Автор: Артем Шейнин
Годная «база» от генсека НАТО. Позволяющая верно оценивать КОНТЕКСТ происходящего. А важен всегда именно контекст
Генсек НАТО Рютте: «В обозримом будущем Россия останется дестабилизирующей силой в Европе и мире. Они готовятся к длительной конфронтации. Мы не можем быть наивными. Мы должны быть готовы», — заявил он.
По его словам, «опасность, исходящая от России», не исчезнет с завершением конфликта на Украине.
Рютте вражина и не скрывает это. И его оценка вполне годится для ответа на вопрос, который мне чаще всего задают и в тылу, и во время поездок на фронт. «Когда это всё уже закончится?» — спрашивают меня и гражданские, и военные. И весьма удивляются ответному вопросу: «А что именно вы подразумеваете под «это» и под «закончится»?
Потому как по мне, так «это» ещё даже толком не началось, только набирает ход. Не верите мне — Рютте вам в помощь.
Ну как «не началось» — удивляются вновь собеседники — война-то идет почти четыре года уже.
Так это, говорю, лишь один небольшой кусочек сложнейшего пазла. Да, кровавый, да, неимоверно тяжелый часто для тех, кто на передке. Но ведь и жар пламени одинаково невыносим и опасен для любого пожарного, тушит ли он пожар в отдельно стоящем частном доме или пылающую многоэтажку или огромный торговый центр. Отдельно взятому человеку одинаково тяжело и опасно. Но масштаб и контекст многое меняет. Погибнуть можно и в первом случае, но там потушил — и готово дело. А чем больше масштаб, тем меньше зависит от успеха с тушением одной квартиры или одного этажа. Тут же может полыхнуть ещё сильнее.
Так вот в рамках широкого контекста сейчас на мой взгляд пока что больше «разведка боем». А масштабы и ожесточение «разведки боем» — лишь отражение масштабов противоречий.
Немного утрирую, но не будет чрезмерным преувеличением сказать, что Третья Мировая началась по большому счёту уже в момент распада СССР и объединения Германии. Точнее, не в момент, а вследствие этого. Потому что по сути именно с объединения Германии (проигравшей во Второй Мировой) и распадом СССР (разгромившего Германию) началась «ползучая» ревизия итогов Второй Мировой.
Туда же вписываются войны в Ираке и Сирии — как передел транзитных путей с Ближнего Востока на объединённую Германию, которая обросла каркасом в виде ЕС.
И в этот же контекст вписывается украинский конфликт — как передел сфер влияния в Восточной Европе.
Именно поэтому, как ни грустно мне разочаровывать многих моих собеседников, я говорю им, что считаю иллюзией ожидания «сейчас победим укрорейх и всё станет хорошо, как раньше».
«Как раньше», полагаю, уже вообще не будет. Будет как-то иначе, а как именно — будет решаться по итогу множества противостояний и конфликтов, на фоне которых украинский может когда-то показаться и не самым ужасным и тяжелым. Как ни странно это может звучать сейчас.
Примерно так, как советскому солдату, штурмующему линию Маннергейма в январе 1940, наверняка казалось, что это филиал ада на Земле. Но выжив и оказавшись летом 1942 в Сталинграде, этот боец скорее всего изменил представление о том, что такое «ад на Земле» и что такое «тяжело». Что отнюдь не отменяет всей тяжести финской войны для отдельно взятых бойцов и частей, но широкий контекст многое меняет и добавляет.
Так и сейчас. Надо быть готовым к тому, что много тяжелого ещё только впереди. И спасибо вражине Рютте, что об этом напоминает.
Не позволяя сузить восприятие до «надо победить укрорейх и всё будет хорошо».
Нет. Укрорейх нужно победить потому, что в противном случае точно будет плохо. Рано или поздно.
А вот чтоб стало рано или поздно хорошо, победить придется очень много кого и чего. И не только на внешнем контуре в лице «коллективного Рютте», но и внутри самих себя.
И лишь в этом случае Господь даст нам Победу как достойным её.
А если я ошибусь и всё каким-то чудесным образом вдруг «само устроится», то не будет человека счастливее меня, недалекого недоумка.
Оценили 14 человек
15 кармы