денег требуют.

— Из вас хороший телеграфист получится. Слова экономите, как старый скряга.

Смешно. Хорошо. Расскажу кое-что.

***

Сньёл, пивший кофе, как воду, приказал принести новую порцию, а когда я сказала, что могла бы и сама сделать, он строго спросил:

— А я вам колдовать разрешал?

Блин блинский.

Лакей принёс заказанный кофе. Удалился, плотно прикрыв дверь. Викинг устроился в кресле, закинув ногу на ногу, и выдал, что основал собственный орден — мошенников, где главным является один из виртуозов этого дела, а он — заместитель, обеспечивающий прикрытие и охрану. Вот сейчас они провернут афёру с Ройтте, захватят территории, и будут двигаться дальше, на север, тесня остальных.

Он это серьёзно?

Его светлость допил кофе, отставил чашку и, встав с кресла, подошёл ко мне. Что-то не нравится мне всё это. Сньёл положил ладони на подлокотники моего кресла, наклонился. Ярко-синие глаза, как январское море — ничего хорошего не предвещают. Ой, мама. В желудке квакнуло от страха, а викинг тихо-тихо спросил:

— Вы знаете, почему никто не говорит об этом? Потому, что тех, кто знал, уже давно закопали. Вы не предполагали, что придётся заплатить такую цену, когда спрашивали?

Сньёл медленно поднял правую руку, положил мне на горло, невозмутимо глядя в глаза... А говорят, что смерть — старая тётка с косой... Врут. 

Так чем же вам не угодил Путин, товарищи контокоммунисты?

Так чем же вам не угодил Путин, товарищи коммунисты?В последнее время опять активизировались наши "контокоммунисты" яростно критикующие Путина. За что? Да за что угодно, ну не нравится...

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО КОЛЛЕГАМ С ТВ. ХВАТИТ ГОНЯТЬ ЛЫСОГО

Тот булыжник, который Максим Галкин запустил на днях в отечественный «голубой экран», судя по реакции Соловьёва, Шейнина и пр., попал в цель. Не знаю истинной мотивации Галкина, но по ф...

Коррупция и римское право

Сегодня с утра вышла прекрасная новость: Конституционный суд не нашел противоречий с Основным законом в нормах, позволяющих изымать в пользу государства имущество, если оно приобретено на доходы, зако...

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Martini Сказка
    2 ноября 06:02

    Что могут короли?

    Глава пятая                              Не дай судьба друзей...                                                                  ...
    2444
    Martini Вокруг света
    1 ноября 17:33

    Пекин показал трамплин для big air

    На сайте новостного агентства Синьхуа появились фотографии одного из олимпийских объектов. И всё бы ничего, но есть одно "но". Это трамплин для дисциплины big air, на котором будут разыграны 4 медали зимней Олимпиады в Пекине, которая пройдёт в 2022 году. Этот трамплин, единственный олимпийский объект, который находится в даунтауне Пекина.Н...
    2584
    Martini Westoday
    1 ноября 14:56

    Тепло ли тебе, девица?

    В этом году США окончательно убедились в том, что глобальное потепление на пороге.                                                                                  &...
    2578
    Martini Цитата дня
    31 октября 17:39

    Американский сенатор сказал правду о продукции Боинг

    После катастрофы «Суперджета» довелось услышать немало рассказов о том, что наш отечественный самолёт — говно-машина. Причём происходило это всё в то время, когда Боинг-737 МАХ уже был снят с полётов. Но о Боинге вспоминали мало, в основном пинали отечественный самолёт и отечественных пилотов в бесконечных статьях.Всё это привело к тому, что даже в заруб...
    4296
    Martini Вокруг света
    24 октября 11:21

    Консервы для акулы

    Одна из туристических компаний организовала тур для дайверов, в ходе которого туристы смогли ощутить себя килькой, правда, в томате или в чём другом... это зависит от нервной системы Огромная белая акула, приплывшая к месту съёмки, не смогла вскрыть клетку с дайверами, хотя пыталась. Организатор тура компания Island Charters, Inс, объясни...
    4614
    Martini Westoday
    24 октября 06:55

    Уроки испанского

    Как нужно правильно разгонять оппозицию, чтобы она заткнулась и не вякала.                                                                                   &nb...
    3754
    Martini Westoday
    23 октября 11:12

    Новшество от Credit Suisse: Со следующего года банк будет не платить проценты вкладчикам, а отнимать

                                                                                                             ...
    4620
    Martini 23 октября 07:20

    Он улетел, но обещал вернуться

    США готовят «второе пришествие террористов» в Сирии?                                                                                          &nb...
    3905
    Martini Сказка
    20 октября 07:35

    Что могут короли? Глава четвёртая

    Глава четвёртая                                                                                                     ...
    4016
    Martini Westoday
    17 октября 05:38

    И снова о пенсиях

    В качестве иллюстрации низких пенсий в России и высоких — на Западе, приводится возможность британских и американских пенсионеров путешествовать по миру на старости лет. Мол, на Западе государство платит такие пенсии, что можно жить не тужить, но как на самом деле?Сегодня мне попались данные о том, что в Британии с апреля следующего года будет увеличена ...
    27577
    Martini Вокруг света
    15 октября 21:56

    Air Canada решила отказаться от привычного приветствия ради гендерного равенства

                                                                                                             ...
    4618
    Martini Westoday
    14 октября 07:36

    Центробанк Нидерландов заговорил о ценности золота во время кризиса

    Центробанк Нидерландов опубликовал статью, в которой говорится, что если нынешняя экономическая система рухнет, золотой запас может послужить основой для восстановления системы.                                                      &nbs...
    4702

    Письмо матери

    Поисковики, проводя раскопки в районе Долины Славы (Мурманская область), нашли гильзу, в которой хранилось письмо, адресованное матери солдата, погибшего в 1941 году в этих местах.                                                      &...
    4540
    Martini Westoday
    13 октября 19:15

    Американцы попали в котёл на севере Сирии

    Президент США Дональд Трамп объявил о выводе порядка 1 000 военных с севера Сирии. Как сообщает сайт news.com.au, в ходе атаки турецких войск на город Рас Аль-айн, что находится недалеко от границы Турции, террористы ИГИЛ (организация запрещена в России), покинули район, оставив американцев отбиваться самостоятельно. Представители МО США заявили, что сит...
    6858

    Back in USSR

    В последнее время на Конте появляется очень много статей на тему возрождения СССР. Что удивительно, люди жаждут возрождения Союза тоскуя по стабильности. Логика железная: в желании получить стабильность люди готовы ввергнуть страну в революционный пожар. Ладно, когда это пишут люди, которым за это деньги платят, тут всё понятно: кто платит, тот заказывает музыку, но о...
    4907
    Martini Westoday
    10 октября 18:32

    Новое изделие от компании «Ниссан» может припарковаться самостоятельно

    Вы подумали об авто/велосипеде/мотоцикле/самокате? Вы ошибаетесь.                                                                                      &nbs...
    4992
    Martini Westoday
    10 октября 04:49

    Боинг фсё? (обновлено)

    Чем ближе дата запланированного возвращения на линию снятых с полётов Боингов-737 МАХ, тем больше появляется новостей, наводящих на мысль, что триумфального возвращения не будет.По крайней мере, в этом году.          Все помнят, как авиакомпании мира стали отказываться от эксплуатации Боинг-737 МАХ, когда выяснилось, что в двух п...
    4771

    Откуда же вы, русские, взялись?

    Я часто натыкаюсь на Конте на войны историков-традиционалистов и альтернативщиков. Обе стороны смачно «мочат» друг друга аргументами на радость публике, но, я думаю, следующее с позволения сказать «исследование» доставит удовольствие обеим сторонам, да и всем россиянам, поскольку некий специалист по Библии с Ближнего Востока наглядно показал, откуда есть пошла Русская...
    4918
    Martini 10 октября 04:15

    Пошла рубаха рваться

    В следующем году начнётся строительство ветки газопровода из Турции в Сербию.                                                                                   ...
    4669
    Martini Сказка
    9 октября 17:59

    Сказка в аудиоформате

    Здравствуйте, уважаемые читатели!                                          У меня сегодня есть две новости: хорошая и плохая.                                      &n...
    4678
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика