Великий р̶у̶с̶с̶к̶и̶й̶ (русскоязычный) писатель Михаил Жванецкий родился 6 марта в чисто одесской семье. Папочка – уважаемый хирург, хоть и с маленькой зарплатой, но зато с орденом Трудового Красного Знамени.
Мамочка – стоматолог, тоже уважаемая профессия, и самое главное – денежная.
Сыночек по стопам родителей-врачей не последовал. Решил еврейский мальчик, что не хочет ни отрезать, ни выдирать.
Тела лечить Мишенька отказался. А вот души людей, причем в массовом порядке – совсем другой масштаб.
Тело – оно что? Поболит и перестанет. А душа – она если заболит, то может ходить годами и всем жаловаться.
Как говорил Мишин дальний родственник, мудрый Соломон: «Позитив – исцеляет, а негатив – кости сушит». Ну и правильно. Врачей хоть и становится больше, но за больными всё равно не угнаться. Жизнь – это болезнь, которую лечат с мехом.
А целителей мало, не все больные их «догоняют». А здоровых вообще катастрофически мало, и даже они не успевают за ходом мысли гения.
Жванецкий опасался, что его могут забыть, потом боялся, что его могут запомнить. Правильно делал. Запомнили и будут помнить.
Жванецкий, как дорогой коньяк, с возрастом становился всё лучше и лучше, только пить его стали всё осторожнее и осторожнее.
Заболел, не афишировал, только самые близкие догадывались, потому что отменил дежурство по стране и заинтересовался «Шма, Исраэль».
Говорят, он умер. Есть могила, памятник, цветы. Это факт. С ним не поспоришь.
Но я напомню, что писатель умирает только тогда, когда его перестают цитировать. А пока цитируют — он просто вышел покурить или хлопнуть по рюмашке.
Помним, любим, скучаем, читаем... цитируем.
(с) Рами Юдовин
Оценили 32 человека
71 кармы