Еще раз о РКМП

intro.: Am fill G Dm C E Am Dm Am E Am

I.

Am fill Dm G

Как упоительны в России вечера

G C E Am

Любовь, шампанское, закаты, переулки

Am Dm

Ах, лето красное, забавы и прогулки

Dm Am E Am

Как упоительны в России вечера.

https://vk.com/feed?w=wall-275...

"Российская империя - ресурсно-сырьевой придаток Запада.

В мировой экономике Россия была сырьевой периферией. Петербург Романовых добился встраивания России в формирующуюся мировую систему, но в качестве культурной и сырьевой, технически отсталой периферийной державы, хоть и являющейся военным гигантом. Россия была для Запада поставщиком дешевого сырья и продовольствия.

Россия XVIII столетия была для Запада крупнейшим поставщиком сельскохозяйственных товаров, сырья и полуфабрикатов. На первом месте в экспорте была пенька (стратегический товар для британского флота), на втором — лён. Основной экспорт шёл в Англию и Голландию. При этом в условиях, когда британцы потеряли американские колонии, поток русского сырья был для Англии жизненно важным. Не зря когда Николай I начал политику протекционизма, это стало одной из причин, почему британцы развязали Восточную (Крымскую) войну с идеей расчленения Российской империи. И после поражения Россия сразу смягчила таможенные барьеры для Англии.

Россия гнала на Запад сырьё, а полученные деньги помещики, аристократы и купчики тратили не на развитие отечественной промышленности, а на сверхпотребление, покупку западных товаров, роскошь и заграничные развлечения («новые русские» образца 1990-2000 гг. всё это повторили). У англичан брались и кредиты. Не удивительно, что русские стали «пушечным мясом» Англии в борьбе с Пруссией в Семилетнюю войну и империей Наполеона за мировое господство (схватка внутри западного проекта). Тогда родился важнейший принцип британской политики: «Воевать за интересы Британии до последнего русского». Так длилось до вступления в Первую мировую войну, когда русские воевали с немцами во благо Англии и Франции.

В первой половине XIX столетия Россия экспортировала лес, лён, пеньку, коноплю, сало, шерсть, щетину. На Британию в середине века приходило около трети русского импорта и примерно половина экспорта. Вплоть до середины XIX века Россия была основным поставщиком зерна в Европу. Таким образом, хозяйство Российской империи было ресурсно-сырьевым придатком бурно развивающейся индустриальной Европы (в первую очередь — Англии). Россия была поставщиком дешевых ресурсов и потребителем дорогой европейской продукции, особенно предметов роскоши.

Не сильно изменилась ситуация во второй половине XIX — начале XX вв. Англию потеснили Германия и Франция. При Александре III и Николае II Россия несколько укрепила свою экономику, промышленность и финансы, но в целом зависимость осталась, её преодолели только во время сталинских пятилеток. Россия «подсела» на французские кредиты и сполна отработала их во время Первой мировой войны, раз за разом спасая французов.

Полученные доходы от продажи сырья не шли на развитие. Русские «европейцы» занимались сверхпотреблением. Петербургский высший свет затмил все европейские дворы. Русские аристократы и купцы жили в Париже, Баден-Бадене, Ницце, Риме, Берлине и Лондоне больше чем в России. Они считали себя европейцами. Основным языком для них был французский, а затем английский. Стоит сказать, что в 1991-1993 гг. эта порочная система была восстановлена.

Проблема хронической промышленной и технической отсталости были одними из предпосылок поражения в Крымской войне. Финал промышленной, технической отсталости мы знаем: кризис боевого снабжения в 1915-1916 гг., нехватка тяжелых орудий, «снарядный голод», покупка оборудования, оружия и боеприпасов за границей. Как свидетельствуют документы тех лет, русской армии не хватало почти всего, что нужно на войне, и в первую очередь — винтовок и патронов.

