Демократию почему-то считают системой более устойчивой, чем автократия. Но это не так. Большую часть истории человечества им управляли автократические режимы (монархии, диктатуры, тирании) — наследственные или пожизненно избираемые. Демократии — системы, возникающие редко, исключительно в тех случаях, когда совпадает целый ряд обстоятельств. При этом в конце концов любая демократия вырождается в автократию. Более того, уже на этапе установления демократии она должна пройти через автократическую полосу, так называемый бонапартистский режим. При этом сама идея бонапартизма, коренным образом отличающая его от «тоже буржуазной» июльской монархии, заключается в том, что если Луи-Филипп Орлеанский представлял интересы даже не всей буржуазии, а лишь её финансовой части, то Луи Наполеон Бонапарт позиционировал себя как император всех французов и действительно пытался соблюдать баланс интересов в обществе. Поначалу получалось, затем стало получаться всё хуже, а в конце концов баланс развалился. Но изначально французское общество на президентских выборах 1848 года само предпочло бонапартиста Луи Наполеона республиканцу Кавеньяку. И переворот 1851 года, сделавший президента императором Наполеоном III, перенесло спокойно.Фактически Наполеона III погубила серия войн. Если с бессмысленной Крымской войной (принесшей одни потери), которую французское общество рассматривало как реванш за 1812–1814 годы, оно смирилось, а войны с Австрией были достаточно успешны и не слишком затратны, то неудачная мексиканская авантюра подорвала авторитет императора, а катастрофа франко-прусской войны его добила. И он в своём несчастье не одинок. Муссолини на протяжении двадцати лет был популярным диктатором, пользовавшимся достаточно широкой народной поддержкой. Но как только стало ясно, что во Второй мировой войне он сделал неверную ставку и проиграл, популярность немедленно испарилась, а вчерашний любимый дуче стал неудачником и врагом всех итальянцев, включая выпестованных им фашистов, которые его и свергли в 1943 году.В противоположность неудачникам Муссолини и Наполеону III фашистские режимы Салазара и Франко продержались до смерти своих лидеров, держались бы и дальше, если бы не давление их собственных евро-американских демократических союзников, которым из идеологических соображений в Европе были нужны демократические партнёры (в Латинской Америке в это же время и позже США прекрасно работали с диктатурами).Автократия (как в виде диктатуры, так и в более мягких вариантах) вырастает из естественной человеческой лени и разочарования демократией, каковые взаимосвязаны. Управление государством — крайне сложная, требующая высочайшей квалификации работа. В рамках демократии к нему допущен каждый имеющий право избирать и быть избранным. Далеко не все «имеющие право» соответствуют элементарным требованиям в части образования, интеллекта, опыта и т. д. Необразованный дурак, имеющий право голоса, голосует за такого же дурака или за подлеца, обещающего ему несбыточные райские кущи «уже вчера». Разумеется, он очень быстро разочаровывается, а затем приходит к выводу, что где-то в демократической процедуре заложен механизм его обмана: не признает же дурак себя дураком, неспособным понять честного человека и регулярно вручающим власть подлецам.Настрадавшееся, оттого что постоянно «выбирают не тех» («предают идеалы майдана»), общество неквалифицированных избирателей быстро приходит к выводу, что нужен народный герой («при Сталине так бы не было»), который укротит лжецов и подлецов и установит полную социальную справедливость, для чего ему надо вручить неограниченную власть, — так возникает «демократическая диктатура» патерналистского типа. Большая часть диктатур (от древнегреческих тираний до Муссолини и Франко) именно таковы. Перед диктатором все равны, и полететь может любая голова, но голова какого-нибудь обывателя — одна из миллионов, и шанс, что топор упадёт на нее, минимален. В то время как в ближайшем окружении диктатора шанс совершить непоправимую ошибку и попасть под топор велик. Чем выше вы поднимаетесь по социальной лестнице в рамках подобной диктатуры, тем больше у вас шансов попасть под очередную раздачу, чем вы беднее и незаметнее, тем шансов попасть под репрессии меньше.Мягкая же автократия популистского типа и вовсе старается перераспределять общественное богатство таким образом, чтобы обеспечить постепенный рост благосостояния низших классов. Такая автократия и вовсе пользуется народной любовью и рассматривается едва ли не как идеальная форма управления государством: самому ничего не надо делать, но мечты о «справедливости» понемногу сбываются.