Директор центра междисциплинарных исследований Института государственного и муниципального управления НИУ ВШЭ Марат Зембатов — о том, как сегодня Ормуз, Samsung, Куба и китайская дипломатия собирают новую цену страха и чем отвечают цены на серу и карбамид, нафту и авиационное топливо.
Мировой рынок вошел в состояние опасной стабилизации. Биржевые экраны уже не мигают, как при панике первых дней войны в Персидском заливе, но за этим спокойствием стоит нервная математика: нефть стабильно выше $100 за баррель, сера на исторических максимумах, карбамид дороже, чем обычно (даже после краткосрочного отката в начале мая). Контейнерный фрахт не вернулся в нормальную ценовую зону, а политические риски одновременно растут в Заливе, Восточной Азии и Карибском бассейне.
Фактор встреч в Китае
После того как в Китае приняли американского президента, пришло время и для российско-китайских переговоров — они были запланированы еще в феврале. Тем временем между этими государственными визитами из Луизианы в Тяньцзинь уже идут танкеры с американским СПГ — сегодня известно о четырех, которые прибудут в Китай во второй половине июня. И ни китайские тарифы на американский СПГ, ни американские запретительные тарифы на китайские товары не сыграют существенной роли.
Почти одновременно в Пекине российский и китайский лидеры обсудили энергетику, торговлю и стратегическое партнерство. Китай по-прежнему остается крупнейшим потребителем российских нефти и газа, и договор о добрососедстве 2001 года действует и теперь уже продлен на новый срок.
Сегодня на фоне декаплинга и формирования блоковой структуры глобальной экономики Китай ведет себя как диспетчер большой аварийной сети. При этом Пекин снижает собственную зависимость от Ормуза, укрепляет свою стабильную роль в мире современных конфликтов и выходит на новые рубежи мирового лидерства.
Что по цифрам
Ситуация на рынках остается сложной. Базовый прогноз по нефти показывает сохранение коридора $100–116 за Brent до конца июня при сохранении частичного прохода через Ормузский пролив и переговорной паузы. По данным Минэнерго США, мировые нефтяные запасы во втором квартале 2026 года будут снижаться в среднем на 8,5 млн баррелей в сутки, а Brent в мае — июне будет около $106 за баррель. При постепенном восстановлении движения через Ормуз возможно снижение Brent до $89 в четвертом квартале 2026 года. Рисковый сценарий остается тяжелым: Brent около $110,17 и WTI около $103,03 после небольшой коррекции на заявлениях президента США Дональда Трампа о возможном быстром завершении войны с Ираном. При новом срыве переговоров и повторном закрытии прохода рынок быстро вернется к зоне $115–125. А эскалация в других регионах может подтолкнуть нефть еще выше.
На рынке серы ситуация еще жестче, по сути, она стала лицом кризиса. Рост на 26,61% за месяц (с 20 апреля по 20 мая) и на 201,21% к значениям 2025 года — эта ценовая динамика, которой никогда еще не было. Быстрой нормализации ждать не приходится, и рынок серы входит в дефицитный период, который может продлиться до 2028 года.
Карбамид уже откатился от панических уровней ($800 и более за тонну), но это еще не дешевый рынок. И шансов, что он станет дешевым в ближайшие шесть месяцев, нет. Trading Economics дает $567,5 за тонну на 20 мая, минус 18,05% за месяц (из-за ситуативного падения в конце апреля — начале мая), но плюс 22,44% к уровню 2025 года. Прогноз в коридоре $540–620 за тонну. А вот при крупных индийских закупках, ограничениях китайского экспорта и новых сбоях в Заливе — быстрый возврат к $650–700.
Чемпион по вкладу в напряженность ИТ-сектора — полифенилэфирные смолы — представляет менее публичный, но очень показательный рынок. У них нет такой прозрачной биржевой цены, как у Brent или карбамида, зато они чувствительны к нефти, фенольной химии и логистике. Рынок ожидает роста примерно на 6,45% в год в 2026–2034-м. Прогноз ценового трека в Азии и Европе — умеренный рост без взрывной динамики серы, но с устойчивой премией за надежность поставки. И причины понятны — при сдерживаемом росте на материал, из которого изготавливают печатные платы для всей электроники, ее физическая доступность сегодня не всегда гарантирована. Сценарный диапазон в плюс 5–10% к текущим контрактным уровням к концу лета при дорогой нефти и сохранении транспортных задержек выглядит вполне вероятным. А вот плюс 20–25% к цене будут означать остановку некоторых (или многих) производств в секторе электронной продукции и ИТ.
Примечание от Samsung
Здесь важную ноту в общей симфонии сырьевой катастрофы, которая еще только на стадии прелюдии, добавлял Samsung. Почти 48 тыс. работников (сначала планировалось 43 тыс.) Samsung Electronics планировали начать забастовку 21 мая сроком на 18 дней — все никак не могли договориться о бонусах. Samsung обеспечивает почти четверть экспорта Южной Кореи, и правительство даже рассматривало чрезвычайный арбитраж, поскольку 18-дневная забастовка могла бы ударить по картам памяти, AI-инфраструктуре и экономическому росту страны. Для сырьевых рынков это значило бы, что электроника может получить новый ценовой шок, а инженерные пластики — разнонаправленный кризисный импульс. Чипов стало бы меньше, а значит, выпуск всех устройств (в том числе модных раскладных телефонов) замедлился бы. А страх перед дефицитом рос бы, что подтолкнуло бы закупки критического сырья заранее и серьезно вверх. Однако руководство Samsung Electronics и профсоюз работников компании все же достигли соглашения по заработной плате — за полтора часа до начала забастовки.
Фактор Карибского бассейна
Не добавляет стабильности и Карибский бассейн, который превращается в еще один экран мировой напряженности. Уже прозвучали сообщения о кубинских дронах и рисках для базы Гуантанамо, которые Гавана отвергает как предлог для давления. А еще между Кубой и США может начаться новый виток эскалации в связи с предъявлением обвинений Вашингтоном бывшему лидеру Республики Раулю Кастро (речь идет о сбитом в 1996 году самолете). Таким образом, США добиваются смены правящего режима на Кубе и могут пойти на крайние меры. На мой взгляд, вероятность "венесуэльского сценария" для Кубы на горизонте трех — шести месяцев нельзя считать нулевой. Хотя возможен и гибридный вариант, включающий активизацию санкционного и международно-правового давления вместе с демонстрацией силы у берегов.
Угроза голода и итог
В зоне риска остается и продовольственная безопасность, прежде всего Африки и Азии. Именно они первыми почувствуют, что дорогие нефть и карбамид быстро превратятся в дорогие хлеб, рис и кукурузу. До 45 млн человек могут дополнительно оказаться в зоне голода, если напряженность с сырьевыми дефицитами не начнет спадать в ближайшие дни. А число людей, находящихся в зоне продовольственной небезопасности, может вырасти на 21% в Западной и Центральной Африке, на 17% в Восточной и Южной Африке и на 24% в Азии.
Это и есть новая формула мирового рынка: танкер и чип, удобрение и зерно теперь формируют одно психологическое поле с конфликтными ситуациями в проливе. И индекс запаха дефицита, где сера пахнет будущими ценами на фосфаты, а карбамид — будущей ценой хлеба, интересен тем, что показывает кризис до того, как он появляется в потребительской корзине. Когда ИНЗ стоит на 69,1, ИРТС — на 87,87, а ИСД медленно ползет вверх, рынок уже сделал свой главный месседж: катастрофы сегодня может не быть, но счет за ее ожидание уже выставлен.
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Использование материала допускается при условии соблюдения правил цитирования сайта tass.ru
Оценил 1 человек
2 кармы