Конфликт Армении и Азербайджана

Ветеран второй мировой войны из США: Вопрос-ответ

0 1611

Сегодня речь пойдет о ветеране второй мировой войны, который родом из США. Как-то, в 70-ю годовщину празднования высадки войск союзников в Нормандии, он, будучи пользователем сайта Реддит, сказал остальным пользователям, что готов ответить на вопросы о тех событиях. Естественно, его тут же засыпали вопросами. Ну, он и ответил. Есть текст, есть видео. Кому как удобней.

Смотреть видео:

Меня зовут Гарри Снайдер, мне 92 годя. Я ветеран Второй мировой войны, принявший участие в высадке союзников в Нормандии и освобождении Франции. Я родился и вырос в Филадельфии, а потом мы с семьей решили переехать в Пенсильванию. Тут мы и живем до сих пор. В своем батальоне я был водителем и фотографом. Я также воевал в Арденнах.

— Какое впечатление у вас сложилось о немецких солдатах, которых вам пришлось повстречать? Вы заметили какие-нибудь идеологические или поведенческие различия между немцами из разных частей Германии?

— Ну, среди солдат были разные этнические группы, но средний немецкий солдат был обычным человеком. Если немца брали в плен, я мог спокойно с ним поговорить. Солдаты были похожи на обычных людей, которых где угодно сыщешь. А вот ребята из СС были ублюдками, настоящими убийцами... Они отвечали за концентрационные лагеря и убийства невинных людей. С ними взаимодействовать было тяжело — ты обращался с ними, как с падалью. Помню случаи, когда ребята из нашего подразделения просто хватали тех эсэсовцев и избавлялись от них...

Гитлер промыл немцам мозги. Он пообещал мир и порядок, но не объяснил, как он этих целей собрался добиться.

Когда я общался с гражданскими, никто из них не утверждал, что был нацистом. Оказывалось, что нацистом был всегда «тот парень». Большинство немцев считали, что с американскими солдатами ладить легко, но вот русские были грубы, порой жестоки. В целом, немецкие граждане хорошо относились к американским солдатам.

— К моменту вашей высадки во Франции, вы что-нибудь знали о концентрационных лагерях, о самом процессе Холокоста?

— Ходили слухи. Мы слышали что-то об убитых невинных людях, но никто не понимал сути, не понимали и того, как это происходило. Мы не знали о том, как они травили газом детей и их матерей. Этого мы не знали.

— После Битвы в Арденах вы как-то существенно продвинулись вглубь Германии?

— После Битвы за Ардены мы продвинулись к реке Эльбе и там, в сорока милях от Берлина, закрепились. Нам сказали ждать дальнейших приказов, а русские тем временем брали Берлин. То была ужасная битва, весь город был разрушен. Мы же оставались на Эльбе до окончания войны.

— Было ли что-то, о чем не говорят в учебниках истории?

— Не думаю... Существует журналистика, существует фотография — все, что мы делали, было общеизвестными фактами. Не думаю, что в глобальном плане что-то могло быть упущено или скрыто. Разумеется, о личных действиях конкретных людей могли не говорить вовсе.

Американские солдаты, например, мародерствовали. Почти каждый норовил найти что-то, что он смог бы забрать с собой домой.

— Какое впечатление сложилось об англичанах, с которыми вы воевали плечом к плечу?

— У меня с ними проблем не было. Мне они показались людьми, с которыми легко дружить. Однажды после войны одного немецкого офицера спросили об американцах и об англичанах, и он ответил, что нашел британцев лучшими воинами, нежели американцев.

— Какое мнение у вас сложилось о войнах, шедших в Корее, Вьетнаме, Ираке?

— Войны никогда не были мне симпатичны, ни в Корее, ни во Вьетнаме: мне своей войны хватило. Но видя вовлечённость нашей страны в конфликты и, конечно же, последствия этой вовлечённости, я не мог одобрять какую бы то ни было из этих войн.

— Если возможно, как бы вы описали сам процесс высадки в Нормандии?

— Я думаю, 8-я военно-воздушная армия могла сделать больше. После того, как военные корабли произвели артобстрел берега, истребители должны были бы поактивнее проработать немецкие укрепления и вражеские пулеметные гнезда, пока наши войска высаживались на берег. Я так думаю. Много ошибок было. Гитлер тоже допустил ошибку, не позволив генералу Роммелю выдвинуть танковые резервы. Если бы это произошло, наша высадка бы захлебнулась.

— Чем вы занимались после окончания войны? Тяжело ли было вернуться к гражданской жизни, найти работу, дом и так далее?

— Когда Война закончилась, меня отправили домой. Спросили, хочу ли я вновь поступить на службу. Я ответил, что не хочу... Моя девушка ждала меня, и буквально через месяц после моего возвращения мы поженились. 67 лет назад... Тогда у меня не было каких-то особых навыков, которые помогли бы мне поддерживать семью. Работа, которую я находил, в основном была связана с физическим трудом.

Основная моя работа, которую я через какое-то время нашел, — машинистом на заводе. Последние 25 лет моей трудовой жизни я и работал машинистом на швейцарском станке. Работа была стоящей, к тому же я работал на хорошую компанию и сейчас получаю от них приличную ежемесячную пенсию.

Вот и вся история моей жизни.

Источник 1 / Источник 2


Пора начинать рисовать карты раздела Америки

Я внимательно смотрю на эти ваши телевизионные ток-шоу, посвящённые политике. Какого гостя-эксперта не возьми, в кого ни плюнь – попадёшь в профессора, завкафедрой, главу института (иногда инс...

Апокалипсис сегодня

Мы уже почти привыкли, что наш новый дивный мир ежедневно преподносит нам массу не самых приятных сюрпризов. Вчерашний день не стал исключением. Глава Римской католической церкви Франци...

Карабах: информация к размышлению

Вопрос: почему до сих пор Азербайджан массированно не ударил по территории Армении? Ответ на поверхности, как и то, что Россия не связана никакими обязательствами по защите непризн...