Фэнтези и исторические романы про попаданцев и большую любовь во времена Московской или даже Киевской Руси подвигают многочисленных авторов использовать — для атмосферы и передачи реалий времени — старинные слова. Проблема в том, что мало кто из них заботится сначала проверить значение слова, и в результате количество конфузов и несуразиц в их повестях обескураживает.
Тут вы узнаете краткий гид по словам, которые чаще всего используют неправильно, пытаясь «написать старину».
Десница — это не рука
То есть, конечно, рука. Но строго правая. Последнее же время можно часто встретить словосочетания вроде «левая десница» или «обе десницы». Так вот, если «десница» левая — она «шуйца». Отсюда и происходят старинные слова «одесную» (по правую руку) и «ошую» (по левую руку). И совсем уж несуразно, когда жалоба персонажа лекарю на «боль в десницах», оказывается, означает проблему с дёснами во рту.
Клеть — это не клетка
Клетью традиционно называют неотапливаемую часть деревянного дома, вынесенную за пределы основного жилищного пространства. Она может использоваться как летний флигель — тогда там размещают спать гостей, например, может быть хозяйственного назначения — и тогда в ней что-нибудь хранят. На клетку она при этом совершенно непохожа, это точно такой же бревенчатый сруб, как и основной дом. Под клетью также традиционно размещали погреб, отсюда и появилось словечко «подклеть» и выражение «в подклети» в значении «в подвале». Если персонажа держат под замком, это ещё не значит, что про него стоит писать — «сидит в подклети»!
Чернавка — это не ругательство
И даже не обозначение просто «представительницы черни», то есть любой простолюдинки. Чернавка — это служанка наинизшего ранга, та, которой достаётся мыть, чистить, убирать, особенно самое грязное, то есть — делать «чёрную работу». В большом доме всегда было множество слуг, и они разделялись по своим функциям. Кроме чернавки, в доме могла быть горничная (служанка, обслуживающая обитательниц горницы), ключница, няньки и так далее. Кстати, слово «подлый» изначально тоже обозначало не моральные качества как таковые, но принадлежность к нижайшим сословиям. Подлым человечишком мог назвать себя простолюдин и при этом вовсе не в порыве самокритики.
Кстати, горница — это не просто комната
В старину было слово «горний» — то есть верхний. От него и происходит слово «горница» — изначально название жилой комнаты наверху, где очень часто размещали женщин из богатых семей, которым, как считалось, лишний раз вниз ступать незачем, в отличие от мужчин, которым приходится бегать по делам в дом и из дома. Позже слово «горница» перешло на самую светлую и просторную комнату избы, часто неотапливаемую, употребляемую для приёма важных гостей, праздничных сборищ и тому подобного.
Это помещение порой называли и светлицей, но вообще светлица — это комната, в которой выполнялись женские работы, для которых требовались хорошее освещение и напряжение зрения, например, вышивка.
Палаты и хоромы
Не все знают разницу, хотя в целом писатели новых поколений понимают, что речь идёт о больших сооружениях вроде дворца. Так вот, хоромы — всегда деревянные, палаты — кирпичные или каменные. Кроме того, палата в единственном числе — это не любая комната, а зал. Пировать при этом могли не в палате, а в отдельной пристройке-башне повалуше. Позже повалушей в крестьянской избе звали всю ту же горницу-светлицу. Также сверху к хоромам и палатам пристраивали терем — второй этаж, выглядящий как отдельное постройка. В тереме вовсе не обязательно были только женские покои, это миф родом из девятнадцатого века. Зато что для терема обязательно — окна в каждой из четырёх стен, что делало его самой светлой частью дома.
Аршинный
Никто не знает, почему, но это слово всё чаще встречается в значении «очень длинный». Например, можно в иной книге прочесть об «аршинном» росте статного доброго молодца. Конечно, может иметься в виду и косой аршин, который куда длиннее обычного, но всё же аршин — это обычно длина меньше метра, и на красавца такого роста любоваться, закидывая голову, незачем. Можно смотреть не напрягаясь сверху вниз.
Боров и мерин
Вы можете представить, чтобы славянского юношу атлетического телосложения звали Боровом, а хозяин мерина заводил для него кобылу, чтобы жеребята пошли? Если да, то вы, очевидно, не в курсе, что «боров» — не «большой мужчина», а кастрированный самец свиньи, а мерин по той же причине своих жеребят завести не может. По этой же причине бессмысленно сравнивать с мерином мужчину, который стремится совокупиться с как можно большим числом женщин. Примеры, между тем, взяты из реальных современных произведений с тысячами читателей.
Зерцала — не глаза, ветрило — не ураган
Первое слово — старинный синоним современного «зеркала», второе — «парус» (вспомните выражение «без руля и ветрил» — когда человек словно корабль без управления, несётся по течению или по воле любого ветра). Если писателю так не нравится заимствованное слово «ураган», он может описывать сильный ветер как «ветрище», как «бурю», как «лютый ветер», в общем, способ можно найти.
Лицедей и старейшина
Этим двум словам тоже достаётся. Лицедея выдают за лицемера, хотя значение этого слова, прежде всего — актёр. Старейшина — не просто любой старик, это, скорее, социальный статус.
Ну и просто напоследок. Обоз — не телега, а вереница телег (второе слово для такого каравана — поезд). Конка — не любой экипаж, в который впрягли лошадей, а разновидность общественного транспорта, который был распространён чуть больше ста лет назад. Новгородские купцы и киевские князья не катались в каретах, это слово пришло из-за границы очень поздно. Лобное место — вполне определённое строение в Москве, название которого стали использовать как иносказание для места казни, а вовсе не сцена или подиум, с которого читают лекцию.
Текст: Лилит Мазикина.
Оценили 20 человек
31 кармы