Люди, умеющие строить РАЙ на Земле. Магомед Абакарович Чартаев. Практика строительства Модели Общества СНИЗУ-ВВЕРХ (вторая попытка опубликовать)

0 259


Сквозь все мои публикации на этой площадке КОНТ красной нитью проходит воззрение, что существует всего Две Модели Общества, определяющие в конечном итоге, в каком обществе будут жить люди: в нормальном, здоровом, природосообразном,- т.е. в условиях Модели Общества СНИЗУ-ВВЕРХ. Или в нездоровом, ненормальном, антинародном, в коррупционном обществе, которое образуется в условиях организации жизни всего общества по принципу Модели Общества Сверху-Вниз.

Тем, кто захочет познакомиться подробнее с этой точкой зрения, можно заглянуть, например, вот сюда: "Есть всего ДВЕ модели общества, и этот факт пытаются СКРЫТЬ ОТ ЛЮДЕЙ, за специально придуманными терминами, теориями и учениями."

https://cont.ws/@osolntseva/12...

Примеров того, что собой представляет воочию Модель Общества Сверху-Вниз, в интернете можно найти неисчислимое множество. Так как мы сами являемся очевидцами и участниками жизни в условиях функционирования Модели Общества Сверху-Вниз, которую навязывают России вот уже много сотен лет подряд. Поэтому каждый сам ощущает и видит, в меру своих способностей, степень порочности, степень несправедливости, степень античеловечности, которые являются неотъемлемыми атрибутами общественных отношений в условиях жизни в Модели Общества Сверху-Вниз.

Здесь, на КОНТ, среди множества авторов, находящихся на службе и, соответственно, содержании адептов и выгодоприобретателей Модели Общества Сверху-Вниз, сладкоголосо приукрашивающих, беззастенчиво извращающих реалии, нагло подтасовывающих факты с целью внушить людям искажённую картину мира, с целью создать ложную иллюзию естественности и даже благости вот этой самой Модели Общества Сверху-Вниз, встречаются ясно видящие, неподкупные реалисты, преподносящие действительность без прикрас, во всей её неприглядности и чудовищности. Представители первой группы, всегда в топе, всегда на первых полосах, их публикации всегда в лидерах и они, как те торговки на рынке, цепляющие вас за рукав: "Ко мне! Иди ко мне!", точно так же навязываются вашему взору везде и всюду на всём обозримом пространстве КОНТ.

Представителей группы реалистов, не так легко обнаружить и найти. Даже зная аватар блогера, отыскать его на просторах КОНТ ох как не просто ((( Наберите, например, в строке поиска Пётр Петров. И убедитесь сами, что вы ни за что не попадёте в его блог: https://cont.ws/@id401433044 , хотя его место в общем рейтинге 222 позиция ( посмотреть общий рейтинг блогеров КОНТ можно нажав на три точки, которые находятся в правом верхнем углу на главной странице, выбрав опцию "Рейтинг").

Итак, если примеров ( в массе своих несомненно отрицательных) жизнедеятельности в условиях Модели Общества Сверху-Вниз можно обнаружить великое множество, то примеров, которые бы демонстрировали нам: а как же это жить в условиях Модели Общества СНИЗУ-ВВЕРХ? - встретить можно очень редко.

Главная причина это активное противодействие распространению такого рода информации со стороны тех, кто панически боится того, чтобы люди узнали правду о том, что та модель общества, в которой они живут - не является единственно возможным общественным устройством ( хотя людям, родившимся и выросшим именно в этой модели общества, действительно довольно трудно вообразить и представить себе, что возможно СОВСЕМ иное мироустройство - на этом в основном и держится вся химера безчеловечной Модели Общества Сверху-Вниз).

Поэтому в своём блоге, здесь на КОНТ, я стараюсь как можно больше рассказывать и о самой Модели Общества СНИЗУ-ВВЕРХ, и о тех примерах из практической жизни, которые демонстрируют нам неоспоримые преимущества Модели Общества СНИЗУ-ВВЕРХ, которую можно назвать единственно здоровой и нормальной моделью общества.

Экономическое чудо Магомеда Абакаровича Чартаева, о котором пойдёт речь в этой публикации, воспринимается чудом теми, кто смотрит глазами жителя, живущего в условиях Модели Общества Сверху-Вниз и вообще не знакомого с существованием жизни в условиях Модели Общества СНИЗУ-ВВЕРХ.

На самом же деле, Магомет Абакарович Чартаев, вместе с соратниками, просто вернул людей к их естественной, природосообразной, кооперативной или общинной жизни, которой люди и жили изначально, которой и должны жить свободные люди, гордо носящие звание Человека, как своей обычной, естественной жизнью.

Публикуемую здесь статью о Системе Чартаева, нашла вот здесь:

https://zaotvet.info/articles/...


В России не приживаются, отторгаются и обществом, и экономикой крайние формы принуждения к труду: тоталитарное ("не работаешь - сядешь в тюрьму") и сугубо рыночное ("не заработал - сдохнешь с голоду"). Между тем именно в России родилась и доказала свою жизнеспособность самая, пожалуй, эффективная в мире экономическая модель, исходящая именно из наших реалий, накопленного опыта и коллективной ментальности.

Сейчас читателю будет предложен еще один рассказ, подобный тому, который касался взрывного расцвета экономики Сингапура. Только на этот раз речь пойдет об одном из районов России, где свершилось экономическое чудо в рамках действующих законов, существующего налогообложения и той производственной отсталости, которая соответствует среднему уровню разрухи 90-х годов.

Представим себе, что мы едем по дорогам одной из самых дотируемых республик в составе России (более 90 процентов бюджета приходит "сверху", из Федерации). Вокруг - унылая картина: городки с необустроенной жилищной сферой, грязные улицы, небольшие аулы, когда въезжаешь в горную местность.

Неожиданно пространство вокруг заполняется сотнями великолепных, оригинальной архитектуры каменных особняков с аккуратными подворьями, с машиной возле каждого дома, с явно налаженным общественным бытом...


                        Село Шукты Акушинского района, Дагестан.

Первое, что приходит в голову: может, это мафия построила здесь курортную зону и на свои сверхдоходы прячется от правоохранительных органов?..

Замечаем непрерывное строительство вокруг: экскаваторы, грузовики... Нет, на мафию не похоже - во дворах и в домах идет обычная, будничная жизнь людей, кто-то возвращается с работы, кто-то выходит пообщаться с соседями...

Узнаем, что это - "Союз совладельцев-собственников". Люди зарабатывают все это сами нелегким трудом, используя какую-то экономическую модель Чартаева.

За сколько лет все это отгрохали, интересуемся мы у местных. Лет за 10-12, пояснят нам. И мы тут же спросим, а сколько, простите, стоит для вас такой особнячок, рассчитывая, что одна "коробка" с крышей "высветит" тысяч на 200 долларов. А с внутренней отделкой и оснащением, да при условии трудности доставки материалов в горную местность, то и все 300 тыс. Что здесь, сплошь долларовые миллионеры? Не похоже, лица у всех простые. Итак, почем встал домик хозяину?

Ответ нас огорошит. Этот дом, как и все прочие, растолкует нам любой житель, не стоили работнику ни копейки. За всех работает система Чартаева, которую здесь же и придумали и которая позволяет возводить такие дома для каждой семьи бесплатно.

Но мы-то понимаем, что бесплатного ничего не бывает, а значит, эти деньги зарабатываются всем хозяйством, его рядовыми тружениками, и часть дохода направляется в социальный фонд, из которого и черпаются финансы на строительство домов.

Для работника все это выглядит бесплатным, а на деле в этих хоромах часть его же труда, пропущенного через созданный и проданный продукт.

Но какова же должна быть эффективность системы, чтобы за 10 лет заработать себе на дом, купить машину (их тут раньше не было вообще) и обустроить свой быт?!

Мы должны всерьез задуматься. Если такая сумасшедшая эффективность создана (нам сейчас предстоит разобраться, в чем тут штука) и если она проложила себе дорогу в нашей практике, то согласились бы мы все, кто бы где ни жил, использовать подобную экономическую механику у себя?

Раз на базе сельскохозяйственного труда (вообще-то малорентабельного при обычных условиях вида деятельности) можно вот так жить, то уж в остальных-то отраслях убыточность означает лишь управленческий кретинизм, не более. Или мы чего-то в жизни не понимаем? Но предложи любому из нас, не семи пядей во лбу, а просто трудолюбивому, вполне земному человеку, заработать себе за 10 лет особняк и машину, вряд ли начнутся массовые отказы. Если "система Чартаева" работает в дальних уголках России, почему нельзя ее использовать везде (в Воронеже, Перми, Петербурге)?!

Настало время разобраться с этим чудом, оставившем по темпам роста позади и "азиатских тигров" (тот же Сингапур), и любую прозападную модель.

Стоит сказать, что стартовали работать по знаменитой модели Чартаева даже не с нуля - с уровня убыточного хозяйства в 1985 году,- а саму модель отшлифовали за 5 лет. Корректировали по требованиям "снизу", со стороны работников.

Именно потому, что создана оказалась система стимулов для всех, кто участвует в создании материального продукта, и появился результат, немыслимый по мировым меркам. За первые же 8 лет работы маленькое хозяйство увеличило объемы производства (в штуках, метрах, в сопоставимых ценах) в 15 раз!.. После этого многие другие хозяйства решились повторить данный опыт, и он сейчас распространился на территории площадью в несколько десятков тысяч квадратных километров.

Об итогах дела поговорим чуть позже, а сейчас, прежде чем речь пойдет о конкретном механизме "чуда", пусть читатель вспомнит наиболее эффективные формы организации труда в советское время.

На ум приходит артель старых времен, то бишь бригадный подряд, когда объект сдавался "под ключ", а полученные бригадой средства распределялись по КТУ (коэффициенту трудового участия); аккордно-премиальная система в строительстве (сделал все раньше "от и до", сдал комиссии - имеешь премию); более укрупненно - "щекинский эксперимент", когда всю полученную предприятием за счет экономии и научного подхода к делу прибыль разрешалось оставлять на оплату работникам и вкладывать в развитие... и т. д.

Сводилось все это к одному простому правилу: если ты испек пирог лучшего качества, то имеешь дополнительный заработок. Но никто не станет тебе платить за отдельные элементы этого пирога - тесто, муку, молоко, разве что аванс на их приобретение выпишут. Подай к столу готовый продукт, тогда и заработаешь!

С точки зрения производства, таким готовым пирогом является проданный товар - за него деньги и платят. Проданный, следовательно, воспринятый и оцененный с помощью рыночных механизмов (либо потребный стране и оплаченный через госзаказ). Это уточнение необходимо, чтобы отмести всякое представление о распределении продукции старым, "директивным" методом. Рыночная среда - лучший контролер.

Если говорить о заинтересованности всех участников создания товара, то финансирование промежуточных фаз должно производиться только по достижению результата и лишь в той степени, в какой он достигнут.

Это - в идеале, но на практике, как уже уточнялось, повсеместно в России мы имеем отдельные сферы со своими интересам: например, одну - в НИИ и КБ, другую - в производственной индустрии (которая ищет заказы под имеющиеся у нас мощности), но почти ничего посередине: нет фирм, занимающихся внедрением разработок.

Кроме таких отраслей, как авиастроение, где КБ и заводы дополняют друг друга, перемычка между наукой и практикой не создана, и даже если изобретатель принесет двигатель с КПД, скажем, близким к 100 процентам, ни ученые, ни практики денег на освоение модели не выделят. Хоть за свой счет его, проклятый, строй!

Подобных случаев, к сожалению, более чем достаточно. "Под ключ" сквозных цепочек (от НИИ - через производство - до прилавка), подобных по форме бригадному подряду, не создается практически никогда.

А если попробовать? У Чартаева этот вопрос решен самым естественным образом, и давайте проследим, какие даются ответы в самом что ни на есть земном варианте (поскольку речь идет о сельскохозяйственном районе). Здесь мы и переходим к обещанной истории, к самой модели.

...Итак, в далеком 1985 году в одном из убыточных колхозов, прослышав, что в стране началась перестройка, решили поставить свое хозяйство действительно по уму. Члены правления собрались и придумали схему, результаты которой превзошли в кратчайший срок мировые аналоги.

В соответствии с ней каждому жителю территории, находящейся в ведении хозяйства (в административном районе), открывался именной счет, на который поступала часть средств, заработанных всем хозяйством. Назовем этот пай "земельным": он открывается по факту рождения человека на этой земле.

Второй счет (пай) открывался каждому работнику: на него перечислялась доля этого работника от выращенного и проданного урожая, которая легко рассчитывалась колхозными бухгалтерами по КТУ. Механизаторы, зоотехники, доярки и все прочие могли получить в виде аванса в кассе до 60 процентов средств, составлявших прошлогодний доход.

Это, как говорится, преамбула. Главное заключалось в тех правилах, которые в корне меняли систему стимулов к труду.

Общим решением пайщиков (по существу это был немалый производственный кооператив) утверждался объем той работы, которую следовало с достаточным напряжением сил и возможностей выполнить за год: собрать и продать урожай, открыть новое производство, оказать сторонним организациям услуги по перевозке имеющимися транспортными средствами и т. д.

Правление доводило до подразделений (зерноуборочных служб, агропромов, механизаторов, доярок, снабженцев) конкретные цифры заданий, на которые те должны выйти. А дальше каждый работник свой будущий заработок видел в следующей форме:

Сначала о фонде накопления. Каждый работник с первого января текущего года знал, что в конце этого года перечислит в этот фонд твердую сумму, равную 50 процентам своего дохода. Хочешь не хочешь, но на эту цифру он должен был выйти вместе со своей бригадой (службой). Для доярок это означало надой в таком-то объеме литров молока от коровы; для аграрного сектора - столько-то центнеров собранной культуры с гектара, и т. д.

Подобный подход означал невозможность украсть что-то у хозяйства: если хочешь, можешь хоть все надоенное молоко утащить домой и там выпить, а можешь не кормить корову, экономя на силосе, но средства, за которые собранное тобой молоко должно быть продано, в хозяйство отдай. Или эти средства попросту спишут с твоего земельного пая, а ведь величина этого пая определяет долю жителя в распределении общего дохода хозяйства.


Но, отдавая 50 процентов своего персонального дохода в казну кооператива, работник точно знает, как они дальше распределяются: это тоже утверждает общее собрание в качестве программы на каждый год. Получается - так:

Значит, "скидывая" в общий котел хозяйства свои 50 процентов, работник часть средств возвращает себе самому:

во-первых, из этого котла ему же на земельный пай (как жителю данной территории) перепадет определенная сумма;

во-вторых, ему же, но уже на другой пай, открытый каждому работнику, выплатят положенный процент, зависящий от того, сколько личного труда (в рублевом пересчете) внес в хозяйство сам работник;

в-третьих, он будет обеспечен бесплатным здравоохранением, образованием, охраной.

Тут задержимся, поскольку каждый из нас сталкивался со всем этим "бесплатным"...

По схеме, предлагающейся в хозяйстве, врачи получают деньги, только если пациент здоров: ведь работник приносит хозяйству доход, часть которого идет врачу. Больной труженик на работу не ходит и, следовательно, доктору денег не отчисляет. Чартаев, взял и посадил врачей на 2% от заработка колхозника.

" Врачи разобрались, что заболей колхозник они процент недополучат и давай носится по полям с лучком чесночком да витаминками. Лишь бы не заболел."

(из книги «Борьба на территории России»)

Учителям платят не "вообще", а в той степени, в какой их работа оценивается комиссией роно и населением (т. е. потребителями услуг). Скажем, если дети после окончания школы поступают в вузы, то КТУ выставляется учителям максимальное, и т. д. Поэтому иной раз выгодно прийти к ученику домой и помочь ему сделать уроки, чем получить понижающий коэффициент к зарплате.

Наконец, безопасность. Нередки были случаи, когда пасущиеся отары овец расстреливались бандитами из автоматов, мясо увозилось на грузовиках, а милиции бандиты платили, чтобы она "ничего не видела".

Стоило лишь ввести бюджетно-премиальную систему, основанную на прямой заинтересованности милиции от сохранности и продажи каждой головы скота (10 процентов плановым порядком перечислялось в бюджет на правоохранительные органы), как хорошо вооруженные работники МВД начали сопровождать отары. "Падеж" скота прекратился.

Социальная сфера, включенная в состав производственного комплекса, означает, что трудящиеся всех предприятий через общий котел оплачивают услуги, которые им предоставляют "по видимости" бесплатно.

Повторимся: врач получает только со здорового работника, а учитель - лишь за грамотного ученика, сдавшего комиссии из роно всю программу на "хорошо" или "отлично" (а еще лучше поступившего в вуз). Плюс к тому, напомним, каждому жителю начисляют сумму на земельный пай.

Дальше - резервный и страховой фонды, которые позволяют блокировать форс-мажорные обстоятельства (неурожай, война, налоговая напасть, которую у нас умеют вводить задним числом, или невыплаты из федерального бюджета: строчка есть, а денег нет, и т. д.).

Все это тоже на благо работника, который знает, что в трудную минуту, даже если дома не окажется достаточно средств, у хозяйства имеются способы коллективной защиты. К тому же требуется содержать на пособии тех, кто не сумел в этом году дотянуть до заявленных результатов. Год таких терпят, потом выгоняют с работы. Да и пенсионные накопления, появляющиеся у каждого за счет указанных статей (дополнительно к государственным), не лишние.

Наконец, работник имеет хороший процент от использования части его денег в инвестиционном фонде хозяйства. Если урожайность культур - дело низкодоходное и долгосрочное, то почему бы в складчину не купить штук 100 КамАЗов и не заработать на их эксплуатации достаточно денег? Часть их пойдет на дивиденды каждому работнику, пропорционально заработанным ими средствам. Остальные - будут переведены в социальную сферу, опять же "бесплатную" для каждого: строительство бассейна, например, или газификацию района.

Выходит, если лучше работаешь, не только больше денег получишь, но и автоматически разместишь свои средства с наилучшей эффективностью. Понятно каждому: одно дело, когда дивиденды нарастают на заработанный тобой рубль, другое - на целую десятку. Разница существенная!

Вот почему, зарабатывая трудом, можно еще и "делать" на этом деньги: чем больше заработал, тем больше дополнительно они принесли дивидендов. На тебя работает система.

Но самое любопытное и неожиданное таится в графе, которая называется "доля администрации". Так получилось, что эта доля, найденная путем проб и ошибок, составляет около 5 процентов от общего дохода хозяйства: величина, тождественная в обычной жизни сумме взяток чиновникам.

В хозяйстве у Чартаева заранее закладывается размер оплаты управленческого труда, и чем больше окажется объем полученного хозяйством дохода, тем большей будет и абсолютная величина денег, перечисляемых на личные счета руководству. Это видно на рисунке:

Если объем средств, полученных хозяйством, увеличился вдвое, то и весь управленческий аппарат получит вдвое больше, после чего управленческие службы разделят эти деньги в соответствии с утвержденным в начале года КТУ.

Переходим ко второй части диаграммы, обозначенной как фонд потребления.

Получается, что работник сам покрывает все виды материальных потерь (если арендует у хозяйства машину, то покупает к ней бензин, запчасти, обеспечивает обслуживание, как это введено, кстати, во многих таксопарках).

От дохода работников зависит и инженерный корпус, который получает тем больше, чем больше создано конечного, проданного продукта.

Внимание! Такая схема совмещает интересы непосредственного производителя товаров и услуг с интересами тех, кто помогает этот процесс сделать более эффективным.

Так, например, инженеры получают 12 процентов от выращенного и проданного урожая, надоенного молока, транспортных доходов и т. д. Это означает, что работник ждет от инженера, условно говоря, идеи и чертежи, связанные с рационализацией процесса, а тот от производственника - скорейшего внедрения своих наработок. Но оба получат деньги только тогда, когда продукт будет создан и найдет применение на рынке! Это и есть взаимоувязка НИОКР с производством.

Еще раз повторим эту великую и столь естественную формулу. Когда труд работника и инженера оплачивается лишь по конечному результату, исходя из объемов созданного и проданного товара (причем оплата двух этих категорий взаимосвязана между собой), то появляется экономический стимул для научно-технического прогресса.

Появляется стимул для прогресса вообще, поскольку совмещаются элементы рынка (конкуренция, стремление улучшить качество продукции, умение играть ценой изделия), и личной заинтересованности каждого в конечном, а не промежуточном, результате.

Но, с другой стороны, результат этот может быть достигнут лишь путем общих, коллективных усилий - задействована оказывается интеграция всех служб, а в конечном итоге всех производств на данной территории.

Частные интересы нанизываются на коллективный результат, на общую цель. И чем больше территория, тем большее значение приобретает обеспечение непосредственно производства, основы для социальной составляющей (фонд накопления). Тем самым замыкается круг, обеспечивающий как социальные тылы работника, так и быструю реализацию научно-технических новаций ради получения прибыли: всеми вместе и каждым в отдельности.

Но вернемся к последнему из оставшихся элементов, касающихся фонда потребления. Все то, что не затрачено работником на оплату промежуточных служб, техники, горючего и т. д., выплачивается в виде зарплаты. Величина эта переменная: больше сэкономил - больше и получишь в кассе хозяйства. Тем не менее нельзя доводить экономию до абсурда: если совсем не кормить корову, она не даст молока. Следовательно, на местах ищут оптимальное соотношение, так что выходят на плановое задание с минимумом потерь.

Но ведь работник все деньги может сразу же положить себе в карман в качестве зарплаты, вскинет ладошками столичный экономист. Поправьте галстук, коллега, он у вас сбился набок! На чем, скажите, будет зарабатывать арендатор машины, обязанный сдать в конце квартала плановые деньги в хозяйство, если вместо нового дросселя купит себе пиджак? Дроссель лопнет, машина встанет - денег вообще не будет.

Не нужно думать, будто рабочий люд такой уж недальновидный, как это считает Г. Греф, заявляя на страницах "АиФ", будто в России вместо 10 тыс. долларов завтра предпочитают бутылку, но сегодня.

В хозяйстве Чартаева любой водитель, любой пастух на бумажке посчитает, сколько и за что он должен отдать и сколько ему нужно заработать, чтобы еще и на зарплату осталось. А потом, скажем, придет к директору колонны и предложит от имени таких же, как он, арендаторов машин: готовы, дескать, в складчину построить газовую заправку и перейти на газобензиновые двигатели - дешевле будет ездить, а значит, и окупится быстро. Такой ход им подскажут специалисты: люди умеют сводить доходы и расходы, если их к этому подталкивает экономическая ситуация.

Таким образом, соединяя вновь две половины, получим то самое "чудо", то есть схему, имеющую чрезвычайно высокую эффективность: в жизни, а не на бумаге и не в теории. Какую же?

За первые 11 лет работы (1985-1996 гг.) в условиях, когда проходила перестройка, а затем случилась гайдаровская денежная реформа, при той же примерно численности работников в хозяйствах М. Чартаева:

валовая продукция (в ценах 1983 года) увеличилась более чем в 18 раз;

производительность труда возросла в 64 раза (уточним: 6 400 процентов в сопоставимых ценах, не за счет инфляции);

урожайность с гектара повысилась в 5 раз;

посевные площади расширились в 1,5 раза;

поголовье овец стало больше в 3 раза, крупного рогатого скота - в 2 раза;

материальные затраты на обслуживание транспорта снизились в 20 раз;

численность управленцев уменьшилась в 8 раз.

Нет, это не сказка. Повторим для тех, кто понимает, что реальная жизнь заменяет горы бумажных выкладок и умозрительных доказательств. За счет социальных средств практически на каждую семью в хозяйстве построен отдельный каменный трехэтажный особняк. В места, где 70 лет не знали электричества, теперь провели свет и газ, оборудовали дороги... При этом, заметим, государственных дотаций не получали вовсе.

Называю адрес, господа скептики: Акушинский административный район Дагестана. Автор предложенной системы - бывший директор колхоза, затем депутат Народного собрания республики Магомед Чартаев, создавший целую систему предприятий, работающих по указанным принципам.

Многие руководители хозяйств и высокие чины Агропрома ездили в село Шухты, где расположена головная бухгалтерия "Союза совладельцев-собственников" (как себя называют вошедшие в схему М. Чартаева хозяйства).

Помимо проверок, которых были тысячи и которые не выявили ничего незаконного, люди набирались опыта, цокали языком и задавали два главных вопроса: кто владеет землей? кто владеет акциями?

Им отвечали: земля общая, никто ее не приватизирует - арендуем у государства. А внутри хозяйства собственность - индивидуально-коллективная, и все пользователи также осуществляют внутреннюю аренду, но уже у хозяйства. И все как положено при аренде: плата за пользование, плата за амортизацию при непременном условии - поддержании средств производства в работоспособном состоянии.

Что касается акций, то здесь их нет вообще: они заменены системой паев.

В чем принципиальная разница? Если владелец акций, скажем, купил контрольный пакет и может сидеть, ничего не делая, но получать при этом дивиденды, то отчисления на пай при кооперативной форме, в варианте, принятом у Чартаева, зависят от количества заработанных каждым лично денег. Хорошо сработал - пай стал больше, сумма начислений тоже повысилась (плюс, как мы помним, за сам факт рождения на "земельные" паи жителям начисляется каждый год вполне солидная сумма. В Арабских Эмиратах применяется схожий принцип: рождаясь, гражданин получает часть национального богатства.)

По системе М. Чартаева собственность прирастает как трудом, так и начислением дивидендов из общего котла на трудовые деньги. Это подталкивает всех к работе, а не к спекуляции акциями.


Социальная сфера обеспечена за счет такой системы примерно в 10 раз лучше, чем в среднем по России. Врачи, учителя, милиция, обслуживающий персонал имеют несравнимо более высокий финансовый статус, чем везде, потому что их работа включена в цепочку сверхвысокой производительности труда.

Три сотни белокаменных особняков, появившихся в последние годы за счет социального фонда хозяйства и построенные "бесплатно" для жителей, работников, стали символом новой экономики, которую здесь внедряют.


Автор не может не обратиться к научно-технической интеллигенции, к медперсоналу государственных учреждений, к нашим героическим учителям и воспитателям детских садов, работающим за гроши: уже создана и опробирована система, позволяющая вам, уважаемым людям, получать в 10 раз больше. Почему эту систему не взять за основу везде? Почему на фоне богатеющих нуворишей не можете себя чувствовать защищенными вы, наша гордость, соль народа?

Лучшей эффективности труда, чем у Чартаева, повторим, мир не видел. Автор знает, что говорит, поскольку занимался бюджетными вопросами как в государствах социально направленной экономики (Швеция, Германия, Сингапур), так и более жесткого капиталистического образца (Америка).

При системе Чартаева те же люди, что и 15 лет назад живущие на той же земле,- в "Союзе совладельцев-собственников" стали добиваться в 5 раз большей урожайности: за счет рекультивации почвы, внесения удобрений "по науке". Но в первую очередь потому, что всем это стало выгодно! Начальство, получающее там баснословные деньги, но отвечающее собственным рублем за упущенную (если проявит безграмотность) хозяйством прибыль: чем не мечта о найме власти обществом?

Но взглянем еще глубже - в социальную теорию, то есть в обоснование чартаевской практики.

Применение системы Чартаева исключило... наемный труд! Ведь если общество решает, что ему по силам задача заработать определенные средства при условии, что трудиться нужно будет основательно, с утра до ночи, а затем это же общество выполняет свою задачу, получая деньги за конечный результат труда, а не за процесс: кто тут кого нанимает?

Получается, что все нанимают сами себя, обустраивая лишь систему бригадиров, бухгалтеров, маркетинга, сбыта, механизации, НИОКР и т. д.

Таким образом, люди становятся совладельцами продуктов своего труда. По форме все это укладывается в действующее законодательство о производственной кооперации, где члены кооператива могут, конечно, нанимать сторонних граждан для выполнения работ, но между собой в правах по отношению к собственности равны.

А теперь представим, что все мы - члены кооператива размером со страну, а следовательно, пайщики того продукта, который произведен в масштабах государства. Это по сути переворот общественных отношений в пользу каждого отдельного человека!

М. Чартаев, придумывая в 1985 году свою систему, исходил из естественности кооперативной формы хозяйствования и понимания естественности таких социальных отношений, при которых каждый труженик чувствует себя полноправным участником и организатором собственной трудовой деятельности, что в итоге и позволяет получить наибольший экономический эффект, влекущий за собой, по цепочке, все остальные преференции и блага, затрагивающие буквально все сферы жизни людей.

При этом, заметим, земля остается в государственном ведении, и никакого визга городских "реформаторов", которые ходят по паркету в лаковых ботинках, о том, дескать, что "крестьянину нужна земля, чтобы сдать ее в залог под кредит в банке",- таких выкриков "совладельцы-собственники" не слышат. Им достаточно того, что их хозяйство работает с рентабельностью выше, чем у любой финансовой пирамиды. Потребуется, возьмут под сезонные закупки заем и легко отдадут его после продажи урожая.

...Начиналось все с убыточного колхоза. Сейчас Шухты кормят целый административный район, а каждая семья, повторим в третий раз специально для любителей скептически кривиться, имеет машину, личный особняк, социальное обеспечение.

Читатель должен понять, что все эти перемены произошли за тот же срок, когда страна по Чубайсу-Ельцину катилась вниз. Почему же опыт М. Чартаева не распространяется дальше? Может, дело в специфике этой горной республики, в их религии, дисциплинированности, отсутствии пьянства?

Кстати, давайте договоримся, что разговоры о торговле наркотиками, оружием, о какой-то свободной (безналоговой) зоне мы оставим в стороне: в Шухтах этого нет. Тем не менее развиваться системе Чартаева не дают! Почему?

Дело в том жестоком правиле, на которое здесь уже обращалось внимание: управленцы несут личную - собственным рублем - ответственность за принимаемые ими решения. Поработал грамотно - получи оплату, подчас огромную, но законную.

Однако если ты, директор, по нерадивости своей сгноил часть урожая, потому что не построил вовремя хранилище, а начались дожди,- возврати все деньги за погубленный урожай хозяйству. Причем возмести не только прямые убытки, но и упущенную прибыль: это правило не знает исключений.

Если управляющий не "тянет" работу, никто не мешает ему перейти в бригадиры. Не можешь и там управлять - выбирай более мелкий участок. Отсюда и сокращение аппарата в 8 раз: ушли как раз те, кто не сумел доказать делом свою квалификацию или сам не счел ее соответствующей новым жестким условиям.

Вот где коренится объективная причина, почему буксует система и не применяется более нигде! Представим, как по всей стране чиновники всех уровней должны будут доказывать реальными делами хозяйственную эффективность вверенных им секторов, а отвечать за все им придется собственным карманом...

Если систему Чартаева переложить даже на одну республику, сколько же нынешних баев должны расстаться с золочеными креслами собственных кабинетов! Пропустят они эту систему дальше одного района? Безусловно, нет!

Тем более жадная клика нахлебников, присосавшихся к государственным структурам по всей России,- для них система Чартаева чревата отстранением от управленческих функций, а значит, от финансовой кормушки, от "статусной ренты". Поэтому и вязнет система в высоких кабинетах (о ней ведь знали и М. Горбачев, и Е. Гайдар), хотя на практике она показывает эффективность, равной которой нет.

В середине 90-х годов автор вместе с экспертами из Госдумы побывал в Дагестане, чтобы убедиться: все, представленное здесь в цифрах, абсолютная правда. Затем М. Чартаева пригласили в Петербург, где он выступил в Минсельхозе Ленинградской области, рассказав 80 директорам хозяйств о своем опыте. К нему в Шухты поехали шестеро из них - матерые руководители, которых на мякине не проведешь и, вернувшись, рассказали остальным, что "так, как там, должны жить и работать все".

Была создана группа специалистов, которая превратила наработки М. Чартаева в пакет документов, позволяющий переводить любое хозяйство в режим предприятия, подобного чартаевскому (в рамках "совершенствования производственных отношений"), а 4 областных хозяйства даже создали "Союз совладельцев-собственников". Но дальше - дело встало, упершись в полное отсутствие поддержки со стороны местных властей, предпочитавших действовать в привычных формах и собственным положением не рисковать.

Отголоски предложенных М. Чартаевым методов можно увидеть в самых разных проявлениях нашей экономической практики. Например, на ЛОМО - известнейшей петербургской фирме - начали платить зарплату работникам не за выполненный ими объем, а исходя из проданного количества продукции.

На многих народных предприятиях, не менее 75 процентов акций которых принадлежат самим работающим, дела идут совсем неплохо (Московский вентиляторный завод "Мовен" и другие - таких предприятий сейчас всего около 60 в стране). Не выдающиеся у них результаты, конечно, но далеко не худшие и уж точно - стабильные. Практика ищет максимально эффективный выход и применяет, сама того не осознавая, элементы системы Чартаева.

Ссылки по теме:

Персональный сайт М.А.Чартаева (1941-2001)

http://chartaev.narod.ru/


Слово самому Магомеду Абакаровичу Чартаеву


http://rospil.ru/newrussia/ne...

                                                                 Мы любим Россию!

                                                                  ВПЕРЁД, РОССИЯ!

                                                              Экономика будущей России

                                            Союз собственников-совладельцев «Шукты» *                                                  Самоуправление трудовых коллективов

                                             Союз собственников-совладельцев - выход из                                                      тупика

                                                                         Магомед Чартаев

Концепция 06.11.2006 г.

Одни настаивают на сохранении и закреплении исключительного права государства владеть землей, а всем остальным отводится роль пользователей, арендаторов. Другие призывают ввести частную собственность на землю с правом купли-продажи. Помилуйте, дорогие сограждане! Земля не может быть ни государственной, ни частной, а только общенародной, общечеловеческой. Не мы ее создали, а она нас. Каждому человеку самим фактом рождения даруется право жить, дышать, пить воду, есть хлеб, помогать ближнему. Это право от Бога. Или для материалистов - от матери-природы.

Все рождаются и все умирают, и каждый умерший получает свою делянку на вечное пользование - два квадратных метра. Больше ему не нужно - ни миллионеру, ни последнему бедняку. А пока жив, чем вправе владеть? Каков его пай в общенародном, общечеловеческом достоянии?

Как бы общество ни называлось, каким бы "измом" не определялось - основа его состоит в способе присвоения национального богатства и, в первую очередь, произведенного продукта.

Присвоение природы в первобытном обществе по праву сильного выражалось в войне за лучшие территории, производства на этом этапе не существовало, поэтому не было присвоения произведенного продукта.

В рабовладельческом обществе продукт труда присваивался рабовладельцем на основе присвоения других людей в виде рабов. Демократия в Древней Греции была замечательной, но не для всех, а только для граждан, а кроме них было огромное количество рабов, которые были вещами, и следовательно - негражданами. В капиталистическом обществе продукт труда других людей присваивает владелец капитала, покупая рабочую силу как товар.

В нашем обществе, которое мы называли социалистическим, государство присваивало продукт труда всех граждан страны, чтобы потом распределить его, но как... (по справедливости?) В результате при всеобщей общенародной собственности мы все оказались наемными работниками у... У кого? У управляющих, которых мы же и наняли (?) через своих народных избранников, на которых мы никакого влияния после выборов не оказывали (или не могли оказать)? Масса вопросов, а результат простой - всеобщая безответственность на всех уровнях за результат своего труда. И не в виде проявления личных качеств конкретного человека (масса честных и совестливых людей была смолота жерновами, которые мы сами создали).

А уж нынешняя катастрофа определена тем, что все богатство страны, накопленное поколениями наших предков и нашим личным трудом, оказалось брошенным на разграбление властью, которая для того и существует в государстве, чтобы защищать наши с вами интересы, в том числе и собственность. Но оказывается - это мы так думали, проходимцы же от власти думали иначе.

Итак, наш вывод: проблема советского общества - в государственной собственности. Заметьте, не в общенародной, а в государственной, позволяющей чиновнику пользоваться правами собственника по отношению к общенародной собственности, не неся экономической ответственности за результат использования собственности и за ее сохранность. Административная и даже уголовная ответственность в этом случае проблемы не решают.

Исходя из этого диагноза, мы и предложили свое решение проблемы. Как общество вынуждено было отказаться от рабского труда, как оно отказалось от крепостного права, так пришла пора отказаться от наемного труда. И мы решили: отныне каждый работник нашего хозяйства будет присваивать результат своего труда сам. Но, если механизмы присвоения результатов чужого труда отработаны веками, то механизмы для союза собственников-совладельцев пришлось создавать самим. Первоначальная схема была довольно проста. Исходя из государственных закупочных цен и сложившихся затрат определили внутри хозяйства цену продукта на каждом этапе его движения. Эти цены были приняты за стартовые и за 11 лет нашей работы практически не изменились. Внутри союза собственников-совладельцев мы до сих пор считаем все в рублях образца 1991 года. Ничуть не хуже, чем в долларах и, на наш взгляд, - естественно.

Собственность не возникает из ничего. Если ты не иждивенец и не рассчитываешь на подарки, по крайней мере постоянно, то для того, чтобы продукт труда стал твоей собственностью по праву, все необходимое для производства на своем рабочем месте, нужно купить. И договориться с партнерами о доле в общих доходах.

Так, продавая результат своего труда друг другу, мы и перешли к рыночной экономике, основой которой является не спекуляция "прихватизированной" собственностью, а продажа результата своего труда. Поэтому и итог в конце года оказался, мягко говоря, отличным от результата "реформ" в России, да что говорить, просто отличным. Затраты на единицу продукции снизились в два раза, и мы впервые за многие годы оказались с прибылью. Это было в 1985 году. Все живое в мире обязано заботиться о развитии, о расширенном воспроизводстве. Материальное производство - не исключение. Поэтому мы определили долю дохода, которую каждый работник отчисляет на развитие производства. Таким образом, доход каждого работника делится на две части: "накопление" и "потребление". Из части "потребление" каждый работник оплачивает все материальные затраты (в том числе и амортизацию), услуги специалистов и обслуживающего персонала. Остаток является его личным доходом. Доход специалистов и обслуживающего персонала определяется в процентах от части "потребление" после вычета материальных затрат. Доля администрации определена в процентах от части "накопление". Появились и новые проблемы. Около 30 % работников оказались банкротами. Это были первые банкроты в СССР. Но вкус к самостоятельной работе оказался настолько силен, что несмотря на огромное давление со стороны местных властей (напомню, что это был конец 1985 года) собрание решило работать по этим принципам и дальше. Здесь необходимо отметить еще одно принципиальное отличие от "реформ" в России. Банкроты не "выбрасываются за борт", по нашему решению в течение двух лет убытки банкротов покрываются из страхового фонда, а затем погашаются из имущественного пая работника (об этом чуть дальше). Но дважды банкротом не становился никто. Люди быстро поняли, что это не шутки, а реальная экономическая ответственность за результат своей деятельности.

А дальше началось самое интересное. Годами мы не могли заставить людей думать об экономике предприятия, теперь же не было отбоя от вопросов. Первыми забеспокоились те, кто лучше работал и чья доля в инвестициях, соответственно, была больше. "Если результат труда - моя собственность, то и средства, идущие на развитие производства, - мои. Я хочу видеть свои деньги", - говорили они. Тогда мы завели личные счета на каждого, где записывали суммы, инвестированные конкретным работником. Тогда появились другие вопросы: "Если у меня на инвестиционном счете 10000 рублей, которые используются в производстве и дают доход, то почему я не вижу этого дохода, ведь за используемые основные фонды я плачу как и все?" Тогда в части "накопление" были определены доли для формирования дивидендов на имущественные и земельные паи. Дивиденды на земельные паи выплачиваются каждому жителю территории по праву рождения как совладельцу земли, а дивиденды на имущественные паи - пропорционально доле в общественном капитале.

Были сформированы страховые и резервные фонды из части "накопление". Остаток части "накопление" (инвестиции) распределили в долях между всеми участниками производства - непосредственными товаропроизводителями, специалистами, обслуживающим персоналом и администрацией. Это еще один важный момент. Некоторые "борцы за права рабочих", стремясь их сделать хозяевами, предлагают нанимать администрацию. Получается как в фильме "Свой среди чужих...": "Бая ругаешь, а сам баем хочешь стать. И бить своих батраков будешь. Будешь, будешь. Это, брат, диалектика". Мы отменили наемный труд для всех, а не просто поменяли хозяев и рабов местами. Поэтому все действительно равны в правах и в отношении к создаваемому продукту, а, следовательно, и к инвестициям.

Следующий этап в развитии нашего союза начался с вопросов уже не работников, а пенсионеров. "Вы получаете дивиденды на свой капитал, а разве нашего труда нет в этом хозяйстве? Ведь мы начинали с сохи и лопаты, а вы сейчас на какой технике работаете".

Отвечая на вопросы, действительно поставленные жизнью, а не высосанные из пальца, мы на третьем году работы должны были ответить на вопрос - чья же у нас собственность? Люди способны решить любые проблемы, но направление поисков решения определяется наличием или отсутствием совести. Есть совесть - тогда возникают ответы, исключающие несправедливость. Решили мы и эту проблему. Подняли все архивы с момента организации колхоза в 1936 году, посчитали прирост основных фондов за каждый год, выяснили, кто и сколько работал, создавая этот прирост. Распределили его между работниками пропорционально вкладу каждого. Просуммировали по годам и расписали по личным счетам. Таким образом, распределили капитал между всеми, кто его создавал. Если человек умер, его доля доставалась его наследникам.

Тут есть одно очень важное следствие. Поскольку каждый работник, используя прошлый труд, овеществленный в основных фондах, в первую очередь восстанавливает стоимость самортизированного имущества, то тем самым восстанавливает используемый капитал, а, значит, и прошлый труд своих предшественников. Следовательно, сколько бы лет ни прошло, личный инвестиционный счет каждого будет состоять из собственного капитала и капиталов своих предков. И всегда можно сказать: вот мой вклад в наше богатство, вот - моего отца, вот - деда, прадеда...

Тут наступил завершающий этап с точки зрения формирования структуры нашего союза. К нам обратились врачи, учителя и другие жители, не работающие в основном производстве. "Почему мы живем вместе, а живем по-другому? Не можем ли и мы жить так же?"

Конечно, можете. Давайте обсудим, какую долю дохода каждый работник готов выделить на образование, медицину, милицию..., как будем оценивать результат вашего труда и какова мера ответственности каждого. С тех пор мы и живем все вместе по принципам, которые мы сформулировали так:

- каждый гражданин является собственником результата своего труда;

- все граждане являются совладельцами природных ресурсов по праву рождения;

- каждый гражданин является собственником своей доли в общественном капитале. Иногда спрашивают: "Это социализм или капитализм? С одной стороны - вроде рыночная экономика, с другой - что-то коммунистическое про результат труда. А уж общественный капитал совсем странное понятие, что-то вроде гибрида ежа и ужа. Я думаю, что найдутся люди, которые придумают название тому, что у нас получилось. Знаю только, что частная собственность и государственная собственность - лишь два разных способа отбирать у человека результат его труда и ясно, что этот тип отношений в обществе себя изжил. Вопрос только в том, сможем ли мы принять в обществе другие принципы общественных отношений, либо изжившие себя принципы изживут и нас.

Что же касается рыночной экономики, то, на наш взгляд, разговоры на эту тему не столько проясняют вопрос, сколько запутывают его. Так же как кибернетика оказалась вовсе не "продажной девкой империализма", так и рыночная экономика может существовать в любом обществе. Проблема лишь в том, кто и что продает. Продаются люди - получаем рабство, продается рабочая сила - получаем полурабство (в виде капитализма или социализма - не важно). Мы решили продавать результат своего труда. Продавец, естественно, тот, кто его создал. В результате получили принципиально иную систему общественных отношений. А форму собственности в нашем союзе назвали индивидуально-общественной. Отсюда и название - союз собственников-совладельцев, когда каждый член союза является собственником результата своего труда, доли в общественном капитале и совладельцем природных ресурсов и общественного богатства.

Каковы же результаты?

Самый главный экономический показатель - затраты. Себестоимость продукции за первые три года уменьшилась в четыре раза и продолжает снижаться, хотя и не такими темпами.

Производительность труда за 10 лет работы выросла в 64 раза. Чтобы не подумали, что это опечатка, скажу по-другому. 6400 процентов. Это, естественно, в сопоставимых ценах, а не за счет инфляции. При такой производительности труда можно многое себе позволить, поэтому уровень жизни в нашем союзе примерно на порядок выше, чем в среднем по стране. Это подтверждается таким объективным показателем, как уровень рождаемости. При отрицательном приросте населения в Дагестане (как и в России в целом) в нашем союзе рождаемость в шесть раз превышает смертность.
За последние три года поголовье овец увеличилось в три раза, поголовье крупного рогатого скота - на 50 процентов, посевные площади увеличились на 50 процентов.
Ведется интенсивное жилищное строительство - в 1995 году для членов союза построено 60 трехэтажных коттеджей, развивается социальная инфраструктура.
Появились новые направления деятельности: переработка, строительство, транспортные услуги...

Все вроде бы прекрасно. Но...

Мы же не изолированное государство. И существование в нынешней системе больно бьет и по нам. Финансы - кровь экономики и, пропуская через себя эту отравленную фальшивыми деньгами "кровь", со смещенными ценами, мы дорого за это платим.

Даже наше небольшое хозяйство после гайдаровского отпуска цен в 1992 году только за тот год потеряло более пяти миллиардов рублей.

Недавно мне попала в руки книга "Большая игра в бизнес" Джека Стэка - президента американской компании, который почти в то же время (в 1983 году) нечто похожее сделал у себя на предприятии. С таким же успехом и похожими проблемами. Вот что он пишет в конце своей книги.

"Это настолько выгодное дело, что я иногда задумываюсь, а вполне ли оно законно? Все так легко. Интересно. Вызывает азарт, но не очень рискованно. Это способ заработать горы денег. И выигрывают все...
Так почему же другие компании не делают того же?... Я подозреваю, что по тем же причинам, по которым они не распределяют акции среди своих сотрудников и не используют систему открытого управления: страх, жадность, паранойя, невежество."

Анализ отечественного и зарубежного опыта в этой сфере позволяет утверждать, что найденные нами принципы и механизмы отражают объективные закономерности развития общества, и очень страшно, если мы пройдем мимо уже найденного решения, оставив потомкам свидетельства собственной глупости. А специфика, на которую часто ссылаются, отмахиваясь от нас, действительно есть, но она не в особенности горного климата, не в сельскохозяйственном характере нашего труда и уж подавно не в форме носа наших собственников-совладельцев. Это чисто российские условия нашей прошлой и нынешней жизни, потому наш союз собственников-совладельцев - это наш Российский вариант, наш путь в будущее.

М.А. Чартаев, председатель Союза собственников-совладельцев "Шукты"

http://www.2084.ru/index.ph...

                                                          Россия сосредоточивается!

Дата первой публикации Портала "Россия" - апрель 2006 г.

Разрешается републикация любых материалов Портала

Мальчик Алеша Виноградов, 26 годиков, нигде не работает

На митинге за Навального 23 января ударил полицейского, выловлен и помещен под домашний арест. Алеша раскаялся и пообещал, что больше не будет. Вчера прошел суд, по итогам которого Алеш...

Не чуя страны

Забавные либералы убедили сами себя в том, что накрученные сто миллионов просмотров кинца Навального означает, что вся Россия думает так же, как они. Шок Ксении Лариной говорит о том, что эти люди жив...

Шойгу сказал: «А теперь Горбатый!»
  • sensei
  • Вчера 03:00
  • В топе

Минобороны требует ускорить выпуск Ил-76 — самолёта из зоны особого вниманияНынешний визит министра обороны России Сергея Шойгу в Ульяновск, где он посетил авиационное предприятие «Авиа...