Генерала А.Н. Куропаткина, ставшего олицетворением поражения в Русско-японской войне 1904-1905 гг., можно обвинить, наверное, во многих грехах, но только не в отсутствии ума, наблюдательности и педантичности в дневниковых записях. 27 декабря 1914 года, во время Лодзинской операции, он написал в своем дневнике следующую запись: «Приехал А. И. Гучков с передовых позиций. Много рассказывал. С продовольствием не справляются в армии. Люди голодают. Сапог у многих нет. Ноги завернуты полотнищами. Убыль в пехоте, в офицерах огромная. Есть полки, где несколько офицеров. Особенно тревожно состояние артиллерийских запасов. Читал мне приказ командира корпуса не расходовать более 3-5 снарядов в день на орудие. Пехоте, осыпаемой снарядами противника, наша артиллерия не помогает. Одна стрелковая бригада не получала укомплектования 3 месяца. Во время боев, когда германцы прорвались из мешка [в ходе Лодзинской операции], на правый фланг прислали укомплектование 14 000 человек без ружей. Эта колонна подошла чуть не в боевую линию и очень стеснила войска».

Стоит отметить, что хронологически эта запись относится к концу пятого месяца с момента вступления России в Великую войну и до трагедии «Великого отступления» еще далеко. Таким образом, почти за полгода боевых действий Русская Ставка Верховного Главнокомандования во главе с великим князем Николаем Николаевичем не только не сумела организовать надлежащее функционирование тыла армии, но и оказалась в условиях острейшего кризиса поставок боезапаса и оружия — снарядов, винтовок, патронов.

«Весна 1915 года останется у меня навсегда в памяти, — вспоминал впоследствии генерал А.И. Деникин. — Великая трагедия Русской армии — отступление из Галиции. Ни патронов, ни снарядов. Изо дня в день кровавые бои, изо дня в день тяжелые переходы, бесконечная усталость… Помню сражение под Перемышлем в середине мая. Одиннадцать дней жестокого боя 4-й стрелковой дивизии — одиннадцать дней страшного гула немецкой тяжелой артиллерии, буквально срывающей целые ряды окопов вместе с защитниками их. Мы почти не отвечали — нечем. Полки, истощенные до последней степени, отбивали одну атаку за другой — штыками или стрельбой в упор; лилась кровь, наши ряды редели, росли могильные холмы — два полка были почти уничтожены германским артиллерийским огнем…».

В начале июля 1915 года, когда катастрофа русской армии уже стала совершившимся фактом, а на всех фронтах с Германией и Австро-Венгрией происходило «Великой отступление», командующий Северо-Западным фронтом генерал М. В. Алексеев представил военному министру свой доклад о причинах нескончаемых поражений. Среди факторов «пагубного влияния на оперативные соображения и моральное состояние войск» отмечены: 1) недостаток артиллерийских снарядов — «самый важный, самый тревожный недостаток, имеющий гибельное влияние»; 2) недостаток тяжелой артиллерии; 3) недостаток винтовок и патронов к ним, — «сковывающий инициативу в оперативных вопросах и ведущий к развалу в вопросе новых формирований и т. д.

Справедливости ради отметим, что кризисные явления в Первую мировую войну в боевом снабжении испытали все без исключения армии воюющих держав. Однако только в России это привело не к временным трудностям в снабжении, а к полномасштабному кризису, фактически к развалу боевого снабжения фронта, который был преодолен страшным методом — сжиганием в огне сражений многих сотен тысяч человеческих жизней. Всё это последствия недостатка внимания правительства к индустриализации Российской империи и сырьевого характера экономики.

В результате фактически кадровая имперская армия сгорела в огне войны, сотни тысяч бойцов погибли из-за технической отсталости и зависимости России от Запада, слабости промышленности. Империя лишилась армии, которая могла спасти её от смуты. Новая армия уже не была опорой империи и самодержавия, она сама стала носителем вируса революции. Солдаты-крестьяне мечтали вернуться домой и решить земельный вопрос, офицеры-интеллигенты (учителя, врачи, студенты и т. д) проклинали власть, включались в работу революционных партий.