• РЕГИСТРАЦИЯ

Судьба Русов. - Элементы материнского рода у восточных славян на индоевропейском фоне. - Ч. I

8 4326


Здравствуйте, дорогие друзья!

Сегодня мы выполняем своё обещание, начиная публикацию постов об элементах материнского рода у восточных славян на индоевропейском фоне.

Итак, каким же было общество второй половины I тыс. н.э.? Насколько в нём имели место черты патриархата? Обычно древнерусское общество называли патриархальным, признавая некоторые права разве что у вдов, да и то в относительно позднее время (1). Определенное смягчение отношения к женщине как к существу второго сорта в литературе традиционно объясняли влиянием Православия. Семейные отношения у язычника, как полагали, в частности, митр. Макарий и Н.И. Костомаров, были практически не определены. Другие авторы, не высказывая подобных крайних взглядов, полагали, что жена сама была собственностью мужа в дохристианские времена, и выделение отдельного имущества последней, что мы видим уже в договорах Руси с империей X в., относили всецело за счёт византийского влияния или же влияния Православия. Любые иные мнения обычно отвергались с порога. Например, М.С. Грушевский довольно жёстко высказывался против любых попыток найти у древних руссичей пережитки матриархата, возводимого в его время обычно лишь к очень отдаленным временам.

Интересно, что и в современной литературе матриархат у индоевропейцев порой также отрицается. Культура последних даже противопоставляется матриархальной культуре доиндоевропейской Европы, как у Н. Лауринкене (2). Напротив, к примеру, Д.М. Балашов заявлял, что матриархат у славян сохранялся довольно долго (3). Рассмотрим, однако, данный вопрос подробнее. На основании аналогичных фактов А.В. Чернецов признавал на Руси патриархат, но с большими оговорками, которые означают примерное равенство мужчин и женщин в семье и в обществе. Следует полагать, что черты патриархата, особенно в его классических, суровых формах, – явления относительно позднего времени, что, впрочем, отмечал и К.Д. Кавелин (4). Не всё так однозначно и относительно церковного воздействия на восточных славян. Действительно, Церковь осуждала неповиновение матери, равно как и неповиновение отцу (5), однако, похоже, она вовсе не стремилась поднимать социальный статус древнерусской женщины, скорее наоборот. Времена ордынского ига и церковные законы – вот объяснение крайностей патриархата русского позднего Средневековья. Светское законодательство, в частности, нормы Соборного Уложения 1649 г., имели, видимо, несколько меньшее значение (6). В науке существует и мнение, противоположное вышеприведённому мнению К.Д. Кавелина о позднем зарождении явлений классического патриархата. Так, В.Л. Янин полагал, что со временем, по крайней мере, к XI в., деспотическая власть мужчины как главы дома уменьшается, но ряд фактов неопровержимо свидетельствует в пользу того, что высокое положение женщины в Древней Руси имело место именно в языческой древности (7), и, таким образом, не имело своим истоком позицию Церкви. Но для подтверждения или опровержения данного тезиса необходимо перенестись в достаточно отдалённое прошлое и попытаться рассмотреть ситуацию в те времена.

Обратимся, однако, к гораздо более отдалённым временам. Материал различных источников, в том числе данные языка, неопровержимо свидетельствует в пользу того, что древние индоевропейские общества были матриархальными. Так, в раннеиндоевропейском праязыке существовали лексемы со значением `мать` и `дочь`, но не было таковых со значением `отец` и `сын`, что само по себе чрезвычайно показательно. В языке мужчина тогда отражался лишь в одном, по сути, значении: как ´идущий впереди´ (8). То, что дети при матриархате часто не знали своих отцов, хорошо известно (9), поэтому отсутствие лексемы со значением ´отец´ не особенно нас удивляет.

Но отсутствие слова ´сын´ показывает только то, насколько мужчина для раннеиндоевропейских племён считался малозначащим. В данной связи огромное значение имеют глухие указания древнерусской вставки XI в. «Беседы Григория Богослова об испытании града» о почитании как Дия – явно богиня неба, и Дивии: «Овъ Дыю жъреть, а другыи Дивии». Кто же такая Дивия? Б.А. Рыбаков по этому поводу писал, что «это должна быть какая-то первостепенная богиня, равновеликая Зевсу-Дыю, по значению вроде Геи или Реи». С Геей её сопоставлял и И.Я. Фроянов (10). Однако, этимология имени этой богини явно говорит о Небе (´Сияющая´) (11). Почиталась ли эта богиня на Руси, в точности не известно, учитывая схоластический, по преимуществу, характер возведения славянских богов к древнегреческим образцам в памятниках церковно-учительской литературы, о чём писали, в частности, М.Я. Сюзюмов и С.А. Иванов. Елинство в Древней Руси имело значение `язычество`, впрочем, как и в самой Византии, например, у Льва Диакона (12). Таким образом, перед нами просто `жена Сварога`. Но богиня Неба, ΔιFία памфилийской эпиграфики, и di-wi-ja крито-микенских источников, – это, несомненно, реальность индоевропейской культуры. Культ этого божества, по Страбону, имел место в Сикионе и Флиунте. Интересно, что в известном «антропологическом» гимне «Атхарваведы» слово, обозначающее Небо, – женского рода (13). Данный образ явно более древний, чем известная индоевропейская мифологема о Земле-Матери и Небе-Отце, хорошо известная по материалам классической древности, например, у Гесиода и Аполлодора (14). Но представления о Земле и Небе как женских персонажах отсылают именно к раннеиндоевропейским временам, когда мужчина вообще находился, как видим, на периферии общественного сознания. Существуют, однако, и иные факты.

Как показывают материалы, собранные Т.В. Гамкрелидзе и Вяч.Вс. Ивановым, семья в праиндоевропейскую эпоху носила патрилокальный характер. ´Хозяин´ семьи был и её ´господином´ (15). Однако, по нашему мнению, противоречия здесь нет: эти явления вполне возможно «развести» хронологически. В более древнюю эпоху господствовало, несомненно, право материнского рода. Ещё М.М. Ковалевский объяснял переход к патриархату расселением племён, живших охотой и собирательством. «Братья женщины не могут уже оказывать ей покровительства и поддержки, благодаря разделяющему их расстоянию, – писал учёный. – В конце концов она перестаёт на них рассчитывать и начинает видеть в муже своего единственного защитника и помощника. Немудрено поэтому, что при таких условиях значение мужа растёт всё более и более и что он постепенно приобретает права опекуна над своей женой…». Но данный фактор нельзя признавать за первостепенный. Обратим внимание на то обстоятельство, что все же факты, собранные Т.В. Гамкрелидзе и Вяч.Вс. Ивановым, относятся скорее ко времени, предшествующему распаду общеиндоевропейского диалектного единства. Учитывая, что уже в начале II тыс. до н.э. отдельные анатолийские языки – хеттский, лувийский и палайский – были достаточно оформлены, период распада этого единства – как минимум, начало III тыс. до н.э. В другом месте своего труда те же авторы более обоснованно, по нашему мнению, говорят о IV тыс. до н.э. или даже о V тыс. до н.э. как о времени распада праиндоевропейского этноязыкового континуума (16). Позже ситуация серьёзно изменилась – изменилась как раз в бурное время IV-III тыс. до н.э., когда великая засуха и обусловила, судя по археологическим свидетельствам, распад индоевропейской общности, сопровождавшийся переселениями и одомашниванием коня, а также кровавыми войнами (17). В рассматриваемый переходный период, по нашему мнению, серьёзно пошатнулась вера в древних богинь, которые не смогли защитить людей от «великой суши», что и стало, видимо, глубинной причиной постепенного перехода индоевропейцев к патриархату. Голод, переселения и войны вызвали у древних людей явление, которое можно охарактеризовать как социально-психологический шок.

Тем не менее, этот процесс шёл чрезвычайно долго, элементы матриархата порой возвращались. У сарматов, которые первоначально обитали на территории современного Казахстана, т.е., по всей видимости, являлись потомками первых волн ариев – переселенцев на восток – сохранялись, как известно, мощные элементы матриархата, в частности, такое явление, как девы-воительницы. Это королева Латынгорка и, видимо, правительница Маринка Кандаловна русского эпоса (18). На первый взгляд, данное явление слабо вяжется с предлагаемым нами объяснением: жившие в относительно засушливых условиях все арии, по идее, должны были первыми перейти к патриархату. Однако, здесь сыграло свою роль следующее обстоятельство. При борьбе двух тенденций общественной жизни испытывающий наибольшее давление уклад жизни и соответствующий ему комплекс институтов и представлений порой резко увеличивают свою жизнеспособность, именно в противовес новому укладу, одновременно интенсивно заимствуя отовсюду, в том числе и у своих противников, те или иные новшества. Так и получилось, видимо, у первых волн ариев, ушедших далеко, на восток Великой Степи Евразии. Женщины, в первую очередь, в ипостаси жриц, смогли, хотя бы частично, сохранить свое былое могущество, сами пересев на коней, а вначале, видимо, на лёгкие колесницы, и став могущественными воительницами.

Те индоевропейцы, которые ушли к воде, в Центральную Европу, в силу сохранения относительно стабильных условий жизни сохранили черты матриархата: богини, по понятиям язычников, обеспечивали им своё покровительство. Имел ли место древнеевропейский этноязыковой массив, как полагал, в частности, В.В. Седов (19), или же нет, в данном случае не так важно. Ясно, что предки славян оказались именно в таких условиях, потому и сохранили элементы матриархата. Следы же материнского права, так или иначе, обнаруживают многие, если не все индоевропейские народы, что подтверждает вышеприведённые выводы, сделанные, в основном, языковедами. На данное обстоятельство резонно указывал ещё С.П. Толстов (20). А.Л. Антипенко рассмотрел многие элементы «мифологии богини» в древнегреческой культуре, особо остановившись на «Одиссее». Восточнороманские танцоры-целители кэлушары, представители совершенно иной, формально христианской культуры, считали себя связанными со злыми феями – фрумосами, черпая у них свою магическую силу, хотя и боялись этих сверхъестественных существ (21).

Некогда более или менее прочного брака не было вообще, женщина принимала, кого хотела. В сохранившихся источниках об этом говорится очень редко. Ш.Х. Салакая встретил подобное объяснение при записях нартовского эпоса в Гудаутском районе Абхазии. Это ещё «стадия Бабы-Яги», у которой ещё нет мужа, даже такого бесцветного, как абхазский Хныш, «номинальный» супруг Сатаней-Гуаща, не говоря уже об отце. Подобное могло иметь место только тогда, когда участие мужчины в деторождении ещё не понимали (22).

Поздней формой группового брак была полиандрия. Типологически сходная ситуация имела место в Древнем Эламе, где царь в своём титуле на первое место ставил имя матери, а потом – имена нескольких отцов (23). Глухие воспоминания об этом этапе истории у восточных славян, несомненно, сохранились, иначе в сказках Бабе-Яге также были бы вынуждены придумать своего «Хныша», как это и сделали абхазские носители традиции, но не сделали русские сказочники. Видимо, прав Б.А. Рыбаков, который видел глухие указания на групповой брак эпохи классического матриархата в статье 1114 г. в Ипатьевской летописи. Конец данного обычая связан здесь с именем Сварога. «И бысть по потопе и по разделеньи языкъ поча царьствовати первое Местромъ от рода Хамова, по немь Еремия, по немъ Феоста, иже и Соварога нарекоша Егуптяне, – читаем в данном источнике. – Царствующю сему Феосте въ Егупте, въ время царства его спадоша клеще съ небесе, нача ковати оружье, преже бо того палицами и камениемъ бьяхуся. Тъ же Феоста законъ оустави женамъ за единъ мужь посагати и ходити говеющи, а иже прелюбы деющи, казнити повелеваше. Сего ради прозваша и богъ Сварогъ… и блажиша и Егуптяне, и по семъ царствова сынъ его, именемъ Солнце, егоже наричють Дажьбогъ…» (24).

Особо следует обратить внимание на следующее обстоятельство. В древнерусской традиции немалым было значение дяди по матери – уя. Но подобное явление известно и у других индоевропейцев. В ряде случаев у представителей данной языковой семьи наследство и власть переходили именно от дяди к племяннику. Т.В. Гамкрелидзе и Вяч.Вс. Иванов объясняли данное явление распространением у древних индоевропейцев кросс-кузенных браков. Кроме того, наследование царской власти сыном сестры царя (Тавананны; это не имя, а титул) в хеттской традиции, а не сыном самого царя, они относили и за счёт аккадского влияния. Однако, обе высказанные ими причины имели разве что характер дополнительных обстоятельств в отношениях мужчины и сына его сестры, и не более того. Наследование власти «сестричичем», на что указывал С.П. Толстов, в парфянское время известно и в Сакаравакском государстве (25).

Обращаясь же к восточным славя нам, можно отметить свидетельство Раскольничьего манускрипта о том, что Олег Вещий получил свою власть потому, что был вуем малолетнего Игоря. В поздних церковных источниках он обозначен как брат отца, а не матери, но уже В.Н. Татищев справедливо считал такое объяснение неверным, поскольку оно стадиально позднее, добавим мы. О роли Добрыни Малковича, воеводы и уя Владимира Святославича, можно говорить долго. Именно он посоветовал новгородцам просить у Святослава сына князем в Новгород, когда Ярополк и Олег отказались идти туда. Он же огнём и мечом крестил Новгород, чему, по резонному мнению В.Л. Янина, сохранились и археологические свидетельства. Наконец, тот же Добрыня посоветовал своему сестричичу мириться с волжскими булгарами, говоря, что нужно искать других данников (26). Кроме того, согласно договору 944 г. с империей, своего особого посла имел «нетии Игоревъ» Игорь, т.е. сын его сестры (27). Интересно, что родство племянников с дядями по матери не могли уничтожить даже такие обстоятельства, как их принадлежность к различным, причём, как правило, враждебным народам, исповедующим разные веры и принадлежащим к различным типам хозяйства. Мы имеем в виду русских князей и половецких ханов. А.Л. Никитин, обративший внимание на этот несомненный факт, правда, считал половцев XII в. манихеями и несторианами, но аргументации в пользу последнего мнения не привёл.

На самом деле они были язычниками и, часто, врагами Руси, но это обычно действительно не смущало их русских сестричичей, что показывает поразительную устойчивость на Руси данной традиции эпохи материнского права. Все же сведения о христианстве у этих кочевников, собранные исследователем, бесспорны, но могут быть объяснены влиянием именно православных стран, в первую очередь, тех же восточных славян. «Святославъ же, пришедъ, ста оу Неринька, – под 1147 г. читаем в Ипатьевской летописи, – и тогда придоша к немоу сли ис Половець от уевъ его… тако рекоуче: «Прашаемъ здоровия твоего, а коли ны велишь к собе со силою прити». Следующий подобный пример относится уже не к восточным, а к южным славянам, что доказывает, по всей видимости, его общеславянское распространение и праславянское происхождение. В жизнеописании василевса Романа I Лакапина в «Theophanis Continuatus» читаем, что Симеон Великий «Πέτρον υίόν αύτοπ προβαλόμενος άρχοντα, όν έκ τής δευτέρας αύτού γυναικός έσχεν, τής άδελφής Γεωργίον Σουρσουβούλη, όν καί έπίτροπον τοίς έαυτού παισίν ό Συμεόν καταλέλοιπεν».

(Наш перевод: «Петра назначил властителем, сына второй жены, сестры Георгия Сурсувула, которого опекуном своих детей Симеон поставил»).

В дальнейшем изложении Пётр и его «уй» действуют совместно, причём последний был дружкой на свадьбе своего «сестричича» с Марией, дочерью Христофора, сына Лакапина. Таким образом, Георгия Сурсувула вслед за Ф.И. Успенским можно назвать как минимум соправителем Петра Симеоновича. Правда, данный автор объяснял назначение Георгия Симеоном просто личными качествами Сурсувула (28). Мы же видим здесь и влияние древней индоевропейской традиции времён материнского рода. На этом фоне не выглядит случайностью и тот факт, что князь винулов Мстивой просил себе в жёны именно племянницу герцога Бернарда («meptem ducis Bernardi»), и ради этого погубил в Италии почти тысячу своих воинов (29).

Сохранение же особой связи между дядей по матери и его племянником следует объяснять таким образом. На определённом этапе общественного развития мужчина уже не остаётся в роду жены, но вынужден оставить там детей, которых и воспитывает брат женщины, становясь для него тем, кто занимает, с точки зрения человека патриархального общества, место отца. Отсюда, как писал М.Г. Халанский, и вражда Марко Кралевича к королю Вукашину, который с помощью предательства убил его уя: древнеславянский обычай повелевал герою мстить за дядю по матери, в том числе и собственному отцу. Тот же обычай имел место и в германском мире, сохраняясь и во Франции в эпоху Меровингов (30). Распространяя человеческие обычаи на явления природы, славяне находили место и этому явлению. «Ти имаш вуйчо месеца…», – говорит, в частности, Солнцу его мать в болгарской песне (31).

Возвращаясь к восточным славянам, заметим, что Добрыня обычно спасает от змея не дочь, а племянницу князя, а Идолище также порой сватает именно племянницу князя (32), что также едва ли случайно. Другие антагонисты тоже грозятся взять племянницу Владимира за своего сына или самого себя (33), у дяди Иван Годинович просит разрешения жениться. Разумеется, слово племянник в его современном значении употребляется не так давно, более раннее значение было и более широким (34), но вышеприведённые примеры из письменных источников показывают, что вначале в таких случаях имелся в виду тот же самый сестричич, а не братанич или какой-либо иной человек из того же самого рода (племени). Иногда, впрочем, об этом прямо сообщают и сами старины, например, текст о братьях Левиках в сборнике Н.С. Тихонравова и В.Ф. Миллера, где фигурируют герой, его сестра и её сын. Когда Владимир и Иван Гостиный сын бьются о велик заклад, то последний закладывает свою голову, а князь – свою племянницу (35). В конфликт родов Хотена и Чесовой вдовы автоматически втягивается и брат последней – князь Владимир, у которого она берёт войско (36). Интересно, что те же отношения между дядей и племянником русский эпос, вполне возможно, небезосновательно, приписывает и врагам Руси (37). Показательно также, что некоторые былины путаются в определении родственных отношений героев. Так, в онежской старине героиня, которую носитель традиции определяет как дочь Владимира, называет последнего то «тятенькой», то «дядюшкой». В печорской былине Идол Жидойлович говорит Гремит-королю: У того-то у князя у Владымира, / У того-то бы есь ныньце племянница, / Кабы та же ли Анна-княженецька дочь. Чуть ниже в той же старине сам Владимир называет Анну любимой племянницей, но она вновь характеризуется как Анна-княженевска дочь. Сама же девушка называет князя дядюшка. Не менее показателен и иной факт. Когда понадобилось ввести Вольгу Святославича в киевский цикл, М.С. Крюкова тут же объявляет его племянником князя Владимира. У этой же сказительницы последний учит Вольгу грамоте (38). То же самое можно сказать и относительно Ермака Тимофеевича, который в онежской старине представлен именно как племянник Владимира (39). Наконец, упомянутая выше сказительница называет некоторых своих героев не их собственными именами, а по имени их дядей (40).

Обратимся к русским правовым памятникам изучаемой эпохи. Так, в ст. 1 Краткой Правды (КП), в число мстителей за убитого входил и сын сестры (41), и лишь в ст. 1 Пространной Правды (ПП) он был заменен сыном брата. Объяснять данное явление, подобно С.М. Соловьёву, лишь тем, что замужняя «дочь не выходила из рода, но распространяла род, привязывая к своему старому роду ещё новый род мужа», поэтому «сын сестры, хотя бы принадлежал к враждебному роду, считался своим», недостаточно. В данной архаичной норме исследователи резонно видят пережиток времён материнского рода (42), а точнее, по нашему мнению, – ещё пока живой элемент последнего. Данные факты, разумеется, – продолжение той же древней индоевропейской традиции особых взаимоотношений между дядей по матери и племянником.

Кроме того, в известном сюжете о сестре и девяти братьях-разбойниках, которые по неведению убивают зятя и сестричича и берут в плен сестру, показан пример вопиющего нарушения, видимо, самых святых, по понятиям того общества, правил поведения. Интересно, что сами разбойники приходят в ужас от содеянного (43).

Подводя промежуточные итоги, следует, в первую очередь, отметить следующее. В историографии нет единого мнения о месте женщины в восточнославянском обществе изучаемого периода истории. Как правило, оно признаётся патриархальным. Такое положение дел вынуждает провести краткое исследование семейно-брачных отношений восточных славян, как они отражаются в различных источниках, в первую очередь, в фольклорных и этнографических, а также в летописях. К исследованию были привлечены русские сказки, былины, данные свадебного обряда восточных славян, ПВЛ и пр.

Явления восточнославянской культуры на фоне явлений культуры иных индоевропейцев народов позволяют сделать вывод о том, что ключевое значение в данной связи имела великая засуха IV-III тыс. до н.э., когда, судя по всему, пошатнулась вера в богинь, которые не смогли уберечь людей от голода. Массовые переселения, войны и прочие катаклизмы того страшного времени неплохо объясняют, что же именно послужило толчком для перехода к патриархату. К достаточно отдалённым временам относится и значительная роль дяди по матери в жизни племянника. Вначале отец не принимал участия в воспитании ребёнка, и его роль выполнял именно уй (дядя по матери).

Однако, данный комплекс вопросов невозможно рассмотреть сколько-нибудь подробно без изучения свадебной обрядности восточных славян. Но об этом – в следующем посте.


"Чё ле делай, даром не живи!"

Охлобыстин объяснил, откуда знаменитости взяли моду называть россиян быдлом

Известный российский актер Иван Охлобыстин рассказал, откуда, по его мнению, у знаменитостей взялась тенденция непочтительно отзываться о простых россиянах.После многократно прокативших...

Единая методичка о "конституционном перевороте Путина"
  • sntdpni
  • 19 января 16:59
  • В топе

Ну, вот, период деморализации, разброда, шатаний и полного замешательства в рядах "людей с прекрасными лицами" счастливо завершился! Единая методичка доведена до всех-всех-всех борцов з...

Мы наш, мы новый мир построим

Как одно мгновение прошли все новогодние праздники от встречи Нового года до Крещения, но в тоже время - от поедания тазика салата оливье под взрывы фейерверков до купания в проруби - п...

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Появление писаного права в Древней Руси и княжеская власть

    Данные проблемы решались в том числе и путём создания и перера-ботки писаных сборников права. В.О. Ключевский, однако, считал византийским влиянием саму идею «законодательной обязанности» княжеской власти. Аналогичные воззрения мы видим также у М.К. Любавского . На первый взгляд, они правы, ибо правотворчество Ольги и Владимира Святого, вопреки известному в науке мнен...
    2161

    ВЕРХОВНАЯ ВЛАСТЬ И ПРИНЕСЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ЖЕРТВ У ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН

    В «Повести временных лет» (ПВЛ) по Лаврентьевскому списку под 983 г. читаем: «Идее Володимеръ на Ятвяги, и победи Явтяги, и взя землю их, и иде Киеву, и творяше потребу кумиром с людми своими. И реша старци и бояре: «Мечемъ жребии на отрока и девицю, на негоже падеть, того зарежемъ богомъ». Аналогичный текст мы видим и в других древнейших летописях – Ипатьевской, Радз...
    2416

    Национальное сознание и самосознание России на историческом фоне.

    В мировой исторической науке немало написано о крайнем своеобразии русской цивилизации. Русь считают догоняющей, специфической европейской, азиатской, крестьянской, иррациональной, самой деспотичной, самой анархичной… Существует и множество других определений и осмыслений, предложенных историками, философами истории, культурологами. Сквозь туман предубеждений и идеоло...
    2709

    Ритуальные бесчинства - Анти-миры русского мира.

    Обрядовое ряженье встречается у многих народов. Оно известно в нескольких формах, каждая из которых так или иначе сопряжена с мотивом страшного мира. Одну из них (она характерна и для русской традиции) отличает связь с двумя особыми сторонами обрядовой культуры — игровой и смеховой.Ряженье - это всегда внешнее преображение. Меняя свой облик («облик человеческий премен...
    6360

    Соха, Чепигы - и другие тайны астрономии Русов.

    Потребности ориентации и определения времени рано выделили астрономию среди других областей научного знания в отдельную отрасль. Среди первых богов человечества -олицетворенные в светилах солнце и луна. На обширной территории, которую впоследствии заняли восточнославянские племена, издавна существовал разработанный культ светил, звезд и, возможно, астрономических явле...
    2377

    Архаическое сознание и медицина. - Ч.III.

    Рассматривая же сюжет о «невесте из бани», которая воспитывалась ба-енником до брачного возраста, легко понять, что до крещения и венчания, об-ретения женского головного убора – повойника и введения её в избу, что тож-дественно обретению соответствующего общественного статуса, это существо не имело никакого вида (облика), что тождественно, в свою очередь, отсут-ствию ...
    2750

    Архаическое сознание и медицина. - Ч.II.

    Восточным славянам были присущи обычные для архаических обществ и культур явления «перенесения» свойств одних предметов и явлений на другие, между которыми мыслилась, таким образом, своего рода связь. Так, для борьбы с вредоносным колдовством можно было нанести ведьме увечье, «заткнув в щелях хлева крапиву, нож или косу». Её также можно было уничтожить, если чучело ко...
    2603

    Славяно-Русы в VII веке, о чем умалчивает классическая наука.

    История Руси полна загадок и тайн, сегодня хотелось бы заострить внимание на одном, пожалуй в самом простом вопросе, если до образования Древней Руси, были известны племена вятичей, древлян, дреговичей, полян, то куда же подевались сведения о них? Неужели у этих племен не было соседей? Неужели все они были молчаливы и бесписьменны? Глупо предполагать, что сведений не ...
    2900

    "И все б, я пила, все б, я б, ела" - Питейная культура Древней Руси.

    В Древней Руси вплоть до XIV века существовали следующие напитки: живая вода, сытa, березовица , вино, мед, квас, сикера и ол. Грань между алкогольными и безалкогольными напитками была весьма условна. Безалкогольными являлись лишь первые два: вода и сытa (смесь воды и меда), да и последняя могла забродить и превратиться в слабоалкогольный напиток. Уже березовица (бере...
    3931

    Архаическое сознание и медицина. - Ч.I.

    Существуют очень интересные примеры смешения языческих и христи-анских черт в древнерусских апотропеях. «Г(оспод)и, помози рабу Своему Фоме», - такой чисто христианский текст читаем на кабаньем клыке, найденном во Вщиже в слоях уже XII в. Такое соседство поражает, ибо есть данные, согласно которым изначально кабан (свинья) – священное животное индоевропейцев, в том ч...
    2188

    Душа скоморохов. - Гудок - русская скрипка.

    Некоторые писатели уверены, что в скрипке скрыто женское начало. Она или озорная девчонка, или печальная женщина, или трагическая старуха. Народные исполнители считали, что звучание скрипки подобно человеческому голосу. А еще говорят, что столетия назад извлекать из скрипки мелодию удавалось только мужчинам. Сегодня скрипичная игра в деревнях практически исчезла. Сей...
    3431

    Обретение утраченного. Обряд принятия волчьей силы.

    Здравствуйте, дорогие друзья!Продолжаю публиковать серию постов, посвящённых восприятию волчьей силы в казачьей среде.Данные Льва Диакона  и «Слова о полку Игореве» не просто подтверждают друг друга, но и показывают, что оборотень, в том числе и лидер-оборотень становится таковым не в силу наказания за совершённые преступления, на что акцентируют внимание древнег...
    2640

    Илья Муромский (Русский) - Европейский след русского эпоса.

    Фольклорные герои далеко не всегда остаются только в рамках одной культуры. Контакты между народами приводят и к тому, что и герои их сказаний, эпических песен, мифов могут перейти межэтнические границы и стать героями народного творчества уже другого народа. Иногда такие переходы оказываются полезными при попытках уточнить хронологию появления фольклор...
    2809

    Обряд принятия волчьей силы.- Инициация.

    Тема оборотничества – одна из тех мистических тем, что обрели особую популярность в последние годы: книги, фильмы, разнообразные байки-страшилки вовсю её муссируют. Возможно, одной из причин популярности является тот факт, что в данном случае байки и легенды имеют под собой вполне реальную, хотя и не буквальную, основу – как в истории, так и в психиатрии (ликантропия)...
    3494

    Фольклор. - Феномен куклы в мировом массовом сознании. Часть II.

    Детской игрушкой кукла стала не так давно, а фигурки, изображающие человека, появились чуть позже, чем сам человек.Все, что происходило вокруг первобытного человека, было непонятным и очень часто жестоким и пугающим: с неба лилась вода и падал стрелами огонь (дождь и молния). Вода, если это был сильный ливень, смывала и уносила жилища, людей, посевы. Когда разливались...
    3065

    Фольклор. - Феномен куклы в мировом массовом сознании. Часть I.

    Кукла — одна из интереснейших страниц в истории культуры. Человек соединен с куклой куда более прочно, чем мы сегодня можем представить. Кукла, повторяя человека и отталкиваясь от него, связана с ним физическими, психологическими и мировоззренческими связями. Трудно сказать точно, но кукла как детская игрушка появилась у славян около 1000 лет назад — это подтверждают ...
    3340

    Обряд принятия волчьей силы.- Продолжение. -Индоевропейские корни.

     Согласно легендам, Ромул и Рем, Кир, Заратуштра были выкормлены волчицами. Такие предания восходят к тотемическим мифам. Ведь реальные дети-«маугли» приживаются в человеческом обществе с большим трудом. Волк, особенно часто изображавшийся в искусстве сарматов, видимо, был их тотемом. В нартовском эпосе осетин (потомков сармато-аланов) предком героев-нартов являе...
    5741

    Судьба Русов. - Пасха - Ты ли это?

    Христианский праздник пасхи имеет длинную и сложную историю.Древнееврейский праздник пасхи зародился приблизительно 3500 лет назад, когда евреи занимались скотоводством кочуя со своими стадами по Аравийской пустыне Изначально это был скотоводческий праздник. Так как весна была важным моментом в жизни скотоводов, именно весной происходил массовый приплод...
    13158

    Обряд принятия волчьей силы. - Продолжение. - Психосоматическая защита.

    В мифологии и эпосе индоевропейских народов важное место занимает образ воина-оборотня. Представление о том, что человек может превратиться на время в животное (и сохранить при этом человеческий разум) восходит своими корнями к временам тотемизма.Самые известные животные для подражания являлись кабан, медведь, волк (собака). Вообще, волк являлся визитной карточкой и...
    6438

    Обретение утраченного. Обряд принятия волчьей силы.

    Древние источники - саги, летописи, древние песни и сказания - древнейшие рассказы, которые позволяют понять саму душу народа. О Гуннлауге Змеином Языке, о Тормоде Скальде Чернобровной, о Магнусе Добром, коего Ярослав Мудрый в детстве держал у самого сердца своего…«Старшая» и «Младшая Эдды». Сборники рассказов о песен о богах и героях, - великих и коварных, сильных и ...
    14110
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика