На Кубе началось то, чего и добивалась администрация Трампа, устроив практически полную блокаду острова, критически зависящего от внешних поставок почти всего необходимого, включая нефть, которая ранее поступала из Венесуэлы и Мексики. Перебои со светом, недостаток продуктов и всего остального довели людей до отчаяния.
В стране уже вторая неделя дефицита топлива, предметов первой необходимости, медикаментов и полного блэкаута, люди без света по 20 часов в сутки, и все это без перспективы улучшения ситуации. Больницы работают на резервных генераторах, но и для них топливо заканчивается. Пекарни вынуждены печь хлеб на дровах, а запасы продовольствия стремительно иссякают.
Со вчерашнего дня тысячи кубинцев выходят на улицы крупных городов, таких как Гавана, Сьего-де-Авила и Морон. Протестующие выступают с антиправительственными лозунгами, громят и поджигают офисы Компартии, другие государственные учреждения. Правительство больше не контролирует улицы, а толпа заявляет, что им нечего терять. По сообщениям очевидцев, люди выносят из зданий мебель, портреты и пропагандистские материалы и устраивают из них костры.
Накануне президент Республики Куба Мигель Диас-Канель подтвердил, что официальные лица ведут переговоры с правительством США. Стать второй Венесуэлой или Ираном кубинские власти не хотят.
Однако, судя по происходящему, Вашингтон не намерен идти навстречу коммунистическому режиму. Хотя Мигель Диас-Канель сообщил, что обмен мнениями с американской стороны был «уважительным и направлен на выявление двусторонних проблем и поиск решений». Но обещания по снятию блокады с острова от Белого дома не прозвучало.
Президент Кубы в обращении к гражданам заявил, что уже три месяца в страну не поступало никакого топлива, и энергетическая ситуация становится все более «нестабильной». После переговоров с Соединенными Штатами кубинское руководство объявило о том, что по соглашению с Ватиканом из кубинских тюрем освободят 51 политзаключенного.
Российские политологи отмечают, что смена режима на Кубе уже более чем очевидна, это лишь вопрос времени, причем довольно ближайшего. Президент Трамп с прошлой недели анонсирует скорое падение Кубы. Судя по всему, оно с каждым днем все ближе. Все происходит по схеме Венесуэлы, разве что Диаса-Канеля, в отличие от Мадуро, не пришлось похищать.
Трамп вновь добился своего. Ну а Россия, вслед за Венесуэлой, теряет еще одного давнего союзника в латиноамериканском регионе. Хотя разговоры о том, что Москва вроде как готова рискнуть и помочь Острову Свободы, были. Но российское руководство эту информацию официально опровергло.
Кто будет следующим, если падет Иран? Придется признать, что гегемон все еще силен и забыть о многополярном мире, над которым откровенно насмехается Трамп.
Источник: https://topwar.ru/279352-na-kube-massovye-besporjadki-pravitelstvo-ne-spravljaetsja-s-protestami.html
Отзыв испанского посла из Израиля стал одним из самых громких дипломатических сигналов в Европе на фоне эскалации конфликта в Иране.
Иван ШиловИА Регнум
Решение Мадрида фактически понизить уровень дипломатических отношений с Тель-Авивом демонстрирует глубину разногласий между испанским правительством и израильским руководством.
При этом критика со стороны Испании касается не только действий Израиля, но и американской политики в регионе.
«Гром в раю»
За последние десятилетия единство западной коалиции, частью которой традиционно считается и Израиль, стало восприниматься настолько незыблемым, что любые серьезные разногласия между ее участниками, проникающие в публичное поле, воспринимаются не иначе как гром в раю. Или — в «европейском саду», если вспомнить известное высказывание бывшего главы евродипломатии Жозепа Борреля.
Именно так прозвучали и заявления премьер-министра Испании Педро Санчеса, который за последние недели неоднократно выступал с жесткой критикой в адрес военной операции против Ирана. На одной из пресс-конференций он заявил, что происходящее является большой ошибкой.
«Эта война в Иране, на мой взгляд и на взгляд испанского правительства, — огромная ошибка, за которую мы заплатим», — подчеркнул Санчес.
В другом заявлении премьер отметил, что несогласие с политическим режимом Ирана не означает поддержки военной операции. По его словам, можно выступать против власти в Тегеране и одновременно считать военное вмешательство неоправданным и опасным. Испанский лидер призвал к немедленной деэскалации, уважению международного права и скорейшему возвращению к дипломатическому диалогу.
Позицию Санчеса можно объяснить тем, что он возглавляет левую коалицию, в которой сильны партии и движения, традиционно критически настроенные к политике Израиля и к военным операциям США на Ближнем Востоке. Неприятие испанскими левыми действий Израиля и военных операций США на Ближнем Востоке имеет исторические и политические корни.
Оно связано с особенностями политической истории Испании. Во время гражданской войны 1936–1939 гг. страна сама стала полигоном для сверхдержав, отрепетировавших на ее территории будущую большую войну. Испания заплатила за это сотнями тысяч жизней и установлением диктатуры Франсиско Франко, результатом чего стали долгая международная изоляция и разруха.
После смены власти в 1970-е годы в испанской политике укрепилось стремление опираться на международное право и многосторонние институты как на гарантию предотвращения новых конфликтов. Оно рассматривается как способ обеспечить предсказуемость мировой политики и защитить интересы средних стран, которые не обладают военным или экономическим весом сверхдержав.
Поэтому в целом в испанском обществе сильны антивоенные настроения, особенно после массовых протестов против участия страны в операции США в Ираке в 2003 году, участниками которых стали миллионы испанцев.
Отношения между Мадридом и коалицией Тель-Авив — Вашингтон ухудшались постепенно. Разногласия накапливались на протяжении долгих лет и касались прежде всего политики Израиля на Ближнем Востоке и отношения к палестинскому вопросу, а в последнее время — к устроенному Израилем уничтожению арабского населения, так как долгие годы Испания последовательно выступала за создание Государства Палестина.
На фоне новой войны в Иране напряжение достигло максимума, и отзыв посла стал символом этого глубокого дипломатического кризиса.
На этот раз разногласия Испании затронули и отношения с Соединенными Штатами. Заметным эпизодом стало решение испанского правительства не предоставлять американским военным возможность использовать совместные базы на территории страны для операций против Ирана.
Речь идет о базах в Роте и Мороне — ключевых объектах американского военного присутствия на юге Испании.
Министр иностранных дел Хосе Мануэль Альбарес заявил, что они не используются и не будут использоваться для действий, которые выходят за рамки двусторонних соглашений и не соответствуют Уставу ООН.
Эта позиция, конечно, вызвала резкую реакцию в Вашингтоне.
«Я думаю, что они вообще не сотрудничают. Испания. Я думаю, что они ведут себя очень плохо, очень плохо, совсем не хорошо. Мы можем прекратить торговлю с Испанией», — заявил Трамп 11 марта. Впрочем, ни к каким реальным последствиям это пока не привело.
Однако для правительства Санчеса, вероятно, важнее то, что занятая им антивоенная позиция позволяет сохранить поддержку собственной коалиции и значительной части электората.
Реклама
Испания не одинока
Хотя большинство стран ЕС выступили в поддержку войны с Ираном, Мадрид оказался не единственным критиком действий Израиля и США в Европе.
Например, министр иностранных дел Норвегии Эспен Барт Эйде заявил, что израильский удар по Ирану нельзя считать законным превентивным действием.
«Для превентивных ударов нужна непосредственная и неминуемая угроза», — напомнил он.
Сдержанную позицию заняла Финляндия. Президент Александр Стубб заявил, что Хельсинки осуждает как удары США и Израиля, так и ответные действия Тегерана, и призывает стороны к максимальной сдержанности.
Также Ирландия, Испания, Нидерланды и Словения ранее объявили бойкот «Евровидению». Случилось это еще до начала войны с Ираном, в конце 2025 года, и связано было с тем, что до участия в конкурсе допустили Израиль.
Вообще во многих странах Европы отношение к силовым действиям на Ближнем Востоке стало заметно более осторожным после военных кампаний в Ираке, Афганистане, Ливии и Сирии.
Первоначально эти операции рассматривались как попытка стабилизировать регион и ликвидировать мнимую угрозу Европе. Однако с течением времени стало очевидно, что их последствия оказались гораздо тяжелее, чем ожидалось.
Войны в Ираке, Ливии и Сирии привели к длительной нестабильности, росту числа радикальных группировок в регионе и огромной волне беженцев, содержание которых легло на плечи Европы, а кампания в Афганистане растянулась почти на два десятилетия и завершилась бегством военнослужащих международной коалиции и возвращением к власти движения «Талибан» (движение находится под санкциями ООН за террористическую деятельность).
Для европейцев это стало уроком — попытки силой решить тысячелетние проблемы Ближнего Востока не приводят к быстрому политическому урегулированию, а лишь усугубляют нестабильность.
Маленькие признаки больших разногласий
Для европейских стран стабильность Ближнего Востока важна как экономически, так и политически.
Во-первых, европейские экономики остаются в значительной степени зависимыми от поставок энергоресурсов из региона. Нефть и газ из стран Персидского залива играют важную роль в энергетическом балансе многих государств ЕС. Любая эскалация конфликта грозит привести к перебоям поставок или резкому росту цен на энергоресурсы, что уже произошло и в этот раз.
Во-вторых, европейские правительства опасаются политических последствий нестабильности на Ближнем Востоке. Опыт последних десятилетий показывает, что крупные конфликты в регионе часто сопровождаются ростом миграционных потоков в Европу. Подобная ситуация уже наблюдалась после войн в Сирии и Ливии.
Миграционные кризисы нередко усиливают внутренние политические противоречия и могут способствовать росту радикальных настроений в европейских странах. Кроме того, нестабильность на Ближнем Востоке неизбежно сопровождается ростом террористической угрозы, что напрямую влияет на безопасность европейцев.
Наконец, существует и структурное различие между интересами США и Европы.
Для Вашингтона Ближний Восток остается важным с точки зрения национальных интересов регионом, однако американская экономика значительно меньше зависит от ближневосточной нефти, чем европейская. Кроме того, географически США находятся гораздо дальше от возможных последствий региональной нестабильности, будь то, к примеру, уже упомянутые теракты, которые устраивают радикалы, или прямой военный ответ одной из ближневосточных стран.
Для европейских стран Ближний Восток — соседний регион, и любые кризисы там неизбежно отражаются на жизни самой Европы. Именно поэтому многие ее правительства предпочитают выдерживать более осторожные линии, чем Вашингтон.
Несмотря на резкие заявления и дипломатические демарши, глубокого раскола внутри западного лагеря пока нет. Испания остается союзником США и партнером по НАТО, а экономические и военные связи между странами по-прежнему сохраняются, несмотря на жесткую риторику политиков.
В то же время нынешняя ситуация наглядно показывает, что внутри западного мира все чаще возникают противоречия, в том числе по поводу политики на Ближнем Востоке.
И хотя говорить об их перерастании в масштабный внутренний конфликт в ближайшем будущем пока не приходится, происходящее свидетельствует о том, что за фасадом единства скрываются серьезные разногласия, которые понемногу подтачивают сплоченность стран Запада.
АНДРЕЙ БУЛКИН
Киевский режим пытается помогать Израилю в борьбе против дронов , которые запускаются против еврейского государства с территории Ирана. Именно поэтому территория Украины – теперь законная цель для иранских военных.
Об этом заявил на своей странице в соцсети глава комиссии по национальной безопасности парламента Ирана Ибрагим Азизи.
Он особо подчеркнул, что Тегеран будет вправе так действовать, опираясь на положения Устава ООН.
Источник: https://topwar.ru/279345-tegeran-vsja-territorija-ukrainy-teper-zakonnaja-cel-dlja-iranskih-voennyh.html
Wall Street Journal заявляет, что во время атаки Ирана на авиабазу "Принц Султан" в Саудовской Аравии были повреждены сразу 5 воздушных танкеров ВВС США "Боинг КС-135 Стратотанкер". Уровень повреждений неизвестен, заявлено, что "самолеты ремонтируются".
Таким образом за 2 дня США потеряли 1 воздушный танкер уничтоженным и 6 поврежденными (1 в Ираке и 5 в Саудовской Аравии)
Это самые массовые единовременные потери самолетов этого типа в истории ВВС США.
Напомню, что перед началом агрессии США перебрасывали около 20 самолетов-заправщиков в регион для обеспечения действий авиации. Единовременное выбытие из строя такого кол-ва заправщиков потребует переброски дополнительных бортов.
Источник
Лудомания давно стала угрозой национальной безопасности, но в министерстве это как бы не замечают
На фото: министр финансов РФ Антон Силуанов во время заседания правительства в Доме правительства РФ. (Фото: Александр Миридонов/POOL/ТАСС)
Мы все чаще слышим слово «лудомания», которое до недавних времен было известно только врачам и психологам. Лудоманию также называют игровой зависимостью, игорной одержимостью, игроманией.
В России Минздрав поддерживает включение лудомании в перечень заболеваний, но на сегодняшний день нет протоколов и клинических рекомендаций. Правда, Минздрав сообщает, что ведётся разработка клинических рекомендаций по диагностике и лечению лудомании, документ должен быть принят в 2027 году.
Вообще-то такой документ надо было принять еще давным-давно. Поскольку распространение лудомании в России уже приобрело масштабы национального бедствия. Об этом, в частности, заявил в январе заместитель председателя комитета Госдумы по бюджету и налогам Каплан Панеш. «Ключевым инструментом в этой борьбе станет создание единого реестра лиц, добровольно отказавшихся от азартных игр, работа над которым ведется в рамках специального законопроекта. До 12 процентов взрослого населения России могут страдать от тяжёлых форм лудомании, при этом в стране отсутствует единая система медицинского учета и помощи таким людям», — отметил парламентарий.
Если учесть, что численность взрослого населения (старше 18 лет) — около 116 млн человек, то количество лудоманов в стране составляет примерно 13 млн человек. По некоторым данным, на которые ссылается Панеш, зависимости от азартных игр могут быть подвержены от 5% до 10% россиян в возрасте до 30 лет.
Лудомания — с одной стороны, результат бизнеса, называемого игорным. А, с другой стороны, — его питательная почва. Благодаря игорному бизнесу происходит расширенное воспроизводство этой самой лудомании. Игорный бизнес включает в себя такие его виды, как казино, букмекерские площадки, тотализаторы, лотереи. Играть можно как в режиме как офлайн, так и онлайн (т.е. с использованием интернета). Надо иметь в виду, что кроме легальной части игорного бизнеса есть еще нелегальная, или «теневая».
Уже в последние годы в Советский Союз стали проникать разные игровые соблазны. В частности, в 1988 году в гостинице «Интурист» в Москве появились игровые автоматы. Первое казино в СССР, «Astoria Palace», открылось весной 1989 года в гостинице «Palace» в Таллине. Второе казино было открыто в Москве 23 августа 1989 года в гостинице «Савой». Там велись игры в американскую рулетку.
Опускаю многие интересные факты истории развития игорного бизнеса в постсоветской России. В 2005 году оборот этой сферы составил 5−6 млрд долл., в стране было около 400 тыс. игровых автоматов и 5000 игровых столов. К 2006 году было выдано свыше 6300 лицензий на игорный бизнес. До 60% отечественных игорных клубов было сосредоточено в Москве и Санкт-Петербурге. Уже тогда признаки бедствия под названием «лудомания» были более чем очевидны. Надо было остановить стихийный рост игрового бизнеса.
В 2006 году был принят закон «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр», суть которого состояла в укрупнении и концентрации игорного бизнеса в России в специальных игорных зонах. Было определено четыре такие зоны: одна в Калининградской области («Янтарная»), одна на Алтае («Сибирская монета»), одна на Дальнем Востоке («Приморье») и одна недалеко от Сочи («Красная Поляна»).
После этого стал стремительно развиваться игорный бизнес с использованием интернета (онлайн игры). В 2014 года был принят федеральный закон (№ 222-ФЗ), полностью запретивший интернет-казино и игорный бизнес онлайн. После этого игорный бизнес стал активно уходить в «тень».
Игровой бизнес в России сегодня имеет фантастические масштабы, если измерять его в денежных показателях. Вот, например, совокупный оборот топ-10 букмекеров, согласно официальным данным, в 2025 году вырос на 43%, достигнув 1,7 трлн рублей. Но это еще не полная картина. По данным ФНС, лицензию на организацию азартных игр в качестве букмекера имеют 21 юридическое лицо. А еще есть «нелегалы».
По данным исследования «Рейтинга Букмекеров» за 2024 год, общий оборот букмекерского рынка России, включая нелегальный сектор, составил 5,9 трлн рублей, из них легальный — 1,2 трлн рублей. Прирост нелегального сектора за год составил 57%. Кстати, в этом исследовании много и других интересных цифр.
Число игроков на букмекерском рынке в 2024 году достигло почти 13 миллионов человек (точная цифра — 12,95 млн). Цифра включает всех, кто сделал хотя бы одну ставку. В 2024 году средняя ставка поднялась до 1750 рублей, тогда как в предыдущем году была 1520 рублей. Игроки — в основном мужчины (82%), большинство — люди в возрасте от 25 до 44 лет (63,5%).
Умар Кремлев (президент Международной ассоциации бокса — IBA) недавно поделился своими данными о годовом обороте легальных букмекерских компаний и нелегальных онлайн-казино в России: «Оборот интернет-казино сегодня даже больше, чем оборот букмекеров. Оборот букмекерского рынка — около 2,5 триллиона рублей в год, оборот онлайн-казино — 3−3,8 триллиона. Представляете, насколько азартные люди, что они находят всякие лазейки, чтобы попытаться выиграть быстрые деньги [через онлайн-казино]. Конечно, надо, чтобы все-таки государство урегулировало, и чтобы это все нелегальное убралось».
Итак, по оценкам Кремлева, в «тени» игровых денег крутится больше, чем в легальном игорном бизнесе. А суммарно оборот всех игровых денег составляет около 6 триллионов рублей. Для сравнения: по итогам 2025 года обороты розничной торговли во всей Российской Федерации составил примерно 60 триллионов рублей. Объем игровых денег в обороте составляет примерно 10 процентов по отношению к денежному обороту в розничной торговле. Получается, что лудомания — проблема не только медицинская, но и экономическая.
Если бы указанные 6 триллионов рублей из игрового оборота пришли бы на товарный рынок, это стало бы очень заметным приращением спроса на этом рынке и очень существенно подтолкнуло бы производство товаров.
В прошлом месяце эту деликатную тему озвучил замминистра финансов Иван Чебесков в ходе заседания комитета Совета Федерации по экономической политике. Он сказал, что ежегодно в букмекерских конторах россияне размещают порядка 2 трлн рублей: «Это огромные деньги. Мы хотели через букмекеров создать механизмы информирования граждан, во-первых. Во-вторых, эти деньги все-таки можно потратить на какие-то иные цели, инвестировав в том числе в целях улучшения своего благосостояния и добавляя деньги в экономику».
Власти выпустили из бутылки джина лудомании, а теперь думают о том, как его назад запихать в эту бутылку. Помимо того, что игорный бизнес обескровливает экономику в денежном отношении, он также разрушает здоровье людей (еще раз повторю, что лудомания — такое же серьезное заболевание, как наркомания).
Еще одной угрозой является контент, который людям (особенно детям и молодежи) навязывают казино и разного рода компьютерные игры. По сути, в разнообразных играх размывается грань между добром и злом. Более того, зло начинает побеждать добро. Ребенка и подростков через игры нередко, например, приучают к убийствам и жестокости.
Одна из мер, которая может снизить остроту проблемы, — запрет на игру со стороны самих лудоманов. Т.е. самозапрет. Госдума в конце прошлого года приняла закон, позволяющий гражданам РФ с 1 сентября 2026 года устанавливать самозапрет на участие в азартных играх. Впрочем, не следует думать, что мера будет очень уж эффективной. Если лудоману будет совсем невмоготу, он может вернуться к своему любимому занятию на какой-то нелегальной площадке. Увы, пока особыми успехами в деле ликвидации нелегальных площадок власти похвастаться не могут. Лудоману даже из дома выходить не надо: включил компьютер и начал игру онлайн.
Пугает логика тех чиновников, которые говорят: мы лудоманию победить не можем, а потому давайте попробуем игорный бизнес регулировать и контролировать. И, конечно, всех шокировало предложение министра финансов Антона Силуанова. В конце января этот министр предложил президенту РФ Владимиру Путину рассмотреть возможность легализовать в России онлайн-казино.
Оборот нелегального сегмента азартных игр в интернете Минфин оценивает более чем в 3 трлн руб. ежегодно. Минфин предлагает создать специального оператора, который будет отчислять ежемесячно не менее 30% от выручки игорного бизнеса (за вычетом выплаченных выигрышей). По расчетам финансового ведомства, доходы бюджета от таких отчислений могут составить 100 млрд руб. ежегодно.
Подобная новость у многих вызвала законное возмущение. В социальных сетях было много саркастических комментариев примерно такого свойства: что там мелочиться, давайте легализуем другие виды деятельности, которые до сих пор почему-то запрещены законом. В первую очередь, называются такие виды, как наркобизнес и бизнес «секс-услуг» («публичные дома»). Обороты там сопоставимы с оборотами в игорном бизнесе. Помню, десять лет назад Виктор Иванов, тогдашний директор ФСКН (Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков) признал, что годовой оборот наркотиков в России равен бюджету Министерства обороны.
Что ж тут стесняться? Уже легализовали проституцию как бизнес во многих европейских странах (Нидерланды, Германия, Австрия, Швейцария, Греция, Финляндия, Кипр и Бельгия), также в Турции, Сингапуре, Новой Зеландии. Там проституция как бизнес регулируется государством, «добавленная стоимость» отрасли учитывается в показателе валового внутреннего продукта, а главное — отрасль платит налоги в государственную казну.
Наркобизнес в той или иной степени легализован в таких странах, как Нидерланды, Канада, Германия, Великобритания, Бельгия, Австралия и т. д. И доходы от этого бизнеса в казну государства очень даже немалые.
Понятно, что я иронизирую. Конечно же, если нам не безразлична судьба России, мы должны брать примеры с тех стран, где существуют самые жесткие запреты. По наркотикам это Швеция, Северная Корея, Япония, Вьетнам, Китай, Иран, Сингапур, Малайзия, Саудовская Аравия, Индонезия, Объединенные Арабские Эмираты. С проституцией наиболее жестко борются такие страны, как Швеция и Япония.
Вернусь к игорному бизнесу. Здесь нам также есть у кого поучиться в плане жестких ограничений и запретов. Это Китай, Саудовская Аравия, Турция, Алжир, Северная Корея. Взять, к примеру, Китай.
Там, в партийных и правительственных документах прямо прописано, что игорный бизнес являет собой угрозу национальной безопасности Поднебесной. А попытки организовать нелегальные игровые площадки (казино и проч.) и даже участие в играх на таких площадках строго караются законом. Там в свое время был создан гигантский рынок игровых услуг. Но Пекин вовремя спохватился. И начал активно загонять джина азартных игр в бутылку. И очень даже в этом преуспел. И нам в России следует в срочном порядке делать то же самое.
Источник
В войне на Ближнем Востоке каждая из сторон вовлечена по максимуму из доступных ресурсов. Все на полном серьезе, это война буквально на выживание, исход которой определит градиент долгосрочных геополитических векторов.
Негативные новости по иранскому треку с высокой вероятностью сделают неизбежным поражение республиканской партии на ноябрьских промежуточных выборах, инициализацию импичмента Трампа в 2027 и клеймо на республиканской партии до двух электоральных циклов (в 2028 к власти могут прийти демократы вплоть до 2036 года).
• После Корейской войны Трумэн проиграл Эйзенхауэру, уступив президентский пост на 8 лет оппозиционным республиканцам до 1961.
• После Вьетнамской войны Джонсон слил президентские выборы Никсону, уступив оппозиционным республиканцам вплоть до 1977.
• Во время Иракской и Афганской войны 2003-2011 Буш младший проиграл Обаме, уступив демократам власть на 8 лет до 2017 (до первого прихода Трампа).
Во всех трех случаях партия власти катастрофически теряла рейтинги и популярность. Война – как часть целого комплекса внутренних противоречий, но обычно – доминирующая причина.
В США крайне непопулярны все типы продолжительных войн (ограниченные спецоперации на несколько дней или военные операции на несколько недель, типа «Бури в пустыне» не учитываются).
Еще больше непопулярны войны с наибольшим вовлечением не только в медиа пространстве, а и с точки зрения личного участия или финансовых издержек:
• Дополнительные волны добровольной или квази-принудительной мобилизации, как в Корее (всего прошло 5.7 млн в нескольких ротациях) или Вьетнаме (8.7 млн), Ираке (1.5 млн, где в ТВД около 0.7 млн) и Афганистане (0.9 млн). Это весь военный персонал во всех родах войск, в том числе тыловой зоне, за весь период кампании в несколько ротаций, а не только ударные группы.
• По мере роста числа погибших общественная поддержка войны снижается логарифмически. Каждые новые потери дают меньший абсолютный удар по рейтингу, но суммарный эффект накапливается необратимо.
• Финансовые и экономические издержки являются наиболее чувствительными через рост налогов на финансировании войны (сейчас это маловероятно) или через рост внутренних издержек (топливо, цены по широкому спектру).
• Снижение безопасности для американцев среди мусульманских диаспор, как внутри США (теракты, подрывы, массовые расстрелы), так за пределами (нападение на консульства, дипмиссии, этническое третирование и т.д).
• Продолжительность сверх ожиданий – каждый месяц без победного нарратива добавляет «усталостный» компонент к падению рейтинга.
• Воспринимаемая некомпетентность – ошибки в планировании, публичные провалы разведки или командования мультиплицируют все предыдущие факторы.
• Несоответствие между декларируемыми и воспринимаемыми целями войны после которого рациональные аргументы в пользу войны перестают восприниматься.
• Рост внутреннего и домашнего насилия в связи ПТСР ветеранов войн, особенно в горячих точках, создавая долгосрочное отвращение к войне и устойчивый антивоенный электоральный блок на десятилетия вперёд. Проблема «усмирения» ветеранов войн – давняя проблема во всех странах.
В любых протяженных конфликтах в США, партия власти всегда проигрывала с разгромом, а главным нарративов оппозиции были «антивоенные лозунги».
Если не будет сухопутной операции, для Трампа неактуален расширенный призыв, рост военных потерь и внутреннее насилие от ветеранов войн.
Для Трампа актуальны: рост финансовых издержек, воспринимаемая некомпетентность Белого дома, подрыв авторитета республиканской партии через нарушение обещаний про дистанцирование от внешних конфликтов и полное несоответствие декларируемых целей и реальных результатов.
Для Трампа это война за собственное выживание, т.к. накал противоречий в США настолько велик, что при проигрыше республиканской партии, Трампа с высокой вероятностью отстранят от власти, а без административного рычага у Трампа перспективы незавидные.
Чем дольше идет конфликт – тем меньше шансов удержаться.
Исторические данные подтверждают: каждый президент США, чей рейтинг одобрения был ниже 50% в месяц перед промежуточными выборами, терял места в Палате представителей. Вопрос лишь в масштабе. С 1946 года исключений не было.
Война на Ближнем Востоке началась в заведомо ослабленной политической позиции Трампа. К началу марта 2026 общий рейтинг одобрения Трампа составил 38% – худший показатель за всё его президентство. По Ирану – лишь 36%, что является неприемлемо мало для консолидации общества.
Последний раз лишь Буш младший подходил к промежуточным выборам с сопоставимым рейтингом и тогда изменение мест в Палате составило 30 в пользу демократов.
Самым крупным в истории поражением на промежуточных выборах – была демократическая партия при Обаме (с осенними рейтингами около 45%), с потерями 63 мест в связи с тяжелыми последствиями экономического кризиса 2008-2009, которые отразились на малоимущих и среднем классе. Именно тогда Обама возглавил популярную, но фейковую кампанию «против жирных котов – бангстеров на Wall st».
Среди республиканцев поддержку военной компании в Иране высказывают около 77% избирателей, который разделяются на 85-90% в MAGA-секте и 54-56% среди «не-MAGA», тогда как среди демократов за военную компанию высказывают около 18%.
За сухопутную операцию выступают лишь 27% республиканцев и пренебрежительно малый процент демократов.
Это нужно понимать, что издержки войны еще не успели распространиться – не было крупных и/или чувствительных военных потерь у США, не было трансмиссии войны на ухудшение финансовых балансов домохозяйств (значительное падение рынка акций, дестабилизация рынка облигаций, фронтальный рост цен), не было макроэкономических последствий в виде нарушений цепочек снабжений или последствий энергетического кризиса в промышленности и экономике.
Все, что происходит – исключительно в медиа пространстве, т.е. пока, как фон. Другими словами, внутри США вне информационного фона, чувствительность и восприимчивость к войне на Ближнем Востоке около нуля – нет ни последствий, ни издержек, но это сейчас нет.
Для США, скорее даже для Трампа и республиканской партии – продолжительность войны, ущерб вооруженным силам США, финансовые, экономические и геополитические издержки (военное и энергетическое давление на партнеров на Ближнем Востоке, Иране и Европе) определяют в буквальном смысле выживание MAGA секты.
Крайне вероятен оглушительный слив промежуточных выборов в ноябре, что приведет к остановке законодательной повестки Трампа. Демократы, получив большинство, немедленно получают контроль над Комитетом по регламенту (Rules Committee), без которого ни один законопроект не выносится на голосование, превращая Трампа в «хромую утку» без политического веса с усиливающейся фрагментацией и поляризацией, даже внутри MAGA-секты.
Это сейчас Трамп, контролируя Конгресс, имеет возможность «изгаляться» с бешеным принтером законодательных инициатив, но не после поражения на промежуточных выборах.
Процедура импичмента начинается в Палате представителей через простое большинство голосов (218), которые демократы могут получить уже в ноябре, но второй порог в Сенате может быть НЕ пройден, т.к. необходимо квалифицированное большинство в 67 голосов.
По факту, ни разу в США импичмент не был достигнут как раз из-за Сената США. Ни Джонсон (1868), ни Клинтон (1999), ни Трамп (2020, 2021) не были осуждены именно по этой причине.
Даже при максимальном успехе демократы могут получить не более 50–52 сенаторов против минимально необходимых 67, т.е. чисто юридически импичмент маловероятен, но медийно – он скорее всего будет инициирован в начале 2027.
Однако, Трамп может стать токсичным внутри республиканской партии, т.к. череда провалов может инициировать раскол внутри республиканской партии и борьбу за выживание.
Через Иран может быть спровоцирован сильнейший экономический и энергетический кризис в истории, который лишит республиканцев шансов на власть в ближайшие 8 лет.
Нельзя выиграть войну без длинной воли, терпимости к потерям, без внутренней консолидации и мобилизации ресурсов.
Конфигурация войны в Иране по умолчанию не может быть долгосрочной и этому есть простое и изящное объяснение: важность Ормузского пролива, как ключевой нефтегазовой артерии (20% экспорта СПГ и 29% экспорта нефти и нефтепродуктов от всех мировых потоков)
До тех пор, пока нет контроля над Ормузским проливом (как самое узкое место), а на самом деле, над всей прибрежной зоной Ирана (до 1700 км, с которых могут наноситься удары), Иран будет использовать рычаг давления на судоходство, усиливая энергетический кризис и связанные с ним процессы.
Но даже вне судоходства, рычагов у Ирана достаточно – атаки на энергетическую инфраструктуру стран Ближнего Востока (СПГ и нефтяные терминалы, добывающая инфраструктура, нефтеперерабатывающие и СПГ заводы, нефтебазы, нефте и газомагистрали и т.д.). Плотность энергетической инфраструктуры настолько высокая, что куда не целься – везде попадешь.
Никогда в истории не было настолько сильного разрыва в предложении нефти и газа, что неизбежно ударит по ведущим импортерам сырья (Азия и Европа), усиливая ценовой шок со всеми вытекающими последствиями (смотреть последствия 2022 года) и разрывом цепочек поставок, усиливая экономический кризис.
Энергетический кризис будет иметь долгосрочные последствия для добывающих и перерабатывающих мощностей стран Ближнего Востока (неизвестно, какая часть от добычи отвалится безвозвратно, точнее без нового и продолжительного инвестцикла).
Глобальный энергетический и экономический кризис отразится и на США, несмотря на то, что зависимость от поставок сырья с Ближнего Востока минимальна, а по энергобалансу, США являются чистыми экспортерами (с учетом газа), зарабатывая на конъюнктуре.
Это отразится:
????На падении капитализации рынка акций (чем длительнее конфликт – тем сильнее ущерб),
????На долговом рынке (инфляционные риски провоцируют рост доходности, имея бэкграунд четырех крайне тяжелых лет на долговом рынке, снижая способности финансирования дефицита),
????На денежном рынке (приостановка цикла снижения ставок с возможным повышением, что увеличивает стоимость фондирования, снижая устойчивость перегруженной долгами системы).
????На межотраслевых связях, усиливая макроудар по производственным цепочкам, оказывая давление на рынок труда, зарплаты и цены.
Стратегические запасы нефти ограничены – среди ведущих стран примерно 3-4 месяца блокировки Ормузского пролива до полного исчерпания резервов нефти, а реально меньше, если принять нижнюю планку в 20%.
Если конфликт затянется до лета, энергетический кризис встанет в полный рост с таким эпическим масштабом, что даже сложно себе вообразить – помимо ценового шока необходимо будет принудительно рубить спрос в аварийном режиме, ограничивая потребление промышленности, бизнеса и домохозяйств, что будет иметь негативные макро-последствия.
Трамп находится в ситуации, когда доступное операционное окно измеряется не годами и не месяцами, а буквально неделями, причем с каждым днем масштаб убытков растет в геометрической прогрессии, затрагивая все новые отрасли, усиливая количество недовольных.
▪️ Нельзя обеспечивать военный конфликт «до победного конца» без терпимости к потерями в условиях, когда местные СМИ «третируют» Трампа за каждую потерю, вынуждая оправдываться. Это приводит к избирательности и ограниченности в военных операциях, часто теряя инициативу и опаздывая с необходимой реакцией.
▪️ Нельзя вести войну без внутренней консолидации, когда даже в сегменте республиканцев поддержка крайней неоднозначная с тенденцией на снижение, а это прошло всего 12 полных дней и без явных потерь, а чем длительнее и чем больше потери – тем ниже поддержка, а без поддержки невозможно консолидировать и мобилизовать ресурсы на войну в демократической среде.
Это та ситуация, где оказалось, что карт на руках у Трампа не так и много, где время играет сильно против него, а каждый новый день увеличивает масштаб ущерба, снижая консолидацию элиты вокруг Трампа.
Критерий победы для США предельно однозначен – контроль, как минимум, над Персидским заливом и смена режима в Иране.
В широкой трактовке: Персидский залив (около 800 км прибрежной зоны Ирана), Ормузский пролив (прибрежная зона до 180 км и чуть больше по ширине 50 км в самой узкой части), Оманский залив (еще почти 500 км) и вплоть до Аравийского моря.
Зацикливание на Ормузском проливе контрпродуктивно и искажает реальный расклад, т.к. Иран имеет способность нанесения ударов практически по всей 1700км прибрежной зоне и особенно в Персидском заливе, разрушая энергетическую, промышленную и транспортную инфраструктуру региона.
Можно установить контроль в Ормузском проливе, но все порты и терминалы внутри Персидского залива могут быть атакованы (около 200 км с прибрежной зоны Ирана – это не расстояние, легкая цель), как и танкеры, находящиеся в исходящем трафике из Персидского залива.
Вот именно проблема шире и сложнее.
Без смены режима, Иран незамедлительно начнет восстанавливать ракетную, ядерную программу вместе с комплексным ВПК (очевидно, не быстро, но тренд предопределен), становясь значительно более свирепым и злым, чем был до 28 февраля 2026.
Хотя Трамп давно создал множество дублей отложенных сообщений в своих соцсетях, где он всех разгромил, всех победил в стиле его выступления в Кентукки 10 марта:
«Epic Fury. Отличное название, не правда ли? Но оно хорошо только тогда, когда ты побеждаешь. Ведь можно только так — и мы победили. Позвольте мне сказать: мы победили. Знаете, никогда не хочется говорить слишком рано, что победил. Мы победили. Мы выиграли пари. В первый же час всё было кончено, но мы победили».
Трамп может говорить все, что угодно, кривляясь, паясничая и гримасничая, красочно рассуждая о том, как по несколько раз вынес все руководство Ирана вместе с ВВС и ВМФ, но единственное, что имеет значение – исходящий трафик из Ормузского пролива и объем мирового предложения нефти и газа.
Если удастся стабилизировать ситуацию – да, можно записать победу в актив Трампа, а если нет – вся победная бравада останется для контуженных свидетелей MAGA-секты.
Иран неоднократно заявлял, что: «Иран не остановится даже, если США захотят прекратить конфликт и будет воевать до тех пор, пока не заставить руководство США пожалеть о своих действиях», продолжая атаковать военные базы и инфраструктуру региона, требуя от США: капитуляций, извинений и компенсаций, т.е. абсолютно невыполнимые требования, особенно при Трампе.
Даже с полностью уничтоженной ракетной инфраструктурой, ВПК и промышленной базой, Иран может без особых проблем кошмарить регион атаками дронов с распределенными мобильными пунктами запуска и сборкой глубоко под землей, подпитываясь ресурсами и деньгами от Китая через снабжение в Пакистане.
Стратегия Ирана предельна понятна (причем с самых первых дней) – сделать войну, прежде всего для США, невыносимо дорогой, где при достижении критического порога терпимости, - могут начаться необратимые каскадные процессы разрушения в финансовой системе и экономике с эрозией политического ландшафта в США и среди союзников США.
На данный момент имеем:
• Полное отсутствие контроля со стороны США над исходящими нефтегазовыми потоками из региона.
• Неспособность остановить ракетные и дроновые атаки со стороны Ирана спустя 13 дней конфликта.
• Полное отсутствие коалиции (от Европы в лучшем случае нейтральные дипломатические «кивки» с полным отстранением в военно-технической сфере), т.е. только США и Израиль.
• Нарастающее напряжение среди стран Ближнего Востока из-за колоссальных финансовых убытков, масштабных инфраструктурных разрушений и имиджевых потерь (регион перестал быть тихой гаванью для международного капитала).
• Эскалация убытков и рост количество недовольных среди азиатских и европейских партнеров (пока демпферы работают, чтобы сглаживать разрывы поставок, а что будет через 1-2 месяца?)
• Растущее недовольство внутри США, усиление внутрипартийного раскола.
• Усиление напряжения на финансовых рынках и ползучий перенос энергетических издержек в экономику.
Трамп может начать совершать ошибки.
Источник
Лента статей
Мы используем cookies для улучшения работы сайта, анализа трафика и персонализации. Используя сайт или кликая на "Принять", вы соглашаетесь с нашей политикой использования персональных данных и cookies в соответствии с Политикой о персональных данных. Вы можете прочитать нашу политику здесь.
