• РЕГИСТРАЦИЯ
Cергей Овчинников
25 декабря 2017 г. 22:53 505 17 38.25

Рубрика. Мои любимые поляки:«В Польше fake news это fake problem, а польская редакция Russia Today совершенно не нужна»

Адам Лелёнек

Витольд Юраш о геополитике информационной войны: «В Польше fake news это fake problem, а польская редакция Russia Today совершенно не нужна»

Витольд Юраш

- Я вижу российскую агентуру и дезинформацию, а также влияние. 

Но у меня такое впечатление, что наши поражения – это, прежде всего, наши поражения. Есть весьма конкретная причина, по которой не существует польской редакции Russia Today. 
А именно – она совершенно не нужна. 

Попросту ханжеская часть польских правых не нуждается в русском влиянии, чтобы говорить, что Запад в упадке, а гендер и гомосексуалисты правят миром. Польская взаимная ненависть, а также глупость, которая ведёт к тому, что мы впадаем из одной крайности в другую, успешно заменяют русскую пропаганду. 

Мне иногда кажется, что господин посол России в Польше ужасно скучает, - говорит в беседе с CyberDefence24.pl Витольд Юраш. (ЗОЛОТЫЕ слова, -прим ОСА)

===========


Доктор Адам Лелёнек:

- Вмешательство в избирательные процессы в США, Франции, Германии, масштабная деятельность в балтийских государствах, в Швеции, Финляндии, информационные и психологические операции в странах-членах НАТО и Евросоюза. 

Это лишь начало длинного списка активности Кремля. Как Вы оцениваете такой широкий фронт в контексте того, с чем нам приходится иметь дело в Польше? Что самое важное – деньги, люди, ноу-хау?

Витольд Юраш:

- Когда я думаю о российских успехах во внешней политике, в этом поединке, мне всегда вспоминается название самого знаменитого фильма Лени Рифеншталь, то есть «Триумф воли». 

Русские успехи – это почти исключительно «триумф воли». Россия, в сущности, слабое государство, но она очень серьёзно подходит к этим играм, и это отличает русский подход от нашего. 

Да, конечно, я вижу российскую агентуру и дезинформацию, а также влияние. Но у меня также впечатление, что наши поражения – это прежде всего наши собственные поражения. Не из-за российских действий на протяжении 27 лет мы проигрываем борьбу за будущее Украины и Белоруссии. 

Учреждаются общества взаимного обожания, с людей не требуют отчёта за результаты работы, наверх продвигаются дипломаты, которые известны тем, что не добились никаких успехов во время своей работы на Востоке, не призывают к ответу людей за ошибочные прогнозы, создаются аналитические центры, которые имеют чисто теоретический, академический, а не практический характер, среди экспертов, аналитиков и дипломатов господствуют эгоцентризм и конформизм, ещё вчера они поддакивали Гражданской Платформе, а сегодня лебезят перед ПиС – и всё это наши собственные, отечественные проблемы, а не русские заслуги. 

Может, где-то там, на заднем плане, и есть российские агенты, но если бы мы сами просто были честнее, то было бы хоть немного лучше. 

Да, русские действия и влияние видны, но, Боже правый, 99% проблем – только наши. У меня такое впечатление, что политики и эксперты вместо того чтобы задуматься над своей собственной слабостью, нашли себе удобное алиби, что-де вот, ужасные русские мешают нам добиваться успехов. 

Но если бы они сами работали серьёзно, то у нас были бы успехи. Между тем польская восточная политика - это жалкое привислинское захолустье, в котором (я не раз это видел) процветают посредственности. 

И я должен поверить, что все эти карьеры людей, которые никогда ничего не добились, - это дело рук ФСБ, СВР и ГРУ?

Доктор Адам Лелёнек:

- Но российская деятельность имеет также и более широкий масштаб, чем Украина и Белоруссия. Ослабление единства Евросоюза и НАТО, доверия к партнёрам, учреждениям, подрывание фундамента демократии и системы ценностей.

Витольд Юраш:

- Всё это, несомненно, имеет место. Но опять «маленькое но». Когда-то, исследуя первопричины польско-российской перезагрузки в 2010 году, я весьма интенсивно искал следы российского влияния. 

