Массовый бунт поляков против украинцев и выступление конгрессмена США за победу России

Книги, кино и всё остальное... Часть пятая

0 76

Книги, кино и всё остальное... Часть пятая
(заметки на полях Интернета)

***

Планета скучных людей с тазиками на головах

Середина 70-х. Мирный южный город. Летние каникулы. Играем азартно целыми днями в казаков-разбойников. Играем целым двором – мальчишки, девчонки. Как-то убегая от «казаков» мы с подругой забежали ко мне домой – водички попить и немного отсидеться-отдышаться. Это против правил – дома прятаться не дозволялось правилами игры. Но мы (впервые) нарушили правила. Попили водички. И прильнули к окну на кухне, изучая обстановку во дворе, аккуратно выглядывая из-за занавески. И надо же… В ту же минуту под окном «нарисовались» наши преследователи. Должно быть, решили постоять-отдышаться. Слышим их диалог. Один говорит: «Ну и где их искать?» Второй: «Не знаю… А может они дома прячутся?» Первый помолчал и с сомнением ответил: «Да нет, они не такие!»

И всё! Что-то изменилось внутри меня самой. Стало неинтересно играть! Исчез азарт, кураж. Стало невыносимо скучно!

Мальчишки убежали вновь прочёсывать район… Мы вышли следом из дома и побежали «сдаваться».

Позже я обдумала эту историю и пришла к выводу, что азарт и интерес были, пока играли по правилам, пока играли честно. Честность – это уважение не только к своим друзьям или партнёрам, это ещё и уважение к себе. Ты же не сявка какая-то, ты – человек!

Середина 90-х. По ТВ идёт сериал «Петербургские тайны».

Господи, тоска какая! - говорит Вихарев. Он только что пошёл на сделку со своей совестью. Он не рассуждал про совесть или стыд. Ему просто сделалось скучно жить на свете…

Господи, тоска какая! – говорят время от времени посетители кабака-притона. Они пьют, гуляют после очередного удачного «дельца», пытаются водкой заглушить скуку...

Конец 90-х. Байдарочный поход. Стоянка. Я с детьми играю в игры: то режемся в картишки, то играем в интеллектуальные игры (книжки с такими играми я всегда брала в походы). Смеёмся, шутим, хлопаем в ладоши в случае победы, искренне огорчаемся в случае поражения. Тут выглядывает заспанная мадам из соседней палатки и говорит мне: «Я за тобой давно наблюдаю и таки удивляюсь тебе… Ну ладно, дети! Им интересно и азартно, но ты-то тётка взрослая и туда же. Неужели не наигралась?»

Вечером перед сном лежу в палатки, вспоминаю её слова… И пытаюсь понять, а почему ей так скучно жить? Вечно недовольная, желчная, сварливая. А потом вспомнила, как слышала про её мать, как та ещё в советские времена торговала пивом в разлив. Торговала с наваром, потому как по воспоминаниям её подруг, жили они сытно и кучеряво. Вот и подумалось, а не в этом ли ответ на вопрос – почему ей так скучно жить на свете? Должно быть, после сделки с совестью, человека накрывает тазик-тоска. А если человек ежедневно идёт на сделку с совестью? Там дюжина дюжин тазиков на голове. А ещё эти тазики передаются наследникам (это Родовая память работает). А если и наследники грешат? А затем и внуки, и правнуки?

А ведь таких людей с тазиками на головах на планете очень много. Им скучно жить, и их дико раздражают те, кто до старости сохраняется в себе детскость.

Сохранять в себе детскость… Речь идёт об уподоблении детям в их нравственной чистоте, беззлобии, всепрощении, бесхитростности, отсутствии лукавства, гордости, зависти и проч. Надо играть по правилам! Тогда и скучно не будет!

Будьте как дети!

***

Салютуя в честь советского всеобщего образования, многие забывают про духовную культуру, которая не менее важна для любого народа. Без духовной культуры нет и самого народа. После революции уровень духовной культуры чудовищно упал. Уничтожался русский народ как хранитель духовной культуры и из остатков разных народов конструировался советский народ. Советской общности не получилось, получилась сборная солянка, толпа. Духовное вырождение стало нормой. Ну да, сохранились ещё кое-где очаги духовной культуры. Но процесс тления и угасания был необратим. Русские писатели были в СССР, и были талантливые и настоящие, но не благодаря СССР, а потому как сохранили свою русскость. Нравственность и мораль русского человека - это не продукт СССР, это наследие РОДА. Была сильна родовая память у народа. В том числе память духовной культуры, которую имели предки до революции. Но без подпитки духовная культура ослабла и иссякла.

Большевики предложили альтернативу - эрзац-культуру и загнали русский народ в тупик. Разве можно считать русской духовной культурой райкиных, фильмы гайдая и сельские клубы с пошлыми частушками и пьяными посиделками? Эта эрзац-культура и добила русский народ в нравственном отношении и превратила в толпу.

И таки да, техническое образование в СССР было на высоте. Но как оказалось, это недостаточное условие для процветания народа. Толпе дать высшее образование можно. Нельзя толпе привить духовную культуру. Духовность, нравственность – это ценности наРОДА (а не толпы). И передаются эти ценности отцами и дедами наследникам по прямой – детям и внукам через преемственность, и никак иначе.

И ещё… По поводу технического образования… В СССР шла мощная выкачка нефти, золота и прочих богатств из недр страны. И потому должен был быть соответствующий обслуживающий персонал. Нефте-газо-золото- промышленность и соответствующие учебные заведения были самыми развитыми и передовыми в стране. Революцию затем и устроили, чтобы обобрать страну как липку. А инженеры с советскими дипломами – это обслуга мирового правительства. Иначе как объяснить – десятилетия во всю мощь работала добывающая промышленность, а народ жил в бараках?

***

Русский человек интернационален по природе, у него от века сильно развито чувство гостеприимства. При этом предки наши на лица не смотрели, национальность не выясняли. Философы-мудрецы заметили это свойство русского характера и нарекли ему сыграть в мире судьбоносную защитительную для живущих с ним народов миссию. Но так всегда бывает в природе: одному положительному явлению непременно сопутствует отрицательное. Так случилось и с нами. Наша безбрежная доброта, наша доверчивость были использованы злыми силами в свою выгоду: русских, поверивших в святое братство народов, бессовестно надували в нынешнем столетии. Интересно бы знать, научило чему-нибудь русский народ это страшное столетие в нашей истории?

Дроздов Иван. «Последний Иван»

***

Геноцид русских в СССР. Травля русских в кинематографе

Есть такой фильм «Совесть». Сделан добротно. Но если копнуть глубже... Сквозная главная линия фильма: злой кулак из кулачьего логова в войну стал предателем. Ничего нового - эту мысль постоянно впихивали советские идеологи. Советские, подчёркиваю! Не русские идеологи! Потом, естественно и закономерно по логике идеологов фильма, после войны он становится убийцей. Есть фигня, правда, в логике фильма. Его и его отца нам представляют лютыми кулаками, барышниками. Добра его отец припрятал много, очень много в подвале дома. Так много, что раскопав после войны это добро, сынок-предатель десятилетиями сбывал золото. Вопрос-недоумение: откуда в глухой деревне кулак смог так озолотиться? Он же всего лишь кулак? Есть потолок возможностей в глухой деревне... Я понимаю, если бы он охранял вагон с золотом и обманом припрятал себе кубышку. Но в глухой деревне откуда золотые монеты царской чеканки, да в таком количестве? Хотели замять память народа о кулаках (о колоссальной несправедливости по отношению к ним во время раскулачивания) и уж постарались... А так как обвинения в кулачестве звучат не очень убедительно, то приправили другими ингредиентами: он и кулак, и барышник, и предатель, и убийца.

Но и этого авторам фильма показалось мало. Сквозная вторая линия фильма: предатель-кулак служил в концлагере, и когда понял, что немцам скоро конец, нашёл несколько военнопленных и вступил с ними в сговор. Он им и себе устраивает побег, а они в благодарность «забывают» его биографию. Потом долгие годы бежавших военнопленных мучила совесть. Правда, они смогли добраться после побега до своих и рассказать, что немцы собираются перед отступлением уничтожить весь лагерь, и тем самым спасли сотни людей...

Однако фильм о том, что их мучила совесть, ведь это из-за их трусости предатель разгуливает на свободе. Но ведь можно понять мужичков. Ведь знали они, как карают «родные» органы за сговор с предателем. Знали, что им не будет оправдания, даже если успели предупредить наших об уничтожении лагеря перед отступлением, и тем самым спасли сотни жизней. Знали, что им не будет оправдания, даже если они после побега из лагеря честно и мужественно воевали…

Но и этого авторам фильма показалось мало. Одного из тех беглецов нашли в Киеве следователи из Москвы, которые шли по следу кулака-убийцы. И как нам представили хорошего человека, семьянина, отца шестерых детей, рачительного хозяина? Его также замазали чёрной краской: куркуль, кулак. А в чём его кулачество? В том, что крутился по хозяйству как мог, чтобы прокормить свою большую семью. Не воровал, не пил, а просто работал. И таки он опять барышник. Ну, если вот такие крепкие мужики с крепким хозяйством по мнению советских идеологов - кулаки, то Брежнев - балерина. Посмотрите фрагмент фильма с его жинкой! Какая красивая, ладная, гостеприимная! А нам их малюют - куркули! Всё перевернули с ног на голову!

Если и далее продолжать тему кулачества... То вот ещё одна загадка времён СССР. Почему председателя колхоза, который в колхозе построил добротные дороги и добротные дома-коттеджи для колхозников, посадили в тюрьму, обвинив в нецелевом использовании средств? Об этом писали в центральных газетах того времени. Он не украл, он был свой среди своих, трудился для своего народа, а его в тюрьму. Наверное, и это тоже в рамках борьбы с кулачеством? Ну не должны жить русский люди достойно, в достатке. Почему? А вот почему!

Тут расовый вопрос. Шло планомерное уничтожение русских. Самых талантливых, умных, трудолюбивых уничтожали. А оставшимся втюхивали ересь про плохих кулаков. И такой ещё вопрос... С кулачеством воевали и как показано в фильме - воевали мама не горюй. Но не меньшее зло - барыги, которых было несметное количество в Москве в 80-е. Почему с ними не воевали? А потому, что эти михрютки-барыги были не русскими. Где бы я не училась, где бы не работала в Москве - всегда в рабочее время появлялась михрютка «купи-продай» с товаром. И покупал у них трудовой народ, а что делать... Так как после работы магазины пусты - всё уже перераспределено между михрютками из племени шниперсонов. Такой вот шниперсончик приходил к нам на работу постоянно. Может быть, это был даже молодой Цекало. Он же делился воспоминаниями, как в советское время занимался спекуляциями. Они все числились где-то на работе, получали зарплаты, но целыми днями занимались спекуляциями. Вот где бы покопаться следователям! Вот о чём бы надо было снимать фильмы!

Но нет, расовая война - она такая... Результат плачевный - русских практически истребили, михрютки процветают... И в СССР процветали, и сейчас в шоколаде. И в самом фильме завуалированный шовинизм по отношению к русским. Кто здесь убийца? Русский! Кто идёт на сделку с совестью? Опять же русские! А кто директор музея? Или доктор наук в Киеве? Опять шниперсоны! А русские где и кем работают? Починяют машины, и нажимают вкл/выкл на каруселях. Типа - вы больше не на что не годные... Шовинизм оголтелый! Русские построили цивилизацию. Но припёрлись шниперсоны – голь перекатная, и теперь русские у них на подтанцовке. Гнусно, гадко, противно!

И ещё… Информация к размышлению. Некоторые комментарии под фильмом.

Весьма маловероятно, чтобы военнопленных тут же включили в состав действующей армии. В таких случаях военнопленных отправляли в фильтрационный лагерь НКВД, а оттуда - кого в ГУЛАГ, а кого - на фронт. Но это нельзя считать киноляпом - такова в то время была установка КПСС - никакого ГУЛАГа и фильтрационных лагерей не было.

Тут состряпали сказочку... «Совесть» их душила? Да нет, липкий страх! Не давала покоя им мысль, что организуют им «экскурсию» на Колымские рудники хлебную пайку кайлом зарабатывать при минус 60 градусов ниже нуля...

Почему липкий? Плен это большое горе, а не преступление.

Согласно Уголовного кодекса РСФСР ( в редакции 1926 г.) действия этой шустрой троицы трактовал однозначно-ст.58-1 -а - Измена родине, т.е. действия, совершенные гражданами Союза ССР в ущерб военной мощи Союза ССР, его государственной независимости или неприкосновенности его территории, как-то: шпионаж, выдача военной или государственной тайны, ПЕРЕХОД НА СТОРОНУ ВРАГА, бегство или перелёт за границу караются высшей мерой уголовного наказания... в СМЕРШ, куда они прибежали, их с ознакомили с данной статьёй... так что не совесть, а страх их должен душить..ибо НИКТО НЕ ЗАБЫТ И НИЧТО НЕ ЗАБЫТО...

Ужас в том, что Дросов в общем-то крепкий мужик, умеющий жить. У него сильная натура и не будь военных событий 1941, плена, то, пожалуй, Дросов так и проходил бы в передовиках, да ещё и орден получил бы и вполне заслуженно, так как работал он хорошо. Где же надломился Дросов? Его вынудили отречься от своего «неправильного» отца, а отречение от отца - это в какой-то мере отречение от Отечества. Хотим мы того или нет, но семена многих предательств 1941 года в души людей заронила Советская власть всей своей предыдущей политикой, хотя это и не оправдывает предателей.

Так ведь этот фильмец снимался в девятьсот кудрявом году... Тогда совковая пропаганда из каждого утюга гремела, оттого в фильме упор был сделан, что Фёдор Дросов - сын кулака, дескать, яблоко от яблони далеко не падает, дескать, только в предатели ему и дорога! И в СС его записали, для весомости его предательства.

Каким же всё-таки счастливчиком оказался Степан Волощук! И из лагеря удалось сбежать. И в лагеря не попал после плена. И войну прошёл, оставшись в живых. И встретил свою женщину и создал прекрасную семью. И в результате ещё удачно всем семейством задержался у тестя, а убийца проскочил мимо. Это ж какой невероятный Ангел-Хранитель оказался у него!

Двое поросят, шестеро детей и сразу «кулак». Я про Волощука. 8 человек на две зарплаты! Не сильно размахнёшься, что сейчас, что тогда.

«...ярый кулак и барышник»… То есть настоящий хозяин, который, по сути, обеспечивал сельхозпродукцией свою семью. Вот таких надо было «раскулачить» и сослать на погибель, а добро раздать бездельникам и алкашам. Ясное дело, что многие после такого встречали немецких националистов с караваями (не фашистов, фашисты были в Италии, а то вам «штокманы» порасскажут, понавешают «лапши на уши»...)

***

О мещанах. Как боролся с мещанством Чехов? Да и боролся ли?

«Кажется, А. Герцену принадлежит мысль о том, что тинистый слой мещан не определяет судьбу нации. Не из этого ли исходил А. Чехов, всю жизнь разоблачая мещанство, срывая с него одежды пристойности, но главным и преимущественным образом высмеивая? Однако же вот выходит, и до сих пор не разоблачил, не сорвал, не высмеял… Конечно, неверно было бы обвинять Чехова в грехах нынешнего мещанства — теперь оно совсем другое. Но иногда говорят, что от Чехова пошло некое снисходительное, полуусмешливое, отчасти даже и легковесное отношение к пороку, достойному каленого железа. Действительно, есть в такой иронии обратная сторона, на которую мы, перешагнувшие лестницу сословий, как-то не обращаем внимания, не придаем ей значения. Может быть, это следует назвать обратным эффектом, психологическим парадоксом, но высмеянные Чеховым пороки, легонько высеченные публично, публично же и осмеянные, именно через общий смех, через иронию общественного понимания как бы получали права гражданства. Оказывалось, над пороком можно смеяться, но его можно и иметь, недостаток становился словно бы извинительным, от него не требовалось избавляться.

Это а-ля «чеховское» влияние надолго останется в литературе, оно и до сих пор дает себя знать томами и томами антимещанской прозы, с какой-то благополучной незаметностью перешедшей в разряд так называемой бытовой прозы. Дело доходит, действительно, до смешного, когда современный мещанин описывается чуть ли не со слезами умиления. Если же говорить серьезно, то литература утеряла, за редким исключением, утратила критический подход, критическое отношение к мещанству. Штампуя стереотипы, она непроизвольно закрепляет жизненные права и принципы мещанства».

(Отрывок из статьи Вячеслава Горбачева «Что впереди?» о книге Василия Белова «Всё впереди»)

***

О мещанах. Как боролся с мещанством Василий Белов?

Справка: В 1986 г. Василий Белов написал роман «Всё впереди». Писатель в романе последовательно и бескомпромиссно исследует все, что касается современной семьи, этой первоосновной ячейки человеческого общества. Роман «Всё впереди» вызвал разноречивые мнения и ожесточенные споры среди читателей и критики. Вопросы, затронутые в романе, до сих пор актуальны. Многие говорившие тогда о том, что Белов перегнул палку, ныне вынуждены признать правоту писателя. Мещанство – главное действующее лицо романа ныне трансформировалось в потребительство – зло, испепеляющее культуру, народы, нации.

«По давней, еще классиками утвержденной, традиции жанр философского романа ставит вопросы, касающиеся конкретных проявлений противоборства добра и зла, и вопросы эти нередко выносятся авторами в название. А. Герцен спрашивал: «Кто виноват?»; Н. Чернышевский — «Что делать?»; и вот совсем, кажется, недавно В. Кочетов: «Чего же ты хочешь?» По прямоте и открытости постановки вопроса роман В. Белова «Всё впереди» может быть поставлен в этот же ряд, с той лишь разницей, что вопрос угадывается и задается самими читателями: «Что впереди?..»

Чтобы ответить на этот вопрос, надо понять, против чего протестуют герои романа, а вместе с ними нередко и сам автор, хотя, конечно, абсолютное отождествление позиций недопустимо.

На судьбе Любы Медведевой блестяще раскрыто одно из основных зол времени нашего и романа — мещанство, самопожирающее себя, растлевающее и здоровую социальную среду вокруг себя, и носителей идеологии приспособленчества и потребительства.

На фоне пластикового бытия, голой рационализации жизни, неестественным, точнее — противоестественным образом коснувшейся даже жизни детей, что особенно остро чувствует и переживает Медведев, человек без прошлого, без духовных связей с народом, — это человек без корней, человек без настоящего и будущего. Нет нравственных тормозов — нет самой нравственности, внутренне одерживающей и облагораживающей человека силы, сообщающей его помыслам и поступкам совестливое и созидательное начало. Оттого-то так легко пала Люба, оттого и Париж заразил ее злобой и агрессивностью, прорывавшейся во внезапных вспышках, унизительных для Медведева. Последнее, впрочем, закономерно: страдает больше не тот, кто вершит зло, а тот, кто понимает, что есть зло.

Есть ли и в чем принципиальная новизна в изображении мещанства В. Беловым? В том, прежде всего, что он критически осмыслил и вскрыл деструктивную сущность современного мещанства, представляющую большую, чем мы думаем, опасность как для одной, отдельно взятой личности, так и для общества в целом. В. Белов и увидел, и показал, что современным мещанством можно манипулировать. Открытие, достойное и художника, и философа! И именно поэтому писатель не рассматривает мещанство как самостоятельно антиобщественное явление — с чем литература уже свыклась, — он рассматривает мещанство как проявление материального, социального, духовного и идеологического противоборства двух систем, как неотъемлемую составную часть мирового зла. Зла, о котором жаждущий справедливости Иванов говорил: «Существует могучая, целеустремленная, злая и тайная сила… И мало кто сознательно выступает против нее».

Героями В. Белова мировое зло осмысливается и в житейском, и в философском плане. Оно предстает на страницах романа и в абстрактных категориях, ассоциируясь по общепринятой в мировом искусстве символике с дьяволом, темной бесовской силой, искушающей человека; и в болевой для народа конкретике свершений, уже не всегда поправимых, с горестными, увы, и печальными для судеб нации и Отечества последствиями, и в конкретных носителях зла: весьма колоритен в этом смысле прозванный «идущим впереди» Миша Бриш — образ поистине разрушительной силы.

Тьма тьмы, не брезгуя в выборе средств, работает против нас: лидируют, задают тон фашизм, сионизм, масонство, космополитизм — все боевые отряды империализма, резервирующие за собой идею и функцию мирового господства. Их излюбленный инструмент, наиболее пагубное выражение мирового зла — в «мерзости организованных общественных тайн» в тайных и нетайных организациях, провоцирующих «раздвоенность» личности, служение дьяволу с маской Христа на лице. Что может быть для человечества унизительнее такого физического, да и духовного рабства!..

Мы уже говорили, что роман «Всё впереди» — произведение по своему пафосу и содержанию откровенно антимещанское. Это можно утверждать однозначно даже в том случае, если бы кроме развенчания мещанства и вскрытия его деструктивной сущности на примерах Любы и Бриша в романе ничего больше не было. Но В. Белов и тут остался верен себе, верен всегда нравственно-созидательным принципам своего творчества. Его и сила, и слабость, как художника, в том, что он не способен разрушать в творчестве, он может только строить. Грубо говоря, В. Белов едва ли не за шиворот берет Медведева и Иванова и выволакивает их из засасывающего болота. И роман становится антимещанским уже потому, что во вчерашних обывателях от науки открывается лицо нового времени — герои нравственно и философски прозревшие, готовые принять на себя, а не сваливать на кого-то, ответственность за настоящее, за наги день прежде всего.

Конечно, так хотелось бы и так славно было бы закончить разговор о романе на мажорной, радостной ноте… Увы, это был бы едва ли не самый печальный вариант прочтения В. Белова. Но что же тогда не дает покоя, заставляет вновь и вновь возвращаться к понятым, кажется, и понятным «жаждущему справедливости» Иванову и «прозревающему будущее» Медведеву?

Не это ли: гражданственно-патриотическая устремленность обоих героев сводится, в общем-то, к простой, но оттого не менее значимой для всех нас истине. Истине взыскующей: если в жизни немало грязи, пошлости, мерзости, если мы понимаем, что кто-то должен бороться с сатанинским злом и кто-то должен быть в этой жизни порядочным, — то кто это, если не мы?!

Кто, если не мы?

(Отрывок из статьи Вячеслава Горбачева «Что впереди?» о книге Василия Белова «Всё впереди»)

***

Художникам и их творениям в моей жизни до определённого возраста места не находилось. Я была пуп земли, всё вращалось вокруг меня и для меня. Говорить, однако, об эгоцентризме неуместно. Я жадно воспринимала мир и выплёскивала своё отражение мира через картинки. Зачем мне нужны были на тот момент чужие картинки? В своём бы мире разобраться…

Рисовала много, одержимо. Почитателей моего «таланта» хоть отбавляй: родители, учителя, подруги. Школьные выставки, пятёрки по рисованию. Однажды мама пришла с родительского собрания и рассказала, как настойчиво классная руководитель советовала меня отдать, наконец, в художественную школу. Я сделала «Фыр!». Рисовать горшки? Нет уж, увольте. Я свободный художник! Рисую, что хочу и когда хочу.

Мама, однако, сказала, что надо бы разузнать, где поблизости находится художественная школа. Узнавать адрес не пришлось. Одноклассница, ещё одна самостийная художница, предложила записаться в художественную студию во Дворце пионеров. Что? Опять Дворец пионеров?

И я вспомнила, как нас возили в первом классе на экскурсию во Дворец пионеров. Цель поездки – записать детей в кружки по интересам, особенно в те, которые не пользовались популярностью у школьников. На втором этаже Дворца, в дальнем углу, приютилась студия кукольного театра. Студия, уж не знаю чем, приглянулась, и я не раздумывая, записалась в кукольный театр после ознакомительной экскурсии. Соседкой студии кукольного театра была изостудия. Дверь изостудии была открыта настежь, так что я с интересом полюбопытничала - чем же занимаются в изостудии. Рисовали студийцы горшки.

И вот я пришла на первое занятие в студию кукольного театра. Но! Нам, малышам, никто особо не уделял время. Руководитель студии, солидная дама с пышными формами, опекала старшеклассников. Они были её любимцы, и неудивительно - они прошли с ней огонь и воду. Преданность студии и своему делу они доказали своим солидным студийным стажем. Таких мало, и их надо ценить. «Текучесть кадров» в студии кукольного театра была удручающая. Потому на нас, новичков, тратить время – себя не уважать. Однако мне повезло: в новогодней постановке мне дали роль вороны. Пару раз появиться, пару раз каркнуть – вот и вся роль.

Я бы бросила студию, как многие новички это уже сделали, однако это моё пещерное чувство ответственности… Было как-то неудобно. Раз уж записалась, то будь любезна… Почему ответственность – пещерное чувство? Да потому что иногда это чувство шло вразрез с адекватностью, разумностью, логикой.

Не нравилось мне там. Не моё это. Удерживало лишь чувство ответственности. Однако не только это удерживало меня в студии кукольного театра. В студии не только инсценировали кукольные пьесы. Основное время на занятиях тратилось на восстановление (реставрацию) декораций и кукол. Но самым интересным был процесс изготовления кукол из папье-маше. На твоих глазах рождалось чудо: из старых мятых газет, клейстера из муки, вазелина, красок появлялась голова не просто сказочного персонажа, а со своим характером, со своей «биографией и судьбой».

Но прошёл год и меня как ветром сдуло. Честно отзанималась год и привет!

И вот теперь опять Дворец пионеров? Ехать до Дворца пионеров приходилось на трамвае минут этак сорок в один конец. Я задумалась – стоит ли? Вдруг опять разочарование и вдруг опять пещерное чувство ответственности помешает ретироваться по-английски? Однако, теперь я не второклашка, я в седьмом классе, могу и, если что, задавить пещерное чувство ответственности. Да и ездить во Дворец пионеров с подружкой веселее, дорога не покажется такой утомительной. И я согласилась «рисовать горшки» в изостудии.

Руководитель студии посмотрел наши творческие работы (теперь это называется портфолио) и взял нас, хотя студия недобором не страдала. Через полгода я осознала своё заблуждение и очень жалела, что не записалась в студию раньше. Столько лет потеряно! Чем же привлекла меня студия? Неужели в студии перестали рисовать горшки? Горшки рисовали, и мне пришлось рисовать горшки. Но оказалось, что рисовать их интересно. Что же интересного в горшках? Осваивая ремесло художника без наставника, без посторонней помощи и прочих навигаторов, я интуитивно постигала премудрости дела. Но многие премудрости оставались для меня печатью за семью замками. Студия открыла для меня волшебный мир изобразительного искусства. И это не только техники, навыки, знания. Я научилась видеть мир глазами других художников! И… поняла, что я не художница. Но об этом позже.

Ныне модная тенденция в образовании: программы по изодеятельности всячески избегают классического художественного образования, чтобы у ребёнка не появилось стереотипное восприятие, и соответственно - шаблонное рисование. Пусть он неправильно рисует, но только чтобы по-своему. Здесь есть и толика правды, и толика заблуждения. Классическое художественное образование не может убить стиль художника. В нашей студии занимались разновозрастные школьники, и у каждого был свой стиль. На студийной выставке среди незнакомых мне картин могла безошибочно определить автора рисунка. Вот, например, у Марины весьма специфическое изображение людей. То ли она их так видит, то ли по-другому рисовать не получается. Учились в студии рисовать не только горшки. Дошла очередь и до рисования человека. И что же? Как Марина рисовала своих специфических человечков, так и продолжала рисовать. У неё уже до студии сформировался свой стиль в рисовании. И ничем его не вытравить. Попытайся она рисовать людей «как положено», она потеряет дар, которым владеет. Дар этот - свой взгляд на мир, яркий, сочный, живой. И я уловила это. И я поняла, что она рисует, как дышит. Попытайся она поменять стереотипы в своём рисовании, её картины перестанут дышать, в них не будет жизни. А это и есть мерило – художник ты или просто оформитель. Я пришла к выводу, что я оформитель. Я рисовала увлеченно, но я не жила этим. И странно… Это меня ничуть не расстроило. Я никогда не чувствовала сильной тяги к рисованию. Могла рисовать каждый день, а могла спокойно без этого существовать – пару месяцев вообще не прикасаться к краскам. Я как-то попыталась сказать отцу, что быть художником – не моё призвание, а он меня не понял, и даже обиделся. Окружающие давно видели меня в будущем только художницей. А отец более всех старался во мне поддержать уверенность, что я – художник.

