• РЕГИСТРАЦИЯ
Рамзан Саматов
26 октября 2017 г. 12:01 5673 37 99.33

Аграфена, или пенсионерка с того света

Эта история напоминает повесть Валентина Распутина «Живи и помни». Разница лишь в том, что его героиня скрывала от родни живого мужа, а тут семья выдавала за живую умершую мать. Настена тайком таскала дезертиру из дома последнюю еду, а реальные мошенники жили на пенсию усопшей старухи. 

 Семья 92-летней Аграфены из Зеленодольского района – старший сын, дочь с мужем – в ночь на праздник Крещения Господня собралась на экстренный семейный совет. Обсуждался один, абсурдный, на первый взгляд, вопрос: хоронить ли умершую мамашу? Единодушно постановили: нет! Аграфена в последнее время жаловалась на ноги, со двора отлучалась редко, а тут вдруг собралась в соседнюю деревню к знакомой вдове. После полудня небо заволокли свинцовые тучи, а к ночи разыгралась метель, да такой силы, что затмила свет уличных фонарей. Родные за бабку не особо волновались: заночует в гостях! Но ни поутру, ни днем она не объявилась. И тогда Сергей отправился за ней, прихватив на всякий случай салазки. 

Когда шел по лесу, его внимание привлек снежный бугорок поодаль от обочины, из которого торчало что-то напоминающее валенок. Утопая в снегу, подошел ближе – точно валенок! Сердце екнуло – не его ли он матери недавно подшивал? Стал лихорадочно разгребать сугроб и наткнулся на ее шубейку и вязаный платок. Видимо, убоявшись непогоды, мать заторопилась домой, но в темноте свернула с дороги, провалилась в снег, увязла… Здесь ее буран и упокоил. 

В первый момент он растерялся: что делать? Бежать в деревню за помощью? Но смеркалось, пока туда, обратно – совсем стемнеет. Он уложил окоченевшее тело на санки и направился домой. Дорогу сильно замело, на суметах санки опрокидывались, пришлось привязать тело брючным ремнем. По пути он не встретил ни людей, ни машин. Безлюдны были и улицы поселка.

 Домашние к сообщению Сергея отнеслись без лишних эмоций, по-деловому. О смерти бабушки решили молчать и получать ее пенсию – восемь тысяч рублей на дороге не валяются! Сергея с салазками никто не видел, подозревать некого. Да и кто о старухе вспомнит? Покойницу обмыли, одели в «смертное», завернули в одеяло и вынесли в клеть. Для маскировки крышу ее стали разбирать на дрова. Шло время. Сергей по-прежнему ходил за материной пенсией на почту, хотя срок доверенности уже истек. И родственники без зазрения совести проедали, вернее, пропивали Аграфенины «бабки».

 В весенние каникулы в деревню к прабабушке из Казани привезли правнука. Шустрый вездесущий малец сразу же облазил все дворовые постройки, чердак, сеновал. Сунулся было в клеть – дверь заколочена. Но семилетнему сорванцу ничего не стоило забраться внутрь через растасканную крышу. 

Однажды он вбежал в дом с выпученными от ужаса глазами и заорал: «Я бабушку нашел! Ее снегом присыпало! Наверное, уже замерзла!» Домочадцев охватила паника: «Что ты, Миша, тебе показалось! Там только ее старая одежда!» 

Его кое-как угомонили и предупредили, чтоб он больше никому эту чушь не повторял: поднимут на смех! После этого случая держать покойницу в сарае было бы неосмотрительно. Когда пришли плюсовые температуры, Сергей втихаря выкопал в огороде неглубокую могилку и закопал мать. 

Меж тем долгим отсутствием Груши обеспокоились соседки. На их расспросы сын, дочь и зять твердили одно: сами не знают, куда подевалась старуха. Заподозрив неладное, те написали заявление в районную прокуратуру. Но и проверяющие ничего вразумительного про таинственное исчезновение бабушки от родственников не услышали. Аграфену официально объявили в розыск.

 Разоблачить ложь помог случай. В отсутствие хозяев (они уехали на майские праздники в Казань) голодные псы разрыли небрежное захоронение. Рассмотрев, что они таскают по улицам, жители поселка ужаснулись. Следы собачьего пиршества привели к страшной яме на огороде…

 Настоящие похороны все же состоялись. Останки бабы Груши собрали в полиэтиленовый мешок, уложили в детского размера гробик и отвезли на кладбище. Сухонькая, горбатая старушка, явившаяся читать по покойной псалтырь, сокрушалась: «Жил человек, жил, а честного погребения себе не выжил». Следствие не нашло оснований подозревать членов семьи в причастности к смерти родственницы: несчастный случай! А то, что сотворили они с ней после смерти, пусть остается на их совести. Как сказал классик: «Высший суд – суд совести». Уголовное дело завели только на сына – получателя пенсии, по факту мошенничества. Прокуратура внесла представление и на начальника почтового отделения, допустившего выплату денег фактически по филькиной грамоте. 

 Я рассказал эту историю с конца. А про Аграфену узнал двумя годами раньше, когда прочитал заметку в районной газете о том, как женщине в возрасте далеко за восемьдесят, обратившейся в поликлинику с высокой температурой, отказали в приеме из-за отсутствия медицинской карточки. Оказывается, она до этого ни разу не болела! Да что карточки – на тот момент у нее и паспорта не было! Секрет своего «безболезненного» долголетия она объясняла тем, что всегда спала не на одном месте, а там, «где душа попросит»: на полу, на дворе, на грядке, на меже. Вот хворь ее найти и не могла. 

Решил проведать Аграфену. Мне тогда и в голову не могло прийти, что совсем скоро придется вникать в подробности ее ужасной, почти фантасмагорической, кончины.

 С биографии этой неказистой, донельзя изработанной старухи как с ладони можно было считывать линию страны. Пережила две революции, голод, разруху, несколько войн. В 1941-м рыла оборонительные сооружения на Волге, работала на пороховом заводе. И умудрилась прожить столь долгую, трудную жизнь без единого подтверждавшего ее существование официального документа. Непостижимо! Ведь работала в колхозе, на производстве, ходила на выборы… А еще говорят, что без бумажки ты букашка!

 – Не удивляйся, милок, родилась и выросла я в деревне, а когда выходила замуж, мы с мужем не расписывались, только венчались, – рассказывала она. – А церковь не загс, поп паспорта не спрашивал. В 1942-м Ивана забрали на фронт. Мне тогда всего 25 было, а детей трое: Сережа, Надюшка, Славик. Чтоб их прокормить, устроилась на военный завод в Казани. В то время в отделах кадров документы не очень спрашивали – каждая пара рабочих рук была на вес золота. А в деревне, чтобы проголосовать, паспорт не нужен. Да и какие у меня могли быть документы? Стыдно признаться, я ведь неграмотная. В школу не записывалась, девчонкой нянчила младших сестер и братьев, ходила за скотиной, работала в поле, на лесосеке. А безграмотные родители к учебе меня не принуждали. 

 Первый раз в первый класс я, милок, пошла в 30 лет! Иван заставил. Да и не учеба это была, а мученье! Для школьников я кто? Тетка, у которой дети их возраста. Вот они надо мной и издевались как могли. Я не выдержала, бросила школу и вернулась на завод.

 И опять у меня паспорт не потребовали – уже в лицо знали. А самой-то мне не до паспорта было! Мужик с фронта пришел вовсе хворым, работать в колхозе, как раньше, трактористом, не смог. Ему дали «группу», и начал он помаленьку для себя плотничать. Старшему сыну, Сергею, к той поре приспело жениться, и отец взялся рубить дом-пятистенок на две семьи. А как закончил, так вскорости и умер. 

А тут с Сергеем беда приключилась. Связался со шпаной, стал воровать. На краже телят из коровника их и застукали. Надо бы за него хлопотать, да где мне, неученой-то? Куда ни ткнусь, везде от ворот поворот! Невестка из тюрьмы его не дождалась, уехала к матери в Чувашию. После освобождения он не мог хорошую работу найти: шабашничал, по стройкам ошивался. Денег зарабатывал мало, а пил много. Чего скрывать, натерпелась я от него. Не уразумею, в кого он такой чертов отрывок? Тюрьма его вконец испортила. Когда увидела у него на груди наколку «Рожден для мук и в счастье не нуждаюсь», поняла: пропащий он человек! Дом, как и в войну, весь на мне. От младшенького помощи никакой. Как завербовался после армии на Урал, так больше и не объявлялся. Только вот Надежда с мужем – я их детей нянчила, теперь внуков. Да и те сейчас здесь не живут. Как говорится, была изба звонкая, да стала глухая. Не заметила, как жизнь прошла…

 Паспорта Аграфена хватилась, когда в стране началась пенсионная реформа и потребовались справки с прежних мест работы о трудовом стаже. Тут и выяснилось, что старушка-то виртуальная! Жить живет, а по бумагам, выходит, нет. Нонсенс! Узнав об этом, в районной паспортно-визовой службе за головы схватились! 

Выправлять документы новоявленному «поручику Киже» пришлось, что называется, с нуля – в загсе даже свидетельства ее рождения не оказалось. А «серпастый, молоткастый» она не получала потому, что в крестьянской жизни в нем надобности не было. Стали искать следы в метрических книгах церкви, где ее в детстве крестили. Но и там никакой информации не обнаружилось. Батюшка послал запрос в Казанскую епархию. Слава богу, каким-то чудом в ее архивах, практически уничтоженных при большевиках, отыскалась нужная запись. 

Новый российский паспорт с орлом о двух коронованных головах она получила (причем на девичью фамилию!) уже в начале «нулевых» одновременно с медкартой. Впрочем, в ее-то годы он ей зачем? Пенсию по доверенности получает сын. Выходит, сотрудницы паспортно-визовой службы хлопотали ради того, чтобы неблагодарные родственники бессовестно пользовались паспортом его умершей владелицы? Обидно… 

 История эта, несмотря на запредельный цинизм ее персонажей, увы, не единична. (Статья приведена с сокращениями)

Источник  

Спасибо за просмотр! Берегите своих близких и родных!

Злость -это состояние, в котором язык работает быстрее мозга.

АВТОР РЕКОМЕНДУЕТ
Субъект воли 18 июня 18:16

Наука не отвечает на вопрос - Зачем? Но всё равно знать хочется

По крайней мере, в отношении человека. Тем более такая наука вроде бы есть. Психология называется. И даже не одна, и хорошо бы их было просто много, но они порой даже взаимоисключающие.Можно сказать, есть много наук «психологий» со своей аксиоматикой и моделями поведения, и они вполне работоспособные. Задача практикующего психолога состоит лишь в том, чтобы подобрать ...

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    ДРУГИЕ СТАТЬИ

    Пиар-асы: Яшин и Гудков увиливают от регистрации на выборах Москвы ради протеста

    Выборы мэра Москвы привлекли к себе оппозиционных упырей и вурдалаков, которые хотят максимально похайпиться на громком политическом событии.Илья Яшин и Дмитрий Гудков проигнорировали встречи с московскими муниципальными депутатами. Напомню, что им необходимо заручиться поддержкой 110 депутатов, чтобы пройти муниципальный фильтр и быть зарегистрированными. Интересно л...
    Михаил Он (Mikle1) Вчера 21:30 1933 14.21

    У нас футбол, у них - битва жабы с гадюкой на свалке

    Из Крыма особенно хорошо виден весь маразм происходящего на руинах Украины. Чудом спасенный полуостров меняется медленно, сохраняя пятна проклятого прошлого. Строятся новые дороги, ПВО натыканы, набережная отремонтирована. И рядом - три года как недоделанный кусок дороги - деньги растащили и гаплык. Зато в Киеве полный феншуй...1 УкрСМИ: Лишь 7% украинских ...

    Про "социальный пилинг" и 65-летних self-made men

    Навальнятам, Либерастам и прочим "эффективным менагерам" посвящается.Каждый замечает, как снаряды судьбы ложатся совсем рядом, задевая осколками то одних, то других знакомых. Тяжелая болезнь, уход близких, потеря работы.Однако все эти категории не существуют для тебя до тех пор, пока ты молод, здоров, энергичен и востребован, а значит, готов списывать с...
    ПРОМО

    SOS! Пятая колонна ВШЭ исследует способ разрушения России и её национальной идентичности

    · · · - - - · · ·  · · · - - - · · · · · · - - - · · · · · · - - - · · · · · · - - - · · · · · · - - - · · · · · · - - - · · ·В 1987, в самый разгар Перестройки в Советском Союзе, в Америке началась другая перестройка. Два гей-активиста из Гарвардского университета, один из которых был экспертом по общественным связям, а другой нейро...
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика