ПРАВО И НРАВСТВЕННОСТЬ В ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫХ УЧЕНИЯХ РУССКИХ МОНАРХИСТОВ КОНЦА XIX – ХХ ВЕКОВ

13 1312

Формирование в современной России правового демократического государства требует расширения научных исследований в области политико-правовых учений. Российское общество фактически продолжает искать национальную идею и форму ее государственного воплощения. Сокрушительное поражение, которое потерпели либералы на выборах в Государственную Думу России в декабре 2007, набрав в совокупности менее 5 % голосов избирателей, свидетельствует о том, что либеральные ценности, столь популярные на Западе плохо приживаются в России. Опыт социально-экономического и политического развития страны в последние пятнадцать лет, убедительно показал, что России необходим свой путь государственно-правовой эволюции, который вырастал бы из национальных традиций. Среди них значительное место по праву принадлежит православию и монархии, как основам Российского государства на протяжении тысячи лет. В связи с этим следует признать, что все большее значение приобретают политико-правовые учения русских монархистов. Без их изучения нельзя в полной мере представить дальнейшее развитие российской государственности, нельзя рассчитывать на эффективное решение современных политико-правовых проблем.

Отечественная монархическая политико-правовая мысль конца XIX – ХХ вв. развивалась как собственно в Российской Империи (до 1917 г.), так и в Русском Зарубежье (после 1917 г.). Ее наиболее видными представителями являются выдающийся юрист, обер-прокурор Святейшего Синода К.П. Победоносцев (1827 – 1907), Л.А. Тихомиров (1852 – 1923), автор четырехтомного труда «Монархическая государственность»; П.А. Столыпин (1862 – 1911), председатель Совета Министров в 1906 – 1911 гг., который разработал программу реформ и приступил к ее выполнению; И.А. Ильин (1883 – 1954) – выдающийся русский юрист и философ; И.Л. Солоневич (1891 – 1953), выдвинувший теорию народной монархии и обосновавший необходимость восстановления монархии в постсоветской России.

Главной особенностью отечественной монархической политико-правовой мысли является признание России в качестве самобытной и самодостаточной цивилизации, имеющей свой путь развития. Такое утверждение связано с тем, что русские монархисты считали каждый народ мира индивидуальностью, которая развивается по своим неповторимым в истории человечества путям. Следовательно, не могут существовать никаких исторических законов развития, которые были бы обязательны для всех народов Земли, поэтому русская государственность и культура должны идти своим собственным путем. При этом они даже могут впитывать в себя иностранные влияния, но они не должны повторять пути никакой другой государственности и культуры, как в прошлом, так и в настоящем. Тем более, что российские государственность и культура очень точно отражают индивидуальные особенности русского народа, принципиально отличные от индивидуальных особенностей и Европы, и Азии. Как писал И.Л. Солоневич: «Россия – не Европа, но и не Азия и даже не Евразия. Это – просто – Россия. Совершенно своеобразный национальный государственный и культурный комплекс, одинаково четко отличающийся и от Европы, и от Азии»[13, с. 17]. Ту же мысль повторяют и современные юристы-государствоведы: «ни государственно-правовое, ни общественно-политическое развитие России, Украины, и Белоруссии не является в своей эволюции тождественными ни Западу, ни Востоку»[11, с. 92]. Профессор А.Н. Поляков утверждает: «Взгляд на Россию как на особую цивилизацию восходит к трудам Н.Я. Данилевского, А.Д. Тойнби, Г.В. Вернадского и в наше время воспринимаются позитивно. Понятие «русская» или «российская цивилизация», можно сказать, стала привычным»[9, с. 72]. Естественно, что русские монархисты при этом подвергали особенно жесткой критике взгляды либеральной интеллигенции России, которая считала, что западноевропейский путь развития есть единственно правильный. «Русская интеллигенция, – писал по этому поводу И.Л. Солоневич, – была, по-видимому, самой образованной в мире, самой «европейской» – редкий из русских интеллигентов не умел читать, по крайней мере, на двух-трех иностранных языках. … Низы русской интеллигенции были социалистическими почти сплошь – и через год начался их великий исход из социалистического отечества в капиталистическую заграницу»[12, с. 23]. Надо отметить, что столь критичное отношение к либералам-реформаторам в принципе вполне оправданно, даже с точки зрения развития современной теории государства и права. Как справедливо замечает доцент Н.М. Азаркин «начиная с имперских времен, все модернизации на западный манер бесследно канули в Лету швейцарских ульев-банков, так и не достигнув поставленных справедливых целей. Даже Петру I или Александру II, которые не чета нынешним горе-политикам, не удалось сдвинуть дело с мертвой точки там, где вопрос о судьбах Отечества: в социально-экономической сфере и правосознании русского народа. После реформ начинались контрреформы, все возвращалось на круги своя»[1, с. 11]. Это происходило, прежде всего, из-за различного менталитета российского и западноевропейских народов и как утверждал Л.Н. Гумилев: «Механический перенос в условия России западноевропейских традиций поведения дал нам мало хорошего»[2, с. 384]. В настоящее время наглядным доказательством особенностей государственно-правового развития России является тот факт, что, несмотря на заверения действующих и отставных политиков демократия не стала реальностью ни в России, ни в других бывших республиках СССР, ни в странах бывшего социалистического лагеря. В связи с этим возникает вопрос, почему республиканско-демократические идеи столь успешно распространились по всему миру. Скорее всего, прав профессор О.В. Мартышин, считающий, что «именно в способности демократического движения содействовать падению препятствующих экспансии Запада тоталитарных и авторитарных режимов секрет приверженности правящих кругов США и крупнейших европейских держав к распространению демократии в России и на Востоке»[6, с. 16]. Противостоять этой экспансии возможно только путем создания собственной политико-правовой идеологии, опирающейся на традиционные национально-государственные ценности российского народа, в том числе и на идею самодержавной власти.

Важнейшим отличием российской и западноевропейской цивилизаций является различное соотношение нравственности и права. Именно в России нравственность, основанная на православном восприятии жизни, всегда была на первом месте. «Государство безверное – писал по этому поводу К.П. Победоносцев – есть не что иное, как утопия, невозможная к осуществлению, ибо безверие есть прямое отрицание государства. Религия, а именно христианство, есть духовная основа всякого нрава в государственном и гражданском быту и всякой истинной культуры»[8, с. 35]. Так, например, касаясь содержания правовых норм, русские монархисты особо подчеркивали важность их нравственного содержания. «Русский склад мышления, – писал, например, И.Л. Солоневич, – ставит человека, человечность, душу, выше закона и закону отводит только то место, какое ему и надлежит занимать: место правил уличного движения. Конечно, с соответствующими карами за езду с левой стороны. Не человек для субботы, а суббота для человека. Не человек для выполнения закона, а закон для охранения человека. И когда закон входит в противоречие с человечностью – русское сознание отказывает ему в повиновении»[13, с. 98]. Идея о верховенстве права непосредственно вытекала из отечественных понятий нравственности, сформировавшихся под влиянием, прежде всего, православной церкви и русской государственной традиции. Надо отметить, что аналогичная точка зрения высказывается в настоящее время большинством юристов, философов и политиков. Так, философы В.В. Ильин и А.С. Ахиезер указывают, что «в российском правоведении связь права и нравственности стала общепризнанной идеей»[3, с. 314]. В послании Федеральному Собранию Президента России В.В. Путина в 2005 г. совершенно справедливо отмечалось: «В России право и мораль, политика и нравственность традиционно признавались понятиями близкими и соотносимыми»[10, с. 14]. Таким образом, только нравственность может быть главным основанием законов и законности во всех их формах. Л.А. Тихомиров также отмечал, что нравственность также важна и для взаимоотношений власти и общества. «Монарх должен знать, – писал он, – что если в народе нет религиозного чувства – то не может быть и монархии. Если он лично не способен сливаться с этим чувством народа – то он не будет хорошим монархом. Между ним и народом всегда будет протянута завеса взаимного непонимания»[15, с. 449].

Отправной точкой для обеспечения должного соотношения нравственности и права является убеждение русских монархистов в том, что не может быть единого политико-правового учения одинаково подходящего для всех народов. Например, видный монархический публицист И.Л. Солоневич утверждал, что универсальной политической мысли не может быть, так как не может быть политической мысли, одинаково применимой, например, и для Великобритании и для Индии. Русская политическая мысль может называться русской политической мыслью тогда и только тогда, когда она исходит из русских исторических предпосылок[13, с. 25]. Другой выдающийся русский юрист и философ И.А. Ильин считал, форма государства, «определяется всею совокупностью духовных и материальных данных у каждого отдельного народа и, прежде всего, присущим ему уровнем правосознания»[4, с. 130], поэтому «нет и не может быть единой политической формы, «наилучшей» для всех времен и народов»[4, с. 132]. Председатель Совета министров Российской Империи в 1906 – 1911 гг. П.А. Столыпин в одной из своих речей в Государственной Думе сказал: «Поэтому наши реформы, чтобы быть жизненными, должны черпать свою силу в этих русских национальных началах. Каковы они? В развитии земщины, в развитии конечно самоуправления, передачи ему части государственных обязанностей, государственного тягла и создании на низах крепких людей земли, которые были бы связаны с государственной властью. Вот наш идеал местного самоуправления так же, как наш идеал на верху – это развитие дарованного Государем стране законодательного, нового представительного строя, который должен придать новую силу и новый блеск Царской Верховной власти»[14, с. 246].

Наиболее важно обеспечить должное соотношение права и нравственности в сфере защиты прав и свобод человека. Для всех граждан одним из важнейших элементов нормального человеческого существования являются права и свободы личности, причем не только закрепленные на бумаге, а гарантируемые на практике. П.А. Столыпин совершенно правильно утверждал, что «обязанность правительства – святая обязанность ограждать спокойствие и законность, свободу не только труда, но и свободу жизни, и все меры, принимаемые в этом направлении, знаменуют собой не реакцию, а порядок, необходимый для развития самых широких реформ»[14, с. 111]. Исходя из анализа государственно-правового развития многих государств, И.Л. Солоневич сделал вывод: «представление о том, что именно республиканская форма правления дает гарантию каких бы то ни было свобод, является чистейшей фантастикой»[13, с. 54]. Для современников есть множества доказательств этого постулата в политико-правовой истории второй половины ХХ века. Более того, по мнению профессора С.Г. Чукина: «принцип равенства, на котором покоится либеральная модель государства и права, игнорирует существующие в обществе различия между индивидами и социальными группами: особенное не выделяется, не выпячивается, а подлежит намеренному и осознанному забвению»[17, с. 7].

Если говорить о свободе каждого отдельного человека, то И.Л. Солоневич особо выделял, во-первых, собственно саму свободу труда и творчества, а, во-вторых, устойчивость свободы труда и творчества[13, с. 41]. Требование именно устойчивости связано естественно с тем, что без нее просто-напросто невозможно хоть как-то планировать дальнейшие действия. Человек без твердой уверенности в будущем, особенно в сохранности результатов своего труда не сможет заниматься ни каким-либо трудом, и, прежде всего, не будет заниматься предпринимательской деятельностью, которая практически всегда требует вложения каких-либо материальных средств. По мнению Л.А. Тихомирова для обеспечения прав и свобод человека не¬обходимы следующие условия: «1) правильная выработка личности, 2) развитой социальный строй, 3) сочетанная система управительных учреждений и высших прави¬тельственных учреждений, 4) разумная законодательная регламентация личных и политических прав»[15, с. 291]. Надо отметить, что достичь указанных условий возможно только при четкой организации деятельности всех государственных органов. Это позволит обеспечить правильное правовое воспитание населения; создать развитую систему общественных организаций, составляющих основу гражданского общества; четкую взаимосвязь высших органов государственной власти и управления с органами местного самоуправления; и, наконец, четкую регламентацию прав и свобод граждан. Л.А. Тихомиров также совершенно правильно писал о важности такой составляющей общественной нравственности, как чувство долга самих граждан государства. «Живое, самостоятельное чувство нравственного долга, – утверждал он, – в душах граждан есть основа общественного блага: когда это имеется – то и самые недосмотры закона и власти не становятся особенно роковыми, ибо граждане не торопятся воспользоваться возможностью злоупотребления и своими самостоятельными нравственными поступками значительно ис¬правляют зло, допущенное несовершенством закона или правительствен¬ного механизма»[16, с. 8]. Действительно, вряд ли законодательство какой-либо страны может быть настолько совершенным, что всякое нарушение закона и порядка тотчас ведет к наказанию правонарушителя. Исторический опыт государственно-правовой эволюции в мире свидетельствует, что попытка каких-либо политических сил ускорить развитие той или иной страны часто приводит к совершенно противоположным результатам. Так, попытки либеральных демократов и социалистов в России в 1917 г. и в Германии в 1918 г. установить в стране демократическую республику (более удачная и продолжительная в Германии) привела к формированию тоталитарных режимов. С другой стороны, русские монархисты отмечали, что никакие писаные законы не будут служить интересам народа, если государственные служащие, ответственные за исполнение законов, будут безбоязненно нарушать их. Как отмечал К.П. Победоносцев, «ответственность чиновника тогда служит надежным обузданием его произвола, когда представляется неизбежною, когда ни одно нарушение прав, допущенное им, не остается без взыскания, как скоро доходит до рассмотрения высшей власти, когда никто не может с полной вероятностью рассчитывать на безнаказанность»[7, с. 34]. Эта проблема характерна практически для всех государств, как республиканских, так и монархических, но в последних решить их проще, поскольку монарх независим и не нуждается в помощи чиновников для победы на выборах, как президент.

Подводя определенные итоги, можно сказать, что русские монархисты считали нравственность важнейшей составляющей государственно-правового развития. Только в этом случае, государство, как писал И.А. Ильин, «есть духовное единство людей, ибо в основе его лежит духовная связь, предназначенная для того, чтобы жить в душах и создавать в них мотивы для правильного внешнего поведения»[5, с. 329]. Даже краткий анализ работ русских монархистов показывает, что они считали должное соотношение нравственности и права важнейшим инструментом для укрепления государственного механизма и обеспечения прав и свобод граждан (подданных). При этом необходимы продуманность и постепенность проводимых реформ, которые к тому же должны учитывать исторический опыт государственно-правового развития и национальные особенности населения страны. В результате будет улучшаться нравственность населения, а государственные служащие должны быть ответственны за все свои действия, чтобы при нарушении закона никто не мог избежать ответственности. Учитывая современное социально-политическое и духовно-нравственное состояние российского общества, можно сказать, что многие идеи и предложения русских политических мыслителей монархического направления не потеряли своей актуальности и в начале XXI в.

Список литературы.

1. Азаркин Н.М. Консервативный правопорядок: думы с К.Н. Леонтьевым // История государства и права. – 2004. - № 5. – С. 11 – 13.

2. Гумилев Л.Н. От Руси к России. – М.: ООО «Изд-во АСТ», 2003.

3. Ильин В.В., Ахиезер А.С. Российская государственность: истоки, традиции, перспективы. – М.: Изд-во МГУ, 1997.

4. Ильин И.А. О сущности правосознания. – М.: ТОО «Рарог», 1993.

5. Ильин И.А. Родина и мы. Статьи. – Смоленск: Посох, 1995.

6. Мартышин О.В. Национальная политическая и правовая культура в контексте глобализации. // Государство и право. – 2005. - № 4. – С. 9 – 17.

7. Победоносцев К.П. PRO ET CONTRA. – СПб: РХГИ, 1996.

8. Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. – М.: Русская книга, 1993.

9. Поляков А.Н. Образование древнерусской цивилизации. // Вопросы истории. – 2005. - № 3. – С. 72 – 89.

10. Послание Президента России В.В. Путина Федеральному Собранию РФ. // Журнал Российского права. – 2005. - № 5. – С. 3 – 15.

11. Рубаник В.Е. Византийская, западная и восточнославянская традиции правового регулирования отношений собственности в политико-правовой мысли и законодательной практике // Государство и право. – 2005. - № 2. – С. 92 – 99.

12. Солоневич И.Л. Диктатура сволочи. – М.: Русское слово, 1995.

13. Солоневич И.Л. Народная монархия. – М.: Эксмо, 2003.

14. Столыпин П.А. Нам нужна Великая Россия …: Полн. собр. речей в Государственной Думе и Государственном Совете. 1906 – 1911 гг. – М.: Молодая гвардия, 1991.

15. Тихомиров Л.А. Монархическая государственность. – СПб.: Российский имперский союз-орден, А/О «Комплект», 1992.

16. Тихомиров Л.А. Христианство и политика. – М.: «Москва», 1999.

17. Чукин С.Г. Проблема обоснования справедливости в современной философии права // История государства и права. – 2004. - № 5. – С. 7 – 11.

Первая публикация: Тушканов И.В. Право и нравственность в политико-правовых учениях русских монархистов конца XIX – ХХ веков // Власть и право в меняющейся России: Сб. науч. тр. по мат-лам Общерос. науч.-практ. конф. 16 мая 2008 г. / Отв. ред. В.М. Пучнин; Федеральное агентство по образованию, ГОУВПО «Тамб. гос. ун-т им. Г.Р. Державина», Институт права. – Тамбов: Издательский дом ТГУ им Г.Р. Державина, 2008. – С. 187 – 192.

За английский язык пора начинать бить

Замечательная вещь – английский язык. Знаешь его – тебе весь мир открыт, не знаешь – невежда и ограниченная личность, живущая в скорлупе своих доморощенных представлений о мире. Хорошо,...

«Будем мочить вас, русских, пока не примете ислам»: дагестанец угрожает москвичам в метро (ВИДЕО)
  • Tay
  • Вчера 14:13
  • В топе

В московском метро произошёл очередной безобразный инцидент с участием кавказцев — на этот раз отметился Дагестан. «Славные сыны» дагестанского народа в хамской манере обращал...

Обсудить
    • panurg
    • 24 февраля 2016 г. 22:59
    Опять двадцать пять... Доцент, а доцент... )))) Ёкарный бабай как человек закончивший ИСТОРИЧЕСКИЙ факультет может пропагандировать идеи в которых утверждается отсутствие законов развития общества? У тебя по истмату сколько было доцент? А по научному коммунизму? А по политэкономии? Небось не двойка... может и отличником был... Доцент ты чему студентов то учишь? СТЫДОБА!!!!
    • panurg
    • 24 февраля 2016 г. 23:04
    Хотя по поводу нравственности ты прав... Токмо тема сисек не раскрыта... Ничего не написано про вопрос соотношения морали и нравственности в русском народе...
  • Бедненькие! Порвали шаблон! Оказываются монархисты не простые реакционеры, черносотенцы , но еще и какие-то мысли имели.. При этом разобраться сходу невозможно, другая логика , другие понятия.. И никак не сходятся с марксистским бредом про открытые им " научные законы развития общества" Нет, может марксистские законы и есть, но они явно не " научные" а допустить существование других законов развития общества нельзя - поскольку они не марксистские. Вот и бегают вечные ленинцы по кругу, объявляя все проколом, что даже комментировать нечего. Честное слово , как свидомые, уже давно были бы в Европе , да вот Путин не пущает... Так эти, давно бы социализм по Марксу построили, да " родимые пятна капитализма" мешают.
  • Сравнительно недавно, впервые в послереволюционной России, была издана книга Петра Евгеньевича Казанского (1866-1947) «Власть Всероссийского Императора», ранее опубликованная в 1913 году в Одессе. Я её купила на Православной выставке в свое время, лет 6 назад. http://cont.ws/post/162767 вот выдержки из неё.