Однако, по какой-то странной случайности, сколько я ни искал, а всё находил исключительно американские следы. Короче говоря, я знаю о том, что Вашингтон оказывал давление на Варшаву, чтобы мы устроили перезагрузку с Россией. Кстати, это логично. 

Представим себе, что дело доходит до американо-российских переговоров. А мы знаем, чего хотели американцы. Они хотели поддержки на Ближнем Востоке, поддержки на переговорах относительно Ирана, прекращения экспорта противовоздушных систем S-300 в Иран, активного участия России в шестисторонних переговорах по северокорейской ядерной программе, транзита в Афганистан, в то же время тут не перечисляется то, чего хотели русские, а ведь русские тоже чего-то хотели. 

Ну, так если бы я был русскими, то наверняка я назвал бы две вещи: 

 во-первых, Украина, 

во-вторых, Украина, 

а в-третьих, конечно, Белоруссия, но в меньшей степени. 

Наверняка я заинтересовался бы тем, какая из западных стран, связанных с Соединёнными Штатами, наиболее активна на этом направлении. 

Эта страна – Польша. Так что извините, но зачем бы русским деконспирировать тут свою агентуру, а я предполагаю, что она у них в Польше есть, ради того, чтобы она влияла на польские власти, когда достаточно, чтобы американцы сказали полякам, чтобы они угомонились. 

И я знаю, что это было предметом американо-польских переговоров. Конечно, я не сравниваю угроз со стороны Соединённых Штатов и Российской Федерации, то есть за шпионаж в пользу России следует сажать в тюрьму, а за шпионаж в пользу Штатов следует отшлёпать (смеётся). 

Но мне кажется, что мы должны начать делать две вещи, которые, насколько мне известно, мы не делаем. Первая – контрразведывательное обеспечение не только российского, белорусского и украинского посольства. Вторая – немедленно начать шпионаж на Западе. 

Потому что у меня очень серьёзные сомнения, можем ли мы вообще хоть что-то нашпионить при том необычайно серьёзном контрразведывательном режиме, который имеет место на Востоке. 

Я уж не говорю о таких мелких деталях, как кадры и таланты в этой области, которые есть или которых нет, потому что от них избавились по своей воле. Вопрос – не быстрее ли мы на Западе узнаем, о чём Запад ведёт переговоры с Россией? 

Прежде всего, однако, следует помнить, что в тот момент, когда происходит американо-российское сближение, может каким-то странным образом оказаться, что американские и российские интересы тождественны, потому что они являются элементом их сделки. 

И я говорю это как горячий сторонник присутствия американской армии в Польше и энтузиаст союза с Вашингтоном.

Доктор Адам Лелёнек:

- Геополитический контекст и отношения на линии Кремль-Вашингтон как элемент поля боя информационной войны?

Витольд Юраш:

- Отчасти так. У нас обычно говорят, что русские в чём-то обманули американцев. Вот только, уж извините, американцы всё-таки – самая могущественная держава в мире. 

И я как-то не думаю, что Владимир Путин может их во всём обманывать, а они станут и дальше с ним разговаривать. Ну, нет, так это не работает. Потому что – кто-то тут большой, а кто-то маленький. 

Кто-то игрок в глобальном масштабе, а кто-то – игрок на самом деле в региональном масштабе. 

Кто-то тут – «большой парень», а кто-то – не считая ядерного потенциала – в лучшем случае средний игрок. 

В отношениях с США Россия – «младший партнёр». 

Я отличаюсь от польских комментаторов, среди прочего, тем, что считаю, что Россия это понимает и потому, в частности, сыграла очень позитивную роль с американской точки зрения, во всяком случае – с точки зрения администрации Обамы, в сирийском конфликте. 

А у нас все говорят, что русские, мягко говорили, обманули США. Ну так давайте рассмотрим этот обман. Итак, если бы не российское вмешательство после того, как Башар аль-Асад применил химическое оружие, дело дошло бы до бомбардировки Сирии Соединёнными Штатами. 

В эту войну также был бы втянут Иран. Участие Ирана означало бы, что не будет ядерной договорённости между Вашингтоном и Тегераном. А это означало бы, что американцы не смогли бы начать выход с Ближнего Востока, потому что они не могли бы начать этот выход до тех пор, пока не обеспечили бы безопасность Израиля. 

Конечно, можно сказать, что у Биньямина Нетаньяху другое мнение на этот счёт, но объективной угрозы ядерной атаки на Израиль в ситуации, когда Иран прекратил свою атомную программу, нет. Безопасность Израиля означает возможность перемещения центра тяжести или, говоря иначе, так называемого pivot-а в направлении Китая, который является для Соединённых Штатов настоящим вызовом. 

А пока существовала опасность, что Иран станет обладать ядерным оружием, Вашингтон находился в неустойчивом стратегическом положении. Что ещё более важно, в тот момент, когда иранцы отказываются от своей ядерной программы, саудовцам уже не надо развивать свою программу. Причём атомное оружие в руках режима аятолл куда менее опасно, чем в руках саудовского режима, потому что, напомним, как Аль-Каида, так и впоследствии Исламское Государство – это суннитские группировки, а не шиитские. 

Между прочим, Аль-Каиду создал саудовец. И наконец, и это ещё один очень важный элемент, - выход американцев, то есть гаранта саудовского режима, принуждает саудовцев к внутренним реформам. Дом Саудитов мог терпеть любые эксцессы ваххабитской части истеблишмента, потому что у него были американские гарантии безопасности. 

Конечно, у него они до сих пор есть на международном уровне, однако он знает, что он уже не находится в центре внимания. Так что чем более американцы поворачиваются в сторону Юго-Восточной Азии, тем больше саудовцы начинают расправляться с ваххабитами, которые являются потенциальной угрозой Дому Саудитов. 

А это означает, что американцы своим выходом организуют ситуацию, в которой начинается искоренение исламского фундаментализма – а он родом из Саудовской Аравии, а не из Ирана. И всё это начинается с того, что благодаря русским дело не дошло до американо-сирийской войны. Короче говоря, эта большая конструкция возникла благодаря вмешательству России. Ну, и в таком случае мы имеем какую-то «отдачу» с той стороны.

Доктор Адам Лелёнек:

- А как всё это относится к Польше?

Витольд Юраш:

- У меня нет иллюзий относительно нашего места в таком столкновении держав, мы – второстепенный игрок. 

И всегда так будет, что если американцы пойдут на столкновение с русскими, то в этот момент польская политика будет активизироваться на белорусском и украинском направлении. А когда они будут договариваться, то она будет останавливаться. 

Так было, так есть и так будет в будущем. Мы должны приспосабливаться, потому что вся наша безопасность «висит» на американцах, и мы не можем вести другую политику кроме той, какую они пожелают, но речь идёт о том, чтобы мы хотя бы сохраняли определённую минимальную автономию и на каждом очередном американо-российском «вираже» выигрывали хоть чуть-чуть больше, чем в прошлый раз. Это вроде ряда партий в покере. 

Речь идёт о том, чтобы мы, садясь за этот стол, всякий раз имели карты лучше, чем в прошлый раз. А для этого нам нужна минимальная автономия. 

Если уж говорить совсем грубо, то выбор у нас невелик, и мы принуждены быть четверть-колонией Соединённых Штатов, потому что альтернатива – это быть полуколонией Германии или полной колонией России, но давайте не забывать о том, что четверть-колония на три четверти независима.

Доктор Адам Лелёнек:

- Значит, ситуация Польши будет зависеть от того, что происходит на этом «высшем уровне» международной политики. 

Однако есть пропагандистские и дезинформационные действия, направленные против нас, против наших партнёров. Как же нам обеспечить безопасность в такой ситуации, когда возможности наши ограничены с геополитической точки зрения?

Витольд Юраш:

- Я думаю, всё дело в том, чтобы начать воспринимать восточную политику (особенно её) позитивистски и действовать методом малых шагов. 

Не замахиваться на великие свершения. Слабость нашей политики в том, что идеи у нас есть всегда, но не хватает тактического уровня, некоего modus operandi. Давайте добьёмся чего-нибудь. 

Купим какую-то одну фирму, позаботимся о том, чтобы в Белоруссии конфликт из-за демократии не подменили конфликтом из-за проклятых солдат, позаботимся о том, чтобы наше меньшинство на Украине не провалилось в «russkij mir», позаботимся о том, чтобы украинцы в Польше не проваливались в «russkij mir», а они туда проваливаются, давайте позаботимся о том, чтобы нам было что предложить нашим партнёрам, потому что пока нечего. 

Давайте достигнем какого-нибудь успеха. А что касается России, то если сегодня Фейсбук и Твиттер уже сотрудничают с американской администрацией, то на переговорах с американцами давайте заявим, что мы ожидаем того же самого. 

Если у них с этим неприятности, то у нас тоже. Мы тоже должны оказывать давление, чтобы ликвидировать подложные аккаунты или затруднять деятельность троллей. Пусть такие вещи станут предметом наших переговоров. Или же пустим в ход собственных троллей – нам в столкновении с Россией это было бы легче, поскольку там, чтобы вредить режиму, даже и врать особо не надо, хотя как раз что касается лжи – я в этом не вижу никаких проблем. 

Война – значит, война. 

И наконец – тут я, наверняка, навлеку на себя гнев тех, которые считают, что роль Польши – это нести на Восток факел, только на этот раз не просвещения, а демократии – давайте подумаем, не обстоят ли дела отчасти так, что режим в России убеждён, что наши демократизирующие действия угрожают ему, и то, что мы воспринимаем как атаку, с его точки зрения – контратака. 

Мы убеждены, что действия, связанные с продвижением демократии, информационной агрессией быть не могут, потому что они основаны на истинной нравственности. Да только что с того, что нечто истинно нравственно ? 

Стоит задать себе вопрос, выгодно ли нам это или же – кому это больше вредит. Может, хорошим решением было бы, если бы американцы и немцы, а не мы «дрались» с русскими. Если они, конечно, захотят.

Доктор Адам Лелёнек:

- Раз уж речь зашла о продвижении демократии, я должен спросить о Белоруссии.

Витольд Юраш:

- Тут ситуация на самом деле простая. Говоря очень коротко, Польша делает недостаточно много, чтобы свергнуть Александра Лукашенко, однако достаточно много, чтобы убедить его, что хочет его свергнуть, то есть делает наиглупейшую вещь, какую только в состоянии сделать. 

Впрочем, и свергнуть-то его нам не по силам, потому что мы обиделись на номенклатуру. По той же причине, что и всегда – потому что мы нравственно напыжились и ходим гордые и рассказываем, какие мы высоконравственные. Словно кому-то в Европе это может быть интересно. 

Говоря проще, если кого-то невозможно пнуть на стыке нижних конечностей и туловища, то не следует пинать по щиколоткам. А мы именно это и делам.

Доктор Адам Лелёнек:

- А как Вы оцениваете действия России в области информационной и психологической войны, направленной исключительно против Польши, а не всего Запада?

Витольд Юраш:

- Мне кажется, что, увы, существует очень конкретная причина того, почему нет польской редакции Russia Today. 

В Польше fake news - это fake problem, а польская редакция Russia Today совершенно не нужна. Попросту ханжеская, то есть доминирующая часть польских правых не нуждается в российском влиянии, чтобы твердить, что Запад в упадке, а гендер и гомосексуалисты правят миром. 

В связи с этим русским ни к чему содержать у нас Russia Today, им достаточно, что польские правые говорят то, что реально думают, потому что это, хотя и по другим причинам, но, увы, точь-в-точь то же самое. 

А с другой стороны, наша либеральная элита думает, что Польша – некрасивая барышня на выданье, которая ничего предложить не может. 

То есть у нас два взгляда: первый, что Польше и сказать нечего; второй, что Польша сама должна отказаться от права что-либо говорить. 

 Так зачем же русским трудиться и что-то ещё своими руками делать? 

Им достаточно позволить нам быть самими собой. 

Потому что у нас противоположность глупости – это не ум, а другая глупость.

Доктор Адам Лелёнек:

- Но предпринимаются конкретные дезинформационные и пропагандистские действия.

Витольд Юраш:

- Да, конечно. У меня, однако, такое впечатление, что польская взаимная ненависть, а также глупость, которая ведёт к тому, что мы впадаем из одной крайности в другую, успешно заменяет российскую пропаганду. 

Как-то я на Polsat News2 брал интервью у российского посла, и вот в ходе этого интервью я спросил его, каковы его задачи, и, прежде чем ответить, он на мгновение заколебался. 

Есть такой неписанный закон, что послы не бывают сотрудниками разведки, а если даже и бывают, то «уходят в отпуск» на время работы послом. И мне показалось, что этот момент колебания, когда посол на мой вопрос, что он делает в Польше, не мог найти ответа, не был вызван тем, что он не имел права сказать мне это, поскольку работает на разведку, а потому, что у него на самом деле никаких заданий для выполнения в Польше нет. 

Говорят, в советские времена быть послом СССР на Сейшелах – это была мечта. Должность для пенсионера. Советские послы мечтали о Сейшелах, потому что там работы никакой не было, а в их распоряжении была даже яхта с флагом. 

И мне иногда кажется, что посол России в Польше выглядит ужасно скучающим. И как любопытную подробность могу ещё добавить, за что, надеюсь, господин посол не обидится, что после программы я поблагодарил его за интервью и пошутил, что американского посла мне не удалось заполучить в свою программу, на что посол с улыбкой ответил, что «это потому, что он значительно важнее меня».

Доктор Адам Лелёнек:

- Много говорят о тайных действиях, связанных с информационным и психологическим воздействием России. Как Вы это оцениваете как бывший дипломат?

Витольд Юраш:

- Помню, высокопоставленный белорусский чиновник сказал мне, что был такой момент, когда русские очень просили белорусов, чтобы те начали приглашать Матеуша Пискорского в Белоруссию. 

И, если такое будет возможно, чтобы его даже принял Александр Лукашенко. Белорусы тогда решили, что Пискорский не тот человек, с которым они бы хотели иметь что-то общее. 

Из это следует такая мораль. 

В чём был бы смысл частых визитов пана Пискорского в Белоруссию? Прежде всего в том, чтобы обратить внимание на пана Пискорского. 

Потому что в Польше можно иметь любые контакты на Украине и даже в России, но вот Белоруссия вызывает сильное подозрение и даже пятнает репутацию. 

Другими словами, русские хотели, чтобы мы обратили внимание на Матеуша Пискорского. Это, конечно, не значит, что Матеуш Пискорский не является российским агентом. 

Может, он и был агентом. 

Но уж точно не агентом, который должен был добывать информацию, копировать секретные документы, потому у него никогда не было к ним доступа, и никто бы не дал ему доступа к ним. 

Он также не был человеком, который должен был кого-то вербовать, потому что считался явно пророссийским. Но ведь какую-то роль он всё-таки играл, не правда ли? 

Так вот, если русским так сильно хотелось обратить на него внимание, то, логически рассуждая, получается, что его заданием было нечто иное – если не выкрадывание секретов и не вербовка, то, несомненно, отвлечение внимания от кого-то другого. 

А теперь вопрос: что сделало польское экспертное сообщество? А то, что оно с энтузиазмом занялось Матеушем Пискорским. То есть реализовало в точности тот сценарий, который был написан в Москве.

Доктор Адам Лелёнек:

- Политики и часть экспертных кругов в Польше и на Западе сосредоточились на фейковых новостях. Однако это не самая большая опасность. Это даже не инструмент, который Россия широко использует в Польше. Кажется, не все понимают масштаб проблемы.

Витольд Юраш:

- Мне тоже кажется, что польские экспертные круги сосредоточились на фейковых новостях. Они, естественно, сыграли какую-то роль в подрыве репутации Украины, но на самом ли деле они имели такое большое значение? 

У меня такое впечатление, что у нас подхватили тему фейковых новостей, занялись какими-то несущественными радикальными группировками, потому что якобы их существование объясняет польские провалы в восточной политике. 

Но, простите, эти провалы происходят уже 27 лет, и они были ещё до того, как появились какие-то фейковые новости, и до того, как какие-то радикальные, открыто пророссийские круги в Польше начали действовать. 

Между тем в Польше быть пророссийским – скорее, гарантирует политический крах и маргинальное существование, а не какое-то значение. В связи с этим я полагаю, что заниматься этими кругами – мало того, что это и есть цель Москвы, так это ещё и закрывание глаз на вопросы об эффективности и о причинах неэффективности. 

Далее, в случае по крайней мере с одной страной за восточной границей, я говорю о Литве, мы знаем, что во время визита Войцеха Ярузельского в Москву в 1986 или 1987 году, я сейчас уже не помню, советские товарищи указали товарищу Ярузельскому, что Варшаве следовало бы заняться польским меньшинством. 

И даже указали на это деятели, которые по удивительной случайности в тот момент, когда Литва завоёвывала свою независимость, оказались на стороне Москвы, а не Литовской Республики. 

Так что, по всей вероятности, русские ещё в 1985 или 1986 году планировали сценарии на тот случай, если Советский Союз распадётся (или начнёт распадаться). 

А раз у них был такой сценарий, и они имели таких людей у себя, то таких людей они, несомненно, готовили и в Польше. 

 Так что, если бы я искал русскую агентуру в Польше, в том числе агентуру влияния, то искал бы среди тех, активность которых датируется не с 2014 или 2015 года, а тех, которые были активны в польской восточной политике задолго до этого.

Доктор Адам Лелёнек:

- А не должны ли мы обращать внимание и на тех, и на этих?

Витольд Юраш:

- ОК, давайте обращать внимание. Вот только не радикальные политические деятели, не какие-то «бритоголовые» и не интернетовские тролли довели до того, что Право и Справедливость уже явно отходит от наследия Леха Качиньского. 

Это – дело рук весьма конкретных молодых политиков Права и Справедливости. У нескольких, впрочем, особые заслуги. 

И именно они это сделали, а никакие не радикальные круги.

Доктор Адам Лелёнек:

- Многим, как на Западе, так и в Польше трудно понять механизмы, масштаб и размах пропагандистских и дезинформационных действий прежде чего потому, что в ряд процессов вовлечены дипломатические структуры государства.

Витольд Юраш:

- Конечно. Всё это видно. 

Польско-украинские отношения – очень яркий тому пример. Но тут добавляется ещё один контекст. 

По обе стороны границы работают полтора десятка провокаторов, наверняка под влиянием или под прямым руководством из Москвы. Совершаются акты насилия, пока что без смертельных жертв, но кто знает, может быть, дело дойдёт и до этого. Проблема, однако, заключается в том, что действия этих полутора десятков провокаторов находят отклик у тысяч людей. 

И это в свою очередь – заслуга либеральных элит, которым казалось, что если замести под ковёр тему Волыни, то она исчезнет. Вот только ПиС вместо того, чтобы говорить о Волыни, стал разыгрывать волынскую карту, и вместо того, чтобы с этим бороться, решил выиграть этой картой радикальный электорат. 

Что же касается упомянутых провокаторов – когда-то губернатор Днепропетровской области Игорь Коломойский в интервью рассказал, каким образом в то время, когда начиналась война на Украине, он победил сепаратистов в руководимой им области. 

Так вот, его люди «вывозили сепаратистов в лес и проводили там с ними воспитательные беседы». 

Я, конечно, понимаю, что мы – не Украина, но думаю, что если кто-то у нас работает на другую страну, а мы об этом знаем, только информация у нас оперативная, а не процессуальная, то, наверняка, тоже следовало бы проводить воспитательные беседы. 

Но не в лесу, ясное дело. 

Прошу простить, но у нас государственный аппарат способен быть очень жёстким - то по отношению к болельщикам, то по отношению к людям, ведущим сайт с насмешками над президентом, а сейчас для разнообразия – к людям, блокирующим Смоленские Шествия. 

А по отношению к людям, почти открыто поддерживающим нашего врага и во времена ПГ, и во времена ПиС, он беспомощен.

Доктор Адам Лелёнек:

- А что Вы думаете о проблеме использования новеллизации так называемого закона о декоммунизации от июня и о дезинформационных кампаниях, как русофобская и неблагодарная Польша якобы хочет уничтожать советские памятники и кладбища?

Витольд Юраш:

- То, что подлежит сносу, следует снести за один день. И вопрос был бы закрыт. Новость в нынешней реальности живёт около 24-48 часов. 

Кроме того в этом нет ничего нового – русские всегда выставляли Польшу как русофобов и всегда будут её так выставлять. 

Мы с Россией перетягиваем то в ту, то в другую сторону современные Украину и Белоруссию уже сотни лет. Москва понимает, что мы не перетянем их без помощи Запада, потому что мы же перетягиваем их не в Польшу, а именно на Запад. 

А если так, то русские сделают всё, чтобы очернить наш имидж на Западе. Проблема в том, что если мы не ликвидируем определённые памятники как государство, русские наверняка устроят так, что кто-нибудь взорвёт их или повалит трактором в частном порядке. Т

о же самое между прочим происходит на польско-украинском участке. В связи с этим, даже если бы Польша отказалась от идеи ликвидации этих памятников, то русские наймут кого-нибудь, кто всё равно это сделает, - а кстати, интересно, не будут ли это те же самые люди, которые сейчас разрушают украинские памятники. 

И наконец – мы можем гипотетически представить себе, что мы приходим к выводу, что сносить памятники нам невыгодно, ну, хотя бы имея в виду внешнюю политику. Вот только тут надо было бы, чтобы вы поверили, что кто-либо в Польше в состоянии принять такое решение, а я в это не верю, уж точно не во время правления ПиС. 

Так что давайте сделаем это один раз и как следует. И в тот день, когда мы это сделаем, пусть Президент и Премьер возложат венки на кладбищах советских солдат. Давайте покажем, что речь идёт о памятниках, а не о кладбищах. Если Рональд Рейган мог возложить венок на кладбище, где были похоронены солдаты Waffen SS , то мы, верно, можем положить несколько цветочков на кладбище не НКВД, а простых солдат. 

Давайте сделаем то, что мы не способны сделать по случаю сноса памятников УПА.

Доктор Адам Лелёнек:

- Это реально?

Витольд Юраш:

- Нет. Меня занесло в область политической фантастики, потому что и вы, и я - мы знаем, что никто так не сделает, правда?

CyberDefence.pl

Adam Lelonek

Witold Jurasz o geopolityce wojny informacyjnej: „W Polsce fake news to fake problem, a polska edycja Russia Today nie musi istnieć”

Перевод

Великая Россия. Новороссия - Малороссия

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    ДРУГИЕ СТАТЬИ
    Akbar
    Сегодня 16:33 368 2.14

    Глава МИД Ирана представил парламенту доклад о переговорах с ЕС по ядерной сделке

    Министр иностранных дел Ирана Джавад Зариф представил меджлису (парламенту) Ирана доклад о ходе переговоров по соглашению о ядерной программе со странами Евросоюза. Об этом информирует IRNA. Reuters  © Yves Herman Заседание парламента прошло в закрытом режиме. Также на нём выступили министр экономики и финансов Масуд Карбасиан и се...
    Andreas
    Сегодня 15:50 607 2.00

    USA Today: инакомыслие в Мичиганском университете подавляют по-советски

    По меньшей мере в 231 высшем учебном заведении США существуют структуры, которые ограничивают свободу слова в кампусах. Однако среди них наиболее выделяется Мичиганский университет, который поощряет доносы и преследует за высказывание неполиткорректного мнения, пишет обозреватель USA Today Ингрид. По её мнению, подобная практика напоминает о «подавлении несоглас...
    Фриц Морген
    Сегодня 15:50 568 8.00

    Ещё один год работы «Руксперта»

    1. Отчитываюсь о промежуточных итогах сбора средств на «Руксперт». Мы собрали 435 тысяч рублей, многие подписались на ежемесячную помощь. Теперь наше будущее обеспечено примерно до лета 2019 года, и вся команда «Руксперта» испытывает по отношению к жертвователям чувство горячей признательности. ...
    ПРОМО
    Илья Волочков Вчера 19:05 5819 15.61

    САМООПРАВДАНИЯ. Или как всё хотеть, но ничего не получить?

    Если разобраться - один из главных тормозов развития это самооправдания. Причем не важно, что именно для человека развитие, вопрос в том, что он хочет чего-то, но никак не может это получить. Это могут быть красивые девушки, деньги, путешествия, да даже более комфортная жизнь. Если человек не принимает ответственность за всё происходящее в его жизни, то, как правило, ...
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика