• РЕГИСТРАЦИЯ

Три королевства для Золушки. Глава последняя

Martini
14 сентября 17:23 16 594

Глава десятая                   

Король и шут                                                                                                                                                                                                                                                               

— Ай-яй-яй, мадам! Почему я должен искать свою жену по всему дворцу?

Да что ж такое-то! Сколько можно подкрадываться! Так ведь и умереть недолго.

Повернулась. Ну, понятно, как он так бесшумно вошёл. Переоделся. Сменил привычные ботфорты на мягкие кожаные мокасины, как у индейцев. И костюмчик почти индейский. А ему идёт. Подлецу всё к лицу.

— Жена? На один день.

— Сути не меняет.

Он подошёл, по-хозяйски повернул, поцеловал. Скотина! Оторвался, глянул своими невозможно-синими глазами, в глубине которых горят звериные огоньки. Охотник. Траппер Фенимора Купера.

***

Выпроводив Мартина, заглянул в спальню. Вот зараза! Уже сбежала. Быстро бежала, раз вещами разбрасывалась. Подобрал забытый ремешок. Надеюсь, она только из моих комнат удрала, а не из дворца, но надо идти, ловить. А, стоп. Кое-что надо исправить. Мартин знает, но остальным знать не обязательно.

Откинул одеяло. Чёрт! Где камердинер хранит бельё? А! всё проще, навёл в кровати бардак, полил вином, бутылку бросил на пол. Красивый натюрморт. Так, и где она? Ещё во дворце, или уже надо погоню собирать?

Нет, не сбежала, но, кажется, уже намыливалась. Оделась подходяще. Все мысли из головы вылетели, когда увидел. Чёрт! Глаза б мои не смотрели. А Стефи глянула, как будто я её убивать пришёл. Конечно, не помнит, что вчера было. Но я же предупреждал, что ничего не вспомнит.

— Почему же — ничего? Я очень хорошо помню, что тебя не приглашала.

На правах мужа имею право.

— Хватит козырять правами, которых у тебя нет!

Почему это нет? Всё есть.

— Брак был однодневный.

Этого она помнит не может!

— А то я не слышала, что ты Мартину говорил!

Понятно. И поэтому она решила сбежать, куда глаза глядят?

Стефи посмотрела на меня взглядом обиженного ребёнка. Да нет, мадам, не пройдёт. Приказал переодеться в приличное платье и выходить в гостиную. Поговорить надо.

— О, как!

— Да, так! Ты понимаешь, что если кто-то узнает, что ты из другого мира, мне придётся искать тебя по чужим подземельям? А если эти казематы будут находиться в замке ордена?

Она вздохнула тяжело. Да, мы далеко не всегда можем делать то, что хочется.

Бум! Дзинь! Из гостиной донёсся звон стекла. Стефи подняла на меня испуганный взгляд, прошептала:

— Что это?

Не знаю. Но я сейчас выясню, кто вламывается к ней по утрам.

Вышел из спальни. Нильс стоял у зеркала, рассматривал порванные штаны. Увидев меня, насторожился. Я поздоровался. Эльф что-то прочирикал. Что такое? Я пришёл пожелать мадам доброго утра. Он, как я вижу, тоже. Эльф снова зачирикал.

Я прошёл к столу, сел. Приказал самовару сделать кофе. Сказал, обращаясь больше к эльфу:

— Подруга твоя снова бежать намылилась.

Нильс покрутил пальцем у виска. Согласен. Не самая умная мысль. Эльф забрался на стул. Посмотрел на своё отражение в самоваре. Самовар спросил у меня:

— Это кто?

Эльф так удивился, что шлёпнулся со стула. Я пожал плечами, ответил, что это эльф. Самовар поинтересовался:

— Почему такой толстый? Как он летает?

Самому интересно.

Из-под стола донеслось возмущённое чириканье. Эльф снова забрался на стул, что-то высказал самовару, тот ответил:

— Мы сами по себе летаем, а тебя такого толстого ни одни крылья не выдержат.

Нильс надулся, показал самовару язык.

***

Какая же я дура! Как я буду жить, когда этот день кончится?

Но пока день только начинался, а последние события заставляли подумать о том, что всё в этом мире не просто так происходит.

Переоделась в платье, вышла в гостиную. Сньёл повернул голову, повёл рукой, показывая на стул:

— Прошу, мадам.

Хам! Это мои комнаты.

— Это я не оспариваю. Садитесь, мадам, завтракать будем, — он подставил чашку под краник самовара, сказал: — Кстати, не только меня интересует, как летает ваш эльф.

— На варенично-плюшечной тяге.

Нильс захихикал радостно, скорчил рожу самовару, показал язык Сньёлу.


Мы завтракали. Странное какое-то чувство. Не могу понять. Сижу за столом не одна не первый раз, но всё равно сегодня всё как-то не так. Чтобы отвлечься, спросила:

— И что, мне теперь пожизненно во дворце сидеть?

Сньёл покачал головой:

— Нет, всю вряд ли, но сейчас — обязательно. Ты живёшь так, будто магии не существует, но за год жизни здесь можно было бы уже научиться. То, что тебе подарили чужое лицо, ещё ерунда по сравнению с тем, что у тебя могли забрать всё, включая твои знания. Не понимаешь? Тебя не будут пытать. Заберут всё, и в лучшем случае ты будешь жить чужой жизнью, считая её своей, а в худшем — станешь растением.

Самовар пыхнул паром:

— Вот-вот, и ещё добавь.

— Обязательно, — согласился Сньёл, макая в кофе сыр. — Ты на личном примере убедилась, что может магия. О некоторых вещах не то, что говорить, но даже думать не стоит.

— Ну, да. Кто же на Плюке правду думает, — фраза из старого фильма пришлась к месту, и Сньёли, не став уточнять, где находится Плюк, кивнул головой:

— Вот и правильно они там думают. Тебе бы стоило у них поучиться.

И этот человек упрекает меня в том, что я вру!

— Правильно. Потому, что ты, по твоим же словам, живёшь здесь уже год, но до сих пор не понимаешь, что можно говорить, кому и где.

Я не выдержала, пожаловалась самовару и эльфу:

— И этот человек упрекает меня в том, что я вру.

— И правильно делаю, — Сньёл отодвинул чашку, встал: — Проводи меня.

Поплелась следом, понимая, что сопротивляться бесполезно. Да и хотелось узнать, что ещё такого секретного он мне скажет.

Мы вышли в прихожую. Сньёл посмотрел сверху вниз строгим взглядом, таким же тёплым, как январское море, и спросил:

— Надеюсь, через час не придёт Мартин и не доложит, что ты сбежала?

— Надейся, — я вздохнула, без всякой надежды на ответ спросила, как его всё-таки зовут. Викинг пожал плечами:

— Не переживай, дорогая. К тебе я и сам приду, незваный.

— Не сомневаюсь. А всё же?

— Мадам, вам придётся смириться с тем, что пока других имён кроме Сньёла и Маргариты не будет.

— А что потом?

— Бумага, чернила, сургуч в королевстве пока не кончились. Написать новый контракт труда не составит.

— Снова на один день?

— В отличие от вас, сударыня, я о завтрашнем дне думаю, — он притянул меня к себе, поцеловал.

Какая же я дура!

— На обеде быть! — приказал Сньёл и ушёл, а я смотрела на закрывшуюся дверь и думала, что как-то я совсем неправильно свою жизнь устраиваю. Вот как нормальные люди делают? Кто-то выходит замуж по любви, кто-то — по великой любви, кто-то по расчёту, и только я — по великой дурости.

Вернулась в гостиную, села за стол, начала делать себе бутерброд с сыром. Нильс бросил косой взгляд, спросил:

— Что я пропустил?

— Я рассказала Сньёлу, что ты хотел узурпировать власть.

— Ха-ха, и что?

— Он подарил мне говорящий сервиз и дал тебя на поруки. Будешь себя плохо вести, посадит в подвал.

Нильс посмотрел на меня, на чашки, на самовар. Самовар пыхнул паром, загремел крышкой. Эльф осторожно протянул:

— Да ладно!

Шоколадно.

***

Вышел из комнат Стефи, спустился по лестнице. На площадке второго этажа стоял Карл, смотрел недобро. Похоже, мне сейчас скажут что-то не очень приятное. Я был прав. Шенк даже не поздоровался, сразу спросил:

— Вы были у неё?

Был. Но я не понимаю, почему такой ужас в голосе? Да, я нанёс мадам визит ранним утром. Я имею на это право, а если кто-то забыл, могу напомнить, кто она и кто я.

Троянски дёрнулся, как будто я его ударил или оскорбил. Сказал, не скрывая горечи:

— Кто она? Кто? Вы позорите... Вы позорите древнее имя...

Ну, какое имя? Имя Кински? Имя моего рода?

— У вас есть род?

— Не забывайтесь, Карл! — не сдержался, рявкнул уж слишком резко, но я не позволю переходить границы.

Шенк склонил голову виновато. Вот и всё. И мы разошлись в разные стороны. Я спустился в свой кабинет, думая, что шенк отправился на кухню, но я ошибся.


Известие о том, что Конрад фон Майер стал единственным претендентом на престол Кастелро, пришло рано утром, и с тех пор в замке фон Майеров суета не только не утихала, но, наоборот, нарастала с каждым часом.

Ещё до полудня в замке побывал один из самых богатых королевских ростовщиков, а после обеда в замок одна за другой потянулись подводы с вином, снедью, дорогой утварью, мебелью и коврами.

Дополнительную суету создавала старшая сестра Конрада Леонтина — сорокалетняя женщина, сухая как вобла. Она и раньше могла довести до белого каления любого своими придирками, а сейчас, когда дом бывших королевских придворных превратился в истинно королевский, угодить Леонтине стало ещё сложнее. Поставщиков заворачивали со двора за немытые руки кучера или недостаточно жёлтую солому, которой было выложено дно корзин с посудой. Приём доставленных товаров и продуктов грозил затянуться до глубокой ночи, но положение спас старый мажордом, давно живший в доме и знавший Леонтину как облупленную.

Многозначительно подмигнув одному из слуг, мажордом встал за спиной сестры хозяина, поддакивал, кивал, но всё время прислушивался, ожидая сигнала, и тот прозвучал.

Бам! Из дома донёсся дикий грохот: кто-то уронил что-то очень тяжёлое. Леонтина вздрогнула, рванула в дом, мажордом проводил даму долгим взглядом и сказал приказчику:

— Принимай! Быстро! Пока не вспомнила, — а сам рванул вслед за госпожой.

Приказчик перевёл дух и начал быстро считать и принимать доставленный товар. Поставщики оживились. Появилась надежда попасть домой к ужину.

Леонтина вбежала в вестибюль, где плотник с подмастерьями сколачивали козлы, крикнула:

— Что происходит?

— Герб уронили, ваша милость, — плотник согнулся в поклоне.

— Приколотить немедленно! — рявкнула Леонтина, тут же схватила за рукав слугу, тащившего на плече ковёр: — Куда?

— Их высочество приказали в тронный зал... — пролепетал слуга.

— Неси!

Слуга потащил ковёр в зал, Леонтина последовала за ним, окончательно забыв и о поставщиках, ждущих на крыльце и о гербе.

Леонтина фон Майер была не очень умной, не очень красивой, но очень старательной. К жизни относилась просто: надо, значит, надо. Леонтина вышла замуж потому, что так было надо. Вернулась из дома мужа домой, когда закончился контракт, потому что так делали все. Оставшись к сорока годам без детей, без мужа и на попечении брата, считала это нормальным — не повезло. Каждый день Леонтина проводила в заботах о доме: она командовала, распоряжалась, наказывала, а в свободное от забот время ездила в город за покупками, и в гости к одной своей старой знакомой ещё времён замужества, где можно было от души посплетничать под бутылку-другую вина. Да, Леонтина любила выпить, но опасаясь разговоров, делала это скрытно. Именно Леонтина сообщила брату о том, что некая Маргарита Кински — шляпница. Об этом даме поведали по большому секрету в одном из модных салонов Елхова, куда Леонтина ездила не столько за новыми нарядами — она не была модницей, — сколько за дармовой выпивкой, но в этом сестра Конрада никогда бы не призналась.

В пиршественном зале со стрельчатыми витражными окнами обычно тёмном и мрачном, было неожиданно светло — сотни свечей были вставлены в огромную люстру и слуги уже готовились поднимать её к потолку. Леонтина отменила указание, начала осматривать свечи, люстру. За спиной женщины появился мажордом, поддакивал, кивал, соглашался.

Бух! Упали криво поставленные доски. Леонтина рванула на шум, как гончий пёс. Мажордом махнул рукой, приказал поднимать люстру. Один из слуг воровато оглянулся, прошептал:

— А госпожа?..

— Делай! — так же шёпотом крикнул мажордом, но он мог и не таиться, поскольку распорядительница нашла новый повод для придирок и забыла и о люстре, и о свечах.

Взбежав на помост, Леонтина начала отчитывать плотников за упавшие доски, но вскоре у неё появился новый объект для нотаций.

В зал вошли слуги, внесли кресло с прямой высокой спинкой, поставили на помост. Леонтина всплеснула руками:

— Где вы нашли это убожество? Нам нужен трон! Где трон?

Из галереи, что тянулась по периметру всего зала, донеслись смешки, кто-то тихо сказал:

— Трон во дворце.

Леонтина так была занята, что не услышала, как над ней насмехаются, приказала слугам:

— Принести трон!

Из галереи донёсся звон бубенцов, и ехидное предложение:

— Принесите дворец!

На этот раз Леонтина услышала, подняла голову и погрозила кулаком в полумрак галереи:

— Заткнись, ехидна.

Звякнули бубенцы:

— Кляп! Принесите кляп! А где он? Во дворце! — глумились в галерее.

Леонтина сделала вид, что не слышит, спросила у слуг:

— Где цветы? Срочно нарезать букеты!

— В сад! Все — в сад! — прокомментировали в галерее.

Бам! Из вестибюля донёсся дикий грохот. Леонтина обернулась, крикнула:

— В чём дело?

— Плотник упал, ваша милость, — крикнули в ответ.

— Приколотить! — приказали из галереи, под аккомпанемент женского смеха.

Леонтина вскинула голову, крикнула:

— Я сейчас тебя приколочу.

— С радостью мадам, но только рядом с гербом, — ответили из полумрака. Леонтина насторожилась:

— Это ещё зачем?

— Чтобы не забыть, что от великого до смешного один шаг.

На это у Леонтины ответа не нашлось, и она предпочла сделать вид, что не услышала, благо занятие нашлось. В зал вошли слуги, начали раскатывать красную дорожку. Раскатывали, по мнению Леонтины, криво, и та начала командовать, указывая, как надо.

Пыл сестры несколько охладил Конрад, появившийся в зале в тот самый момент, когда Леонтина отчитывала девушек, принесших несвежие цветы. Увидев брата, распорядительница бросила все дела, подойдя, гордо спросила, обводя зал рукой:

— Нравится?

— Надо добавить мехов и ковров. Я — король.

— Да, братец. Ты — король!

— Коней доставили?

— Да, — Леонтина кивнула, добавила, — барышник запросил тройную цену.

Но Конрада столь высокая цена не испугала, он лишь отмахнулся:

— Я — король. Я не могу приехать во дворец, как захудалый помещик на старых одрах. Ты обдумала, каков будет въезд?

— Да. Я заказала каретнику ландо красного дерева. Завтра будет готово.

Конрад кивнул, а Леонтина продолжила:

— Завтра от скорняка доставят дивные заморские меха.

Конрад снова кивнул, и сестра, воодушевившись, начала рассказывать:

— Я всё продумала. Мы ослепим столицу невиданным блеском и роскошью. Королевство будет в восторге.

С галереи снова донеслось ехидное:

— За всё королевство не скажу, а ростовщики будут на седьмом небе от счастья.

Кто-то тихо засмеялся, звякнули бубенцы. Конрад помрачнел, а Леонтина, бросив на галерею косой взгляд, отвела брата в сторону, понизив голос, спросила:

— Что с ней?

Фон Майеру вопрос не понравился. Он недовольно скривился, но всё же сказал:

— Получит замок и довольно с неё.

— С ума ты братец сошёл?

— Я не могу дать меньше! — прошипел Конрад, — меня поднимут на смех. Первым будет этот бастард с Севера. Ты бы видела счета за наряды его красотки.

— Я не понимаю.

— Он — управляющий. Я — король. Я не могу дать меньше. Меня не поймут.

— А ещё тебя не поймут, если этот... — Леонтина повертела руками в воздухе, — кривляка будет зудеть над ухом.

Конрад покосился на галерею, почесал подбородок и сказал:

— Ты права, но ничего, я сейчас всё решу.

— И с ней? — воскликнула Леонтина.

— И с ней — кивнул Конрад, поднял голову, громко позвал: — Мадам!

Качнулись тени. Из полумрака галереи появилась молодая девушка лет двадцати — со вчерашнего дня уже бывшая жена Конрада фон Майера — Айша Эль-Баккар. Девушка положила руки с длинными тонкими пальцами на балюстраду, смотрела насторожено.

— Мадам, прошу в кабинет.

Айша кивнула, пошла по галерее. В темноте зазвенели бубенцы, Конрад громко сказал:

— Эй, ты!

На том месте, где только что стояла девушка, появился придворный шут фон Майера, быстро снял шутовской колпак, склонил голову. Конрад приказал:

— В кабинет.

— Я? — шут дурашливо ткнул себя пальцем в грудь.

— Да! И ты!


Едва устроился в кресле, появился Мартин. Принёс кофе. Поставил передо мной. Что-то это он вдруг решил меня кофе побаловать? Соскучился? Мартин отрицательно покачал головой. Присел на краешек стола, сказал:

— Хочу услышать, что происходит? Что с Карлом? Что с мадам?

Так, это я обсуждать не буду.

— Придётся.

Так, да? Ладно. Спросил:

— Ты мне веришь?

Мартин кивнул:

— Да.

— Я когда-нибудь тебя разочаровывал?

— Нет.

Всё. На этом закончим. Впрочем, я мог этого и не говорить. Раздался стук в дверь, и разговор всё равно пришлось бы свернуть, только я не ожидал, что снова придётся говорить с Троянски. А тот, войдя в кабинет, поклонился и доложил:

— Я уезжаю.

И надолго?

— Навсегда.

Мы с Мартином переглянулись, дружно уставились на шенка. Троянски заявил, не скрывая своего неудовольствия мною, что отправляется в Кастелро.

Что ж, выбор понятен. Фон Майеры настоящие аристократы, не мне чета. Пожелал счастливого пути. Шенк понял всё правильно, не стал устраивать сцен с обвинениями и разборками, сразу откланялся.

Закрылась дверь. Мартин тут же спросил, почему я так легко отпустил Карла. А что я должен был делать? Хватать за руки и просить остаться? Свято место пусто не бывает. Найдётся новый.

— А если вслед за ним уйдёт фон Зейде?

О, вот он-то как раз и не уйдёт. Мартин не очень поверил, но я-то знаю, что фон Зейде понимает, как серьёзные дела делаются.


Конрад появился в своём кабинете вслед за бывшей женой и шутом. Прошёл и сел за стол, огородившись от жены, которой, если говорить честно, побаивался. Да, как бы это смешно ни звучало, но юная красавица вводила в ужас мужика на четвёртом десятке.

Айшу выдали замуж за Конрада против её воли, и в первую же брачную ночь красавица чуть не прирезала собственного мужа, тот вылетел из спальни девицы в чём был, и в коридоре нарвался на тестя. Отец невесты оглядел зятя, презрительно бросил что-то вроде — не мужик и, безнадежно махнув рукой, ушёл. Конрад бы с удовольствием выкинул из дома и молодую жену, и её родителя, но увы, были некие обстоятельства, которые мешали поступить подобным образом.

Супружеский долг Конрад так и не выполнил, но супругу из дома не гнал, лишь покорно ждал окончания контракта, благо, и ждать нужно было недолго — пять лет. И вот этот день настал, Конрад долго к этому готовился и намеревался отыграться за всё.

Фон Майер достал из ящика стола бумагу с вензелями, открыл чернильницу, обратился к бывшей жене:

— Мадам, наш контракт закончился, но я, как бывший муж, не могу оставить вас без помощи и поддержки.

Айша обречённо вздохнула, заставив Конрада усмехнуться:

— Не плачьте, мадам. Вам останется этот замок, но и не радуйтесь сильно. Я знаю, что найдётся немало желающих предложить вам руку и сердце, и вы, оставшись без присмотра, можете совершить опрометчивый поступок. Потому я решил устроить вашу судьбу самостоятельно. Вы выйдете замуж за Кристофа, — и он показал пальцем на шута.

Айша и шут переглянулись, и шут спросил, обращаясь к Конраду:

— Дядя, ты дурак?

— Не хочешь? Выйди и позови конюха.

Шут побледнел, тихо сказал, обращаясь к Айше:

— Простите, мадам, — и уже Конраду, — мы подпишем контракт.

— Я не сомневался в вашем уме и благоразумии, — фон Майер начал быстро писать, брызгая чернилами в разные стороны.

Дописав контракт, фон Майер поставил печать, подвинул контракт по столу. Шут подошёл, начал читать, поползли вверх брови. Конрад, казалось, только этого и ждал:

— Ты как думал? Я не позволю тебе пустить мою жену по рукам.

— Да, — согласился шут, беря перо и подписывая контракт, — такое себе может позволить только король.

Конрад злобно прищурился, но промолчал. Дождавшись, пока бывшая жена подпишет контракт, свернул пергамент, убрал в кожаный тубус. Шут протянул, было, руку, но фон Майер покачал головой:

— Контракт побудет у меня. Это, чтобы вы не передумали. Поздравляю с законным браком. Жених может поцеловать невесту. — Он встал, пошёл к дверям. На пороге обернулся, хлопнул себя рукой по лбу: — Ах, простите, Муж может поцеловать жену, — и вышел, смеясь.

Закрылась дверь. Шут прислушался, выглянул в коридор и снова закрыл дверь. Подойдя к Айше, он встал на одно колено, покаянно произнёс:

— Простите, мадам.

— Хватит! Хватит извиняться, — нервно сказала та, прошла по комнате. Встав у окна, смотрела во двор, тряслись в рыданиях плечи: — Мы — игрушки! Игрушки. Поиграл и выбросил.

— Мадам, они уедут.

— И что? — Айша развернулась, посмотрела на шута, — уедут и всё кончится? Ничего не кончится! — она презрительно скривила губы: — Он отдаёт нам замок. Как щедро! Завтра я прикажу снести этот сарай и построю на этой земле более приличное здание.

Шут удивлённо приподнял брови.

— Мадам, не стоит горячиться.

— Земля моя! Что хочу, то и делаю, — выпалила Айша, заставив шута замереть от удивления. Помолчав немного, он всё же уточнил:

— Какая часть Беловара принадлежит вам?

— Вся. Весь Беловар принадлежит мне, — и Айша посмотрела на шута с усмешкой, — не знали? Конрад проиграл земли в карты моему отцу.

— Документ есть? — встрепенулся шут.

— А как же!


Фух! Камень с души. Вернулся Бьёрн. Прикатил после обеда. Вышел из кареты и поднимался на крыльцо, как император.

Ввалившись в мой кабинет, с порога высказал претензию:

— Зачем ты мне врал, что это опасное дело? Детская прогулка! — а потом подбоченился, давая возможность оценить его внешний вид и высказать восхищение.

Да, хорош, хорош. Судя по роскошному головному убору из орлиных перьев, какого-то вождя раздел. Орлы — не мухи, перьев на всех не хватает. Да и шкуру льва на рынке не купишь. А что с лицом? Порезался, когда брился?

Почесав свежий шрам, идущий через всю левую щёку, Бьёрн прищурился, хотел, как всегда, наврать с три короба, но передумал:

— Случайно. Я же не знал, что там в кустики надо с оружием ходить. Вышел ночью. Звёзды, луна. Красотища. И тут сзади кто-то как хапнул! Ну, я отбиваться, а он рычит, воняет. Фу, — Бьёрн поморщился брезгливо, — я с полуоборота — тресь, а он — брык и лапки кверху. Видать, я ему в какое-то важное место попал.

Ну, он даёт! Я знал, что у него кулаки, как кувалды, но не до такой же степени.

— Просто я не люблю, когда мне в лицо какой-то тухлятиной дышат, — попытался оправдаться Бьёрн, — да и не видел я, что он — лев. Думал, какой местный берега попутал. А тут эти как набежали, как начали орать!.. — он помолчал немного, признался, — короче, я там теперь — победитель львов.

Надеюсь, что его за такой подвиг невестой не наградили?

— Хотели, но как-то не готов я оказался на местной обезьянке жениться.

Бьёрн!

— А что? Ни словом не наврал. Если бы у них тётки были, как у тебя воспитанница, я бы подумал. А так!.. И я отгавкался, что у меня это... перерыв на обед! Вот.

Обет!

— Без разницы. Они ни того, ни другого не знают. Жрут раз в день — ночью, как этот лев, — Бьёрн вздохнул, погладил шкуру, висящую через плечо, — бедолага.

Какая, оказывается, тонкая натура у старого знакомого. Но я ему задание дам по профилю.

— Опять туда? Нет, больше не пойду. Скучно.

Да ладно! Решил подначить, спросил:

— Кто будет Рональду морду бить, если полезет?

— А! — Бьёрн отмахнулся презрительно, — больше не полезет. Он же знает, что я приду, и плату стребую. Кстати, я с него уже стребовал за те вёсла. Помнишь?.. Вот! Теперь, как твой флот мимо идёт, он сидит тихо-тихо, и не отсвечивает.

Ну, раз так!.. А у меня тут как раз серьёзные дела намечаются.

— Кого завоёвывать будем? — оживился старый друг, хлопающий львов, как мух.

Да уж не сомневаюсь, что он и не на такое способен, но мне только войны не хватало. Как раз и сами воевать не будем, и другим не дадим нас в это дело втянуть.

— Будешь коннетаблем.

Бьёрн оживился:

— Кого коннетаблить?

Всех. Отправил переодеваться. Бьёрн начал упираться, но я не стал слушать. Коннетаблю не по чину. Я ему отдельный кабинет выделю, там трофеи и повесит.

— И стол для заседаний?

— И секретаршу вот с такими ногами, — я показал рукой метра на полтора от пола.

Такой расклад Бьёрна удовлетворил, и он перестал упираться.

Позднее, когда мы появились в столовой, и я представил Бастиану его нового начальника, Бьёрн неожиданно застеснялся. Пробурчал:

— Ну, чё ты? — быстро перевёл тему, сказал, оглянувшись, — что-то народу не густо.

О! кстати. Где Валер?

Валер появился рядом. Так, Карл нас покинул, шенком будет он.

— Я? — Валер посмотрел во все глаза.

Нет, я! Переодеваться, бегом!

***

Чудны дела твои... Холера! Тут бога нет. Впрочем, и без него хватает чудителей. Один викинг чего стоит!

Шенк подал в отставку и уехал, так не успела пыль осесть, а Сньёли уже своего на тёплое место пристроил. Теперь Валер у нас шенк, и это радует, он ко мне лучше относится, чем Карл. А интересно, почему Троянски покинул свой пост? Он же так гордился своим положением. Впрочем, скоро мне стало не до Карла, поскольку викинг продолжил отжигать.

На ужине, после первой перемены блюд, когда слуги, поставив на стол огромную тарелищу с жареным мясом, вышли и закрыли двери, викинг выступил по полной программе. Покрутив в руках вилку и нож, Сньёли начал передвигать по тарелке мясо, окликнул своего дружка:

— Бьёрн!

— Что? — бухнул новоявленный коннетабль.

Сньёли показал вилкой на тарелку:

— Смотри, это дворец, — он раздвинул куски мяса на три равных части, — это южное крыло. Здесь будут жить только свои. Закрыть все входы и выходы. Поставить охрану.

Бьёрн кивнул, а Мартин, заглянув в тарелку викинга, спросил:

— Где гостей принимать будем?

— Рядом с библиотекой, — коротко бросил Сньёли, — там вполне достаточно места, — и он ткнул ножом в сторону Валера: — Ты. Подготовишь комнаты на третьем этаже. Я перееду туда.

Валер кивнул, а Мартин удивился:

— Ты серьёзно?

На что Сньёли кивнул головой:

— Да, я серьёзно. — Он оглядел всех и выдал: — Я переезжаю на третий этаж, а не в комнаты мадам. Ещё вопросы есть? Вам что не нравится? — Он грозно на меня посмотрел: — Не надо закатывать глаза, мадам. Если вы не забыли, ответственность за вас несу я. А вас вечно тянет на подвиги. Скоро меня начнут проверять на прочность. Вы будете тем слабым звеном, по которому будут бить постоянно.

Все, сидевшие за столом, ощутимо расслабились. Хорошая отмазка. Пять баллов, товарищ флибустьер. Но вечером, ввалившись ко мне, Сньёли отмахнулся от моей ехидной оценки, сказав:

— Не наврал ни единым словом. Я вас предупреждал, мадам. Повторяю ещё раз, если вы не поняли. Чтобы ударить меня побольнее, они будут бить по вам. Хотите? Я — нет.


Когда управляющий Ройтте говорил, что фон Майеры отжали Беловар, он ошибался.

Род фон Майеров был очень древним, и члены семьи по праву гордились своими корнями, но именно это обстоятельство и сыграло с фон Майерами злую шутку. Зазнавшиеся вельможи не желали общаться с людьми рангом ниже себя, не искали в людях друзей и уж тем более — покровителей, и так получилось, что к моменту раздела империи фон Майеры остались без друзей и союзников. Вряд ли бы семья Конрада получила даже самый завалящий надел, если бы не некий Уидис Эль-Баккар — аферист, каких в Магрибе хоть пруд пруди.

Эль-Баккар служил при дворе картографом и, нанося на карту волю вдовствующей королевы, воспользовался неточными формулировками, выделил Беловар в свободные земли и с этой картой пришёл к фон Майеру — отцу Конрада.

Фон Майер-старший всё понял правильно, ушлого картографа наградил, и после раздела империи взял к себе на должность управляющего. Эль-Баккар переехал в Беловар и начал потихоньку захватывать власть в доме фон Майеров.

Уидис был неглуп, в отличие от своих хозяев прекрасно знал, что с людьми надо дружить, потому быстро обзавёлся сторонниками, наушниками и даже женой — небогатой горожанкой, которая родила Уидису дочь. Эль-Баккар дочку обожал, назвал Айшей в честь своей матери и, как все родители, желая дочери добра, решил устроить её жизнь.

Старый фон Майер умер. Хозяином Беловара стал Конрад — спесивый, не очень умный молодой человек. С подачи Эль-Баккара Конрад женился на богатой старухе и получил в приданое ещё один кусок земли и деньги. Деньги Конрад быстро промотал, но земли остались. К тридцати годам фон Майер овдовел и начал поглядывать по сторонам, выбирая себе жену, но тут в дело вмешался случай.

Всё началось с обычной пьянки, потом на столе появились карты, а к утру у Конрада во владении остался лишь замок, а всё остальное, включая землю, на которой и стояло владение, перешло к Эль-Баккару.

Протрезвев, Конрад осознал, что натворил и снова запил. Мотался из кабака в кабак, как будто специально выбирая заведения поразгульнее, где было больше шансов нарваться на неприятности, и в конце концов допрыгался — его ограбили и бросили умирать под забором. Дело было зимой, и Конрад действительно мог умереть, но его всё же нашли слуги, отправленные Уидисом на поиски загулявшего хозяина.

Ночёвка в сугробе не пошла на пользу Конраду — он заболел, а ведун, вызванный Эль-Баккаром, заявил, что фон Майер — не жилец, и тут Уидис просчитался, наверное, впервые в жизни.

Решив к землям добавить ещё замок и знатную фамилию, Эль-Баккар заставил свою дочь выйти замуж за умирающего хозяина. Контракт был составлен на пять лет, как раз до достижения девушкой двадцати одного года. Впрочем, Эль-Баккар был уверен, что жених до этого времени не доживёт, ему бы неделю протянуть. Увы, прогнозы не сбылись.

Конрад болел долго, пару раз находился на грани, но всё же выжил. Уидис понял, как ошибся, но было поздно — оспорить свадебный контракт уже было нельзя, срок подачи апелляции вышел. Эль-Баккар был вне себя, но винить-то было некого! Потому, когда дочь дала своему мужу от ворот поворот, и Конрад потребовал Уидиса вразумить дочь, Эль-Баккар предложил несостоявшемуся мужу самому доказывать, кто в доме хозяин.

Фон Майер ещё раз попытался воздействовать на бывшего слугу, но Эль-Баккар даже слушать не стал, лишь презрительно заметил, что терпит зятя в собственном доме только за старые заслуги и только до окончания свадебного контракта, но до этого счастливого дня Уидис не дожил. Тестя фон Майера зарезал какой-то проходимец, польстившийся на несколько серебряных монет — всё, что было в карманах у Эль-Баккара в тот злополучный день.

Убийцу Эль-Баккара не нашли, но особо и не искали, наоборот, Конрад вздохнул с облегчением, только особой радости от смерти тестя не испытал, ведь своих расписок и документов на права владения он так и не нашёл. Потому, говоря сестре, что не может дать за бывшей женой меньше, он врал. Отдав жене Беловар, он лишь подтвердил давний факт, и всё. Правда, Конрад был уверен, что в недалёком будущем сможет вернуть себе Беловар и не только Беловар. Пока же он готовился к приёму официальной делегации из Кастелро, которая должна была прибыть в замок уже к ужину.


Из-за присутствия в моих комнатах непосвящённого, я попала к компьютеру только на следующий день, тогда же и узнала, куда делся шенк. Стремительно промчавшись по королевству и горам, Троянски утром прибыл в Беловар, где тут же получил должность посла по особым поручениям. Правда, Карл надеялся на должность главы МИДа, но место было уже занято.

Заодно я глянула на бывшую жену фон Майера. Знойная красавица была явно южных кровей — черноволосая и черноглазая, со смуглой кожей, на которой ярко выделялись ярко-красные губы. Эх, красота писаная. Кстати, бывшая жена Конрада была дамой активной: не успела развестись, а уже вышла замуж, но меня больше удивило не это, а за кого она вышла — за придворного шута Конрада, а я и не знала, что тут такое есть! Начала наводить справки.

Как выяснилось, в стародавние времена у всех королей были шуты, правда, первоначально они были не шутами в полном смысле этого слова, а эдакими критиками суверенов, которым шутовской колпак служил защитой от произвола хозяина. В шуты абы кого не брали. Претендент был обязан знать законы, историю, географию и так далее. Порой шуты были образованнее своих хозяев, и могли в пух и прах разнести неудачную идею суверена. Со временем должность шута выродилась в обычное развлекалово. Шутам позволялось шутить, но лишь над теми, кто стоял ниже суверена, критиковать же самого суверена уже никто не осмеливался.

Конрад фон Майер, всегда выступавший за следование старому укладу, шута всё же заводить не собирался, но попался на удочку собственных утверждений. Один из собутыльников Конрада поинтересовался, почему же тот не завёл себе шута, но не нынешнего гаера и зубоскала, а нормального, как в стародавние времена. Конрад отгавкался, было, что нет нормальных образованных людей, а так бы он взял, ну и попался — ему предложили прекрасную кандидатуру, не оставив никакой возможности для отказа.

Так в доме фон Майеров появился некий Кристоф Верне — очень образованный человек из Райна — богатого королевства, находившегося в нижнем течении реки Рейн, в южной части Германии нашего мира. Верне закончил тамошний университет, то есть, потратил десять лет жизни на изучение экономики, права, истории и этикета. И, несмотря на то, что Кристоф носил на голове шутовской колпак, знал он поболе Конрада и, это уже моё мнение, был умнее фон Майера и уж точно привлекательнее.

Нет, Кристоф не был писаным красавцем, обычный представитель арийской расы — светловолосый, сероглазый, среднего роста, но чем-то он цеплял. Не удовольствовавшись портретом, я попросила показать мужика в натуре, и сразу поняла, в чём дело. Верне был чертовски обаятельным, таким же мимимишным, как плюшевый мишка, а как он улыбался! Вот тут я поняла бывшую жену Конрада. Любовалась я на нового мужа мадам фон Майер недолго — у меня под самым носом начался очередной экшн.

Выбравшись в свои комнаты и прислушавшись к шуму, доносившемуся через толстые стены и двери, подумала, что началась война, но на самом деле оказалось, что дворец ходил ходуном по другой причине: прислуга, руководимая новым шенком, выполняла указания викинга.

На первом этаже орудовали каменщики, создавали новые стены, перекрывая входы в южное крыло из других частей дворца, исключая единственную лестницу, выходившую в вестибюль.

На втором этаже тоже что-то грохало, но что там делали, я не поняла, зато наткнулась на вереницу слуг, которые тащили на третий этаж вещи управляющего. М-да. Теперь ходить в башню будет очень сложно, но если бы я только знала, насколько!


Кристоф Верне действительно был очень умным и образованным молодым человеком. Он очень хорошо знал Уложение о браке, созданное Вацлавом-Завоевателем, и прекрасно понимал, почему Конрад так хотел выдать жену за шута, а не за дворянина.

Фон Майер мог говорить всё, что угодно, но Кристоф не питал иллюзий. Потому предполагал дальнейший ход событий, а узнав, что Беловар давным-давно сменил владельца, уже не сомневался, что, став королём, фон Майер разорвёт контракт. Далее — шут на улицу, жена — в другие руки, Беловар — в корону. Надо было опередить Конрада, и сделать владение частью другого королевства.

Выслушав предложение Кристофа, Айша спросила:

— Сменить власть Конрада на власть Роберта Кински? Нет уж, увольте.

— Роберт не единственный король на свете, — и Кристоф улыбнулся, — найдутся и другие.

Айша ахнула:

— Вы думаете?..

— Да. И если вы согласны, я займусь этим.

— Да! И немедленно!


Выходя в парк на ночь глядя, я думал о том, что, наверное, в прошлой жизни я был слишком ленив, раз в этой жизни совершенно не хватает времени на сон и отдых. Но и не пойти нельзя. Фон Зейде вызвал на срочный разговор, я же всё равно не смогу уснуть, гадая, что случилось.

Сильвер ждал в одной из парковых беседок. Это радует, не придётся тратить бесценное время на хождение по парку.

Зашёл в беседку. Фон Зейде сидел на перилах, нервно постукивал по дереву пальцами. Ох, что-то серьёзное случилось. Ну, и что? Фон Зейде сказал, что со мной хотят поговорить некие люди.

И о чём они хотят поговорить?

— Есть дельце. Земельное.

М-м-м. Беловар? Фон Зейде ахнул:

— Как вы догадались?

Не скажу. Сильвер кивнул:

— Понятно. Если хотите моё мнение — не советую. Конрад вернётся за своим сразу, как только станет королём.

Как только станет... Да-да. Фон Зейде, кажется, действительно испугался, предостерёг, что всё может плохо кончиться.

Ну, да. А сейчас я ерундой занимаюсь. Это Сильвер ещё не знает, что у меня во дворце живёт фея. За одно это я могу так огрести, что тёрки с Конрадом покажутся ничего не стоящей чепухой. А Беловар мне не помешает. Так что я встречусь с Кристофом, но нужно обставить эту встречу так, чтобы не вызвать подозрений.

Фон Зейде кивнул:

— Сделаю, — вздрогнул, показал на окна южного крыла, в которых мелькали огоньки: — Что это?

Не знаю. Сейчас разберусь. Пошёл во дворец. Сильвер вышел следом, вместо слов прощания лишь сказал:

— Ох, и погорим мы!

Надеюсь, что всё-таки нет.

Вошёл в вестибюль, ничего не понял. Сколько меня не было? минут пятнадцать, а во дворце дурдом: слуги бегают туда-сюда, стража гремит железом. Что происходит? Сверху доложили:

— Коннетабль устроил учебную тревогу.

Поднял голову. Мартин стоял на втором этаже, облокотившись на перила, смотрел изучающе. Ясно. Где этот чёртов коннетабль? Но вместо Бьёрна дождался другого.

Сначала послышался недовольный крик с третьего этажа:

— Да хватит орать! — в поле зрения появилась Стефи. Встала у балюстрады выставляя себя на всеобщее обозрение. А, чёрт! Надо провести беседу, пояснить, в чём можно выходить из комнат, а в чём — нет. Стефи увидела меня, погрозила кулаком: — Чёртовы совы и полуночники! Поубиваю всех!

Приказал:

— Мадам! Вернитесь к себе.

— А ты вообще молчи!

Стефи ушла. Где-то громко хлопнула дверь. Мартин достал из вазы цветок, бросил мне. Машинально поймал, а колдун ещё и сказал ехидно:

— Поздравляю. Тебя приревновали.

Да уж. В последнее время моя жизнь стала намного интереснее и разнообразнее.

— Сильно не радуйся, это только начало.

Ни минуты не сомневаюсь, что в случае с мадам меня ещё ждут открытия.


Пьер Ле Мор сидел в гостиной собственного замка, читал книгу, когда на пороге появился слуга и, склонившись в поклоне, доложил, что пришёл гость.

— Кто?

Слуга повертел рукой в воздухе, показывая, что гость — не первого разбора. Ле Мор кивнул, сказал, что примет в кабинете и, отложив книгу, встал. По дороге в кабинет узнав, кто именно пришёл, граф пожалел о своём решении — этого оборванца дальше прихожей пускать нельзя, но уже поздно.

Устроившись в кресле, Ле Мор приказал позвать гостя. Вскоре на пороге возник Рихтер. Оглядев комнату и остановив на хозяине тяжёлый взгляд, спросил с лёгкой усмешкой:

— Такая высокая честь — аванс на будущее?

— Какая честь?

— В кабинете принимаете, а не на конюшне. Но я в долгу никогда не ходил, и не собираюсь. Сразу отработаю.

— Так не тяни, выкладывай, с чем пришёл.

— Маргарита Кински отбывала срок на каторге.

— Не может быть! — воскликнул Ле Мор, с трудом сдержался, чтобы не вскочить с кресла. Рихтер пожал плечами:

— Может. Но это не все хорошие новости. На днях наш общий друг женился на этой красотке. Правда, контракт краткосрочный, можно сказать, мимолётный, но настоящий. Так что, граф, я аванс отработал?

— Откуда ты знаешь о контракте?

— Есть связи при дворе нашего друга. Так что, там с авансом?

Ле Мор кивнул, полез в стол. Достав тощий бархатный мешочек, положил на край стола. Рихтер сходу оценил размер платы, уточнил:

— Серебро? — мазнул взглядом по лицу графа, сказал, — я не побираюсь и с голода не пухну, чтобы за милостыню работать.

Коротко поклонившись, и даже не прикоснувшись к деньгам, Рихтер вышел из кабинета. Ле Мор, презрительно ухмыльнувшись, потянулся за мешочком, но дверь снова открылась. Рихтер, вернувшись, взял деньги и, наклонившись к Ле Мору, предупредил:

— Скупой платит дважды. За тобой должок.

— Пшёл вон.

— Тогда ищи другой источник новостей. Удачи на дорогах, — и глумливо заржав, Рихтер вышел из кабинета.

— Скотина, — прошипел Ле Мор.

— От такого же слышу, — донеслось из-за закрывающейся двери.


Я не думал, что ещё когда-нибудь увижу Карла, по крайней мере, не рассчитывал, что встречусь с ним в Ройтте, но это произошло. Дней через десять после отъезда, Троянски снова появился во дворце, но на этот раз, уже как посланник его высочества Конрада фон Майера.

Карета с посланником въехала во двор, остановилась у крыльца. Карл вышел из экипажа с таким видом, что если бы я не знал, кто приехал, подумал бы, что прибыл новый король. Троянски вышел встречать Бастиан. Я не слышал, что сказал начальник стражи, но по тому, как он широко развёл руки, как улыбался, было понятно, что Бастиан готов потратить на встречу бывшего шенка весь свой сарказм. И я его понимаю. Я бы, наверное, тоже не удержался.

Бастиан широко раскрыл руки, произнёс, спускаясь с крыльца навстречу бывшему шенку:

— Карл, дорогой! Как я рад вас видеть!

— А я — нет.

— Догадываюсь, — фыркнул Бастиан, не питавший большой любви к Троянски. Что ясно показал следующим язвительным вопросом: — А парик зачем? Чтобы голову не напекло?

Троянски пропустил шпильку мимо ушей, сказал надменным тоном:

— Я хотел бы переговорить с его светлостью.

— Прошу, — Бастиан широко повёл рукой, приглашая гостя во дворец.

Троянски пошёл к дверям. Согрейв отправился следом, скорчил рожу в спину бывшему шенку, насмешил слугу, стоявшего у двери, и тому пришлось сильно напрячься, чтобы не засмеяться.

Карл шёл по коридору в сопровождении Бастиана. Косился по сторонам, удивляясь тем переменам, что произошли во дворце всего за две недели. Услышав звон оружия, Троянски остановился, показал рукой на одну из дверей:

— Что там?

— Там теперь фехтовальный зал, — пояснил Бастиан, чем ещё больше удивил Карла:

— А вместо библиотеки что? Трактир?

По коридору прошёл слуга с подносом. Гвардеец открыл дверь, пропуская слугу. В открытую дверь было видно, что в зале занимались Маргарита и Мартин. Карл презрительно скривился:

— Ну, конечно.

Бастиан поторопил:

— Прошу, ваше сиятельство.

Карл вздрогнул, хотел осадить начальника охраны, но тут же вспомнил, что он тут сейчас — лишь гость. Бастиан прекрасно понимал, о чём думал Карл, и получал невообразимое удовольствие, видя смятение бывшего шенка. А сколько ещё открытий ждёт Карла!

Согрейв провёл Троянски по коридору, открыл дверь небольшого зала:

— Вам сюда, ваше сиятельство.

Бывший шенк удивился, показал рукой на двери, ведущие в коридор, откуда можно было попасть прямиком в кабинет управляющего. Согрейв отрицательно покачал головой:

— Туда пускают только своих.

— Но я?..

— Ах, Карл! Ну, какой вы нам теперь свой?

Шенк поджал губы, зашёл в небольшую приёмную.

Появился Бастиан, доложил, что шенк ждёт.

— Я его до кондиции довёл, — широко улыбаясь, сказал Согрейв и попросил: — Добей его, светлость, пусть знает.

Придётся. Нет, я не собираюсь сводить счёты с Карлом, но показать фон Майеру его место — обязательно.

Вышел в малый приёмный зал. Встал, сложил руки. Ну? Карл поклонился, поздоровался и достав из-за пазухи конверт, протянул со словами:

— Его высочество Конрад из рода фон Майеров приглашает управляющего Ройтте на восшествие его высочества в Кастелро.

Я не стал брать конверт, лишь сказал:

— Передайте его высочеству. Мы благодарны за внимание и честь, нам оказанную, но времени, увы, нет. Мы приносим свои извинения, — откланялся и вышел, оставив Троянски стоять с протянутой рукой.

Бастиан показал большой палец, тут же выскользнул в другую дверь, пошёл выпроваживать Троянски.

***

Хи-хи-хи! Как Троянски-то выставили! Я даже пожалела, что занята была. Такой спектакль пропустила! Во время вечернего чая только и разговоров было. Но если Бастиан был доволен и всё вспоминал, какое было лицо у Карла, то Мартин наоборот был слегка обеспокоен и поинтересовался у Сньёли, не погорячился ли тот, ведь Троянски может и отомстить. На это Бьёрн пообещал, что сам отомстит, не хуже, но управляющий закрыл дискуссию, сказав:

— Мне тут один умник рассказывал о субординации и подчинении.

Бастиан округлил глаза, спросил:

— Я тут при чём?

И Сньёли объяснил:

— Мне надоело слушать о том, каким должен быть король. Мне надоело слушать о том, что я должен или не должен делать. Я тут главный? — и он посмотрел на остальных. Все дружно кивнули, и Сньёли заключил: — Я решаю, что и как будет.

О, это он вовремя. Я, как в школе, подняла руку. Сньёли посмотрел волчьим взглядом:

— Что?

Сказала, что хочу прогуляться.

Викинг посмотрел с прищуром, встал:

— На пару слов, мадам.

И тут появился лакей и сообщил, что прибыл его милость Эжен Моэр. Мартин удивился:

— Надо же! Вспомнил о нас?

Сньёли отмахнулся, сказал мне, показывая рукой на лестницу, ведущую в парк:

— Прошу, мадам.

Холера! А я-то надеялась, что удастся отвертеться от разговора.


Моэр прошёл на террасу, поздоровавшись, сел за стол. Пил кофе, следил за тем, как Сньёл и Маргарита о чём-то говорили, стоя на аллее, ведущей в парк. Разговор явно вёлся на повышенных тонах, но до террасы не долетало ни слова.

Бастиан поинтересовался, что делается в Кастелро:

— Мне докладывают, фон Майеры развернулись. У ростовщиков праздник. Фон Майеры берут в долг, не считая.

— Не рановато ли тратить взялись? — фыркнул Бьёрн.

Моэр покосился на коннетабля, кивнул:

— У вас на Севере люди уж очень прижимистые.

— Дело не в этом, — возразил Бьёрн, — он ещё не король, а долгов уже накопил поистине королевских.

— Эх, надо было коней туда отправить, — вздохнул Бастиан, — можно было бы неплохо заработать.

Моэр кивнул:

— Да. Конрад не поскупился. Въезд будет роскошный, — и он посмотрел в парк. Маргарита уходила по аллее, а управляющий шёл к террасе.

— Въезд? А он, разве, ещё не въехал? — удивился Мартин.

— Нет.

— Не знаю, насколько королевским будет въезд, но если там всем заправляет Карл, долги будут поистине королевские. Карл любит всё устроить на широкую ногу, — выдал Согрейв, спросил Сньёла, подошедшего к столу: — Когда мы будем так жить?

— Когда-нибудь, — ответил тот, кивнул Моэру: — Здоров, где пропадал? — и сел в кресло.

— Дела, — коротко объяснил Эжен. — Детство кончилось, началась взрослая жизнь. Ты, вон, тоже весь в делах.

— Да. Как раньше уже не получается.

— В Кастелро поедешь? — спросил Моэр и когда Сньёл отрицательно покачал головой, заметил: — Фон Майер тебе это никогда не забудет.

— Кто такой фон Майер и почему я должен делать то, что он хочет? — нервно спросил управляющий, встал, уронив стул, пошёл во дворец. В дверях оглянулся и посмотрел в парк, но аллея была пуста.


Что ж за жизнь такая пошла? Ничего нельзя! В парк нельзя. Так одеваться — нельзя. Тут не стой, туда — не ходи. Это просто невыносимо! И ещё и ругается. Вот как запрусь в башне на пару недель, вот посмотрим, что он тогда скажет!

Между прочим, нас приглашали в Кастелро на восшествие Конрада. Да-да, не знаю, какой грамотей писал, предполагаю, что Карл Троянски — любителей высокопарностей, но восходят на престол, а не во дворец. Ну, это ладно, всё равно мы не поехали, и говорить не о чем.

Вчера рано утром посмотрела трансляцию. Полюбовалась на свою заклятую подружку Гизелу, разодетую в пух и прах, увешанную драгоценностями.

Из спальни выполз Сньёли, посмотрел на Гизелу. Глаза загорелись от увиденной красоты. Холера! Больше ничего ему показывать не буду!

Узурпатор попил кофе, пошёл работать, на выходе потребовав носить только приличную одежду. Командир чёртов. Ладно! Так и быть, я давно хотела в гардеробной порядок навести.

После завтрака занялась делами. Вытаскивала вещи с полок, часть откладывала, часть отбрасывала — это отдам кому-нибудь. На полу спальни начала собираться куча ненужного тряпья. Большая такая.

В разгар работы из спальни донеслось:

— А это чевой-то?

Тавой-то! Ревизия.

— Чиво? — Нильс заглянул в гардеробную, оглядел пустые полки, спросил: — Ты уезжаешь?

— Нет. Перебираю вещи. Что-то выброшу, что-то отдам горничным.

— Всё отдай горничным, а мне отдай сундук с плюшками.

Это где он у меня сундук с плюшками увидел?

— Нету? — искренне огорчился эльф, — как это так? А вдруг, мне лететь, а я голодный?

Отмахнулась. Я тут делом занимаюсь, а он лезет с глупостями.

— Плюшки — это не глупости. Это очень серьёзно.

Не сомневаюсь. Сделала ему варенье, плюшки. Пусть тоже делом займётся.

***

Сегодня порадовал Мартина. Рубиновое ожерелье работы Юзека видели на Гизеле. Мартин пообещал попытаться узнать.

Лучше бы он узнал, а не попытался. Мартин пожал плечами. Да понятно всё, но нам это важно. Очень.

Порадовав Мартина, снова поднялся на третий этаж. Надо было кое-что сказать Стефи. Зашёл в комнаты, не понял, что там творится. На полу — гора одежды. Эльф сидит на каминной полке, лопает плюшки. Подставил мне ладонь. Поздоровались, спросил, что происходит. Из гардеробной донеслось недовольное:

— Ещё один! — Стефи выглянула в спальню, заявила: — Не ваше мужское дело! — снова скрылась в гардеробной.

Вот чёрт! Хочу знать, что происходит. Эльф что-то просвиристел. Вместо того чтобы плюшки жрать, лучше бы читать учился. Эльф снова что-то прочирикал. Спросил громко, чтобы Стефи слышала:

— Что он сказал?

— Он умеет, — донеслось из гардеробной.

Посмотрел на эльфа. Тот важно кивнул головой, начал облизывать пальцы. Ну, не сволочь ли? Раньше не мог сказать? Эльф что-то прочирикал, из гардеробной перевели:

— Он говорил.

Стефи появилась в спальне. Встала у двери, ведущей в гардеробную, осмотрела и довольно заявила:

— Вот, так лучше.

Я не понял. Она там уборку делала? А нельзя было это прислуге поручить?

— Нет, нельзя! — Стефи сделала шаг в сторону, запнулась о гору вещей, сваленную на полу. Посмотрела на меня: — И вообще, вали отсюда, сейчас та самая прислуга придёт.

Уйду, но прежде хотел бы кое о чём поговорить.

Стефи глянула с прищуром:

— О чём? Я бежать не собираюсь. Наносить визиты Конраду не планирую. Я вообще не планирую с ним встречаться, особенно, по его инициативе. У меня своих дел, — она провела рукой над головой, — выше крыши. Даже обещаю дальше озера не уходить без предварительной записи. Всё?

Всё. Если она сдержит слово, то, когда всё кончится — любой каприз исполню.

Стефи глянула настороженно:

— Н-дя? Ладно, прощён.

Вот спасибо! А то как бы я жил с таким грузом на сердце.

— Будешь ёрничать, возьму свои слова обратно. И на дверь пудовый замок повешу.

Сегодня — пожалуйста. Сегодня меня не будет. Кажется, такой ответ мадам не понравился?

***

Викинг опять куда-то свалил. Чтобы не расстраиваться, решила провести время с пользой — отправилась в башню, к большому компьютеру, у меня и повод был серьёзный. Нильс увязался за мной, но играть не стал. Всё спрашивал, что мне понадобилось. То и понадобилось.

Сташек был прав. Чужая личность на меня давила. Я всё время что-то упускала, не додумывала, забывала. Я даже не попыталась узнать, чьё лицо мне пришпандорили, но эта красотка сидит где-то, чего-то ждёт, а я даже не задумалась — кто она такая? Нильс слегка оторопел:

— Ну, и как ты собираешься это узнать?

Да проще пареной репы! У меня морда есть! Сейчас сделаю фотографию, и запущу поиск по фото. Делов-то!

Я всё сделала, как сама сказала. Справку получила незамедлительно. Сначала глазам своим не поверила, а потом просто схватилась за голову. Нильс подошёл, тронул за руку:

— Ты чего?

— Это капец! Я своё лицо не получу назад никогда.

— Почему? — Нильс дёрнул за рукав, требуя ответ.

Потому. Фея отдала мне лицо и личность королевы Трёх королевств. Это вилы! Я — мать Роберта. Нильс фыркнул:

— И что? Приди и поставь его в угол.


Конец второй части

Если драка неизбежна - бей первым

Многие, особенно оппозиционно настроенные товарисчи, до сих пор недоумевают:Зачем Россия ввела свои ВКС в Сирию? Чем могли угрожать России исламистские радикалы, воюющие против Башара А...

Побег американцев из Сирии

Картина меняется стремительно, хотя по большей части и предсказуемо Американцы панически бежали из Сирии, бросив лагерь в Манбидже вместе со всеми пожитками – начиная с палаток и боеприпа...

Сирийский эндшпиль России

В американских соцсетях огненно "бомбит" от видео с базы под Манбиджем, куда вошла сирийская армия при поддержке российской военной полиции. Пишут не только, что Трамп агент Кремля, но ...

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Martini Westoday
    Сегодня 05:38

    И снова о пенсиях

    В качестве иллюстрации низких пенсий в России и высоких — на Западе, приводится возможность британских и американских пенсионеров путешествовать по миру на старости лет. Мол, на Западе государство платит такие пенсии, что можно жить не тужить, но как на самом деле?Сегодня мне попались данные о том, что в Британии с апреля следующего года будет увеличена ...
    2054
    Martini Вокруг света
    15 октября 21:56

    Air Canada решила отказаться от привычного приветствия ради гендерного равенства

                                                                                                             ...
    200
    Martini Westoday
    14 октября 07:36

    Центробанк Нидерландов заговорил о ценности золота во время кризиса

    Центробанк Нидерландов опубликовал статью, в которой говорится, что если нынешняя экономическая система рухнет, золотой запас может послужить основой для восстановления системы.                                                      &nbs...
    253

    Письмо матери

    Поисковики, проводя раскопки в районе Долины Славы (Мурманская область), нашли гильзу, в которой хранилось письмо, адресованное матери солдата, погибшего в 1941 году в этих местах.                                                      &...
    232
    Martini Westoday
    13 октября 19:15

    Американцы попали в котёл на севере Сирии

    Президент США Дональд Трамп объявил о выводе порядка 1 000 военных с севера Сирии. Как сообщает сайт news.com.au, в ходе атаки турецких войск на город Рас Аль-айн, что находится недалеко от границы Турции, террористы ИГИЛ (организация запрещена в России), покинули район, оставив американцев отбиваться самостоятельно. Представители МО США заявили, что сит...
    2354

    Back in USSR

    В последнее время на Конте появляется очень много статей на тему возрождения СССР. Что удивительно, люди жаждут возрождения Союза тоскуя по стабильности. Логика железная: в желании получить стабильность люди готовы ввергнуть страну в революционный пожар. Ладно, когда это пишут люди, которым за это деньги платят, тут всё понятно: кто платит, тот заказывает музыку, но о...
    404
    Martini Westoday
    10 октября 18:32

    Новое изделие от компании «Ниссан» может припарковаться самостоятельно

    Вы подумали об авто/велосипеде/мотоцикле/самокате? Вы ошибаетесь.                                                                                      &nbs...
    262
    Martini Westoday
    10 октября 04:49

    Боинг фсё? (обновлено)

    Чем ближе дата запланированного возвращения на линию снятых с полётов Боингов-737 МАХ, тем больше появляется новостей, наводящих на мысль, что триумфального возвращения не будет.По крайней мере, в этом году.          Все помнят, как авиакомпании мира стали отказываться от эксплуатации Боинг-737 МАХ, когда выяснилось, что в двух п...
    453

    Откуда же вы, русские, взялись?

    Я часто натыкаюсь на Конте на войны историков-традиционалистов и альтернативщиков. Обе стороны смачно «мочат» друг друга аргументами на радость публике, но, я думаю, следующее с позволения сказать «исследование» доставит удовольствие обеим сторонам, да и всем россиянам, поскольку некий специалист по Библии с Ближнего Востока наглядно показал, откуда есть пошла Русская...
    463
    Martini 10 октября 04:15

    Пошла рубаха рваться

    В следующем году начнётся строительство ветки газопровода из Турции в Сербию.                                                                                   ...
    314
    Martini Сказка
    9 октября 17:59

    Сказка в аудиоформате

    Здравствуйте, уважаемые читатели!                                          У меня сегодня есть две новости: хорошая и плохая.                                      &n...
    249
    Martini Westoday
    9 октября 08:40

    Уровень работы американской верфи: прямой обман государства

    Намного проще заплатить адмиралу, чтобы тот закрыл глаза на проблемы с кораблём, чем решить эти проблемы.                                                                           ...
    1366
    Martini Westoday
    9 октября 04:23

    Подводные лодки в пустынях Ирана

    Довелось мне тут прочитать интересную статью на сайте Оilprice.com под названием: «Россия мёртвой хваткой вцепится в Персидский залив» за авторством Саймона Уоткинса — бывшего биржевого трейдера, главы отделов форекс в разных банках, и, среди прочего, редактора в Research for Renaissance Capital в Москве. Уоткинс со ссылкой на высокопоставленные источник...
    376
    Martini Westoday
    6 октября 15:58

    FAA заявило, что современные пилоты летать разучились

    Управление гражданской авиации США (FAA) обратилась в Международную организацию гражданской авиации (ICAO) с требованием решить проблему потери лётных навыков пилотами.                                                         ...
    253
    Martini Сказка
    6 октября 05:38

    Что могут короли? Глава третья

    Вот и началось то, чего я боялась. У меня совершенно не хватило времени на переработку, и эта публикация будет, что называется - "с колёс", потому в будущем вполне вероятны любые изменения в сюжете.                                                &nbs...
    287
    Martini Вокруг света
    5 октября 21:26

    Новый канал "Вокруг света"

    Уважаемые читатели!В связи с появлением нового формата написания статей, я решила закрыть данный журнал и все статьи о туризме и путешествиях создавать исключительно на новом канале «Вокруг света». Адрес нового каналаhttps://cont.ws/channel/138Новый формат даёт меньше возможностей в плане публикации, но он мобильнее и там проще выкладывать большие и тяжё...
    279

    Наши девочки на Джапан Опен порвали всех!

    Александра Трусова и Алина Загитова победили на Джапан Опен, оставив Кихире лишь третье место.                                                                              &nb...
    369
    Martini Westoday
    5 октября 13:31

    Штаты отчитались за 2018-й финансовый год

    Отдельные штаты Америки наконец-то опубликовали финансовые отчёты за 2018 год, и Тruth in Аccounting подвёл общий итог. Результаты удручающие: 40 штатов не смогли свести концы с концами, а положительный баланс лишь у 10 штатов. Общий долг отдельных штатов составляет 1.5 триллиона долларов. Тruth in Аccounting в своём ежегодном отчёте пишет, что губернато...
    337
    Martini Цитата дня
    3 октября 10:11

    Куда вас сударь к чёрту занесло?

    Цитата дня от Михаила Боярского.                                                                                    Известный артист припарковался...
    361
    Martini Westoday
    1 октября 20:02

    Понеслась! ФРС начал выдавать банкам срочные однодневные займы

    С 17 сентября Федеральный резервный банк Нью-Йорка начал выдавать экстренные краткосрочные займы банкам, чьи имена не называются.                                                                    &nb...
    2161
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика