• РЕГИСТРАЦИЯ
Михаил Зарезин
11 октября 08:11 530 0 14.05

Людендорф. Лето 1918 года


Людендорф в своих воспоминаниях достаточно много пишет о назревании революционной ситуации в Германии и союзных ей государствах. Как человек благонамеренный, преданный монархии и заведённому порядку вещей, он, естественно, главную причину переворота в умах видит во вражеской пропаганде вообще и в пропаганде большевизма в особенности.


http://publ.lib.ru/ARCHIVES/L/...

Людендорф, Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. / Эрих Людендорф; [Пер. с нем. Свечина А.А.]. — М.: Вече, 2014. — 704 с., ил. — (Военные мемуары).

НАСТУПЛЕНИЕ НА ЗАПАДЕ В 1918 году

VI

574

Неудача на р. Пиаве [неудачное наступление на Итальянском фронте в июне 1918 года] вскоре вызвала самые угрожающие толки в Австро-Венгрии, особенно в венгерском рейхстаге. В приблизительно подобном же положении после сражения Эн — Шампань в 1917 г.1 и теперь, при гораздо более тяжелых условиях, Франция сумела сохранить достойное и величественное поведение. Из Будапешта же доносились безнадежные крики, которые должны были еще больше понизить настроение. И ни один человек не поставил венгерскому рейхстагу вопрос, какое право он имеет на такую критику. Разве рейхстаг сделал все возможное, чтобы добиться победы? Только в утвердительном случае он мог бы критиковать, но и тогда публичное выступление являлось бы ошибкой.

Впечатление от неудач австро-венгерской армии в Италии еще усугублялось ходом событий в двуединой монархии.


575

Суждения о болгарской армии теперь звучали несколько благоприятнее. После прибытия первых транспортов с обмундированием и с продовольствием настроение в Болгарии улучшилось, но генерал фон Шольц не заблуждался о серьезности положения; он жаловался на то, что армия все больше втягивается в дрязги политических партий, на армию смотрели как на орудие, чтобы свалить Радославова. Он охотно получил бы в свое распоряжение большее количество германских войск, но так как последние были необходимы на Западном фронте, то в Македонии надо было обходиться без них. В случае неприятельского наступления в Македонии верховное командование и штаб фронта рассчитывали, что местами придется отступать. Образованные тем временем болгарские резервы в известной степени обеспечивали от крупного прорыва.


579

Теперь умножились сведения, приходившие из армии, о неблагоприятном влиянии настроения родины на фронт; а с тылу сообщали о плохом настроении войск. Армия тоже жаловалась на неприятельскую пропаганду. Она должна была оказывать влияние на армию, так как родина сделала ее восприимчивой к подобному воздействию. Так, например, 4-я армия донесла о следующем случае: неприятельская пропаганда орудовала брошюрой князя Лихновского, в которой автор совершенно непонятным мне образом сваливал вину за начало мировой войны на герман-


580

ское правительство, когда его величество и имперский канцлер всегда утверждали, что за войну ответственна одна Антанта. Неприятель сопоставил соответствующие цитаты из брошюры и выражения императора для уличения последнего во лжи. Чтобы усилить впечатление, рядом же приводилась статья одной из газет независимой социал-демократической партии, которая во вред народным интересам публично высказывала те же мысли, что и князь Лихновский. Неудивительно, что солдаты в окопах совершенно сбивались с толку, если князь Лихновский гулял на свободе и безнаказанно печатал подобные речи. Я уже возбуждал ходатайство перед имперским канцлером доктором Михаэлисом о принятии мер против князя Лихновского. Военные власти привлекли к ответственности капитана фон Беерфельда за издание этой брошюры. Но так как автор оставался не привлеченным к ответственности, то невозможно было присудить и капитана фон Беерфельда. Теперь я вторично обратился к имперскому канцлеру и пояснил ему, что, имея в виду войска, которые должны и впредь сражаться и умирать за наше правое дело, с военной точки зрения является необходимым принять меры против князя Лихновского. То же я доложил его величеству. Последствий никаких не было.

Карл Макс Лихновский

Князь Лихновский разделяет с большевиками и многими другими печальные лавры подрыва дисциплины в армии. В эти самые дни Клемансо заявил: «Мы одержим победу, если государственная власть окажется на высоте». Во Франции она была на высоте, но какова она была у нас! Я подчеркнул инцидент, вызванный неприятельской пропагандой, которая в этом случае оказалась действенной лишь потому, что у нас в стране государственная власть не понимала железной необходимости, обусловленной этой войной.

Армия буквально наводнялась неприятельской агитационной литературой, исключительно серьезная опасность, которая была ясно осознана. Верховное командование назначило премию за сдачу этой литературы, но мы не могли помешать тому, чтобы она предварительно отравляла сердца наших солдат. К сожалению, для борьбы с неприятельской пропагандой одного патриотического просвещения было недостаточно, и серьезная борьба с ней возможна была только при помощи правительства.

Конечно, тот факт, что оба предыдущие большие наступления не дали окончательного решения, действовал подавляюще. Но


581

солдаты все-таки видели, что мы одержали успехи. Разочарования были неминуемы, избежать их вовсе в мировой войне являлось невозможным. Но причина падения нашей духовной боеспособности заключается не в этом обстоятельстве, а лежала много глубже.

У нас разочарование сказалось вдвое тяжелее, так как при нашем состоянии духа мы не могли его преодолеть. Впрочем, вера в благоприятный исход войны еще имелась.

Значительное ухудшение настроения войск вызвало пополнение, образованное из солдат, возвратившихся из русского плена.

Частью они внесли с собой плохой дух, а, кроме того, первоначально они вообще медлили являться, так как считали, что им больше не надо воевать, наравне с военнопленными, обменянными в Англии и Франции. В Грауденце произошли даже серьезные столкновения.

В Беверлоо был раскрыт заговор нескольких сот эльзасцев, собравшихся бежать в Голландию. При длительном пополнении солдатами из расположенных на востоке частей я вновь был вынужден привлечь эльзас-лотарингцев на Западный фронт; их здесь принимали очень неохотно.

Укомплектования, выделенные из специальных родов войск, в большинстве случаев также неохотно шли в пехоту. Многие в пехоте видели себя лицом к лицу с опасностью, которую им до этого времени удавалось избегать.

Много испытаний теперь обрушилось на дух войск на западе; они уже были ослаблены гриппом и на понижение их настроения влияла однообразная пища. Благодаря захваченным при наступлении запасам в некоторых местах довольствие временно стало несколько разнообразнее, но теперь обнаружился недостаток в картофеле, несмотря на то, что в прошлом году в Германии был исключительно хороший урожай.

Среди баварских войск дух сепаратизма все больше одерживал верх. Следствия его проявления, которые безмолвно допускались баварским правительством, давали себя знать и еще увеличивали успехи неприятельской пропаганды. Травля, поднятая против императора и кронпринца, а параллельно и против баварского королевского дома, принесла свои плоды: баварские войска постепенно начали держаться того мнения, что война — дело исключительно Пруссии. Штабы уже не столь охотно получали баварские


582

части, как в предыдущие годы войны; лишь отдельные баварские дивизии продолжали по-прежнему хорошо драться.

Родина полностью находилась под влиянием вражеской пропаганды и речей государственных людей неприятельских стран, острие которых прежде всего было направлено против нас. Мы все еще не могли разгадать вражеского направления мысли. Все представители партий большинства в рейхстаге, за исключением правого крыла центра, постоянно преклонялись перед лозунгами неприятельской пропаганды и, как раньше, так и теперь, опережали мировой порядок своими проектами всеобщего мира, соглашения и разоружения. Статс-секретарь министерства иностранных дел, в лице которого воплощалось все это мировоззрение, высказался в том смысле, что война не может быть разрешена на поле сражения. Это было правильно, если под этим подразумевать борьбу на тыловом фронте неприятеля и поддержку стратегии политикой. Но это являлось ошибочным, если в этом сказывалась вера в примирение и соглашение, а такова была мысль, положенная в основу этого выражения. Правда, статс-секретарь повторял только то, что думали многие. С трибуны рейхстага, в прессе и везде, где только было возможно, обращались с подобными речами к нашему усталому народу и усталым солдатам, от которых верховное командование должно было требовать умирать за отечество на поле сражения. Неужели слабые характеры могли получить закал при подобном воздействии. Разве можно было ожидать, что за короля и отечество будет самоотверженно бороться армия, состоявшая из беспринципных юношей, которые росли последние годы без родительского надзора, среди партийных происков, в жизненном водовороте, которые очень много зарабатывали и затем, после кратковременной подготовки, попадали в войска, или из беспокойно настроенных людей, которые призывались в солдаты по истечении срока их отсрочки. Не естественнее ли было бы предполагать, что все они будут думать лишь о сохранении своей жизни. Не надо ли было учитывать, что подобные впечатления пагубно отразятся на еще не установившихся характерах, в особенности в минуты нужды, когда усиленно проявляются человеческие слабости. Не следовало ли на это обратить внимание на родине.

Ко всему прочему, все яснее проявлялся большевизм, уже официально пробравшийся в Берлин, и который так охотно воспринимала и распространяла независимая социал-демократическая


583

партия. Мы предостерегали не допускать приезда Иоффе в Берлин и предложили, по ходатайству Главнокомандующего на Востоке, вести дальнейшие переговоры с ним в каком-нибудь городе оккупированной области. Мы скоро правильно разобрались, как работает большевизм, и сделали множество предостережений.

Адольф Абрамович Иоффе

Замещающее генеральный штаб управление в Берлине дало ответственным учреждениям богатый материал о деятельности большевиков в Германии. Но дальнейшее, к сожалению, не входило в его компетенцию. Управление главнокомандующего во внутренних областях и я вновь обратили внимание имперского канцлера, военного министерства, министерств иностранных и внутренних дел на революционную деятельность русского посольства с его чрезвычайно большим штатом в Берлине, и на его сношения с независимой социал-демократией, а также на революционную деятельность последней. Но в Германии ничего нельзя было достигнуть.

Когда я однажды вновь указал министерству иностранных дел на работу Иоффе и на опасность его пребывания в Берлине, мне было отвечено, что в Берлине за ним можно вести лучший надзор, чем где-либо, и что здесь он постоянно на глазах. Но, к сожалению, эти глаза были слепы. Большевизм официально приветствовался в Германии, а Иоффе тем временем сумел так расшатать способность германского народа вести войну, как это никогда не удавалось Антанте, несмотря на блокаду и пропаганду.

С этой целью Иоффе предоставил большие средства в распоряжение революционных элементов Германии. Объем его революционной деятельности полностью, конечно, стал известен лишь после. В Магдебурге лидер независимой социал-демократической партии Фатер заявил следующее:

«С 25 января 1918 г. мы систематично подготовляли переворот. Наши товарищи отправлялись на фронт уговаривать дезертировать. У нас существовала целая организация для дезертирства, и мы снабжали беглецов фальшивыми документами, деньгами и прокламациями без подписи. Этих людей мы рассылали по всему миру, но преимущественно назад на фронт, чтобы они распропагандировали там солдат и развалили армию. Они уговаривали солдат перебегать к противнику, и таким образом фронт разлагался медленно, но верно».

Параллельно революционные идеи и большевистское влияние распространялись на отпускных. В железнодорожных поездах


584

велась самая деятельная пропаганда. Едущих в отпуск солдат подговаривали не возвращаться больше на фронт, а едущие на фронт призывались к пассивному сопротивлению или дезертирству и бунту. В конце июня и начале июля многое еще нельзя было установить, но оно росло безмолвно и неудержимо. Все левобуржуазно, социалистически и большевистски настроенные дружно стремились к подрыву авторитета, и работа над этим шла уже десятки лет. Теперь, в трудный для государства момент, последовало открытое наступление.

Я не хочу говорить о том, что честолюбивые депутаты парламента отняли у нашего слабого правительства остатки престижа, а также о том, как со всех сторон стремились пошатнуть мое положение и подорвать доверие ко мне, так как во мне видели опору авторитета; я имею в виду лишь планомерную работу, направленную против офицеров. Со стороны демократических партий и социалистов большинства это являлось преступлением, или, говоря словами Талейрана, это было даже более чем преступление, — это было ошибкой, и притом неисправимой, бесконечно тяжелой и близорукой. Вместо того чтобы смотреть на офицера как на защитника государственного порядка, многие видели в нем лишь представителя «милитаризма», не отдавая себе ясного отчета в том, как, собственно говоря, офицер должен реагировать на обвинение, которое, как они думали, заключалось в этой квалификации. Все было так бессмысленно.

Офицерский корпус в Германии никогда не вмешивался в политику; в течение войны он давно уже потерял замкнутость, против которой до войны считалось похвальным бороться. Офицерский корпус комплектовался из всех кругов и из всех партий, и каждый мог стать офицером. К сожалению, теперь он уже во многих отношениях не был старым офицерским корпусом. Все происходившие недоразумения объясняются проникновением чуждых элементов, понижением морали нашего народа и неопытностью многих офицеров, которые преждевременно получили это звание лишь вследствие огромной убыли офицеров на кровавой арене боя. Когда-нибудь у правоверного германского народа откроются глаза на эти обстоятельства, и он поймет свою неблагодарность и свою вину по отношению к офицерскому корпусу, а следовательно и по отношению ко всей армии, к отечеству и к самому себе.

В то время, как нарочно, жалобы на офицерский корпус участились.


585

Офицеры будто бы роскошествовали по сравнению с солдатами, между тем на походе и в окопах они кормились из той же походной кухни. При расположении в тылу нормально один из офицеров всегда питался из походной кухни, другие же столовались совместно. Ведь в кухонной комиссии были представители от унтер-офицеров и солдат, почему же они никогда не жаловались? А разве для офицеров не было важно воспитание в них духа части, воздействие командира и старших товарищей на более молодых. Им можно было достигнуть этого лучше при совместной товарищеской жизни. Одних служебных часов было недостаточно, чтобы во время самой войны передать традиции германского офицерского корпуса молодому подрастающему поколению. Офицер должен был жить одной жизнью со своей частью, и он это делал. Да, в сражении и в окопах иначе поступать было совершенно невозможно. Но в конце концов, чтобы сохранить авторитет, положение офицера должно было быть выше, и он должен был резко отличаться от солдата, в противном случае как бы он мог при любых обстоятельствах сохранить возможность решительно влиять на войска. Помимо многого другого, для достижения этой цели обязательно требовалось проведение известной черты между офицером и солдатом, некоторое обособление, иначе офицер утратил бы необходимое уважение. Разве теперь забыты причины, которые заставляли в мирное время помещать унтер-офицера не в общей солдатской казарме, а в особой унтер-офицерской комнате? Но обо всем этом никто не хотел думать, и все только стремились подорвать авторитет и потрясти устои государства, чтобы затем легче удовлетворить свои жалкие интересы. Жизнь офицерского корпуса отвечала в точности требованиям, имеющим в виду солдата, самого офицера, и, наконец, гражданский и государственный порядок, который держался и пал вместе с положением офицера!

Резко критиковалась также жизнь высших штабов. Кто не знает той треплющей нервы работы и того огромного морального бремени, которое ежечасно давит в штабах? Войска попадали на отдых, штаб же продолжал работать день и ночь. Я без отдыха и перерыва провел в таком напряжении четыре года. При таких условиях я не мог бы существовать на паек походной кухни. И, несмотря на это, в октябре 1918 года я заявил новому кабинету принца Макса, что если все статс-секретари и весь Берлин будут есть из


586

походной кухни, то и верховное командование согласно перейти на такое же довольствие; до того же времени оно будет жить, как оно считает правильным по отношению к солдатам и к самому себе. Имперский канцлер принц Макс отказался столоваться из походной кухни. Пока я находился в действующей армии, мы ели просто, но так, как мы привыкли. В одинаковом положении были и другие высшие штабы. Они вели такой же образ жизни, как и мы.

Я никогда не был склонен к крайностям, и если они имели место, то я вступал с ними в борьбу. Пока в Германии будет существовать известный государственный порядок, должен существовать и авторитет, а следовательно, сохраняться и общественное различие.

Офицерский корпус должен существовать, и в нем отдельный офицер может жить по-иному, чем солдат, и все-таки оставаться его верным другом, как это и было до сего времени.

Теперь появились заявления, что офицеры живут за счет солдат. Это было постыдной клеветой, которую распространяла неприятельская и внутренняя пропаганда. С такими жалобами и причитаниями общего характера ко мне обращалось очень много, несомненно, порядочных людей, вместо того чтобы бороться против этой клеветы; и они уже утратили всякое представление о чистоте нравов офицерского корпуса. Вот как глубоко мы уже запутались в распростертых перед нами сетях.

Распространялся даже слух, что офицеры действительной службы прячутся по канцеляриям. Это была награда благодарного народа кадровым офицерам за их самопожертвование и самоотвержение. Их оставалось уже немного. Остальные были убиты или стали калеками. Кадровый офицерский корпус потерял от 80 до 90 % своего состава. Разве не было известно, что на некоторые штабные должности, от которых зависит спасение или гибель войск, назначались особенно опытные и способные к самостоятельной военной работе офицеры. Совершенно ясно, что кадровый офицер являлся для этого более соответствующим лицом, чем офицер запаса, и, наконец, даже вовсе незаменимым.

Я просил военный кабинет войти в рассмотрение этого обвинения, и неправильность его была установлена со всех точек зрения.

Но, несмотря на это, я постоянно напоминал, чтобы пригодные к походу офицеры, находившиеся в тылу и в штабах, командировались в строй и заменялись способными нести лишь гарнизонную службу. Летом 1918 года штабы были так выжаты, что многие


587

начальники дивизий жаловались мне, что в их штабах не имеется достаточного количества здоровых офицеров, чтобы можно было справиться со всей выпадающей работой.

Я всегда был против того, чтобы оставлять служить отца и сына в одном штабе, и всегда боролся с этим как в моей последней должности, так и в мою бытность начальником штаба на востоке. Теперь я мог только обратить на это внимание военного кабинета.

Неблагоприятные отзывы дошли до меня также о военной кооперации; и в этой области офицеры, как оказывалось, обездоливали солдат! Я произвел расследование и нашел все в порядке.

Кооперативные контрольные комиссии, в которых солдаты также имели своих представителей, ревизовали обороты и распределяли прибыль. Отпуск товаров из кооперативов производился по одинаковой норме офицерам и солдатам по числу едоков. Каждый мог покупать лишь в пределах детально рассчитанной распределительной ведомости. Высшие штабы, не имевшие собственного кооператива, получали товары из центральных кооперативов по тем же ценам, как и войсковые кооперативы. Но так как последние продавали офицерам и солдатам с равной небольшой надбавкой, то в штабах, конечно, и офицеры и солдаты в действительности получали товары несколько дешевле, чем причисленные к войсковым кооперативам. Я и это устранил. Тогда начали говорить, что кооперативными деньгами нечестно распоряжаются. Это обвинение также было неправильно, так как участие в прибылях имели только солдаты и, естественно, в большинстве случаев получали свою часть товарами.

Затем существовало мнение, что офицеры на этапах ведут особенно роскошный образ жизни. Я там мог наблюдать бесконечно много честной работы, приносившей неизмеримую пользу армии. Я думаю, само собой понятно, что не только офицеры, но в равной мере и солдаты жили на этапах спокойнее и веселее, чем в строевых частях, которые только временно оказывались в тылу.

Конечно, это чувствовалось войсками, несмотря на то, что для них делалось все возможное.

Далее, неужели это являлось преступлением, если офицеры делали покупки в Бельгии или где-нибудь в другом месте, чтобы кое-что послать домой для облегчения жизни семьи. Разве семьи офицеров, которые в большинстве случаев не обладали состояни-


588

ем, не больше всех страдали от вздорожания жизни в Германии?

В июле 1916 года в области Главнокомандующего на Востоке я дал возможность солдатам также отправлять посылки на родину, и впоследствии это было поставлено на еще более широкую ногу.

С запада и из Румынии в Германию также отправлялось много солдатских посылок.

По каждому доносу, даже анонимному, и во всех случаях, когда вопрос шел о неправильных действиях офицера, я приказывал произвести дознание. Положение и жизнь офицеров часто обсуждались мной с высшими начальниками. Под давлением постоянных жалоб генерал-фельдмаршал обратился ко всем офицерам.

К чести офицерского корпуса, можно сказать, что он выдержал незапятнанным войну. Те офицеры, которые замарали себя, составляют исключение, и мы их своими не считаем. С них надлежало взыскивать самым строгим образом. Офицер, который не вернулся с войны как человек чести, с чистыми руками, и привез с собою чужое добро, хотя бы лишь с целью спасти его от напрасной гибели, бросил тень на отечество, армию, офицерский корпус и на самого себя. Офицерский корпус в своей совокупности может гордиться собой, особенно тем, что, несмотря на всю травлю, происходившую за его спиной, он в течение четырех лет сплачивал армию, так часто вел ее к победе и нашел еще в себе силы при помощи верных унтер-офицеров и солдат увести ее за Рейн, что представляет невероятное достижение, равняющееся величайшим подвигам мировой войны.

Неприятельская пропаганда менее направлялась на унтер-офицеров. Неприятель считал, что унтер-офицерский авторитет уже пал и ввиду этого предполагал излишним обращать на них особое внимание. Однако искусственно создавались противоречия между офицерами и унтер-офицерами, коих никогда не бывало в старой армии мирного времени.

Постепенно в германском народе и армии накопилось много нездорового. Болезненных явлений нельзя было больше не замечать; они устанавливались многими. Германский кронпринц, который часто посещал меня в Авене, говорил об этом явлении со все возрастающим беспокойством, а также обращался по этому поводу к императору. Я мог только присоединяться. При моральных заболеваниях всегда очень трудно сразу разобраться, хотя они и чувствуются. Прошлое проявляется в полном объеме лишь после


589

того, когда последует вспышка. Вся тяжесть происходившего во многих пунктах разложения армии в своих деталях оставалась мне лично столь же чуждой, как и разложение германского народа на родине оставалось неосознанным миллионами немцев, и лишь весьма неожиданным образом обнаружилось для всех 9 ноября.

Я постоянно делился своими опасениями с лицами, которые, как и я, были призваны исцелять и искоренять эти больные явления. Но я не встретил одобрения. Германскому народу, несущему свою долю вины, было суждено расплатиться своей жизнью.

...

Перед имперским канцлером верховное командование вновь настаивало на своих старых заявлениях, которые делались уже осенью 1916 и 1917 годов, об увеличении призыва для укомплектования. В Берлине по этому поводу было назначено совещание, и я командировал туда полковника Бауера. Мы не встретили надлежащей поддержки со стороны военного министерства. В конце июня имперский канцлер, генерал-фельдмаршал, военный министр и я вновь совещались по вышеупомянутым вопросам в Спа. Я развил мысли, доложенные полковником Бауером в Берлине, и еще раз в высшей степени серьезно заявил о необходимости изыскать пополнения и принять самые строгие меры против уклоняющихся и дезертиров на родине, и прежде всего воздействовать на решимость германского народа вести войну, причем вновь указал на ту опасность, которую представляет в этом отношении часть германской прессы, неприятельская пропаганда и большевизм.

На всех этих вопросах мне приходилось настаивать еще гораздо чаще, чем я ссылаюсь на них в этих воспоминаниях. На этот раз мне также много было обещано, но в действительности ничто не изменилось. Я не знаю, считали ли присутствующие мои данные преувеличенными или принимали их за отрыжку моего «милитаризма». Я также выразил желание собрать вместе рабо-


590

тодателей и рабочих и объяснить им необходимость освободить имеющих отсрочки (опротестованных), но и в этом отношении военное министерство ничего не осуществило.

Между тем я вновь произвел попытку использовать наши успехи для усиления движения в пользу мира у противника. По этому поводу имперскому канцлеру была послана новая докладная записка. 19 июня он вызвал к себе полковника фон Гефтена.

После долгих переговоров были установлены первые основы для такой пропаганды. В особенности вице-канцлер фон Пайер проявил живой интерес к этому вопросу. На совещании в Спа я вновь попросил имперского канцлера создать должность министра пропаганды. На этот раз мы не затрагивали вопроса о шансах на мир.

После речей Клемансо, по моему мнению, мы были вынуждены или продолжать войну, или покориться. Я должен сознаться, что ответственные государственные лица держались того же мнения; они получили ясный отчет в том, как серьезно я оцениваю наше положение, хотя я все еще надеялся на успех.

...

В начале июля статс-секретарь фон Кюльман вышел в отставку. Его выступления в рейхстаге и главным образом его заявление, что войну едва ли можно закончить силой оружия, показались имперскому канцлеру зашедшими слишком далеко. Последнему мы в соответствии с нашим долгом также изложили наши соображения. Но решительное значение для отставки статс-секретаря фон Кюльмана имело его личное поведение в эти дни. Я тогда на-


592

ходился в Авене и не имел ни времени, ни желания вмешиваться в события, происходившие в Спа.

Статс-секретарь фон Кюльман был типичным германским дипломатом послебисмарковского периода. С его именем навсегда останутся связанными прибытие большевиков в Берлин и безмолвное согласие на большевистскую пропаганду русского

посольства.

Преемником фон Кюльмана был статс-секретарь фон Гинтце; я приветствовал это назначение, так как считал его за человека с сильным характером. Я говорил ему, что надеюсь добиться, что Антанта обнаружит большую склонность к миру, а также указал ему на опасность большевизма и на революционную деятельность господина Иоффе. Но он остался в большевистской колее своего предшественника по портфелю, отчасти на основании своих взглядов на Россию, а отчасти и потому, что он не смог восторжествовать над старой рутиной министерства иностранных дел.


IX

601

Первоначально наступление фронта кронпринца германского было назначено на 12 июля. Но чтобы дать возможность основательно закончить подготовку, его, к сожалению, пришлось отложить до 15-го. В то время как подготовка была уже в полном ходу 11-го или 12-го числа, от перебежчиков были получены сведения, что из леса Вилье-Котерэ предстоит в ближайшем будущем большая танковая атака.

602

 Я дал особое указание не выдвигать разведку на южный берег Марны. Но, несмотря на это, один саперный офицер перешел на противоположный берег и был взят в плен. Как выяснилось после сражения, он очень многое выболтал противнику. Так же поступил один подпрапорщик тяжелой артиллерии, который на р. Ардр попал в руки противника. На отдельных участках Антанта производила поиски разведчиков и захватывала пленных; что неприятель узнал от них, мне неизвестно. К сожалению, являлось также фактом, что по всей Германии велась безответственная болтовня о наступлении на Реймс. К моему величайшему удивлению, я впоследствии получил много писем с родины, указывавших на это явление. После сражения неприятельские радиотелеграммы открыто подтвердили, что наши планы стали своевременно известны противнику. Держать наши планы в тайне от войск было трудно, так как уже сильное сосредоточение артиллерийских и минометных частей, предшествовавшее каждому наступлению, раскрывало наши проекты.

Несмотря на все размышления, мы не нашли никакого другого выхода; мы были связаны неуклюжестью и громоздкостью современных методов наступления. Демонстративные мероприятия были предусмотрены, как и ранее, и в этом отношении все было сделано. Запрет почтовых сообщений не имел смысла ввиду того, что от армии на родину протягивалось слишком много связующих нитей: прекратить отпуска я не мог, так как это было един-

603

ственное, что верховное командование могло дать солдатам. Уже в феврале и марте, ввиду тяжелых условий железнодорожного транспорта, увольнение в отпуск было задержано на продолжительное время, и многие штабы армий настаивали на скорейшем их возобновлении.

В то время как военное начальство тщательно старалось сохранить тайну, многие немцы, со свойственным им зудом болтовни и стремлением блеснуть своей осведомленностью, оглашали самые важные и секретные дела и тем самым ставили в известность о них противника.


612

Несмотря на большое напряжение сил германского солдата, он продолжал драться после 18 июля и чувствовал свое превосходство над врагом. Но в некоторых дивизиях начали выявляться малоутешительные явления. Впоследствии, в числе других, мне был доставлен документ, проливавший очень серьезное освещение на настроение одной из этих дивизий; я передал его для дальнейшего расследования в 7-ю армию.

Как во всяком сражении, так и в боях, имевших место начиная с 15 июля, потери были весьма значительны, особенно дорого обошлось нам 18 июля и связанные с ним оборонительные бои, хотя во время последних нам удалось эвакуировать раненых и мы не потеряли значительного количества пленных. Убыль в боях была настолько велика, что нам пришлось решиться расформировать около десяти дивизий и распределить их в пехоту для пополнения по другим дивизиям. Остальные роды оружия в главных чертах сохранились в целости.


613

Армия Антанты также пострадала, и сражение обошлось противнику так же дорого, как и нам. 

Франция пыталась сберечь своих сынов и выставила заметно больше сенегальских негров и мароканцев. Шесть американских дивизий, которые участвовали в этом сражении, особенно сильно пострадали, не достигнув при этом каких-либо успехов.

По-видимому, для пополнения этих дивизий одна из них была расформирована. Несмотря на боевой задор отдельных американцев, низкая боевая ценность американских войск видна из того, что две храбрые германские дивизии, 201-я пехотная и 4-я запасная (Эрзатц), которых я до этого времени расценивал лишь как средние, выдерживали главный натиск много превосходящих американских сил в течение нескольких недель.

Убыль в английских и итальянских дивизиях была тоже значительна.

Не прав медведь, что корову съел; не права и корова, что в лес зашла.

Территория классового мира и межсословной гармонии

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Загрузка...

    1914. Мобилизация, сосредоточение и развёртывание сил

    {Интересные и важные подробности первых дней Мировой войны. Характерно исходное распределение сил Германии. Около 1 600 тыс. человек против Франции и свыше 200 тыс. чел. против России. Против России действуют также 748 тыс. австро-венгерских войск.}http://militera.lib.ru/h/kolenkovsky_ak2/06.htmlГлава VI. Мобилизация, сосредоточение и развертывание...
    -->
    120

    1914. Планы сторон

    Историки общегуманитарного профиля о том, что план Шлиффена в исходном его виде был неосуществим просто по невозможности питать всю эту массу войск на правом немецком фланге, обычно не пишут.Калиновский показывает несоответствие планов всех воюющих сторон объективным обстоятельствам, но даже и не пытается рассуждать о том, каким бы могли быть оптимальные планы. Вероят...
    -->
    229
    Блог World of Warships 9 декабря 04:20

    Сражение у Фолклендских островов: Гибель Восточно-Азиатской крейсерской эскадры

    В начале XX века флот Великобритании превосходил по численному и качественному составу флоты остальных держав, гарантируя огромной империи так называемый Pax Britannica. Огромный («двудержавный») флот обеспечивал военное присутствие в многочисленных колониях и контролировать стратегически важные морские пути, наводняя колониальными товарами мировые рынки. Вкупе с эт...
    -->
    1412

    А побеждают принципиальные политики

    .Риторика авторов кажется несколько старомодной. А вот фактическая сторона дела весьма поучительна. Германские социал-демократы, нашедшие общий язык с Вильгельмом, впоследствии пытались заглядывать и в арийские глазки самобытного представителя трудового народа Адольфа Гитлера. Правда, без большого успеха. http://elib.shpl.ru/ru/nodes/14151-boltin-e-a-och...
    -->
    246

    Состояние русского транспорта к началу Первой Мировой

    .Весьма красноречивая картина. Бедная и слабо развитая в экономическом отношении страна вступает в войну со страной технически передовой. Такие предприятия далеко не всегда кончаются благополучно. А если учесть, что в бедной стране ещё и весьма оригинальная кадровая политика (фронтами, армиями, корпусами командуют куропаткины, эверты, рузские, министров меняют как пер...
    -->
    219
    boeing-is-back 6 декабря 18:21

    Первая мировая война в цвете

    Со дня окончания одного из самых страшных конфликтов XX века прошло чуть больше сотни лет. Конфликт унес и покалечил жизни десятков миллионов граждан различных государств. Современные технологии позволили оцифровать и преобразить фотографии людей, которые принимали непосредственное участие в событиях вековой давности. Специально для вас мы подобрали снимки, показывающ...
    -->
    2583

    И слеза катилась по бедру...

    https://ruread.net/book/51185/56/ Шицилло В.К. Последняя война царской России. М, ЭКСМО, 2010Год обманутых надежд<...>К сожалению, западные союзники России, требуя от нашей стороны перехода в наступление в соответствии с общим планом действий, поступили крайне неразумно и не пытались понять всей сложности внутриполитической ситуации в России, сорие...
    -->
    296

    Первая мировая. Оперативная и тактическая подготовка воюющих армий

    . Александр Константинович Коленковский . . . . .....
    -->
    200
    Елена Фролова Фитиль
    2 декабря 18:31

    Русская карикатура в Великую Войну

    ...
    -->
    243

    1914-1917. Проблемы топливоснабжения

    .Речь идёт о своего рода синергии. Объективно существовавшие крупные предвоенные хозяйственный диспропорции, бездарно проведённая подготовка к войне и недостаточно жёсткое и продуманное руководство военной экономикой активно поспособствовали погружению общества в хозяйственный и политический хаос. http://elib.shpl.ru/ru/nodes/10551-voyna-i-toplivo-1914-1...
    -->
    263

    23 минуты шока. Когда фильм маленький, а впечатления большие

    Фильм «Атака мертвецов: Осовец», снятый на киностудии «SerB Production» к 100-летию окончания Первой мировой войны – короткометражный, длящийся без одной секунды 23 минуты. Но уму и сердцу дает куда больше, чем иные длинные и нелепые «героические» сериалы, о выходе которых сообщают, как о наиважнейшем событии.Сейчас модно стало снимать патриотические фильмы. Где о чес...
    -->
    179
    MexanikD 30 ноября 13:16

    Налет гигантов: Крупнейшие бомбы Первой мировой войны

    Сто лет назад, в ночь с 7 на 8 марта 1918 года, немцы сбросили на Лондон крупнейшую из существовавших тогда бомб. Главное, чего они хотели добиться - лишить врага веры в победу. К этой цели немцы шли долго и методично, несколько лет создавая всё более страшные самолёты, способные переносить в себе самые большие и тяжёлые снаряды. Как же именно они это делали?Евгений Б...
    -->
    121
    SS Это наша жизнь
    28 ноября 04:10

    «На белом коне». Дикая дивизия. Крах надежд

    После того , как окончилось правление царя и 2(15)марта 1917 года в Таврическом дворце было образовано Временное правительство во главе с князем Георгием Львовым , оно с первых же дней начало проводить линию на уничтожение русских монархистов и патриотов. Против национальных лидеров и членов русских патриотических организаций был развязан настоящий тер...
    -->
    577
    AMP 29 ноября 23:23

    Из истории киевских парадов

    Надеюсь, что воспоминания о блистательном параде, проведенном 24 августа в Киеве, не успели изгладиться из памяти? Да и как можно забыть столь грандиозное событие, потрясшее весь цивилизованный мир от жмеринских трущоб до самых отдаленных галактических окраин? 4,5 тысячи европейски ориентированных военнослужащих, 250 единиц техники, 18 иностранных делегаций… Танки, са...
    -->
    524

    Сергей Переслегин. Лекция № 6. Планирование в Мировой войне. Ч.2

    Часть 1 - https://www.youtube.com/watch?v=H5_4WMNXKhg Речь идёт об отставках-отстранениях высших руководителей (император, главнокомандующий, премьер-министр). ...
    -->
    454
    SS 24 ноября 19:20

    Дикая дивизия. Бой 4-й сотни ингушского полка у деревни Петликовцы-Новые

    Кавказская Туземная конная дивизия сформирована 23 августа 1914 г. в составе 2-го кавалерийского корпуса под командованием генерал-лейтенанта Хана Нахичеванского.Формирование Кавказской Туземной конной дивизии было продолжением практики создания иррегулярных воинских формирований из горцев Северного Кавказа, сложившейся как система в первую треть 19 в.Л...
    -->
    818

    Русский патриот, монархист, "еще до войны поддерживал дружеские отношения с Генрихом Гиммлером"

    Почитываю разные апологетические тексты о Дроздове и дроздовцах. https://cont.ws/@mzarezin1307/1136215Наткнулся на совсем уж дивное. А.В. Туркул http://militera.lib.ru/memo/russian/turkul_av/index.htmlТуркул А.В. Дроздовцы в огне: Картины гражданской войны, 1918-1920 гг. / Лит. обраб. И. Лукаша. - Белград, 1937. — 324 с. ≡ Туркул А.В. Дроздовцы...
    -->
    966
    SS 23 ноября 19:46

    Дикая дивизия. Ингушский полк.

    Кавказская туземная конная дивизия в рядах Российской императорской армии являлась самой колоритной боевой частью из всех , принимавших участие в Великой (другое название — Германская) войне , известной нам сегодня как Первая Мировая война. Дивизия комплектовалась из добровольцев-мусульман — уроженцев Северного Кавказа и Закавказья, которые, как и все т...
    -->
    1171

    М.Г. Дроздовский о Мировой войне

    Генерал эпохи гражданской войны М.Г. Дроздовский - культовая белогварейская фигура, некий монумент буржуазной доблести, памятник, густо и многослойно обмазанный соплями компрадорских восторгов. При ближайшем рассмотрении как-то быстро оказывается, что сей рыцарь не лишён был  садизма, да и подлостью Господь его не обделил. Что, разумеется, не броса...
    -->
    753

    Продовольственное снабжение городов в военное время

    .Вот уже и в первые месяцы войны продовольственное снабжение городов не было твёрдо гарантировано, а с течением времени транспортные трудности всё нарастали, население крупных городов существенно выросло в связи с быстрым ростом военной промышленности, а заготовки продовольствия шли со всё большими трудностями. Да тут ещё и невидимая ручка не дремала. Обратите вн...
    -->
    709
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика