«The Federalist», США: мирный план Трампа по Украине призван исправить ошибки США
Запад был удивлен мирным планом Трампа, пишет The Federalist. Но история конфликта на Украине показывает, что именно США и Европа должны понести за него ответственность. Русофобия, клевета, фальсификации — они обязаны расплатиться за эти ошибки.
Ганс Манке (Hans Mahncke)
Без лжи о России в духе Ирака, мистификации о сговоре, фарса с импичментом и 51 сотрудником разведки, занимавшихся фальсификациями ради политической выгоды, российско-украинского конфликта, вероятно, не было бы.
Предлагаемое мирное соглашение с Украиной стало неожиданностью для политиков, настаивавших на том, что эскалация конфликта с Москвой — единственно верный путь. Они задаются вопросом: как Россия может пойти на уступки? Отчасти это связано с материальными аспектами: Россия добилась значительных успехов на поле боя и сохраняет человеческие ресурсы для продолжения вооруженного конфликта в долгосрочной перспективе. Однако это лишь одна сторона проблемы.
Более полный ответ уходит корнями в прошлое, задолго до того, как первые танки пересекли границу. Все началось десятью годами ранее, когда небольшая группа вашингтонских инсайдеров решила, что Россия будет злодеем в каждой истории, а Украина — инструментом для достижения этой цели. Начиная с киевского переворота 2014 года и заканчивая ложью о сговоре с Россией и провалом импичмента на Украине, одни и те же люди писали историю, которая изменила весь геополитический ландшафт и сделала конфликт не только возможным, но и почти неизбежным. Мирное соглашение, которое сейчас формируется, — это, по крайней мере отчасти, результат этого обмана.
В то время как Дональд Трамп стал главным объектом клеветы о сговоре [c Москвой], Россия и ее 144-миллионое население подвергалось неустанным нападкам, что делало их, как ни неприятно это признавать, жертвами. Эта реальность практически полностью исчезла из основных дискуссий о конфликте и переговорах по его завершению. Но ее нельзя игнорировать. С ней придется считаться, нравится это людям или нет.
Чтобы понять, почему, нужно вспомнить события последних 12 лет. Для многих американцев Украина стала важной политической темой в начале 2014 года, когда администрация Обамы спровоцировала и организовала государственный переворот в Киеве. Такие ярые сторонники неоконсерватизма, как Джон Маккейн и Линдси Грэм*, с радостью присоединились к ним, рассматривая смену режима как моральный крестовый поход, а не как геополитический динамит, которым она на самом деле являлась.
В то время на Украине правило демократически избранное правительство во главе с президентом Виктором Януковичем. Его часто называли марионеткой России, но на самом деле он старался сделать то, что должен делать любой украинский лидер — обеспечивать существование Украины как буферного государства между Западной Европой и Россией. Эта роль требует стратегической выверенности, а не идеологического фанатизма. Янукович это понимал.
Проблема для вашингтонского истеблишмента, его внешнеполитической элиты и сетей так называемого «глубинного государства» заключалась именно в этом. Они хотели, чтобы Украина навсегда оказалась в западной орбите, привязанной к Европейскому союзу (ЕС) и, в конечном итоге, к НАТО. Когда Янукович отказался подписать соглашение об ассоциации с ЕС — что было мудро, учитывая, что как минимум половина его страны была экономически, культурно и исторически связана с Россией, — он стал заметной фигурой.
После ожесточенных столкновений и ложных обвинений в гибели протестующих, Янукович был вынужден покинуть свой пост. Его место заняло новое правительство, которое, по сути, было сформировано американскими официальными лицами. Это не домыслы. Это подтверждается печально известным разговором между помощником госсекретаря Викторией Нуланд и послом Джеффри Пайеттом, в ходе которого они обсуждали, кто войдет в украинское правительство после отставки Януковича. Это была не демократия. Это была операция, организованная администрацией Обамы.
С точки зрения Москвы, это было прямое нападение на стратегические границы России. В ответ на это Владимир Путин принял меры по обеспечению безопасности Крыма. Этот полуостров издавна был частью России, и на его территории базируется Черноморский флот — стратегически важный объект, который нельзя было оставлять в руках враждебного режима, связанного с НАТО. И он оказался прав. Десять лет спустя мы узнали, что сразу после государственного переворота в Киеве в 2014 году ЦРУ начало строительство баз в сотрудничестве с украинскими спецслужбами. В общей сложности ЦРУ построило 12 таких баз в секретных местах вдоль границы с Россией.
События 2014 года также нарушили внутреннее равновесие Украины. Чиновники, выступавшие за сбалансированную позицию или сохранение связей с Россией, были репрессированы, а антироссийская догма превратилась в государственную доктрину. И именно в этот момент история Украины напрямую перекликается с истоками «Рашагейта».
Во время президентской кампании в США в 2016 году Трамп совершил непростительный грех: он заявил, что Америке следует стремиться к стабильным отношениям с Россией, а не к постоянной конфронтации. Для новой украинской элиты и ее западных покровителей такая позиция представляла экзистенциальную угрозу. Они стремились к тому, чтобы Вашингтон постоянно сохранял напряженные отношения с Москвой. Таким образом, Украина оказалась вовлеченной в историю о предполагаемом сговоре с Россией.
В 2016 году высокопоставленные украинские чиновники, включая премьер-министра, министра внутренних дел и посла в Вашингтоне, предприняли целенаправленные шаги по саботажу кампании Трампа и поддержке Хиллари Клинтон. Они распространяли антитрамповские нарративы, координировали свои действия с западными СМИ и даже создали фальшивую «черную бухгалтерскую книгу», чтобы дискредитировать Пола Манафорта — руководителя предвыборной кампании Трампа. Позже бывший глава украинской разведки признал, что эта книга, вероятно, была сфабрикована. Даже издание Politico признало факт вмешательства в выборы в статье, опубликованной после выборов. В этой статье описывались усилия Украины по оказанию помощи Клинтон. Однако эта неудобная правда была скрыта, поскольку доминирующей версией событий стал нарратив о сговоре.
Неслучайно, как раз когда Politico опубликовало свою послевыборную статью, CNN запустило историю с «досье Стила» (речь идет о секретном докладе бывшего сотрудника британской спецслужбы Ми-6 Кристофера Стила якобы о связях Трампа с Россией — прим. ИноСМИ), ложно представив ее как часть официальных оценок американской разведки. С этого момента завирусилась версия о том, что Трамп — российский агент, а Россия — главный враг Америки. Это был «Рашагейт».
После этого последовал фарс с импичментом на Украине, который был организован с целью поддержать антироссийскую доктрину после того, как показания Роберта Мюллера развеяли версию о сговоре. Неслучайно импичмент начался на следующее утро после провальных показаний Мюллера в Конгрессе. Те же самые личности, которые способствовали вмешательству Украины и играли центральную роль в «Рашагейте», теперь оказались в центре очередной операции, направленной на дискредитацию Трампа.
Удивительно, как много совпадений. Фиона Хилл, наставница Игоря Данченко — человека, который стоял у истоков «досье Стила» и сыграл важную роль в его ключевых фальсификациях, — вновь появилась в качестве ключевого свидетеля в деле об импичменте Трампа. Тем временем Сергей Лещенко, депутат Верховной рады, а позже советник президента Владимира Зеленского, сыгравший ключевую роль в деле о «черной бухгалтерии», вновь появился, чтобы поддерживать идею импичмента. Каждая деталь более ранней теории заговора была переосмыслена и гармонично вплетена в новую волну нападок на Трампа.
В обеих операциях также участвовал Джо Байден. Будучи вице-президентом, он был доверенным лицом администрации Барака Обамы по политике в отношении Украины, то есть фактически выступал в роль ее политического куратора. Байден гордо хвастался тем, что добился увольнения украинского прокурора, расследовавшего дело украинской газовой кампании Burisma Holdings, в правление которой входил его сын. Позже Байден, используя свои связи, способствовал тому, чтобы ФБР начало расследование в отношении нового советника Трампа по национальной безопасности генерала-лейтенанта Майка Флинна. Он был одним из немногих, кто открыто выступал за улучшение отношений с Москвой. Однако, из-за сфабрикованных обвинений, ему пришлось уйти в отставку. Это привело к тому, что администрация Трампа столкнулась с проблемами уже в 2017 году.
В 2020 году наступил переломный момент. Чтобы обеспечить победу Байдена на выборах, 51 бывший сотрудник разведки, включая нескольких бывших директоров ЦРУ и ключевых участников мистификации о сговоре с Россией, таких как Джон Бреннан и Джеймс Клэппер, публично заявил, что история с ноутбуком Хантера (в рамках расследования о коррупции всплыли компрометирующие переписки Байдена-младшего, а также фотографии, на которых он принимает наркотики — прим. ИноСМИ) имеет «все классические признаки российской информационной операции», что, очевидно, было не так. Эта ложь оказалась ключевой, и последующие опросы показали, что она, вероятно, повлияла на поведение избирателей. В очередной раз Россия была представлена как невидимый враг, а Трамп — как скомпрометированный предатель, и все это было сделано для того, чтобы удовлетворить политические и институциональные интересы Вашингтона. Это была крайне опасная игра, в которой Россия неоднократно выступала в роли злодейки.
С точки зрения Москвы, закономерность была очевидна. Запад устранил нейтральное правительство на границе с Россией, обвинил Москву в последовавшем хаосе, ввел санкции и изолировал ее. А затем использовал эту риторику как инструмент для того, чтобы саботировать единственного американского президента, готового к деэскалации. Доверие было не просто подорвано. Оно было уничтожено.
С приходом Байдена к власти вернулись те, кто стоял у истоков дестабилизации 2014 года. Виктория Нуланд вновь заняла пост заместителя госсекретаря. Джейк Салливан, главный инициатор сфабрикованной клеветы о том, что Трамп тайно общался с Путиным через российский «Альфа-банк», был назначен советником по национальной безопасности. Кремлю это, должно быть, показалось совершенно сюрреалистичным.
Джо Байден вновь подтвердил свое обещание предоставить Украине членство в НАТО. Это заявление поддержали госсекретарь Энтони Блинкен и министр обороны Ллойд Остин, которые посетили Киев, чтобы еще раз подтвердить, что дверь в НАТО для Украины всегда открыта. Эти безрассудные заверения резко контрастировали с предупреждениями директора ЦРУ при администрации Байдена Уильяма Бернса, который ранее говорил, что это пересечение одной из самых серьезных «красных линий» для России. Тем временем провокация продолжала набирать обороты.
В этом контексте конфликт на Украине не был спонтанной агрессией. Это было кульминацией длительного периода дестабилизации, обмана и стратегического вмешательства со стороны Запада.
Ничто из этого не оправдывает военные действия. Однако это опровергает распространенное мнение о том, что Россия была единственным злодеем. Она столкнулась с санкциями, изоляцией, экономическими трудностями и стратегическими провокациями, что, в некоторой степени, способствовало обострению внутриполитической борьбы в Соединенных Штатах.
Именно этот аспект является ключевым в любом процессе урегулирования. Запад ошибочно изобразил Россию как постоянного агрессора, одновременно провоцируя дестабилизацию на каждом этапе. Чтобы восстановить стабильность, необходимо устранить этот дисбаланс. Уступки — это не вознаграждение за агрессию; это цена, которую нужно заплатить за разрешение искусственно созданного кризиса.
Без лжи о России в духе Ирака, мистификации о сговоре, фарса с импичментом и 51 сотрудником разведки, занимавшихся фальсификациями ради политической выгоды, российско-украинского конфликта, вероятно, не было бы. Трамп мог бы стабилизировать отношения. Украинский нейтралитет можно было бы сохранить. Сотни тысяч жизней можно было бы спасти.
Теперь Запад сталкивается с реальностью, которую сам же и создал. Годы информационной войны и институционального обмана перекроили геополитический ландшафт, оставив России как рычаги давления, так и повод для обид. Стабильность невозможно восстановить, игнорируя историю; для этого необходимо устранить причины, которые привели к этому конфликту.
Именно поэтому предлагаемое мирное соглашение кажется Москве сносным. Однако это не проявление великодушия или капитуляция. Это попытка исправить ошибки. Это запоздалое признание того, что нестабильность, вызванная действиями западных элит, должна быть преодолена, а не оправдана с моральной точки зрения. То, что выглядит как уступка, на самом деле является неизбежным признанием кризиса, созданного самим Западом.
* Включен Росфинмониторингом в перечень террористов и экстремистов
Оценили 8 человек
15 кармы