Среди морпехов и десантников США, готовящихся воевать с Ираном на земле, неуклонно растет число «отказников по убеждениям»
Пока администрация Трампа обдумывает возможность развертывания наземных войск в Иране, ветераны минувших войн США опасаются, что впереди их страну ждет изнурительная и долгосрочная кампания, к которой американские военные могут оказаться плохо подготовлены.
Во-первых, продолжающаяся подготовка и развертывание сил свидетельствуют о том, что администрация подготовилась к худшему, пишет издание «Responsible Statecraft». Как рассказала Вирджиния Бергер, ветеран морской пехоты и старший аналитик по оборонной политике в Центре оборонной информации Проекта по надзору за деятельностью правительства, два экспедиционных корпуса морской пехоты (MEU), подразделения быстрого реагирования на кораблях численностью более 2000 морских пехотинцев каждый, направляются на Ближний Восток, где 11-й MEU должен присоединиться к 31-му MEU.
По имеющимся данным, Пентагон также планирует усилить эти силы бригадной боевой группой из 82-й воздушно-десантной дивизии армии США, что позволит привлечь еще 3000 военнослужащих быстрого реагирования для потенциальных наземных операций.
Эти развертывания могут указывать на подготовку к длительной, вероятно, опасной операции, возможно, предполагающую захват острова Харг морскими пехотинцами, что некоторые ветераны уже называют потенциальной «самоубийственной миссией».
«Зачем нам ввязываться в то, что может затянуться так надолго? — спрашивает Бургер. — Иран имеет право голоса в этом вопросе, верно? Мы не существуем в вакууме — морские пехотинцы не просто так войдут на остров Харг без сопротивления. Как это отразится на потерях американских жизней и техники?»
Майк Приснер, ветеран и исполнительный директор Центра по вопросам совести и войны, сообщил, что, основываясь на обширных контактах его организации с военнослужащими и их семьями, многие воинские части готовятся к боевым действиям.
«Люди не понимают, что США готовятся к большой войне, — сказал Приснер. — Все готовятся к ней».
Затяжная борьба с Ираном наверняка окажется сложной. Хотя у США есть тактические средства и персонал для размещения войск на земле, развернутые войска, вероятно, будут сталкиваться с частыми атаками, потерями и стратегическими неудачами, считает Джон Бирнс, ветеран и стратегический директор организации «Обеспокоенные ветераны Америки».
«Я уверен, что мы сможем высадить наших солдат на землю. Но меня больше беспокоит долгосрочная операция, — говорит Байрнс. — На каждом этапе наземного развертывания будут потери среди американских войск — и то, что генералы считают неделей, внезапно может занять месяц или два».
Джеймс Уэбб, консультант по вопросам национальной безопасности и политики, служивший в Ираке в качестве пехотинца морской пехоты, предупредил, что горный рельеф Ирана может стать логистическим кошмаром для наземной операции, и что иранцы готовы к бою.
«Когда начинаешь говорить о географии и населении Ирана, составляющем около 90 миллионов человек, — то понимаешь, что ситуация там совершенно не благоприятствует наступательным операциям, — сказал Уэбб. — Это их родная территория. Человек, воюющий на территории другой страны, всегда находится в невыгодном положении».
«Если посмотреть на ход войны с иранской стороны, то видно, что они продумали все возможные аспекты. И они готовы к бою», — подчеркнул Уэбб.
Затяжной конфликт в Иране может «быть больше похож на Галлиполи, чем на Вьетнам», — сказал Уэбб, имея в виду провалившуюся, повлекшую огромные потери кампанию союзников по захвату турецких проливов во время Первой мировой войны.
Помимо шаткой логистики на поле боя, для США на кону стоят более масштабные стратегические проблемы. Переброска боеприпасов из критически важных мест для поддержания военных действий только повышает уязвимость США.
«Мы перевозим противоракетные комплексы из Южной Кореи на Ближний Восток, верно? Это немаловажно. Это огромный шаг за пределы театра военных действий — переброска противоракетных комплексов THAAD из Южной Кореи в CENTCOM», — сказала Бургер. «Высокопоставленные военные чиновники задаются вопросом, не ослабляют ли эти шаги нашу способность реагировать на любые другие ситуации, особенно в Тихом океане».
«Военные руководители видят, сколько мы тратим наши и без того истощающиеся запасы боеприпасов, и задаются вопросом, что мы сможем сделать, если нам придется вступить в войну, которая не будет войной по нашему выбору, — утверждает Бургер. — Полное отсутствие стратегического планирования, которое администрация проявила в этом вопросе, показывает, насколько мало их волнует безопасность и забота о наших военнослужащих».
По мере роста вероятности проведения длительных операций в Иране ветераны утверждают, что низкий моральный дух среди военнослужащих — некоторые из которых не видят причин для войны США с Тегераном — может усугубить долгосрочный кризис доверия.
«У нас нет обоснования от Белого дома. У нас нет четкой позиции или чего-либо, что могло бы внушить доверие министру обороны, — говорит Вирджиния Бургер. — Это вызовет разочарование, которое в дальнейшем приведет к проблемам с удержанием кадров и набором новых сотрудников».
«Я думаю, что многие пожилые военнослужащие, которые долго служили и видели потери во время глобальной войны с терроризмом, возможно, немного скептически настроены: „Знаете, это не очень хорошо, и это не пойдет на пользу моральному духу наших солдат в долгосрочной перспективе“», — считает Бирнс.
«С молодыми людьми, скорее всего, все будет в порядке… Они часто разрываются между страхом и волнением, не уверены, что это хорошая война, но рады возможности отправиться на фронт и доказать свою состоятельность, — объяснил Бирнс. — Но их семьи пострадают от снижения морального духа, верно? „Почему мы воюем в Иране? Почему мой муж не вернулся домой, когда должен был?“»
Стремясь спасти себе жизнь, некоторые военнослужащие добиваются получения статуса отказника по убеждениям. Как рассказал Майк Приснер, многие солдаты ссылаются на вероятное нападение США на школу в Минабе, Иран, в конце февраля, а также на общее разочарование внешней политикой США как на причины для получения статуса «отказника по убеждениям».
«Военнослужащие наблюдали за войной в Газе, — говорит Приснер. — А затем — первая крупная война, в которую вступают США после войны с терроризмом начинается с того, что США совершают нечто, что выглядит в точности как одно из самых ужасных военных преступлений, совершенных Израилем во время войны в Газе».
Для тех, кто остаётся и сражается, низкий моральный дух вряд ли сулит успех в ходе военных действий.
«Если вы не настроены на войну ни душой, ни телом, вам будет гораздо сложнее достичь поставленных целей — если вообще удастся, — сказал Уэбб. — В этом вся суть».
https://svpressa.ru/war21/arti...
Оценили 6 человек
8 кармы