![](https://cont.ws/uploads/pic/2022/6/%D0%9A%D0%BE%D0%BD%D1%82%20%2812%29.jpg)
У Александра Невзорова, объявленного в розыск за больно распущенный язык, уже и дачу под Питером арестовал Басманный суд Москвы: хоть шерсти клок. Вменили ему ч. 2 ст. 207.3 УК – публикация «заведомо ложной информации об умышленном обстреле ВС России роддома» на основании украинских «недостоверных фотографий пострадавших от обстрела мирных граждан». А Роскомнадзор по требованию Прокуратуры перекрыл доступ к сайту беглеца. Ибо коли единожды солгавший (по версии карателей, упекших ранее Навального за самоотравление и кражу денег у себя) – кто ж ему даст рот в Интернете открывать!
В тот же розыск угодил и известный романист Дмитрий Гуховский – за его недопустимые при нашей адской политической цензуре речи о той же спецоперации. И уже в бегах записал видеообращение, где сказал, что не откажется от своих слов, несмотря на нависшие над ним 15 лет:
«Вне зависимости от того, в чем меня обвиняют, я готов полностью повторить эти слова. Я требую немедленно прекратить военные действия в Украине и вывести из нее российские войска».
Виновны ли эти протестанты по сути вменяемых им мысле- и словопреступлений – на чем, как всем понятно, погорел и опрометчиво вернувшийся на Родину обличитель ее властей Навальный – я не даже берусь судить. В деспотическом государстве, каким была царская Россия и стала путинская – все обличители должны сидеть или отправляться в ссылки. Судьбы Радищева, Пушкина, Лермонтова, Достоевского – тому старинные примеры; Навального, Невзорова, Гуховского – нынешние.
А потому неважно, что именно не так сказал избалованный славой самого популярного телеведущего автор старинных «600 секунд» Невзоров – или скрупулезный на язык Навальный. Важно – что в знак протеста. Потому что в знак согласия при дикой деспотии можно врать безбожно, что угодно, вплоть до знаменитых «Денег нет, но вы держитесь» или «Есть Путин – есть Россия». Но жизнь любого, кто осмелится выступить против трона и жадной толпы вокруг него, пророчествовать и заниматься всяким правдоискательством – становится не стоящей и гроша.
Тех, кто смог «из-под глыб» подать свой вопиющий глас сколько-то громко, власть тащит на нары, принуждает прятаться в родном краю или бежать в края чужие. А тех, чьи репортажи с кляпом во рту, грозящим в любой миг перерасти в петлю на шее, звучат, как последний SOS, все глуше, глуше – клеймит и презирает сам свернувшийся в бараний рог народ.
И мы в попытке своего духовного спасения, пролив немало слез, пота и крови, совершили, словно околдованные некой чертовщиной, какой-то немыслимый, замкнувшийся в его исходной точке круг. Вернулись аккурат на 180 лет назад – в пору написания Лермонтовым стихотворения «Пророк», звучащего сейчас так, словно поэт, через два века глядя, для нас сегодняшних его писал. По форме – слегка архаично, но по сути – в самую точку:
С тех пор, как Вечный Судия
Мне дал всеведенье пророка,
В очах людей читаю я
Страницы злобы и порока.
Провозглашать я стал любви
И правды чистые ученья –
В меня все ближние мои
Бросали бешено каменья.
Посыпал пеплом я главу,
Из городов бежал я нищий –
И вот в пустыне я живу,
Как птицы, даром Божьей пищи...
Когда же через шумный град
Я пробираюсь торопливо,
То старцы детям говорят
С улыбкою самолюбивой:
«Смотрите: вот пример для вас!
Он горд был, не ужился с нами:
Глупец, хотел уверить нас,
Что Бог гласит его устами!
Смотрите ж, дети, на него:
Как он угрюм, и худ, и бледен!
Смотрите, как он наг и беден,
Как презирают все его!»
Оценил 1 человек
3 кармы