Если вы когда-нибудь пытались пробиться со своей жалобой до Верховного суда Российской Федерации, то знаете: этот квест по уровню сложности примерно как прохождение «Dark Souls» вслепую, управляя персонажем носом. Теоретически — можно. Практически — на это рассчитывают только самые отчаянные романтики, которые до сих пор верят, что Российская судебная система создана для защиты прав, а не для имитации бурной деятельности.
Однако дело Ларисы Александровны Долиной неожиданно показало, что Верховный суд может работать быстро. Настолько быстро, что это даже пугает. Прямо-таки вызывает дрожь в коленях и желание проверить, не треснул ли стеклянный потолок правосудия — уж слишком громкий звук послышался.
Итак, жалоба поступает в Верховный суд 2 декабря.
А 3 декабря — на следующий же день — судья ВС выносит постановление об истребовании дела:
Друзья мои, я за 22 года в правовой сфере видела многое, видела судей, которые умудрялись «изучать» дела быстрее, чем открывается дверца микроволновкии с такой же скоростью выносить отказняк (отказное определение Верховного ссуда ), но ТАКОЙ скорости я не наблюдала ни разу. Это как если бы старенькая «девятка» внезапно обогнала «Формулу-1» на трассе: технически возможно, но выглядит странно и вызывает только один вопрос: а что случилось?
О том, как ВС РФ «рассматривает» жалобы: инструкция, которую никто не просил, но все должны знать
Для тех, кто не в теме, рассказываю: если вы подаёте кассационную жалобу в Верховный суд, вовсе не значит, что её вообще увидит человек, имеющий полномочия решать что-либо.
Реальность выглядит так:
1. Жалоба попадает в канцелярию, где она отлеживается, набираясь мудрости и чиновничьего аромата пыли.
2. Затем она попадает «на изучение» судье ВС, что звучит внушительно, но чаще всего означает, что помощник судьи быстренько пробегается глазами по бумажкам, попутно размышляя, что бы съесть на обед.
3. В 99% случаев после такого «анализа» жалоба получает легендарное: «в передаче кассационной жалобы отказать». На профессиональном языке это переводится как: «Проблема есть, но мы не видим. И видеть не собираемся».
4. В судебном заседании ВС рассматривает… 1,1% гражданских жалоб.
Да-да, вы не ослышались: 1,1%, Карл! Это и есть тот самый высокий порог правосудия, который не сможет преодолеть ни один человек… кроме тех, кому это нужно. Почему же дело Долиной стало тем самым исключением, подтверждающим правило? Вот тут мы подходим к самому интересному.
Если судья ВС истребовал дело НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ, значит:
• жалоба почти не успела остыть после подписания,
• её не успели потерять, перепутать или забыть на подоконнике,
• её не перечитал «ответственный помощник» с привычным скепсисом,
• и главное — её сразу отнесли «куда надо».
Кому именно — догадаться несложно. В России есть два типа дел:
1. Обычные дела — их рассматривают по принципу «когда-нибудь, если звёзды сойдутся».
2. Дела, которые трогать надо срочно.
Дело Долиной внезапно оказалось во второй категории. И вот тут у нас появляются две большие версии, каждая из которых удивительным образом говорит не о правосудии, а о том, что мы называем «политико-правовой реальностью России».
Версия первая: делу Долиной дали зелёный свет «сверху»
Эта версия логически объясняет, почему ВС внезапно вспомнил, что бумажки можно не только складывать стопкой, но и читать.
Что у нас есть?
• Решения трёх инстанций, которые вызывают у любого юриста желание выпить валерьянку.
• «Экспертизы», среди которых затесалась даже какая-то «деструктологическая» — научная дисциплина, которую можно изучать исключительно в шутку, потому что в реальности она существует примерно так же, как единороги.
• Признание суда, что Долину ввели в заблуждение третьи лица, выдававшие себя за силовиков, из чего вытекает простой вывод:
это обман, а не «заблуждение».
• А если обман — то действует ст. 179 ГК РФ, которая прямо говорит:
сделка не признаётся недействительной, если покупатель не знал и не должен был знать об обмане продавца.
Угадайте, знала ли покупательница Лурье, что Долину разводят мошенники?
Конечно же нет.
Поэтому весь судебный кастом-квест на тему «вернём квартиру назад и деньги, разумеется, тоже» — чистой воды правовая фантастика.
Самое интересное: для отмены этого безобразия Верховному суду ИСТРЕБОВАТЬ ДЕЛО ВООБЩЕ НЕ НУЖНО.
Хватает жалобы и судебных решений.
Так почему истребовали?
Ответ напрашивается сам: если решение трёх инстанций согласовывал кто-то очень большой, то отменять его без благословения ещё более больших людей — себе дороже.
Ну а если высокие люди решили, что теперь, после скандала, надо двигаться в обратную сторону, ВС выполняет команду быстро, чётко и без лишних вопросов.
Версия вторая: Верховный суд решил красиво прикрыть всем глаза
По второму сценарию ВС истребовал дело лишь затем, чтобы показать всем юристам:
«Посмотрите, мы всё тщательно изучили. И если мы отказываем в передаче жалобы — то это очень обоснованно.» То есть будет сыграна та самая любимая игра российского правосудия -«видимость бурной деятельности». Судебная система в России давно живёт по принципу:если где-то была откровенная глупость, главное — не исправить её, а красиво объяснить, почему всё было сделано правильно.
И дело Долиной идеально ложится в такую модель.
Почему решение Хамовнического суда трещит по швам Вот вам золотая цитата из решения от 28 марта 2025 года:
«…Долина совершала сделку под влиянием посторонних лиц, убедивших её, что она участвует в спецоперации ФСБ и Росфинмониторинга…» Это прямая констатация обмана, а не заблуждения. Но суд отчего-то применяет к делу ст. 178 ГК РФ, которая к обману не относится, вместо ст. 179.
Почему? Потому что иначе решение в пользу Долиной вынести невозможно. А раз нельзя — значит, надо исказить закон так сильно, чтобы он перестал помещаться даже в рамки действующего права. Впрочем, российские суды в этом преуспели давно.
Но вернёмся к реальным фактам.
Что в деле имеется?
• Долина лично показывала квартиру покупателям.
• Обсуждала, какие предметы интерьера остаются, а какие увезут.
• Никаких самостоятельных экспертиз в гражданском процессе не проводилось.
• Суд положил в основу решения материалы по уголовному делу, которое вообще ещё не завершено.
Если это «правосудие», то я — космонавт. Хотя в России космонавтом быть безопаснее.
Верховный суд между молотом и наковальней
Сейчас ВС находится в уникальной ситуации:
Либо:
он действительно раскрутит дело обратно — отменит решения трёх инстанций, вернёт покупателю квартиру и деньги, а судебной системе — хоть немного здравого смысла.
Либо:
сделает вид, что «изучил дело», и скажет привычное:
«оснований для передачи жалобы нет».
И знаете что?
Если случится первый вариант — это будет не победа правосудия.
Это будет победа общественного возмущения над системой, которая вдруг испугалась собственного отражения.
Если случится второй — никто не удивится.
Потому что в России давно действует принцип:
правосудие наступает только тогда, когда этого требует политический ветер.
Чему учит нас дело Долиной
Это дело стало нагляднейшим показателем того, что:
• российское судопроизводство не является правосудием;
• решения выносятся не по закону, а «как получится»;
• судебная логика порой настолько извращена, что её можно изучать только после приёма седативных.
Система опозорилась.
И теперь пытается либо замести следы, либо сделать вид, что позора не было.
Но факт остаётся фактом: незаконное решение, принятое трижды, не становится законным от количества подписй.
А если Верховный суд наконец заметил очевидное, то лучше бы он делал это не когда гром гремит, а когда закон того требует.
Дело Долиной — это зеркало, в котором отражается вся суть нашего «правосудия»:
• когда надо — работает со скоростью света;
• когда не надо — спит как сурок;
• когда выгодно — искажает закон;
• когда стыдно — делает вид, что виноваты все, кроме него.
И как бы ни закончилось это дело — репутацию системы оно уже не спасёт.
П.СЫ: Если просто на пальцах объяснить , то: все вокруг уверены, что суд решил дело Долиной так, потому что признал её «невменяемой». Но это неправда. Статью, по которой человек не понимает своих действий (177 ГК), суд отбросил — она в решении не используется вообще
Что же сказал суд? Суд считает, что Долина не понимала не свои действия, а то, что мошенники вытворяли вокруг неё. То есть она стала жертвой обмана, а не «самозаблуждения». А теперь главное — где логика ломается
По закону:
???? Если человек запутался сам — это «заблуждение» (ст. 178 ГК).
И суд может отменить сделку.
???? Если человека обманули третьи лица — это «обман» (ст. 179 ГК).
И суд НЕ может отменить сделку, если покупатель не знал об обмане. А Лурье не знала. И знать не могла. Это прямо следует из дела.То есть по закону всё выглядит так: Обман = вина мошенников.Лурье ни при чём. Оснований отменять сделку — нет.
Но что сделал суд? Суд внезапно:
✔ назвал то, что происходило с Долиной, обманом,
✔ не применил статью 177 про «невменяемость»,
✔ но всё равно отменил сделку,
✔ и вернул квартиру Долиной,
✔ как будто дело — по статье 178 («заблуждение»).
То есть суд фактически смешал два несовместимых сценария:
Признал обман → применил логику заблуждения → отменил сделку.
Это как если бы в ПДД написано: «Если вам врезались — виноват тот, кто въехал», а суд такой: «Ну да, въехали в вас, но вернём машину первому водителю, потому что… ну вот так».
Проблема в одном предложении...Суд признал, что Долину обманули мошенники, но наказал не мошенников, а покупателя, который вообще был не при делах. Долина стала жертвой обмана — это правда. Лурье — честный покупатель — ни в чём не виновата. По закону сделку отменять нельзя. Но суд всё равно её отменил и вернул квартиру Долиной.
Вот почему вокруг дела столько споров. Люди чувствуют, что что-то не сходится — и действительно не сходится.
Как, по-вашему, чем закончится дело Долиной: отменой абсурдных решений трёх инстанций или очередным заявлением о том, что «оснований для передачи жалобы нет»?
Оценили 80 человек
119 кармы