Все режимы подобного рода ходят по тонкому льду. Народное доверие существует лишь до тех пор, пока существует минимальный ресурс, позволяющий постепенно улучшать жизнь низших классов, расширяя умеренно зажиточную прослойку. Ресурс этот берётся у верхушки общества, которая согласна жертвовать малым ради стабильности. Но именно малым. Поэтому война такому режиму противопоказана, за исключением блицкригов, не требующих больших расходов ввиду своей непродолжительности и приносящих осязаемые трофеи, которыми режим может поделиться со всеми слоями общества. Но затяжная война приводит подобный режим в состояние острой ресурсной недостаточности. Война требует максимального финансирования. Если возложить его на высшие классы, они очень быстро возмутятся и заявят, что они и так отдают часть прибылей ради стабильности, а их буквально грабят, заставляя работать себе в убыток, что война — общенародное дело и страдать должны все. Но как только будут ограничены подачки низшим слоям населения, режим тут же утратит фундамент, на котором стоит его здание: зачем народу отец, который не балует его игрушками и конфетами?Но подобные проблемы возникают только у патерналистско-демократических авторитарных режимов, у тех, которые правят не только именем народа, но и от имени его, которым постоянно надо подтверждать мандат народа (можно без выборов, но сомнений в народной поддержке возникать не должно). Они должны постоянно заботиться о балансе сил в обществе, сохраняя его таким, чтобы и народ был доволен своей судьбой, и элита (основа управленческого аппарата) не возмущалась. Вместе с властью народ возлагает на вас решение всех своих проблем и признаёт ваше право на власть лишь до тех пор, пока вы эти проблемы решаете. С учётом того, что интересы народа и элиты не представляют два самостоятельных комплекса, а разделены на множество интересов группировок, частично комплементарных, частично пересекающихся, частично антагонистичных, сохранять баланс при ограниченном ресурсе очень сложно. Пожирающая ресурс война сразу же баланс разрушает.Но есть диктатуры, которым война не угроза, а опора. Это диктатуры идеологические. В современном мире таковыми остались лишь нацистские режимы. Коммунистические режимы (которых практически не осталось в чистом виде) в целом ушли от идеи «диктатуры пролетариата», ибо где-то в истории потерялся сам пролетариат, а либеральные режимы оказались неспособны установить полную автократическую диктатуру ввиду отсутствия у них соответствующего фундамента. Либеральная идея предполагает поощрение разнообразия, в связи с этим и либеральная диктатура коллективна, пусть и представлена коллективом маргинальных группировок, отстаивающих интересы меньшинства против стремящегося к патерналистскому однообразию большинства.Идеологическую пирамиду во главе с диктатором, являющимся не отцом народа, а его вождём, сегодня выстраивают только нацистские диктатуры. Но именно идеологическим диктатурам война имманентна, ибо любая идеология, будучи «научной» и «единственно верной», всегда стремится распространиться на весь мир. Как уже сказано выше, современных либералов ограничивает то, что неолибералы представляют интересы «разнообразного меньшинства», а разнообразие, да ещё находящиеся в меньшинстве, невозможно транслировать на соседние общества, можно транслировать только саму идею «защиты прав меньшинств», но сил для принуждения принятия этой идеи нет.Нацизм же опирается на идею превосходства собственной нации, которая, «если ей не мешать», моментально должна построить рай на земле. Поскольку рай не получается, ей мешают. Мешающих простому человеческому счастью «великой нации» надо примерно наказать и отвадить от последующих вмешательств, к тому же они занимают территории и пользуются ресурсами, которые совсем не помешают «великой нации» для сотворения собственного земного рая. В наказание за вмешательство эти территории и ресурсы надо отобрать, а самих мешающих соседей убить. Отсюда открыто декларируемое желание современных нацистов убить всех русских, всех сербов, всех палестинцев, всех иранцев, всех евреев и т. д.Не все современные нацисты смогли создать национальные диктатуры, украинские смогли. И сразу же, едва прийдя к власти, постарались начать войну, определив своим врагом Россию и русских. Вначале у них получилось развязать только гражданскую войну — против русских внутри Украины, но затем украинские нацисты и на межнациональный уровень выйти смогли. В отличие от других автократических режимов, нацистская диктатура не боится войны. Война ей не опасна, она не может жить без войны и уверена в своём превосходстве. С её точки зрения изначально несправедливо, что рядом с великой нацией живёт кто-то ещё, не такой великий и мудрый. Кроме того, как у всякой идеологической диктатуры, в отличие от патерналистского автократического режима, обещания нацистского режима невыполнимы. Чем жёстче режим подавляет представителей некоренных наций внутри страны, тем больше у него проблем как с экономикой, так и с социальной стабильностью. Чем успешнее побеждается «внутренний враг» нацистского режима, тем хуже живёт общество. Чтобы объяснить этот парадокс, нужен внешний враг.В таком режиме вождь народа становится его защитником от внешней опасности, и только так данная конструкция может держаться, ибо как только внешняя опасность (вместе с войной) исчезает, народ удивлённо спрашивает, почему жизнь становится только хуже, если никто уже не посягает на великую нацию? Только война легитимирует нацистский режим.Поэтому Зеленский будет воевать до конца, а так как режим тоталитарный и не терпит оппозиции, воевать до последнего украинца будут и те, кто остался под его контролем. Со временем, по мере выбивания наиболее идейных нацистов, они начинают воевать хуже, но и фольксштурм 1945 года не идёт ни в какое сравнение с вермахтом 1941 года. Тем не менее фольксштурм воевал до конца, даже после смерти Гитлера — такова суть нацистского режима: никто не может вырваться из его объятий, не покинув контролируемую режимом территорию.Поэтому и надежды на то, что Зеленский согласится на мир, что его додавят или уберут, или убьют, бессмысленны.Во-первых, среди партнёров Украины все по-своему заинтересованы в том, чтобы она воевала, пока они не решат свои проблемы. Зачем же им убирать лидера, собирающегося воевать до конца? Во-вторых, немцы воевали после смерти Гитлера всего одну неделю, так как уже были разбиты. Если бы не были, воевали бы дальше до полной катастрофы. Просто так капитулировать фленсбургское правительство Деница не собиралось — пришлось. То есть любой нацистский лидер Украины, а другие к власти в нацистской системе прийти не могут, будет воевать столько же, сколько Зеленский, — до конца, до полного и окончательного разгрома.Такова суть нацистской диктатуры и таково её принципиальное отличие от любых других форм авторитарного правления. В других формах лично диктатор может любить войну, бредить ею, но его возможности будут ограничены тем, что государству война противопоказана: если он заиграется, то включится защитный механизм системы и она попытается избавиться от диктатора. как у всякой идеологической диктатуры, в отличие от патерналистского автократического режима, обещания нацистского режима невыполнимы. Чем жёстче режим подавляет представителей некоренных наций внутри страны, тем больше у него проблем как с экономикой, так и с социальной стабильностью. Чем успешнее побеждается «внутренний враг» нацистского режима, тем хуже живёт общество. Чтобы объяснить этот парадокс, нужен внешний враг.https://alternatio.org/articles/articles/item/162420-avtokratiya-i-voyna
С марта фармацевтов заставляют «повышать квалификацию» очно. Им придётся брать отгул и тратить время на очное посещение вуза, лишаясь зарплаты за пропущенные недели. Также придётся платить вузу за «обучение», иначе в аптеке работать не разрешат. Фармацевты начали уже прикидывать, как бы им сменить работу на менее муторную (ссылка).
Зачем Минздрав изменил правила, понятно. Чтобы порадовать лоббистов из вузов, которые получили теперь дополнительный источник дохода. Фармацевты и владельцы аптек для ведомства чужие, покупатели лекарств — тем более, а ректоры вузов — свои, родные и близкие. Госдума дружно проголосовала «За», ноль голосов против. Тоже типично: благие намерения на виду, «это для вашей же пользы, заботимся о здоровье населения» (ха!). Ну а на усиление бюрократического пресса электорату наплевать, пока прессуют не конкретного избирателя, а кого-то другого, на которого избирателю наплевать. Сколько у нас в стране сотрудников аптек? 300 тысяч? 0,27% избирателей? Некритично.
Как новые правила отразятся на аптеках, тоже понятно. Зарплаты фармацевтам придётся повысить, чтобы компенсировать неоплачиваемое время и бюрократические унижения. Часть аптек в итоге закроется, так как не сможет платить завышенные зарплаты, оставшиеся повысят цены на лекарства. Я буду дольше стоять в очередях и больше платить за лекарства.
Мы это уже видели в США, где подобный лоббизм за несколько десятилетий довёл здравоохранение до настоящей катастрофы. Элементарная мазь, которая в России стоит 37 рублей, в США может стоить 50 тысяч рублей (пруф). Причина — огромное количество безумных правил, которые создают кормушки для чиновников, но делают лекарства и лечение очень дорогим. Себестоимость мази — 20 рублей, а себестоимость лицензий, аккредитаций и разрешений — ещё 20 тысяч рублей сверху. Итог — медицинские банкротства, медицинский туризм в Мексику или даже самолечение… в очень богатой и развитой стране, которая потенциально могла бы иметь лучшую медицину в мире.
Нам до американского уровня безумия ещё далеко, но очное обучение фармацевтов — шаг именно по этой тропе. Можно найти казуистические аргументы «за», но я даже не собираюсь их разбирать. Любому здравомыслящему человеку очевидно, что очное обучение фармацевтов не добавит никакой безопасности, и что вреда от него больше, чем пользы. Особенно весело будет фармацевтам из Заднеболоцка: им придётся ещё и в другой город ехать.
Если бы у меня была задача улучшить аптеки, и не было бы задачи сделать приятно ректору медвуза, с которым мы хлещемся вениками в баньке по субботам, я бы сделал так.
1. Убрал бы все ограничения цен, обязав, впрочем, аптеки держать у себя ассортимент из списка важнейших препаратов, а также прямо уведомлять покупателя, если цена на препарат более чем на 50% выше, чем в среднем по региону.
2. Обязал бы работников аптек уведомлять покупателей о наличии дешёвых аналогов, даже если таковые отсутствуют в этой конкретной аптеке. Примерно так: «да, есть аналог Конскоракса, в пять раз дешевле, Нищеракс. У нас его нет, но есть в аптеке на улице Сальери, через два квартала отсюда».
3. Запретил бы продавать лекарства с недоказанной эффективностью иначе как на отдельной закрытой витрине и с огромными предупреждающими этикетками: вот как сигареты сейчас.
4. Спускал бы сверху короткие скрипты со стандартными ответами на вопросы типа «что посоветуете от зуда в копчике».
5. Вместо выдачи фармацевтам глупых справок я ввёл бы систему тайных покупателей. Ответы продавцов, правильные и нет, выкладывал бы на специальный открытый сайт, при этом за неправильные ответы начислял бы штрафные баллы аптекам.
К сожалению, эти простые идеи вряд ли будут хотя бы рассматривать всерьёз.
Во-первых, они сделают очень больно производителям фуфломицинов.
Во-вторых, они уменьшат власть профильных чиновников и поломают многие сытные кресла.
В-третьих, вместо порчи бумаги придётся заняться реальной работой по контролю надо обеспечением народа лекарствами. Это, пожалуй, страшнее всего.
https://olegmakarenko.ru/3465811.html
Разрушение через интеллектуальные стратегии
Алгоритм против алгоритма: DARPA готовит войну, где человек лишний
DARPA запускает новую программу под названием (https://sam.gov/workspace/contract/opp/60a94bf650a84d3fb0bb524862e78401/view)DISCORD — расшифровывается как «Разрушение через интеллектуальные стратегии, варианты противодействия и устойчивые защиты». Цель — создать ИИ-движок тактического планирования, который в реальном времени поглощает данные с боевых сенсоров, прогоняет их через высокоточные симуляции и мгновенно выдаёт варианты действий.
DISCORD — лишь часть более крупного зонтичного проекта «Кузница Эндера». Отсылка к роману Орсона Скотта Карда прозрачна: в книге ребёнка-гения учили командовать флотами в симуляторе, а в финале выяснялось, что «учения» давно стали реальной войной. DARPA фактически заявляет: мы строим систему, в которой грань между симуляцией и боем стирается.
DARPA не ищет одно «оптимальное» решение. Задача — генерировать множество разных тактик, между которыми система переключается на лету. Это доктрина управляемого хаоса: противник не должен уметь предугадать следующий ход, потому что его не знает даже сам командир — ход в моменте предложит алгоритм.
Термин «AI-native» в документе сравнивается со сдвигом на компьютерные процессы в 1980-х и на интернет-процессы в 2000-х. Иначе говоря: через десять-пятнадцать лет армия без ИИ-тактики будет так же беспомощна, как сегодня армия без связи.
DISCORD — это автономный тактический мозг. Он не устаёт, не паникует, учится на каждом бою и предлагает командиру ходы, которые ни один штаб не просчитал бы вручную. Если программа дойдёт до поля, мы увидим войну нового типа: алгоритм против алгоритма. Победит не тот, у кого больше солдат, а тот, чей ИИ быстрее и изобретательнее. Человек в схеме остаётся, но уже не как стратег, а как тот, кто нажимает «согласен».
Если допустить, что США действительно применяли нечто подобное для планирования операций в Иране, то конечно "эксперимент получился неудачный", если говорить о стратегическом уровне поддержки прнятия решений. На тактическом уровне это конечно может и работать, но опять же система не ззастрахована от нейросетевых галлюцинаций. Собственно, США уже пытались свалить свое военное преступление в Минабе (с ударом по школе для девочек) с "ошибкой ИИ", хотя, как они ранее утверждали, конечное решение все равно принимает человек.
Так то ИИ конечно выйдут на поле боя, но все это пока весьма сырые технологии, которые еще только проходят апробацию.
https://colonelcassad.livejournal.com/10485336.html
Недавно я упомянул о выставке РВИО в Катыни, которая ярко демонстрирует лицемерие правящей знати РФ на примере отношения к расстрелу польских офицеров в Катыни от обвиняющего СССР в этом преступлении до обвиняющего нацистов.Похожее переобувание можно увидеть на примере отношения этих же самых людей к исторической фигуре Сталина: от обвинений его во всевозможных преступлениях против собственного народа, как они любят всё время повторять, до нынешнего цитирования его телеграмм его вчерашними обвинителями.В качестве более конкретного примера я хочу привести слова господина Мединского, сказанные им в 2005 году на передаче «Основной инстинкт» на Первом канале:Пантеон памяти миллионов людей, которые погибли во время войны из-за Сталина, но погибли во время коллективизации, индустриализации, раскулачивания, чисток, репрессий и прочее. Вот такой памятник обязательно в нашей стране нужен, чтобы мы об этом помнили.<...>Тогда действительно памятник Сталину будет не памятником исторической личности, это будет памятник даже не сатане, это будет памятник сатанизму как явлению, потому что это будет памятник системе, где человек, высочайшее божье явление, ничто, тварь, и где все подчинено безумной идее сумасшедшего шизофреника и людей, которые его окружали.
В обличительной речи Мединского мне особенно понравился кусок о миллионах людей, погибших в годы войны, якобы, из-за Сталина.Вообще-то, миллионы советских людей погибли из-за Гитлера и обвинять в этом Сталина может ну совсем отмороженный либерал-западник или фанатик тех белых, что воевали против нашей страны на стороне Гитлера.Кстати, сейчас, за подобное высказывание можно и срок получить по статье об оправдании нацизма и геноцида советского народа. Но тут 2005 год, когда господин Мединский -- будущий советник Путина, отрабатывал тему разоблачений ужасов сталинизма, соревнуясь в этом примерно с такой публикой.
Но сейчас этот горячий обличитель сталинизма запел совсем другие песни, а историческую фигуру товарища Сталина они срочно подверстывают под свои нынешние потребности, подавая его, как красного императора -- антипода Ленина.Хотя не нужно много фантазии, чтобы представить, чтобы реальный Сталин сделал со всей этой публикой, уничтожившей всё то, что было создано героическим трудом миллионов советских людей за 70 лет советской власти. И которые поносят его имя, несмотря на то, что они живы и правят Россией только благодаря многочисленным сталинским заделам: ядерному оружию, месту в Совбезе ООН и т.д.Всё это еще раз говорит о том, что если поскрести любого пУтриота-государственника, то найдешь типичного либерала-антисоветчика, готового в любой выгодный для себя момент переобуться. Помните об этом, когда слышите их пафосные речи о патриотизме и тому подобном.
Источник
Глава МИД Сергей Лавров заявил, что не стоит проводить параллели между Россией и образом «бумажного тигра», о котором ранее говорил Дональд Трамп в отношении НАТО.По его словам, у России иной подход и особый национальный характер.«У нас в нашем характере есть такое качество, как терпение. „Бог терпел и нам велел“, но когда-то терпение лопается. И я считаю, что очень хорошо, что никто не понимает, где эта «красная линия»», — отметил Лавров.Зря Лавров так недооценивает уважаемых партнёров.Они уже давно прекрасно поняли: никаких красных линий для нас просто не существует.Потому и озвучивают официально новые многомиллиардные вливания в войну Окраины, открыто говорят, какие заводы ЕС производят для нашего врага орды дронов, боеприпасов и т.д. Потому страны Скандинавии и Прибалтики и предоставляют свое воздушное пространство для атак ВСУ вглубь России. И все это ежедневно продолжает нагнетаться.И зря Лавров так недооценивает собственный народ, фактически называя нас всех терпилами.Такой подход может очень плохо кончиться. Тем более, сам глава МИД подчеркнул — любое терпение рано или поздно лопается.Источник
Каждая война имеет свою цену. Цена складывается не только из материальных затрат, но и из моральных потерь и приобретений. В конечном счёте цена войны определяется после победы, которая только и позволяет свести хотя бы начальный баланс потерь и приобретений.Первоначально мы получаем только материальную цену войны. Её истинная цена, в которой со временем всё большую роль начинает играть моральная составляющая, становится известна через годы, а то и десятилетия после окончания боевых действий и подписания мира.Но для того, чтобы добраться до конца войны, свести баланс потерь и приобретений и подсчитать её цену, надо вначале суметь оплатить стоимость войны – затраты непосредственно на ведение боевых действий и связанные с ними, включая организацию армии, закупки вооружений и трансформацию экономики под военные нужды. Военные бюджеты и военные расходы давно уже являются секретными данными во всех странах. Но так было не всегда и, порывшись в истории, мы можем найти опорные точки если не для точных сегодняшних расчётов, то хотя бы для того, чтобы составить общее представление о масштабе чисел.С XIII и XIV века соответственно, известны семейства средневековых германских промышленников Вельзеров и Фуггеров. К средине XV века, после того как перекрывшие левантийскую торговлю турки подорвали финансовую мощь известных итальянских банкиров, Фуггеры и Вельзеры подались в банковское дело. Уже в первой трети XVI века это были крупнейшие банкирские дома Европы.На заметку поклонникам теории заговора, предки ваших любимых Ротшильдов и Рокфеллеров были ещё жалкими, никому неизвестными нищебродами, когда Фуггеры и Вельзеры (кстати, самые, что ни на есть немцы – арийцы чистокровнее Гитлера) контролировали финансы "цивилизованного мира". Но "близкое знакомство" с рептилоидами, без которого, как известно, невозможно контролировать глобальные финансы и "дёргать за ниточки" "правителей-марионеток", почему-то им не помогло. Впрочем, обо всём по порядку.Итак, Фуггеры и Вельзеры контролировали европейские финансы как раз тогда, когда молодой император Священной римской империи Карл V, он же король Испании Карл I, собрался продолжить итальянские войны с Франциском I, первым французским королём из ангулемской ветви династии Валуа. Для войны требовались деньги и Карл, как германский император, обратился к германским банкирам (Франциска финансировали итальянцы, из-за чего он и женил своего сына, будущего короля Генриха II, на Екатерине Медичи, представительнице рода флорентийских банкиров, ставших к тому времени великими герцогами Тосканскими). Германские банкиры не пожадничали и Карл V получил от них в 1526 году сразу 12 тонн золота.Чтобы понять сколько это, отмечу, что только шестью годами позже, в 1532 году, Писсаро получит выкуп Атауальпы – самое крупное разовое приобретение золота испанцами на американском континенте, глубоко потрясшее современников и до сих производящее впечатление. Выкуп составил примерно 6 тонн золота, около 7 миллиардов, в пересчёте на современные доллары США. Из них королевская пятина (деньги, поступившие в казну короля) составила примерно 550 миллионов современных долларов США. Подчеркну – это крупнейшее разовое поступление. Также есть данные вывоза американского золота за двадцать лет (с 1541 по 1560 годы). За это время испанцы вывезли около 500 тонн золота, а королевская пятина составила около 100 тонн (36 тонн на пике: за 1548-1551 годы).Итак, два банкирских дома ещё до того, как из Америки хлынул золотой поток разово отвалили королю в два раза больше золота, чем составил выкуп Атауальпы, третью часть от королевской доли за наиболее прибыльные четыре года вывоза и 9-ю часть за наиболее прибыльное двадцатилетие вывоза. Я не случайно подчёркиваю тот факт, что ссуда Фуггеров и Вельзеров была выдана до золотого потока из Америки. Она в любом случае была значительной, но до начала массового поступления американского золота, такая разовая выплата в принципе представлялась невозможной. Королевская казна богатейших стран Европы никогда не располагала одномоментно даже тонной золота.И это были далеко не все расходы на войну.В результате, после нескольких дефолтов испанской монархии, Фуггеры не досчитались 8 миллионов гульденов и потеряли большую часть своего кредита, так больше и не поднявшись на утраченные высоты, но в принципе легко отделались по сравнению с Вельзерами. Банк Фуггеров существует до сих пор, и семья, получившая в XVIII веке княжеское достоинство в Германии не бедствует. Вельзеры, получили в залог под ссуду территорию Венесуэлы. Дальше источники расходятся: одни утверждают, что их эффективное хозяйствование вызвало опасение императора потерять колонию, другие же говорят, что императора расстроили их злоупотребления в отношении местного населения. Но только Варфоломей Вельзер, сын Варфоломея Вельзера, выдавшего ссуду, был казнён, Венесуэла конфискована в казну, а банкирский дом Вельзеров пришёл в упадок. Не спасло их даже то, что представительница младшей линии Филиппина Вельзер вышла в 1557 году замуж на племянника императора эрцгерцога Фердинанда Австрийского.Обратите внимание, несмотря на более чем сотню тонн золота, поступившую в королевскую казну в течение тридцати пяти лет после получения ссуды, Испания так и не смогла расплатиться с долгами, объявив за сотню лет около десятка дефолтов. Почти всё это время Испания воевала – вот туда-то и ушло собственное и заёмное золото, причём Фуггеры и Вельзеры были крупнейшими, но далеко не единственными кредиторами короны.С тех пор война стала только дороже. Хотя бы потому, что в XVI веке испанские солдаты являлись на службу с собственным оружием (согласно ордонансу ещё Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской, изданному в конце XV века). Казна оплачивала только артиллерию, ядра, порох, свинец для пуль и обеспечивала армию продовольствием (как могла, а могла не всегда, поэтому часто армия просто грабила окрестности). Основная масса средств составляла зарплату солдат.Сейчас же, несмотря на то что контрактная армия во время боевых действий тоже получает немалые выплаты, основная масса расходов – закупки военной техники и расходных материалов, включая боеприпасы. Современные танки, самолёты, ракеты стоят столько, что за стоимость производства и содержания одной танковой роты и авиаэскадрильи Карл V мог бы воевать всю жизнь и ещё что-нибудь бы осталось. А таких рот и эскадрилий современной сверхдержаве нужны сотни и это даже не половина армии. Кроме армии, есть ещё и флот.Как быстро расходуются боеприпасы в современной войне мы видели на примере украинской и иранской кампаний. Но лучший пример – бомбардировки Израилем Газы. Чтобы стереть с лица земли один город с двухмиллионным населением, и то не полностью, Израилю понадобилось больше двух лет и поставки боеприпасов из США, так как собственное производство не справлялось. Между тем каждая израсходованная бомба, каждая ракета, каждый вылет самолёта – огромные деньги.Вот эту самую стоимость войны необходимо постоянно подсчитывать и учитывать тем, кто по любому поводу и даже без оного требует начать новую войну, чтобы наказать очередного супостата за недостаточное уважение. Фуггеры и Вельзеры были патриотами и деньги императору давали не только ради наживы (могли бы и Франциска финансировать), но и из любви к родине. В итоге обанкротились все – и Фуггеры, и Вельзеры, и управлявшие их родиной Габсбурги (как испанские, так и австрийские).Всегда, прежде чем начинать новую войну надо, чтобы окупилась предыдущая.https://ukraina.ru/20260418/stoimost-voyny-1078036382.html
Лента статей
Мы используем cookies для улучшения работы сайта, анализа трафика и персонализации. Используя сайт или кликая на "Принять", вы соглашаетесь с нашей политикой использования персональных данных и cookies в соответствии с Политикой о персональных данных. Вы можете прочитать нашу политику здесь.
