• РЕГИСТРАЦИЯ
Коронавирус. Последние новости

Правосудие Сталина. Обжалованию не подлежит!

18 5314

Правосудие Сталина. Обжалованию не подлежит!

Ферр Гровер


Сегодня начну публикацию очень интересной книги Ферра Гровера "Правосудие Сталина. Обжалованию не подлежит!", с расследованием деятельности троцкистов и бухаринцев. Такими уж невинными овечками были те, с кем боролся Иосиф Сталин, и прав ли был он вообще в постановке вопроса о госизмене и терроре данной группы.

Публикую сегодня только Предисловие и Первую главу.

 

Предисловие

Книга-исследование, которую пытливый читатель держит сейчас перед глазами, посвящена драматическим событиям, во многом изменившим ход советской да, пожалуй, и мировой истории — политическим заговорам в среде партийно-правительственной элиты СССР 1930-х годов. Паутина взаимосвязанных и переплетающихся друг с другом конспираций опутала высшие эшелоны государственной власти, получила всесоюзный размах. Заговорщические группы не гнушались ни убийств, ни актов саботажа, ни изменнических контактов с эмиссарами враждебных держав.

В ответ на раскрытие серии антиправительственных заговоров власти санкционировали арест и уголовное преследование многих высокопоставленных чиновников. О некоторых из них стало известно из материалов открытых судебных слушаний на московских процессах, проходивших в августе 1936-го, январе 1937-го и марте 1938 годов. Кризис власти поставил страну на грань национальной катастрофы, поверг партийно-правительственное руководство СССР в состояние «большой паники» — время лихорадочного поиска выхода из тупикового положения, искаженно представленного в исторической литературе как годы «большого террора»…

Так или почти так должны выглядеть события советской истории 1930-х годов, если при этом придерживаться не зазубренных схем «канонических» концепций, а строго следовать документальным источникам. Вряд ли будет преувеличением сказать, что правда о том времени еще не сказана и мы пока лишь в самом начале ее постижения: слишком уж долго политически ангажированные круги в России и за ее рубежами занимались укрывательством объективной информации.

Искаженное видение советской истории поставило авторов перед необходимостью посвятить многие страницы книги историографии. Ибо, как выясняется, почти все, что в научно-исторической литературе написано о заговорщической деятельности оппозиции, на поверку оказывается неправдой. И хуже того — плодом сознательного искажения или замалчивания многих, как теперь становится ясно, неоспоримых фактов советской истории сталинского времени.

Что, конечно, не должно никого удивлять. С самого начала антисталинская историография служила не поискам истины, а целям пропаганды. В СССР эта тенденция берет начало с клевет и наговоров на Сталина и Берию в печально знаменитом «закрытом» докладе Н.С. Хрущева на XX съезде КПСС (1956). Вслед за чем все советские историки ринулись конкретизировать и развивать хрущевскую «партийную линию». В отсутствие же самих первичных источников по истории сталинского СССР (и категорическом нежелании властей их рассекретить) заполучить желаемые «выводы» можно было лишь путем обмана и фальсификаций.

Хрущевская ложь дала обильные всходы на Западе. Роберт Конквест, изобретатель термина «большой террор» как профессиональный пропагандист работал на британские спецслужбы. Его пухлое сочинение в значительной степени опирается на неправды Хрущева и его присных с добавлением источников, которые независимо от своей надежности подбирались по степени их враждебности к Сталину. За Конквестом потянулись многие другие. Вопрос о мошеннической природе историографии хрущевского времени затрагивается нами в главе, посвященной широко известной биографии Н.И. Бухарина, написанной Стивеном Коэном, точнее — ее 10-й (заключительной) главе, где ярко и полно, но в то же время весьма лаконично представлена господствующая ныне концепция политической истории СССР. Опираясь везде, где возможно, на первичные источники, мы стремились показать: доказуема лживость едва ли не каждого из утверждений Коэна ключевой из глав его когда-то очень нашумевшей книги. Более того, легко увидеть, что Коэн располагал кое-какими свидетельствами вины его главного героя — Бухарина, но предпочел скрыть их в угоду своим предвзятым и доныне господствующим представлениям о советском прошлом.

Хрущев и его сообщники добились того, что права познакомиться с архивными документами были лишены даже члены Президиума ЦК КПСС. Но и доныне поистине огромный массив первичных источников, раскрывающих подоплеку и детали заговорщической деятельности антисталинской оппозиции, хранится за семью печатями в архивах Российской Федерации. Гриф секретности снят пока с малой части материалов, а доступ к ним дозволен лишь узкому кругу привилегированных лиц, и, как правило, именно тем из них, кто причастен к тиражированию и актуализации концептуально лживых представлений о советском прошлом.

Однако сколь ни суровы заслоны, прорехи случаются и там. За два десятилетия после распада СССР — и, заметим, почти всегда при весьма странных обстоятельствах — были преданы огласке многие первичные источники. Поэтому скрупулезнейшие усилия по их выявлению и изучению могут увенчаться успехом, и тогда историкам удается разглядеть проступающие контуры реальных событий. В исключительных случаях получается узнать гораздо больше. Но независимо от степени везения и, соответственно, глубины проникновения в прошлое анализ самих исторических свидетельств неизменно показывает несостоятельность антисталинской интерпретации истории Союза ССР.

Среди всех вопросов советской истории вопрос о заговорах оппозиции 1930-х годов подвергся наиболее изощренной и масштабной фальсификации. Представители господствующего направления в исторической науке (по неслучайному совпадению все они, заметим, оказываются антикоммунистами) отвергают саму возможность существования таких заговоров, что называется «с порога». Но такая отрицательная метода с научно-исторической точки зрения никуда не годится. Ибо доступные сегодня источники убедительно доказывают как само существование паутины оппозиционных конспираций, так и справедливость их разоблачений на московских открытых процессах.

Часть глав нашей книги посвящена Н.И. Бухарину. Но не из-за особого пристрастия к этой, несомненно, неординарной личности, а в первую очередь потому, что за истекшие десятилетия в распоряжении исследователей оказалось значительное число архивных источников, связанных с его именем, жизнью и деятельностью. Последнее обстоятельство объясняется вниманием к Бухарину советских лидеров, таких как Н.С. Хрущев и М.С. Горбачев, годы правления которого положили начало т. н. «бухаринскому буму» в историографии.

По-видимому, не последнюю роль в такой популяризации сыграла характеристика, которую В.И. Ленин однажды дал Бухарину, назвав его «любимцем всей партии». Как стало ясно из последующего, Хрущев и Горбачев лишь прикрывались именем Ленина, чтобы придать видимость ленинизма проводимой ими политике. В случае Бухарина их оправдательная логика сводилась к следующему: не мог же Ленин так ошибаться, а человек, которого «наш Ильич» назвал партийным «любимцем», соответственно, совершить настолько тяжкие государственные преступления!..

Бухарин — не просто самый известный из всех, кто был осужден на московских открытых процессах 1930-х годов. Со временем он стал некой знаковой фигурой, символизирующей (и, как доказывается на страницах этой книги, ошибочные) представления о неправедном характере судебных разбирательств и выдвинутых на них обвинениях. Изучение документов, связанных с делом Бухарина, позволяет не только установить его несомненную вину, но и нащупать нить, с помощью которой начинает распутываться клубок антиправительственных заговоров, в том числе тех, о которых стало известно благодаря московским процессам.

Одна из глав нашей книги посвящена документальным свидетельствам по делу Бухарина. И как становится ясным после их подробного изучения, все выявленные на сегодняшний день источники подтверждают тезис о бухаринской виновности по меньшей мере в тех преступных деяниях, в которых он сам покаялся на предварительном следствии и затем подтвердил в ходе открытых слушаний на процессе. А в них Бухарин ни много ни мало выступил с разоблачением подпольной сети или тайного оппозиционного «блока» высокопоставленных заговорщиков против Советского правительства, раскрыл их связи с высланным из СССР Л.Д. Троцким и занимающими высокое положение военачальниками, включая маршала М.Н. Тухачевского, указал на наличие контактов Троцкого и группы военных с нацистской Германией. Поэтому вслед за признанием достоверными бухаринских показаний мы вынуждены признать вину не только Бухарина, но и других изобличенных им соучастников заговора независимо от того, подвергались ли они избиениям, запугиваниям или каким-то иным «методам» следствия.

В специальной главе книги показана причастность Бухарина и других «правых» заговорщиков к руководимой Н.И. Ежовым кампании по уничтожению тысяч ни в чем не повинных советских граждан в ходе массовых репрессий. Бухарин мог спасти многие жизни и положить конец «ежовщине». Но вместо этого «любимец», наоборот, выступил в поддержку кровавых акций.

В другой из глав, используя недавно обнаруженный, но все еще секретный в нынешней России документ, доказывается, что ради вынесения «реабилитационного» решения по делу Бухарина Верховный суд СССР прибег к грубой фальсификации. Располагая фактами, удостоверяющими виновность Бухарина, Верховный суд и Прокуратура СССР совершили подлог, представив все так, будто эти материалы, напротив, свидетельствуют об отсутствии бухаринской вины. Остается лишь отметить: то была самая первая «реабилитация» времен перестройки и гласности, и именно она открыла дорогу другим «реабилитационным» решениям такого же сорта.

Неотъемлемая часть «бухаринского мифа» — предсмертное послание «любимца» («Коба, зачем тебе понадобилась моя смерть?»), якобы отправленное Сталину в марте 1938 года. И само бухаринское письмо (хотя никто не видел его подлинника), и вся связанная с ним «история» не вызывали сомнений и всеми считались безусловно подлинными. В отдельной главе представлены доказательства, что в действительности мы имеем дело с грубой исторической фальшивкой.

В книге, посвященной заговорам оппозиции, московским процессам и разоблачению лжи, нагроможденной вокруг событий тех лет, нам поневоле приходится касаться личности И.В. Сталина. Но только потому, что в историографии, в СМИ и в массовом сознании все вопросы, связанные с заговорами 1930-х годов, сводятся, как правило, лишь к одному Сталину. В предлагаемой вниманию книге предпринята попытка отыскать правду о событиях, имевших огромное значение для российской и советской истории и, возможно, судеб остального мира. Увязывать ее с чьей-то апологией или сталинизмом просто неуместно.

От вас, дорогие читатели, — от тех, кто вместе с нами заинтересован в поисках истины ценой отказа от своих предвзятых представлений, — мы ожидаем критических отзывов и просим вас о них. Мы, авторы, несем полную ответственность за все, что написано в этой книге. В то же время мы будем признательны всем, кто сообщит о замеченных логических и фактологических ошибках и неточностях.

Гровер Ферр

=========================

Глава 1
Вердикт: виновен!

3–13 марта 1938 года в Москве проходил последний из трех показательных процессов, где рассматривалось дело антисоветского правотроцкистского блока. Шестнадцати подсудимым инкриминировались обвинения в измене Родине, подготовке государственного переворота, убийстве деятелей советского государства, совершении вредительских и диверсионных актов, сношениях с враждебными державами ради получения от них помощи для осуществления своих замыслов в обмен на предоставление им экономических или территориальных уступок.

Многие из подсудимых были довольно известными людьми, занимавшими важные посты в советской партийной и государственной иерархии. К примеру, Г. Г. Ягода в 1934–1936 годах возглавлял Наркомат внутренних дел; с 1924-го по 1930-й А.И. Рыков стоял во главе Советского правительства и входил в состав Политбюро; А.П. Розенгольц руководил Наркоматом внешней торговли; Н.Н. Крестинский был первым заместителем наркома иностранных дел СССР.

Но, пожалуй, самой большой известностью обладал Николай Бухарин. Благодаря репутации одного из близких соратников В.И. Ленина его избирали в Центральный Комитет, Политбюро и руководящий состав Коммунистического Интернационала. Он редактировал центральные газеты — «Правду» и «Известия». Долгое время считавшийся верным сторонником Сталина, Бухарин выступил резко против сталинской политики коллективизации и затем был освобожден с высоких партийных должностей за раскольническую деятельность в ВКП(б). К 1934 году он отрекся от оппозиции, заявил о своем полном согласии с линией партии и выступил в ее защиту на XVII партсъезде (январь 1934-го).

На третьем московском процессе государственный обвинитель А.Я. Вышинский возложил на Бухарина ответственность за принадлежность к руководящему центру подпольного фракционного «блока «правых» и троцкистов». Последние сговорились свергнуть партийное и советское руководство и выработали совместную политическую программу, ведущую к реставрации капитализма в СССР. Для достижения намеченных целей заговорщики не гнушались таких средств, как убийств партийно-государственных вождей, и в том числе Сталина (террор), ослабления военной и экономической мощи СССР (вредительство и диверсии), контактов с Германией и Японией с целью добиться от них признания нового правительства, которое заговорщики собирались установить, ценой уступок военного, территориального или как минимум экономического характера (измена Родине).

Все подсудимые признали свою вину, хотя кое-кто из них отрицал некоторые из обвинений. Что касается Бухарина, то, взяв ответственность за совершение одних тяжких деяний, он энергично отстаивал свою невиновность в совершении других, вменявшихся ему государственным обвинителем. Суд вынес приговор 13 марта. После отказа удовлетворить поданные ходатайства о помиловании (в том числе написанные Бухариным) все приговоренные к смертной казни были расстреляны.

Расхождения во взглядах

Мнения о судебном процессе, который часто называют «бухаринским», разделились еще в 1930-е годы. Многие, в том числе официальные наблюдатели из разных стран, поверили обвинениям и признаниям. Другие сочли обвинения сфальсифицированными, а показания лживыми. Тогда же стали утверждать, что последние получены по принуждению (под пытками, с помощью угроз расправиться с членами семьи или посулами улучшить условия тюремного содержания). В романе «Слепящая тьма» (1940) британский писатель Артур Кестлер предположил, что подсудимые признавались в несовершенных ими преступлениях в силу извращенных представлений о преданности партии, служению которой большинство из них посвятило всю жизнь.

В «закрытом» докладе на XX съезде КПСС Никита Хрущев возложил вину на умершего к тому времени Сталина за многие тяжкие преступления. Тем временем незаметно для общественности начался процесс, который вскоре получил известность как реабилитация. 3 июня 1957 года реабилитации удостоился первый из подсудимых «бухаринского» процесса Акмаль Икрамов. Единственным аргументом в пользу вынесения такого решения стало то, что обвинявшие Икрамова лица (а среди них Бухарин) одновременно оговорили и тех, кого к середине 1957 года уже провозгласили реабилитированными.[1] И ни слова, ни намека, что сам Икрамов, выступивший с подробными показаниями на суде, или те, кто обвинял его самого, будто бы действовали по принуждению. К декабрю 1957 года таким же образом реабилитацию получили еще несколько лиц, осужденных по делу правотроцкистского блока.

Но не Бухарин. Как очевидно, советские руководители не сошлись во мнении, сколь оправданны были такие реабилитации.[2]

В воспоминаниях, написанных в конце 1960-х, Хрущев рассказывает, что с реабилитацией Бухарина в 1956 году решили повременить из-за противодействия со стороны руководства ряда зарубежных компартий:

«В вопросе об открытых процессах 30-х годов тоже сказалась двойственность нашего поведения. Мы опять боялись договорить до конца, хотя не вызывало никаких сомнений, что эти люди невиновны, что они были жертвами произвола. На открытых процессах присутствовали руководители братских компартий, которые потом свидетельствовали в своих странах справедливость приговоров. Мы не захотели дискредитировать их заявления и отложили реабилитацию Бухарина, Зиновьева, Рыкова, других товарищей на неопределенный срок. Думаю, что правильнее было договаривать до конца».[3]

Если же верить мемуарам А. И. Микояна (в 1950-е годы одного из преданнейших сторонников Хрущева), от идеи реабилитировать Бухарина отказался сам Никита Сергеевич при поддержке еще одного своего верного соратника — Фрола Романовича Козлова; причем, по словам Микояна, сам Анастас Иванович будто бы выступал за реабилитацию.[4]

Хрущева освободили со всех постов на октябрьском (1964) Пленуме ЦК. При его преемнике Л.И. Брежневе реабилитации фактически прекратились, и на протяжении двух десятилетий все ходатайства по поводу Бухарина оставались без внимания. Но как только настало время горбачевских реформ, к пересмотру дела Бухарина вернулись. Под впечатлением от написанной Стивеном Коэном биографии Бухарина М.С. Горбачев, как утверждают, инициировал процесс, который в конце концов привел к юридической и партийной реабилитации Бухарина и других подсудимых мартовского процесса (кроме Ягоды) в соответствии с постановлением Пленума Верховного суда СССР от 4 февраля 1988 года.[5]

Исторические свидетельства

Подобно многим другим видным большевикам, арестованным и приговоренным к смертной казни в 1937–1940 годах, Бухарин был официально провозглашен невиновным и осужденным по сфабрикованным обвинениям, а его показания, что, правда, лишь подразумевалось, отныне следовало считать ложными. Но по контрасту с открытым судебным процессом, вынесшим приговор, процедура признания бухаринской невиновности носила откровенно келейный характер.

После распада СССР достоянием гласности стали многие документы из бывших советских архивов. Хотя большая часть фондов Коммунистической партии и Советского правительства по-прежнему недоступна исследователям, многие известные ныне источники дают основания к пересмотру прежних предвзятых представлений о событиях истории сталинского времени.

В годы пребывания Горбачева у власти, и особенно после распада СССР, некоторые историки, по преимуществу враждебно настроенные к социализму советского типа, получили возможность работать в закрытых архивных хранилищах, пытаясь выявить там документы, которые могли бы доказать необоснованность сталинских репрессий. Благодаря этим усилиям мы теперь узнали о многих документах, связанных с жизнью и деятельностью Бухарина. Однако все выявленные на сегодняшний день исторические свидетельства только подтверждают тезис о бухаринской вине. Именно они будут предметом нашего пристального внимания.

Бухарину, можно сказать, повезло больше других: широкая известность плюс высокое положение привлекли большое внимание к его личности и судьбе. Найдено или во всяком случае появилось в распоряжении исследователей значительное количество документов, связанных с его деятельностью. Все указанные причины — популярность, высокое положение и множество известных источников — позволяют и нам сосредоточить внимание на Бухарине.

Исторические свидетельства, доказывающие виновность Бухарина, имеют различную природу. К ним относятся:

А. «Реабилитационные» материалы.

Б. Стенограммы допросов свидетелей и подследственных с обвинениями против Бухарина.

В. Признательные показания Бухарина, его письма и ходатайства.

Г. Свидетельства, оправдывающие Бухарина.

В числе последних три документа, которые в представлении большинства историков доказывают невиновность Бухарина. Речь идет о его письме Сталину от 10 декабря 1937 года, еще об одном письме, адресованном «будущему поколению руководителей партии», а также о реабилитационном постановлении Пленума Верховного суда СССР от 4 февраля 1988 года, из которого до настоящего времени публиковалась лишь очень короткая выдержка. Отметим также, что обстоятельно и энергично Бухарин отрицал вину до своих первых признательных показаний на Лубянке, датированных 2 июня 1937 года. Последние затем были опровергнуты им как в одном из последующих признаний, так и в вышеупомянутом письме к Сталину.

Внимательный читатель, должно быть, обратил внимание на отсутствие в нашем перечне показаний подсудимых на процессе по делу правотроцкистского блока в марте 1938 года. И это не случайно: они нами действительно не рассматриваются. Но не потому, что авторы считают их ложными; скорее, наоборот, проделанный далее анализ говорит о том, что в общем и целом они соответствуют истине. Поскольку мы собираемся оценить правдивость заявлений на процессе, нельзя же пользоваться ими для подтверждения самих себя! Следовательно, все внимание должно быть сконцентрировано исключительно на внешних по отношению к процессу свидетельствах.

А. Реабилитационные материалы

Как в случае Бухарина, так и при реабилитации других осужденных, советские власти и не думали представлять какие-либо факты, могущие подтвердить их собственные заявления, что признания подсудимых лживы или добыты у них с помощью насилия или запугивания.

Стивен Коэн почти всю жизнь изучал Бухарина. В 2003 году историк наконец признался: «В отличие от многих других жертв репрессий, в том числе командиров Красной Армии, к нему (Бухарину. — Г.Ф., В.Б.), похоже, не применяли физических пыток в тюрьме».[6]

После сказанного трудно понять, почему Коэн продолжает считать Бухарина невиновным, а его признательные показания ложными.

В реабилитационной справке комиссии Н.М. Шверника, созданной Хрущевым в 1962 году и завершившей работу в 1964-м, утверждается, что обвинения против Бухарина на процессе по делу правотроцкистского блока были сфальсифицированы, а самого блока будто бы никогда не существовало.[7] Однако материалы из личного архива Л.Д. Троцкого доказывают обратное: блок троцкистов и «правых» был действительно создан.

Во время московских показательных процессов Троцкий энергично опровергал какие-либо контакты с осужденными лицами после своей высылки в 1929 году. Но 1986 году Дж. Арч Гетти на основе материалов из архива Троцкого в Хоутонской библиотеке Гарвардского университета показал: на самом деле Троцкий состоял в переписке со своими сторонниками в СССР, что по меньшей мере относится к 1932 году, когда он отправил личные секретные письма лидерам бывшей оппозиции К.Б. Радеку, Г.Я. Сокольникову, Е.А. Преображенскому и другим. Хотя содержание писем не известно, есть основания думать, что как минимум Троцкий пытался в них склонить своих адресатов вернуться к оппозиции. Скорее всего там содержались какие-то заговорщические инструкции вроде тех, о которых Радек поведал на процессе, проходившем в январе 1937 года. В том же архиве Гетти выявил другую тайную связь Троцкого со сподвижниками внутри СССР — переписку с бывшим троцкистом Е.С. Гольцманом.

Либо сам Троцкий, либо кто-то из его помощников предпринял специальные усилия для уничтожения следов тайных связей. Вот что о его личных секретных письмах пишет Гетти: «В противоположность буквально всем другим письмам Троцкого (включая даже самые сентиментальные) никаких копий этих писем не сохранилось в бумагах Троцкого. Кажется, в какой-то период времени они были убраны из архива. Сохранились только почтовые квитанции. На своем процессе в 1937 году Карл Радек свидетельствовал, что он получил письмо от Троцкого, содержавшее «террористические инструкции», но мы не знаем, шла ли речь об этом самом письме или о другом» (выделено нами. — Г.Ф., В.Б.).[8]

В 1932 году тот же Гольцман встретился в Берлине с сыном Троцкого Львом Седовым и передал послание от ветерана троцкистского движения Ивана Смирнова, в котором речь шла о создании в СССР объединенного оппозиционного блока троцкистов, зиновьевцев и остававшихся тогда в стороне «правых». Седов лично передал Троцкому столь важную информацию. Французский историк-троцкист Пьер Бруэ тоже исследовал материалы архива Троцкого и подтвердил его связи со сторонниками в Советском Союзе.

Сказанное означает: сведения, представленные в реабилитационной справке комиссии Н.М. Шверника, неверны.[9] Сегодня ни один серьезный историк не станет отрицать, что некий оппозиционный блок в СССР все-таки существовал. С намеком на сложность внутренних связей, раскрытые фрагменты переплетающихся между собой заговоров в НКВД называли то клубком, то паутиной. Если хоть одну часть сплетения этих заговоров признать существовавшей, тогда трудно не признать наличия остальных, поскольку подсудимые втягивали друг друга по цепочке, соединявшей прямо или опосредованно одного с другими и каждого со всеми. Выявленные в архиве доказательства существования блока «правых» и троцкистов ставят, таким образом, под сомнение истинность всех «реабилитационных» материалов как хрущевского, так и горбачевского времени.[10]

Б. Стенограммы допросов свидетелей и подследственных с обвинениями против Бухарина

Стенограммы допросов некоторых из подследственных содержат прямые обвинения Бухарина. Самые подробные, объемистые из ныне известных (и одновременно самые жесткие) находим в показаниях В.Н. Астрова, в прошлом одного из бухаринских учеников, и бывшего наркома внутренних дел Г. Г. Ягоды, который вместе с Бухариным предстал на скамье подсудимых третьего московского показательного процесса. Мы также располагаем стенограммами очных ставок с участием Бухарина и лиц, вменявших ему совершение различных государственных преступлений.

Валентин Астров

Как очевидец Астров дал убийственные для Бухарина показания о его руководящей роли в правотроцкистском блоке. По словам Астрова, Бухарин считал необходимым убить Сталина и принимал участие в антисталинском заговоре, ставившем своей целью совершение «дворцового переворота». Для его осуществления, как показал Астров, Бухарин и Томский проводили работу среди сотрудников охраны Кремля. Т. н. «рютинская платформа»[11] — документ объемом в несколько сот машинописных страниц и с двухстраничной «программой» в конце, полный злых и оскорбительных нападок лично на Сталина, — была в основном подготовлена Бухариным, Рыковым, Томским, Углановым. Бухарин советовал «правым» внедряться в партийно-государственные институты, не стесняться двурушничать, восхвалять Сталина и генеральную линию ВКП(б), лишь бы оставаться на высоких постах, которые могут очень пригодиться в случае государственного переворота.[12]

Астров повторил те же самые обвинения на очной ставке с Бухариным два дня спустя. Чуть ниже — там, где речь пойдет о свидетельствах, оправдывающих Бухарина, — нам предстоит вернуться к Астрову и его показаниям, чтобы рассмотреть написанное им много позже «отречение».

Генрих Ягода

Восемь протоколов допросов Генриха Ягоды на предварительном следствии, а также другие важные документы, касающиеся его самого и его коллег, загадочным образом в 1997 году были изданы в Казани тиражом всего 200 экземпляров.[13] На допросах Ягода описывает свои связи с группировкой «правых» во главе с Рыковым, Томским, Бухариным.

Среди прочего Ягода рассказывает, как летом 1936 года по поручению Бухарина к нему явился Радек, с которым он личных связей не поддерживал. Радек поведал о контактах с эмиссарами Германии, что подтверждается как показаниями Радека, так и Бухарина (см. ниже). Описывая план переворота, запланированного на 1934 год, Ягода отмечает нерешительность и колебания Бухарина. Многие другие подробности из показаний Ягоды совпадают с тем, что следствию сообщали Бухарин, Радек и другие.

Очные ставки

В ходе судебных слушаний на первом московском процессе в августе 1936 года (а, стало быть, и в ходе предварительного следствия) Зиновьев, Каменев и по меньшей мере еще один подсудимый И. И. Рейнгольд назвали Бухарина среди тех «правых», с кем они поддерживали конспиративные связи как соучастники антисталинского заговора. Бухарин узнал об этих показаниях, находясь в отпуске далеко от Москвы, и потребовал очной ставки с Зиновьевым и Каменевым. Но последние были уже казнены, когда Бухарину удалось наконец вернуться в столицу. Впоследствии Ягода дал показания, что он просил Зиновьева и Каменева не волноваться, но одновременно приказал ускорить их казнь, чтобы те не смогли раскрыть его собственную причастность к заговору.[14]

21 августа 1936 года Прокурор СССР Вышинский объявил о начале следственных действий в отношении «правых» — Бухарина, Рыкова, Томского. На состоявшемся в тот же день партсобрании Томский покаялся в своих «преступных связях» с осужденными по процессу 16, а следующим утром на даче в Болшеве покончил жизнь самоубийством.

8 сентября в присутствии Кагановича, Ежова и Вышинского состоялась очная ставка между Бухариным и Рыковым, с одной стороны, и Сокольниковым — с другой. Как явствует из опубликованного короткого фрагмента стенограммы, Сокольников узнал о роли Бухарина и Рыкова в троцкистско-зиновьевском блоке не от них самих, а от расстрелянного к тому времени Каменева. 10 сентября «Правда» сообщила о прекращении следственных действий по делу Бухарина и Рыкова за отсутствием оснований для привлечения их к судебной ответственности. В опубликованном не так давно письме к Сталину Каганович отмечает, что склонен верить аргументам, оправдывающим Бухарина и Рыкова.

Однако допросы Радека и Пятакова, проведенные в преддверии второго московского процесса (январь 1937-го), заставили вернуться к выдвинутым против Бухарина обвинениям. С декабрьского (1936) по февральско-мартовский (1937) Пленум ЦК состоялось еще несколько очных ставок с участием Бухарина и его обвинителей. В настоящее время опубликованы стенограммы его очных ставок с участием Астрова, Куликова, Пятакова, Радека и Сосновского. Хотя подробный анализ последних выходит за рамки поставленной задачи, мы не можем пройти мимо некоторых характерных особенностей, присущих этим стенограммам.

Присутствовавшие

Не принуждались ли обвинители Бухарина на очных ставках к ложным показаниям против него и самих себя? Истина состоит в том, что никаких доказательств, свидетельствующих о чем-то похожем, просто нет. Очные ставки с Куликовым и Сосновским, состоявшиеся 7 декабря 1936 года, проводились в присутствии членов Политбюро — Сталина, Кагановича, Ворошилова, Молотова, Андреева, Орджоникидзе, Жданова и Микояна. Сталин и другие присутствовавшие вели себя очень активно, задавали много вопросов и больше всего Бухарину. Их поведение полностью отвечало желанию выяснить, что именно произошло в действительности. И если бухаринские обвинители подвергались насилию, почему бы им тогда не признаться в том Сталину?

По словам Сталина, указанные обстоятельства тоже произвели на него сильное впечатление: «Очная ставка отличается тем, что обвиняемые, когда приходят на очную ставку, то у них у всех появляется чувство: вот пришли члены Политбюро, и я могу здесь рассказать все в свое оправдание. Вот та психологическая атмосфера, которая создается в головах арестованных при очной ставке».[15]

«На очной ставке в помещении Оргбюро, где вы (Бухарин и Рыков. — Т.Ф., В.Б.) присутствовали, были мы — члены Политбюро, Астров был там и другие из арестованных: там Пятаков был, Радек, Сосновский, Куликов и т. д. Причем когда к каждому из арестованных я или кто-нибудь обращался: «По-честному скажите, добровольно вы даете показания или на вас надавили?», Радек даже расплакался по поводу этого вопроса — «Как надавили? Добровольно, совершенно добровольно».[16]

Соответствие свидетельств

В Москве, Ленинграде, Саратове, Иванове, Свердловске и некоторых других городах Советского Союза различными следователями были допрошены десятки лиц, которые в разное время и в разных местах дали очень схожие показания. Примерно в том же только позднее сознался и Бухарин. Последний, по словам допрошенных, стоял во главе «блока «правых» и троцкистов» и сотрудничал с зиновьевцами. Бухарин участвовал также в разработке плана государственного переворота, требовал убить Сталина. Заговорщиков объединяла общая политическая программа — «рютинская платформа». Входившие в блок троцкисты поддерживали прямые контакты с Троцким. Радек утверждал, что Бухарину было известно и о переговорах Троцкого с эмиссарами Германии, и о его договоренностях пойти им на уступки в обмен на поддержку заговорщиков после совершения госпереворота. Те же самые факты содержатся как в бухаринских показаниях от 2 июня 1937 года на предварительном следствии, так и на открытом процессе 1938 года.

Астров, его показания и их опровержения

Свидетельские показания Валентина Астрова, в прошлом — одного из бухаринских учеников, заслуживают особого внимания. В дальнейшем Астрову пришлось несколько раз описывать свою роль в деле Бухарина. Часть из написанного Астровым теперь предана огласке. В годы хрущевской «оттепели», а затем при Горбачеве и Ельцине Астров отрекся от антибухаринских обвинений, но сделал это тонко и крайне любопытно. Последнее из его сообщений датировано 1993 годом, когда самому Астрову исполнилось почти 95 лет.

В настоящее время известны: показания Астрова от 11 января 1937 года,[17] расшифровка его очной ставки с Бухариным от 13 января 1937 года, тексты двух его писем-статей, опубликованных в 1989 и 1993 годах, и отдельные фрагменты из более ранних и тоже связанных с делом Бухарина документов. Поскольку в центре нашего внимания вопрос о бухаринской вине или невиновности, далее мы рассмотрим только отречения Астрова от своих обвинений, ссылаясь, где необходимо, на другие источники.

В самом пространном из своих писем (1993) Астров утверждает, что «наряду с объективными свидетельствами вынужден был прибегнуть к фальсификации». Но, как явствует из более ранней статьи Астрова (1989), никакие «силовые» методы против него не использовались. А единственная и подтвержденная им самим «фальсификация» заключалась в следующем: «Полностью требований «рассказать о террористической деятельности «правых» я все-таки не выполнил, но «признал», что «мы, правые» (не исключая самого себя), и «наши лидеры» якобы признали в принципе допустимыми террористические методы в борьбе против партийного руководства в будущем при обострении политической ситуации в стране. Никаких ужасных злодейств вроде шпионажа, причастности Бухарина к убийству Кирова, к посягательствам на жизнь Ленина в 1918 году, к планам расчленения Советского Союза и тому подобным преступлениям, обвинения в которых фигурировали потом на процессе «правотроцкистского блока», я не измышлял» (выделено нами. — Г.Ф., В.Б.).[18]

Гораздо подробнее о методах ведения следствия Астров рассказал в другой своей статье: «Меня не били, не пытали, даже на «ты» меня никто не называл… но от меня настойчиво изо дня в день, из ночи в ночь требовали «рассказать о террористической деятельности «правых», упорно не желая слушать, что ничего я об этом не знаю!..

Настойчивых требований следователей рассказать им о «террористической деятельности «правых»» я полностью не выполнил, но все же показал, что мы, «правые», не исключая лидеров, потерпев поражение внутри партии, признали якобы в принципе допустимыми террористические методы в борьбе против партийного руководства в будущем…

В 1957 году, будучи вызван в Президиум ЦК в связи с моим ходатайством о восстановлении в партии… я заявил, что никогда не слышал от Н.И. Бухарина никаких «террористических высказываний» (выделено нами. — Г.Ф., В.Б.).

Астрову ничего не стоило сказать, что его пытали, запугивали или принуждали дать ложные показания. Но вместо этого он, наоборот, твердо заявил, что вообще не подвергался никакому насилию.

О самой «фальсификации» Астров пишет довольно расплывчато. Он нигде не указывает прямо, хотя, как очевидно, стремится представить дело так, что «правые», и в том числе Бухарин, открыто не признавали убийство как метод борьбы со Сталиным и другими партийными руководителями; именно тут, как следует думать, Астрову пришлось солгать.

Обе прижизненные публикации Астрова появились в периодической печати за несколько лет до того, как исследователям стали известны текст его признательных показаний на допросе 11 января 1937 года (2004)[19] и стенограмма его очной ставки с Бухариным (2001),[20] которая состоялась двумя днями позднее. В ходе последней Астров заявил, что зимой 1930 года слышал, как Бухарин говорил о необходимости «устранить» Сталина.[21] И сразу вслед за тем Астров припомнил, что другой бывший ученик Бухарина В.В. Кузьмин выступил с призывом совершить «дворцовый переворот», арестовать Сталина и преданное ему партийное руководство,[22] что, кстати, в иных обстоятельствах предлагали другие «правые» (например, Слепков). Как утверждал Астров, «рютинская платформа» написана не М.Н. Рютиным, а коллективом авторов, входивших в «центр «правых», — Рыковым, Бухариным, Томским и Углановым.[23]

Астров также сообщил, как в 1930 году в его присутствии Бухарин стал говорить об убийстве Сталина как о «законном желании», но предупредил: на эту тему не следует высказываться там, где присутствует много людей, поскольку о том «может узнать ГПУ».[24] По словам Астрова, хотя в своем кругу «правые» довольно часто обсуждали вопрос об убийствах (т. е о терроре), ему довелось лишь один раз — во время охоты под Звенигородом летом 1931 или 1932 года — услышать лично от Бухарина, как тот прямо и недвусмысленно «заявил о необходимости убить Сталина».[25] Последнее утверждение и есть та самая фальсификация, о которой Астров писал в 1989 и 1993 годах.

Важно поэтому не только то, от чего Астров отрекся в последующие годы, но и то, от чего он не отказывался никогда и ни при каких обстоятельствах. К числу таких признаний относятся его утверждения, что «рютинская платформа» написана Бухариным и другими лидерами «правых» и что «правые» вошли в сговор с троцкистами. Астров не отказался от обвинений Бухарина в двурушничестве и призывал к нему других «правых» поддерживать на словах линию партии и оставаться в ее рядах, но на деле вести работу по сколачиванию оппозиции. И сам Бухарин признавал, что поступал таким образом.[26]

Кроме того, Астров не отрицал как то, что «правые», в том числе бывшие слушатели бухаринских лекций в Институте красной профессуры, считали убийства допустимым методом политической борьбы, так и то, что Бухарин использовал всевозможные иносказания, лишь бы не произносить слов «убийство» или «террор». И лишь от одного-единственного утверждения Астров отрекся многие годы спустя — от обвинений Бухарина в том, что тот говорил о необходимости убить Сталина.[27]

На очной ставке Астров поправил свои показания, данные на допросе, уточнив, что в разговоре о Сталине Бухарин употребил слово «убрать», а не «убить». Дело, однако, в том, что «убрать» — известное словечко, пущенное когда-то в оборот Троцким. Поначалу оно террористического акта не подразумевало, но со временем стало синонимом слова «убить», поскольку все оппозиционеры пришли к пониманию того, что бороться, а тем более победить Сталина «нормальными» партийными методами невозможно. Поэтому, строго говоря, Астров на очной ставке не утверждал, что Бухарин открыто выступал за убийство Сталина, но для описания бухаринских взглядов воспользовался не чем иным, как известным эвфемизмом Троцкого.

Однако очная ставка интересна рядом других особенностей. Из них здесь стоит упомянуть о настойчивых заверениях Астрова в правдивости своих слов и о вопросах, интересовавших лично Сталина.

Так, на очной ставке между присутствовавшими произошел такой обмен репликами:

«СТАЛИН. Я сегодня Радека спросил, добровольно ли он давал показания. Как допросить — от этого многое зависит. Хочу Астрова спросить об этом же.

АСТРОВ. Абсолютно добровольно. Я подал заявление с просьбой разрешить мне дать свои показания. Мне это разрешение было дано…

ЕЖОВ. Сапожников добровольно написал заявление, Астров сам написал, Цейтлин, не дождавшись следователя, сам написал. На воле все были».[28]

В 1943 году Астров вернулся к своим обвинениям и подтвердил их правдивость:

«Позже, в декабре 1943 года, в личном письме Л.П. Берии (оно хранится в деле) В.Н. Астров ставил свое поведение в особую заслугу, подчеркивал, что он способствовал «разоблачению» не только Н.И. Бухарина, но и А.И. Рыкова, других «правых», и на этом основании просил своего могущественного адресата оказать содействие в восстановлении его в партии».[29]

Подведем итог: ни в 1989-м, ни даже в 1993 году, когда Советского Союза уже не существовало, Астров не отказался от большей части своих обвинений, выдвинутых против Бухарина и других «правых». Астров настаивал: свои показания он давал не по принуждению, хотя ни в 1989-м, ни в 1993 годах слова о пытках и запугивании ни у кого не вызвали бы желания усомниться в их правдивости.

В. Признательные показания Бухарина, его письма и ходатайства

Как представляется, показания Бухарина на судебных слушаниях по делу правотроцкистского блока в марте 1938 года тоже нуждаются в рассмотрении. Но одно из наших предварительных условий состоит в том, что показаниям на этом процессе, дескать, нельзя верить, а следовательно, все признания подсудимых на процессе надлежит исключить из научного анализа. Таким образом, заявления Бухарина в суде, подтверждающие наличие заговора, возымеют силу исторически значимых свидетельств, если только наличие самого заговора будет установлено из других источников. Вот почему бухаринские показания на процессе здесь не рассматриваются.

До процесса Бухарин несколько раз давал признательные показания. Но ни советские, ни (с 1992 года) российские власти не стали предавать их гласности или разрешать историкам изучать их и комментировать. К счастью, в нашем распоряжении оказались самые первые признательные показания Бухарина, датированные 2 июня 1937 года.[30] И это тем более замечательно, что до недавнего времени последние были недоступны российским исследователям, хотя очень-очень много лет известно об их существовании.[31]

Можно только догадываться, почему после трех месяцев, проведенных в камере следственного изолятора, Бухарин вдруг решил так подробно рассказать о содеянном. До первых показаний он непоколебимо стоял на том, что всегда будет отстаивать свою невиновность. По мнению С. Коэна, на Лубянке Бухарин не подвергался ни пыткам, ни плохому обращению, ни угрозам расправиться с членами его семьи. Дж. Гетти и С. Коэн полагают, что Бухарин начал давать показания после того, как ему стало известно об аресте и показаниях, полученных от маршала М.Н. Тухачевского и от других близких к нему военачальников. Впечатление такое, что, осознав тщетность надежд на удачный переворот, Бухарин переменил тактику отрицания всего и вся и стал сотрудничать со следствием в надежде на какую-то «сделку» с ним.[32]

Бухарин, вероятно, также принял во внимание, что четырех подсудимых второго московского процесса (январь 1937 года) приговорили не к смертной казни, а к тюремному заключению. Двое самых видных деятелей из четверки — Радек и Сокольников — старались показать на суде, что ничего не скрывают, и с готовностью отвечали на все вопросы. Бухарин, конечно, знал — и гораздо подробнее, чем мы сегодня, — что тот и другой вели себя столь же откровенно и до процесса. Благодаря новой тактике сотрудничества со следствием он, по всей видимости, сделал ставку на смягчение приговора и получение тюремного срока или даже ссылки вместо высшей меры наказания — расстрела.

Известно о существовании как минимум еще трех признательных показаний Бухарина: одно из них датировано 14 июня 1937 года и упомянуто в справке комиссии под председательством Шверника (1964),[33] два других — от 1 и 25 декабря 1937 года — названы Вышинским на процессе по делу правотроцкистского блока. Но тексты этих трех признаний для историков до сих пор не рассекречены и недоступны исследователям.

Но уже в первых своих признательных показаниях на предварительном следствии от 2 июня 1937 года Бухарин подтверждает главные из выдвинутых против него обвинений, в том числе о блоке с Зиновьевым и Каменевым и связях с Троцким при посредничестве Пятакова; о принадлежности к оппозиции после 1929 года, несмотря на многие свои горячие уверения в лояльности партии, о сговоре с Ягодой и Енукидзе и т. д.

Еще Бухарин признался, что принимал участие в написании «рютинской платформы», хотя не видел окончательного варианта. Конференция «правых», упомянутая Астровым и другими ее участниками, действительно состоялась летом 1932 года, и именно на ней было решено взять курс на «дворцовый переворот», подготовку террористических актов и создание блока с троцкистами и зиновьевцами. План государственного переворота, за разработку которого взялся Енукидзе, предполагал участие на стороне заговорщиков правительственной охраны и коменданта Кремля Р.А. Петерсона.

Слова «террористический акт», «террор» подразумевают убийства. Таким образом, бухаринские признания от 2 июня 1937 года совпадают с заявлениями Астрова от 11 января 1937 года, где говорилось, что для борьбы со сталинским руководством Бухарин предлагал использовать акты террора.

Пятаков посвятил Бухарина в свои контакты с Троцким через его сына Седова. А те, в свою очередь, находились в тесной связи с группой военных во главе с Тухачевским и с другими заговорщиками. Несмотря на разногласия с Троцким по поводу поистине огромных уступок, которые тот готов был предложить Германии и Японии после их нападения и поражения СССР в войне, Бухарин признал, что против сговора с враждебными державами принципиальных возражений у него не было.

Бухаринские ходатайства

Известны тексты двух прошений Бухарина о помиловании, оба датированы 13 марта 1938 года — последним днем процесса. И если считать, что Бухарин вынужденно дал ложные показания, о чем им открыто сказано в письме к Сталину от 10 декабря 1937 года[34] и плюс к тому в более чем проблематичном послании к «будущему поколению руководителей партии», тогда в обоих или хотя бы в одном из ходатайств должны найтись следы или намеки на столь серьезное обстоятельство.

Но вместо отречения от «фальшивых» признаний Бухарин, наоборот, в резких выражениях осуждает себя за совершенные тяжкие преступления. Вот несколько характерных пассажей:

«У меня в душе нет ни единого слова протеста [против смертного приговора]. За мои преступления меня нужно было бы расстрелять десять раз… Преступления, совершенные мною, настолько чудовищны, настолько велики, что я не смогу искупить этой вины, что бы я ни сделал в остаток своей жизни… Моего преступного прошлого, к которому я сам отношусь с негодованием и презрением… Я рад, что власть пролетариата разгромила все то преступное, что видело во мне своего лидера и лидером чего я в действительности был».[35]

Остается заметить: содержание прошений о помиловании полностью совпадает с тем, что сказано Бухариным в признательных показаниях от 2 июня 1937 года и в марте 1938-го на процессе по делу правотроцкистского блока. И в то же время нет никаких свидетельств, что ему пришлось дать ложные признания в надежде сохранить себе жизнь или попытаться оградить от преследования членов своей семьи.

Г. Свидетельства невиновности Бухарина

Не считаясь со свидетельствами, подтверждающими совершение Бухариным тяжких государственных преступлений, почти все историки продолжают считать его невинной «жертвой сталинизма». В подтверждение этой точки зрения обычно ссылаются на какие-то из следующих документов: письмо Бухарина Сталину от 10 декабря 1937 года и якобы заученный наизусть A.M. Лариной-Бухариной текст послания «Будущему поколению руководителей партии». Далее нами будет рассмотрен каждый из документов. К числу таких документов относится и решение о «реабилитации» Бухарина, принятое постановлением Пленума Верховного суда СССР от 4 февраля 1988 года. Но разбору содержащихся там подлогов посвящена отдельная глава книги, поэтому здесь мы остановим внимание на других свидетельствах.

Письмо Бухарина Сталину от 10 декабря 1937 года

10 декабря 1937 года Бухарин обратился к Сталину со строго конфиденциальным посланием, в котором поставил под сомнение все свои предшествующие признания, решительно настаивая на ложности выдвинутых против него обвинений. Пообещав, что в дальнейшем не собирается — по меньшей мере публично — отказываться от своих слов, Бухарин далее заявил:

«Стоя на краю пропасти, из которой нет возврата, я даю тебе предсмертное честное слово, что я невиновен в тех преступлениях, которые я подтвердил на следствии».

Поделившись мыслью, что «есть какая-то большая и смелая политическая идея генеральной чистки», Бухарин затем призвал Сталина не верить, что может быть виновным «во всех ужасах» (т. е. в преступлениях, в которых еще недавно сам признавался), и вслед за тем обратился с мольбой либо дать ему яду, чтобы умереть до суда, либо отправить его для культурной работы в Сибирь или в Америку, чтобы вести «смертельную борьбу против Троцкого», если, конечно, смертный приговор не будет вынесен. В конце письма Бухарин просит прощения у Сталина и пишет, что его он наконец научился по-умному «ценить и любить».

В том же письме Бухарин заявляет, что «на [февральско-мартовском (1937)] Пленуме… говорил сущую правду».[36] Но, как справедливо подметил Гегги, это утверждение противоречит остальному содержанию письма:

«В своем заявлении… Бухарин признал чуть больше, чем на февральском (1937) Пленуме Центрального Комитета. Там он отрицал, что располагает сведениями о заговорщической или какой-то иной деятельности своих бывших приверженцев после 1930 года. Но в письме он сознался, что не позднее 1932 года те затеяли что-то недоброе и что из жалости к ним или в надежде на их перевоспитание он не стал сообщать о них Сталину: «Когда-то я от кого-то слыхал о выкрике… Мне бегло на улице… сказал Айхенвальд (ребята собирались, делали доклад) — или что-то в таком роде, и я это скрыл, пожалев «ребят»… В 1932 году я двурушничал и по отношению к «ученикам», искренне думая, что я их приведу целиком к партии…»

Трудно понять, как такое признание могло привести к чему-то иному, кроме как подорвать, возможно, еще сохранявшееся доверие к Бухарину. Вместе с показаниями на двух последних пленумах, где он присутствовал, его признание представляло собой очередную частичную уступку, каждая из которых становилась пагубнее предыдущей. Таким образом, у Сталина мог возникнуть законный вопрос, когда же Бухарин говорил (или скажет) всю правду о своих собственных связях и о том, что ему известно о деятельности других лиц».[37]

До сих пор никто, кажется, не заметил еще одну характерную особенность письма: если все сказанное там считать правдой, тогда его следует признать исчерпывающим доказательством, что признания Бухарина не могли появиться вследствие физического насилия или угроз, адресованных семье или ему самому, или в результате ужасающих условий тюремного содержания.

Хотя письмо Бухарина противоречит некоторым его прежним уверениям в невиновности, у сторонников бухаринской невиновности оно тем не менее считается безусловно «правдивым» документом. Между тем в 1971 году один из близких бухаринских соратников — швейцарский коммунист и член Исполкома Коминтерна Жюль Эмбер-Дро опубликовал мемуары, где среди прочего поведал:

«Еще Бухарин сказал мне, что они решили использовать индивидуальный террор, чтобы избавиться от Сталина».

Среди всех обвинений Бухарина самое, пожалуй, серьезное связано с его участием в заговоре с целью убийства Сталина. По словам Эмбер-Дро, уже в 1929 году Бухарин говорил, что для отстранения от власти Сталина он и его сообщники приняли решение прибегнуть к террору (т. е. к убийству). Хотя о последнем довольно много сказано в показаниях от 2 июня 1937 года и на процессе 1938 года, тем не менее в письме Сталину от 10 декабря 1937 года и на всех известных нам очных ставках обвинения в терроре Бухарин категорически отвергал.

Но утверждение Эмбер-Дро доказывает, что Бухарин лгал Сталину в личном послании от 10 декабря 1937 года.[38] Что касается самого Эмбер-Дро, то он считался другом Бухарина и ненавидел Сталина. Кроме того, мемуарист проживал за пределами СССР, а потому не может быть и речи о его принуждении к «нужным» заявлениям.

И уж если в 1929-м Бухарин признавал террор допустимым методом политической борьбы, нельзя исключать, что он придерживался того же мнения годы спустя. Остается только сказать: когда в 1971 году вышли в свет мемуары Эмбер-Дро, историки, пишущие о Бухарине, рассказ швейцарца о планах убить Сталина сопроводили гробовым молчанием…

Письмо Бухарина «будущему поколению руководителей партии»

«Будущему поколению руководителей партии» — так называется документ, публикация которого состоялась со слов вдовы Бухарина Анны Лариной на страницах еженедельника «Московские новости». Дата выхода в свет — 3 декабря 1987 года — указывает, что письмо было напечатано в рамках кампании в пользу формальной реабилитации Бухарина, действительно состоявшейся всего несколько недель спустя. По словам Лариной, Бухарин подготовил свое письмо-обращение во время февральско-мартовского (1937) Пленума Центрального Комитета и просил выучить свое послание наизусть.[39]

Ларина утверждает, что по памяти воспроизвела письмо на бумаге, лишь когда узнала о выступлении Хрущева с «закрытым» докладом на XX съезде КПСС (1956), т. е. через 19 лет после предполагаемой даты написания; оно с тех пор хранилось у нее в записанном виде. Если Ларина и сказала чистую правду, особенности человеческой памяти таковы, что по прошествии без малого двух десятилетий любой текст мог претерпеть существенные метаморфозы. Но проблемы с письмом вмиг исчезают, если допустить, что в действительности оно было не записано, а составлено после XX съезда, возможно, даже годы спустя. В самом документе, адресованном «поколению руководителей» далекого будущего, Бухарин якобы просит о своем «оправдании и восстановлении в партии», что произошло в считаные недели и дни после публикации письма, но к тому времени обросло множеством слухов, начавших распространяться еще в годы хрущевских реабилитаций и особенно после XXII партсъезда (1961). Что, как представляется, и есть наиболее вероятное время написания этого «послания».

В глаза бросается и несоответствие взглядов автора письма и реального Бухарина времен февральско-мартовского Пленума 1937 года. Так, обращаясь к будущим руководителям партии, автор пишет немало горьких слов о Сталине. Между тем в подлинных документах, составленных Бухариным незадолго до и после ареста, — в большом письме в Центральный Комитет, в репликах и в выступлениях на Пленуме и, наконец, в письмах от 15 апреля, 29 сентября и, разумеется, в письме-опровержении от 10 декабря 1937 года, которое разбиралось чуть выше, — о Сталине говорится только уважительно, а кое-где встречаются даже признания в любви…[40]

Резко отрицательное отношение в ларинском письме высказано и к НКВД — эдакой «адской машине, которая, пользуясь, вероятно, методами Средневековья, обладает исполинской силой, фабрикует организованную клевету, действует смело и уверенно». Так мог бы написать человек, проведший не один месяц в следственном изоляторе на Лубянке, но не Бухарин накануне своего ареста. В конце концов Бухарин просидел почти год, находясь под следствием, но созданные ему условия пребывания в тюремной камере мало напоминали средневековое узилище.

Его истинное отношение к НКВД ярко характеризуют слова, сказанные в связи с казнью Зиновьева и Каменева. В письме к Сталину от 27 августа 1936 года Бухарин пишет: «Что мерзавцев расстреляли — отлично: воздух сразу очистился». А всего через несколько дней, обращаясь на сей раз к Ворошилову, Бухарин называет Каменева «циником-убийцей», «омерзительнейшим из людей, падалью человеческой», и вновь добавляет: «Что расстреляли собак — страшно рад».[41]

Ужасные слова! Нет ни одного свидетельства, в котором есть хоть что-то подобное со стороны Сталина! И ясно почему: такие ругательства характерны для человека, который вообще много болтает, кто «слишком щедр на уверения» (Гамлет. Акт 3, сцена 2). Конечно же, столь «изысканные» выражения потребовались Бухарину, чтобы убедить Сталина, Ворошилова и других в том, сколь лживы обвинения, выдвинутые против него Зиновьевым и Каменевым на первом открытом процессе. Вот так поступал настоящий Бухарин, а не автор воображаемого письма-обращения, которое представлено Лариной как послание ее мужа к «будущим поколениям руководителей партии».

Источник https://history.wikireading.ru...


П.С. Если читателям нашего КОНТовского исторического журнала понравился материал, то я продолжу публикацию. Конечно же частями.

Подписывайтесь на мой блог, участвуйте в обсуждениях, будет много чего

    Ювенальщики в атаке против Уполномоченного по правам ребенка при Президенте РФ

    У агентов Запада, которые любыми неправдами и манипуляциями протаскивают в России антисемейные законы, есть много оппонентов и врагов, с которыми они воюют своими привычными методами - ...

    Революционеры российского разлива дождались инструкций

    Утренний обход Твиттера в очередной раз показал, что доморощенные революционеры отечественного разлива способны только на косплей чужих идей и жалкую пародию на чужие инициативы. На волне американских...

    АФРОДЕМОКРАТИЯ

    Доброго. Сводка событий от 2.06.2020. Россия и США. Украина. Цветовая оценка Словакии и Словении. Хорватия.Власть лжёт.Последние годы мы успели привыкнуть к тому, что наши СМИ хоть и не полностью...

    Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

    0 новых комментариев

      Военные против птиц

      Военные против птицВ рассказе «Птицы» известной британской писательницы Дафны Дюморье описывается война людей и пернатых, причём последние были близки к победе. Хотя рассказ относится к жанру фантастики, война человека и птиц произошла на самом деле.Это случилось в Австралии. В битве участвовали настоящие военные, задействовавшие самое современное стрел...
      505

      Решение Трампа уйти из ВОЗ еще аукнется США

      Решение Трампа уйти из ВОЗ еще аукнется СШАПоскольку Трампа едва ли можно назвать любителем исторических исследований, его администрация стала повторять те же ошибки, что предшественники.Когда президент Дональд Трамп объявил 29 мая о разрыве связей США со Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ), он прибег к старому приему американских лидеров: уйдя...
      1409

      Коронавирусом США заразились скорее от ЕС, чем от КНР

      Вызванный коронавирусной инфекцией кризис уже обошелся правительству США в $3 трлн.Если бы США прекратили на время пандемии коронавирусной инфекции транспортное сообщение с Западной Европой так же, как это было сделано в случае с Китаем, страна могла бы избежать нынешнего кризиса, пишет Сальваторе Бабонес в статье, опубликованной 27 мая в The National I...
      868

      Летчик оценил перехват американского самолета российскими Су-35

      Летчик-испытатель Анатолий Андронов прокомментировал перехват американского самолета российскими Су-35 Андронов отметил, что, судя по видеозаписи, расстояние до истребителей не было опасным, поскольку и при таком сближении самолет легко может совершать маневры и продолжать безопасный полет.По его словам, произошедшее даже трудно назвать перехватом,...
      1160

      Эстония: власти русской Нарвы помогают делать её нерусской

      Эстония: власти русской Нарвы помогают делать её нерусскойПортал эстонской общественно-правовой радиотелевизионной корпорации ERR — rus.err.ee сообщил, что «руководителей Нарвы просят вернуться к переименованию улиц Даумана и Тиймана». Это — имена революционеров, связанных с деятельностью в этом городе провозглашённой в 1918 году эстонскими большевиками...
      526

      Появится ли России еще один футбольный гранд? «Ред Булл» может инвестировать в ФК «Уфа»

      Появится ли России еще один футбольный гранд? «Ред Булл» может инвестировать в «Уфу»С австрийским концерном поспорят шейхи из «Ман Сити».Что происходит?У концерна «Ред Булл» может появиться своя команда в чемпионате России.Об этом сообщил в своем телеграм-канале комментатор «Матч ТВ» Роман Нагучев. Речь об «Уфе». При этом у башкирской команды прямо сейч...
      561

      Поставки российского газа через Польшу прекратились

      Поставки российского газа через Польшу прекратилисьТранзитные поставки газа по трубопроводу Ямал—Европа полностью прекратились сегодня, 26 мая. Об этом сообщил «Интерфакс» со ссылкой на данные германского газотранспортного оператора Gascade. Поток газа на входе на компрессорную станцию «Мальнов» на востоке Германии снизился до нуля.Прокачка газа снизила...
      793

      Первый танкер с топливом из Ирана прибыл в Венесуэлу

      Первый танкер с топливом из Ирана прибыл в ВенесуэлуУгрозы США не испугали руководство ИранаВ воскресенье, 24 мая иранский танкер Fortune, перевозящий топливо, несмотря на американские угрозы, прибыл в Венесуэлу.Как сообщается, танкер вышел из иранского порта Шахид-Раджаи 72 дня назад. В ближайшее время в Венесуэлу должны п...
      379

      Армия ДНР открыла ответный огонь по украинским позициям

      Армия ДНР открыла ответный огонь по украинским позициямВ продолжении ранее опубликованной темы: "НМ ЛНР уничтожила позицию ВСУ: "За каждую выпущенную в сторону Республики пулю вас ждет соизмеримый ответ и неотвратимое возмездие", опубликоваееой мной в КОНТовском журнале "ГЕОПОЛИТИКУМ" тут:  https://cont.ws/@petrovserg/1680450 ============...
      3658

      НМ ЛНР уничтожила позицию ВСУ: "За каждую выпущенную в сторону Республики пулю вас ждет соизмеримый ответ и неотвратимое возмездие"

      1) НМ ЛНР уничтожила позицию ВСУ: "За каждую выпущенную в сторону Республики пулю вас ждет соизмеримый ответ и неотвратимое возмездие"2) У защитников  ДНР кончилось терпение и они готовы мстить за слёзы жителей Донбасса (Видео)===========================================Народная милиция Луганской Народной Республики заявила об уничтожении позиции во...
      5828

      КУЛЬТУРНАЯ СТОЛИЦА? В ЦЕНТРЕ МАРИУПОЛЯ СНИМАЛИ ЖЕСТКОЕ ПОРНО… (ВИДЕО)

      КУЛЬТУРНАЯ СТОЛИЦА? В ЦЕНТРЕ МАРИУПОЛЯ СНИМАЛИ ЖЕСТКОЕ ПОРНО… (ВИДЕО)Оккупированный #ВСУ #Мариуполь подтвердил свое громкое звание «Культурной столицы Украины» – вчера прямо в центре города на пересечении пр.Мира и пр.Строителей мужчина вел на поводке человека по пешеходному переходу… Шокированные горожане обратились в полицию, которая п...
      2281

      Немец, живущий в Российской Федерации: "Я рад, что переехал в Россию!"

      Немец, живущий в Российской Федерации: "Я рад, что переехал в Россию!" (Видео)Передача с Робертом Штайном и Томасом Рёпером. Гендерная тематика в России и на Западе. Ссылка на оригинал видео: https://youtu.be/xtwXo83vYek ...
      3018

      Антикитайская стратегия Вашингтона как продолжение антисоветской

      Антикитайская стратегия Вашингтона как продолжение антисоветскойПод разворачивающуюся в США антикитайскую пропагандистскую кампанию начинает подводиться некая «концептуальная» база.В анонсированный еще в апреле выпуск ежемесячника «The Atlantic» включена статья экс-советника президента США Дональда Трампа по вопросам национальной безопасности генерала Г...
      669

      Зеленский отказался закреплять особый статус Донбасса

      Зеленский отказался закреплять особый статус Донбасса«Минские договорённости» снова продемонстрировали неисполнимость?Украинские военные продолжают обстреливать населённые пункты народных республик Донбасса, умножая человеческие жертвы и разрушения. В это же время украинский президент заявляет о нежелании выполнять «Минские договорённости» по урегулиров...
      1171

      "Чей Крым". В Киеве атошник всадил товарищу шампур с шашлыком в живот в ходе дискуссии о полуострове

      "Чей Крым". В Киеве атошник всадил товарищу шампур с шашлыком в живот в ходе дискуссии о полуостровеВ минувшие выходные в Киеве в частном секторе бывший украинский военный проткнул шампуром знакомого во время распития спиртных напитков.Об этом сообщает "Страна.ua". По данным издания, в минувшее воскресенье на одном из приусадебных участков Киева отдыхал...
      998

      В Британии зэки-трансгендеры насиловали надсмотрщиц и сокамерниц в тюрьмах

      В Британии зэки-трансгендеры насиловали надсмотрщиц и сокамерниц в тюрьмахС сенсационным заявлением выступил бывший министр юстиции Великобритании Рори Стюарт. Впрочем, к его заявлению публика отнеслась прохладно. Во-первых, дают себя знать плоды политики толерантности, а во-вторых, - Рори Стюарт баллотируется на пост мэра Лондона, поэтому его слова был...
      4413

      Киев 9 мая 2020 года - нациков меньше, а отмечающих Победу гораздо больше чем в прошлом году!

      Киев 9 мая 2020 года - нациков меньше, а отмечающих Победу гораздо больше чем в прошлом году! (видео) Киев. 9 мая 2020 года. День победы над нацизмом во Второй мировой войне Киев. 9 мая 2020 года: знатный подарок украинцам ко Дню ПобедыПатриоты и радикалы, скрежеща зубами, изрыгают проклятия. Власть, отводя глаза, отмалчи...
      2706

      12 городов-героев и Брестская крепость

      12 городов-героев и Брестская крепостьНа госуровне понятие «город-герой» было закреплёно 8 мая 1965 года решением Президиума Верховного Совета СССР об учреждении данного почётного звания.История Великой Отечественной войны — это не только история многочисленных ежедневных подвигов бойцов Красной армии, но и история непостижимого массового героизма, где ...
      1304

      Израильские ВВС нанесли удар по Алеппо

      Сирийские ПВО заявили об отражении атакиСирийская противовоздушная оборона (ПВО) отразила израильскую ракетную атаку в провинции Алеппо. Об этом 4 мая сообщило сирийское правительственное информагентство SANA.«Самолеты противника появились со стороны населенного пункта Атрая и были замечены на экранах радаров, силы ПВО открыли огонь по во...
      2903

      Нападение на СССР японские генералы назвали «стратегией спелой хурмы»

      Нападение на СССР японские генералы назвали «стратегией спелой хурмы»В 60-е годы в Японии были опубликованы документы и материалы, подтверждающие справедливость и достоверность этих выводов Токийского трибунала.19 января 1946 г. было объявлено о создании Международного военного трибунала для Дальнего Востока для суда «над лицами, обвиняемыми индивидуаль...
      902
      Служба поддержи

      Яндекс.Метрика