Так зачем тогда классическое художественное образование? Сумма знаний, навыков и умений, полученных в изостудии, помогли мне реализовать свои фантазии на бумаге. Раньше в рисовании избегала некоторых сюжетов и тем, знала, что не справлюсь, не хватит мастерства. Изостудия с классическим художественным образованием дала мне уверенность в своих силах. Да, не всё получилось и теперь, но границы возможностей стали шире. И главное! В моей жизни нашлось место и другим художникам. Я перестала быть центром Вселенной. Я научилась жадно воспринимать мир и глазами других художников. И получала от этого огромное наслаждение.

***

«Собрать бы все книги, да сжечь». (Фамусов. «Горе от ума»).

Все – не все, а иные не мешало бы…

***

У нас так много было славных сподвижников-издателей и меценатов, имена которых современная Россия не знает. Надо бы отдельный курс сделать в школе по книгоиздателям, меценатам России. Это не просто любопытные исторические сведения. Это погружение современного ребёнка в историческую эпоху русской цивилизации 19 века.

А нынешние меценаты почему нос воротят от русской литературы? Таки ответ очевиден: русских купцов и промышленников вонючая орда уничтожила в 17 г., а на смену им пришли бизнесмены - внуки палачей русского народа и русской культуры. Они через «гаражное» искусство будут добивать всё русское.

***

Мараты Гельманы, Богомоловы, Пуськи - это варвары, это племя-разрушителей. Россия давно оккупирована варварами. Есть свои и чужие. Эти чужие не просто чужие, а больные чужие. Им нужны санитары. Их бесполезно укорять... При таком-то диагнозе...

***

Давно веду наблюдения... И вижу удивительное совпадение: все русофобы патологические извращенцы. ВСЕ! Даже русские москвичи, участвовавшие в оргиях в студенческом общежитии с русофобами, тоже становятся грязными похотливыми русофобами. Сношения, совокупления, распутство... - собственно грязь. Там, где Фрейд, Улицкая, Сорокин... - там озабоченность, грязь, похоть. Больные. И это ключевое слово - БОЛЬНЫЕ. Они больные и им очень хочется, чтобы все сделались больными! Им душно, тесно жить на одной планете со здоровыми. Борьба идёт между больными и здоровыми. Как-то так...

***

Недавно были известные события в Казахстане… Где то услышала, что разграблены были все магазины в одном городе. Все! Кроме одного… Не тронули только книжный магазин.

***

Инет глаголет

Если где-то Аннушка прольёт масло... Она, благодаря хитросплетению причинно-следственных связей, вполне может стать виновницей гибели Титаника.

***

Вот человек «мостит» паркет. Любовно, со знанием дела. И мы восхищены мастером. Но я точно знаю, что через минуту восторженных зрителей не останется. Камера медленно отъезжает и… мы видим, что мастер укладывает паркет в доме с голыми стенами (или в коровнике, или в сарае). Что прочтёт «мастер» в комментариях под роликом? Догадаться нетрудно.

Вот и иные фильмы… Нам показывают факты (например, «мощение» паркета) на протяжении всего фильма только крупным планом. Камера не отъезжает, и у нас возникает ложное восприятие действительности, а соответственно, ложные выводы.

Как не крути, кино – манипулятор! Та ещё сволочь!

***

Двуликие Янусы: кролики и евреи

Вот евреи… Прямо зайчики белые и пушистые. И почему их во всех странах не любят и обижают?

Вот и кролики такие же белые и пушистые... А в Австралии на кроликов люди пошли на танках.

***

Союз писателей… За и Против…

«Творчество – дело сугубо личное. Разговор «искры Божией» – с Богом или, если угодно, с мирозданием, со Вселенной. Обычная человеческая прагматика здесь не работает. Поэтому, когда речь идёт собственно о труде художника слова, никакие союзы, клубы, тусовки и прочие сообщества влиять на него не могут и не должны. Так что в плане творчества само по себе членство в Союзе писателей ничего не даёт. Это факт. Оно даёт другое. То самое, о чём говорил Виктор Петрович Астафьев, когда в далёком 1994-м году напутствовал «в писатели» молодёжь. А говорил он примерно так: надеюсь, что, вступив в Союз, вы обретёте товарищей, которые поймут и поддержат вас, что, благодаря этой поддержке, вы преодолеет свою «камерность», замкнутость в границах литературы, откроет для себя мир, полный борьбы, противоречий, конфликтов, получит толчок к чему-то новому и опору на трудном пути русского литератора. Это ведь очень важно – чувствовать поддержку единомышленников. Вне сообщества профессионалов, способных квалифицированно оценить твою работу и придать ей необходимый статус, начинающему литератору очень трудно по-настоящему «найти себя». Конечно, в прежние времена профессиональные писатели находились на полном государственном обеспечении, имели такие возможности и льготы, о которых мы нынче и мечтать не смеем. Но ведь и писатели были тогда, как говорится, «штучным товаром». Теперь никаких особых преференций член Союза писателей не имеет. И всё же – это всегда больше, чем ничего. Ощущение правильности избранного пути, поддержка близких по духу людей, возможность профессионального роста. В одиночку добиться этого почти невозможно».

Этот комментарий нашла на одном литературном форуме, а вот фамилии того, кто написал, не сохранила. Увы!

Хорошо написано. Но! С одном стороны, найти единомышленников – мечта любого человека в любом деле. С другой … Чего хотят писатели ныне? Опять льгот от государства, как в советские времена? Опять преференции? Таки уже было. И чем дело кончилось? Литературу окучивали прихлебатели. Булгаков об этом уже писал. Писал об этом и Иван Дроздов в документальном романе «Последний Иван».

Что будет, если вернуть писателям дома творчества, ведомственные дачи, рестораны и другие цацки? Посмотрите фильм по роману Булгакова «Мастер и Маргарита». Там все ответы на все вопросы. Не думаю, что Булгаков «приукрасил» портреты коллег по перу. Писателю, несомненно, нужна помощь. Но, во-первых, адресная, иначе тут же слетятся все, кому физическая работа доставляет физическую боль, и те, которым «где бы не работать, лишь бы не работать»... Во-вторых, писатель, если он пишет для своего народа, вполне может обойтись без ресторанов и пр. Скромнее надо быть в запросах. А то, читаешь мемуары советской эпохи и делается неловко за известных писателей, которые в несколько вечеров просаживали в ресторанах с друзьями и подружками свой гонорар.

Писательство требует одиночества и тишины. Потому писатель по природе своей отшельник. Кто-нибудь на своём веку видел союзы отшельников? До революции не было союзов писателей, однако были Пушкины, Тургеневы, Чеховы.

***

Литературный институт - это скорее плохо, чем хорошо. Ни Пушкин, ни Есенин, ни Достоевский литературных институтов не кончали... Ну и что? А разве плохо, если писатель будет писать по законам писательского искусства? Ведь именно этому учат в институте писателей. Ничего плохого тут нет. Плохо, даже отвратительно другое. Писатели, даже те, кто за лет 10 написал одну брошюру, пользовались всеми благами социального обеспечения. Тут тебе и квартиры, и госдачи (Переделкино, например), путёвки в санатории и курорты (бесплатные разумеется), и оплачиваемые поездки в составе делегаций в соцстраны и т.д. и т.п. Многими благами пользовались и рабочие. Но! Рабочие эти блага ЗАРАБОТАЛИ! Да и тех благ у рабочих, в отличие от благ писателей, было на порядок меньше. То есть армия писателей - это явление скорее паразитическое. Интересно было бы глянуть на статистику: сколько человек состояло в конторах при Союзе писателей СССР? Подозреваю - многотысячную армию бездельников мы увидим. Они все выпускники литинститута, все типа писатели, но по факту администраторы, заместители администраторов, заместители заместителей администраторов и т.д.

Так куда девать армию выпускников литинститута? Солить что ли? Конечно, можно предположить, что непригодные к писательскому труду выпускники литинститута пойдут работать в школу учителями русского языка и литературы. Но пойдут ли? Ведь Иван Дроздов писал, что первокурсников уже называли молодыми писателями. К пятому курсу у студентов апломб хоботом волочился по земле. И потом многие же не дураки - видели, что через Союз писателей можно неплохо пристроиться в жизни, даже не написав ничего достойного. А в школе - ты пахарь как не крути...

***

Дыхание зрительного зала… Дыхание страны…

Иногда фильм вызывал сильнейшие душевные перевороты. И я чувствовала, что весь зал, сотни людей вокруг испытывали те же душевные перевороты. И бывало - брала билет на следующий сеанс, чтобы вновь испытать душевный переворот, и чтобы вновь почувствовать дыхание зрительного зала. В такие минуты не было отдельных зрителей, был один единый организм. И на первом сеансе, и на втором, зрительный зал на одних и тех же секундах экранной жизни замирал, выдыхал, плакал, смеялся … Это были 70-80-е годы.

А в 90-х такая материя как единое дыхание зрительного зала перестала существовать. И тому было много причин: появились видеокассеты, а стало быть появилась возможность дома в одиночку наслаждаться фильмом; страну закрутили вихри перемен, многим было не до кино - выжить бы среди хаоса… В такой среде и подрастали наши дети. Потому была уверена, что нашим детям уже не дано было понять, что такое дыхание зрительного зала.

Однако однажды… Дочь, вернувшись с тренировки домой, торопливо скидывая обувку в прихожей, кричала мне: «Что уже идёт?». «Да, - отвечаю, - уже минут как двадцать». Речь шла о нашем любимом фильме, который мы много раз пересматривали на видео. «Эх, жалко! Так хотелось поспеть к началу фильма!» - сказала дочь. «Ну, так давай я поставлю фильм на видео и посмотрим сначала!» - предложила я.

И в ответ я услышала: «Это уже не то… Так хотелось посмотреть фильм со всей страной!» Упс!

Я была уверена, что молодёжи, которая качает кино из интернета, и смотрит фильмы в одиночестве, никогда не понять, что чувствовал советский зритель в кинотеатре! Я знаю, что такое дыхание страны или дыхание зрительного зала. Но откуда об этом знала дочка – дитя эпохи девяностых?

***

«Частенько я вылетал в Москву. Прошло полгода после воцарения Аджубея. Редакцию было не узнать. Старых известинцев, русских, не породненных с евреями, почти не осталось. Держались пока Шумилов, Черных да ещё два-три человека. Впрочем, я тогда о родстве не думал, в анализе ситуации так далеко не шёл. Смотрел на лица – этот русский, этот еврей, этот – полуеврей. Полуевреев знали – называли «полтинниками».

Русский человек интернационален по природе, у него от века сильно развито чувство гостеприимства. При этом предки наши на лица не смотрели, национальность не выясняли. Философы-мудрецы заметили это свойство русского характера и нарекли ему сыграть в мире судьбоносную защитительную для живущих с ним народов миссию. Но так всегда бывает в природе: одному положительному явлению непременно сопутствует отрицательное. Так случилось и с нами. Наша безбрежная доброта, наша доверчивость были использованы злыми силами в свою выгоду: русских, поверивших в святое братство народов, бессовестно надували в нынешнем столетии. Интересно бы знать, научило чему-нибудь русский народ это страшное столетие в нашей истории?

Лично мне эта наука давалась трудно. На каждом шагу я спотыкался, разбивал нос.

Вот и на этот раз. Приехав в редакцию, заметил, как сильно придавили тут русский дух, как вздыбили шерсть Миша Цейтлин, Юра Филонович, Колтовой, Цюрупа… О новых уж и говорить нечего: никого не видит и знать не желает Валя Китаин (евреи всех называют, как в детском саду: Валя, Юра, Миша), «приятный во всех отношениях» Мамлеев сидит в роскошном кабинете первого заместителя ответственного секретаря, напротив, через приемную комнату – кабинет нового ответственного секретаря, вчерашнего фоторепортера Драчинского. Прежнего секретаря Александра Львовича Плюща повысили: назначили редактором только что начавшего выходить приложения к газете – еженедельника «Неделя».

Открывались все новые и новые должности. Обсуждался проект нового здания «Известий». Здание предполагалось пристроить к старому, и так, что новое будет в три-четыре раза больше старого. Каждому сотруднику – кабинет. А сотрудников становилось все больше.

– Сколько же их будет? – спрашивал я у Галича.

– Очень много! Штат будет резиновым… Все время расширяться.

Впоследствии так и случилось. Здание построили, действительно, оно очень большое, этажей, коридоров, кабинетов – не счесть. Я недавно, лет пять-шесть назад, зашел в «Известия» повидать своего старого товарища Юрия Грибова – он в то время работал редактором «Недели» и первым заместителем главного редактора «Известий». Сидел он в том самом каминном бухаринском кабинете, но пройти к нему можно было через коридоры нового здания. Я шел, плутал, смотрел по сторонам и дивился размаху аджубеевских реформ. Им, евреям, во всем свойственен гигантизм, умопомрачительные масштабы без всякой видимой необходимости. Газета оставалась прежней: те же четыре полосы, ну, еще вкладку однополосную напечатают, а поди ж ты как размахнулись! Десятки миллионов стоило новое здание. А сотрудников… Их теперь копошилось тут, словно в исполинском муравейнике. И зарплата! И документ у каждого известинский – из бордового сафьяна с золотым правительственным гербом.

Шёл по коридорам, а сам вспоминал разговоры при Губине. Тогда всерьёз говорили о возможности сокращения центрального аппарата журналистов с сорока пяти до двадцати. Сколько же теперь сотен здесь сотрудников?

Задал этот вопрос Грибову. Он ответил уклончиво:

– А вот тут, в «Неделе» у меня, столько же, сколько у вас работало в «Известиях». Всех же наших штатов я не знаю. Много сотрудников, очень много!

Изучая материалы для своих многочисленных статей, а затем и книг, я все глубже проникал в самый тайный, самый главный и самый разрушительный для страны механизм «насосов». Система наша считала деньги «наоборот». Если купец, фабрикант, крестьянин считал расходы, чтобы вычислить и затем прирастить доходы, то «хозяин» при социализме считает расходы, чтобы вычислить возможность прирастить… расходы. На первый взгляд – нелепость, но нет, ничуть. Вес и значение в обществе и государстве учреждения, предприятия, а вместе с ним директора, редактора, то есть хозяина, определяется не доходами, а расходами. «Известия» при Аджубее остались прежними по размеру – почти прежними, - но увеличили тираж и тем незначительно умножили доходы. Однако расходы они увеличили во много раз. И за то все славили Аджубея. «Смотри, как размахнулся! Вот редактор, это – деятель!»

Редакцию он превращал в насос, качающий соки народа и государства: до нелепостей раздувал штаты, плодил бездельников, паразитов. Но этого народ не видел. А я думал: отцы Отечества, «наша правящая, руководящая…» делают вид, что всё разумно, целесообразно.

Тот же процесс происходил со всеми конторами, учреждениями, институтами. Лишенные чувства ответственности и патриотизма дельцы, словно пиявками, покрыли нашу землю «насосами», и они сосут все живые соки, сосут.

Тогда я многого не знал, кое о чём лишь догадывался. И всё время разбивал нос».

Дроздов Иван. «Последний Иван»

***

Продолжение следует...

Путин отобрал «Сахалин – 2» у Shell, Mitsui и Mitsubishi

Владимир Путин подписал указ, согласно которому оператор проекта «Сахалин-2» Sakhalin Energy будет сменен на новое, российское юрлицо, а его имущество будет передано в собственность Р...

Ой, чё деятся, вчерась Путин передал государству имущество компании — оператора «Сахалина-2»

Чей же был этот самый "Сахалин -2"?Акциями компании владели «Газпром», англо-голландская Shell и японские Mitsui & Co и Mitsubishi. Shell в феврале объявила о выходе из проекта, Япо...

Бывает...

Забрала у пьющей семьи ослепительной красоты годовалого добермана (им никто не занимался, мог пописать прямо в квартире).Муж работает в уголовном розыске- возвращается поздно. Но собака любит, когда о...