• РЕГИСТРАЦИЯ

Голубая бездна. Памяти Жака Майоля и Энцо Майорки

АЛЬТАИР
В КОНЦЕ КАК В НАЧАЛЕ
15 ноября 21:51 2 1036

Фридайвер Жак Майоль

Имя француза Жака Майоля неизменно вызывает ассоциации с морем, дайвингом, дельфинами, книгами и кинематографом. А еще – с уникальными достижениями в области изучения жизни дельфинов и философией океана.

Еще подростком он мечтал научиться плавать подобно дельфинам и сумел осуществить отроческую мечту. Жак Майоль побил все мыслимые и немыслимые рекорды своего времени, сделав карьеру от журналиста до человека-дельфина, живущего морем и погружениями.

Человек в обучении у дельфина

Возможно, француз и не стал бы легендой дайвинга, сделав карьеру репортера и исследователя, но тут помог случай и редакционное задание. Молодого журналиста отправили в океанариум снять сюжет о подводной операции. Пациентом был дельфин с опухолью, в конце оказавшейся проглоченным грузом.

Мировая журналистика потеряла перспективного корреспондента, а океанариум получил нового сотрудника, вызвавшегося заботиться о дельфинах и в свободное время плавать с ними в бассейне. Это увлечение плаванием с дельфинами и стало отправной точкой для Жака Майоля.

Самым большим другом француза стал бутылконосый дельфин по имени Клоун. Более того, животное стало учителем, передающим человеку науку о правилах природного погружения. Майоль оказался способным учеником, внимательно наблюдавшим за хвостатым учителем, перенимавшим его повадки и умения.

Из «дельфиньей науки» Жак Майоль усвоил как правильно погружаться, как надолго задерживать дыхание, экономить силы и энергию, позволяя своему телу сливаться с водной стихией. Кроме физических аспектов погружения и длительного пребывания в воде дайвер постиг особую философию дельфинов – млекопитающих, живущих в полной гармонии с океаном. Достигнуть определенного уровня в фридайвинге и установить мировые рекорды в сфере погружения Жаку помогли уроки Клоуна, совмещенные с йогой и восточной философией.

Танцы больших глубин

Через несколько лет тренировок Жак Майоль научился нырять на глубину тридцать метров, позже сумел погрузиться на тридцать пять, побив рекорд спортсменов из США. Известные дайверы шестидесятых годов установили планку погружений в 41 метр, рекордсменами были итальянские фридайверы Энио Фалько и Альберто Новелли. Но Жак Майоль разрушал рекорды прошлых лет, и смело устанавливал новые. Началась череда головокружительных успехов и удач.

Еще одним постоянным конкурентом стал Энцо Майорка. Их соперничество длилось много лет, подстегивая противников к большим достижениям. В конце шестидесятых годов Жак Майоль сумел достигнуть семидесятиметровой отметки, через какое-то время Майорка берет реванш и погружается на 74 метра. Буквально через месяц Майоль обходит соперника на два метра.

В середине семидесятых Энцо Майорка сумел улучшить рекорд до 87 метров. Через год Майоль ныряет у берегов Эльбы и достигает отметки в 92 метра, становясь победителем многолетней гонки. Казалось, вот она – полная победа, и можно почивать на лаврах, сделав дайвинг одним из развлечений. Но нет, Жак Майоль продолжает тренироваться и улучшать собственные рекорды.

Блеск заветного жетона

Историческое погружение состоялось 3 ноября 1976 года. Собрав надежную команду, Жак Майоль вышел в море. С борта сбросили трос с блестящими железными дисками, отмечавшими стометровую глубину. Ныряльщика под водой сопровождали аквалангисты, страховавшие на глубине 35, 50 и 70 метров, а также фотограф. На судне остались спасатели и хронометрист.

Перед погружением Жак Майоль провел процедуру гипервентиляции легких, по разработанной им системе на основе упражнений из йоги. Надел зажим на нос, тяжелые ласты, контактные линзы и сбросил за борт груз. И быстро начал погружаться. До глубины 35 метров проблем не было. Они возникли возле отметки в 60 метров, спортсмену мешала неблагоприятная погода и технические неисправности оборудования.

После шестидесятиметровой отметки Майоль еще раз проделал упражнения, слегка замедлился и продолжил погружение. Ему удалось достигнуть стометровой глубины, однако не сразу обнаружился заветный диск. На поиски подтверждающего установление рекорда жетона пришлось потратить драгоценные секунды.

Из-за потерянного времени пониматься на поверхность пришлось слишком быстро. Майоль, рискуя жизнью и здоровьем, буквально вылетел из воды. В тот раз все прошло удачно. Хронометрист зафиксировал 3 минуты и 40 секунд пребывания под водой и засчитал рекорд.

Казалось бы, фридайвер и так достиг невозможного, но в 1981 году он выиграл еще метр, а в 1983 году сумел еще раз побить собственный рекорд и погрузился на 105 метров. Как вспоминал Жак Майоль, ему просто нравилось чувствовать себя единым целым с океаном, только под водой он чувствовал себя превосходно, а погружения под воду стали смыслом его жизни.

Есть ли жизнь без океана?

Жак Майоль стал некоронованным королем фридайвинга, он прославил водный спорт и сумел воспитать когорту талантливых учеников. Он неоднократно проходил медицинские осмотры и исследования. Он погружался в паутине из датчиков, точно фиксирующих изменение состояния дайвера.

Согласно вердикту медиков физическим пределом Майоля должна была стать отметка в 45 метров. Есть предположения, что таких невероятных успехов француз достиг благодаря нечеловеческой выносливости и многолетним тренировкам. Но главным ключом к успеху стала философия океана и его стремление на ментальном уровне стать подобием дельфина, урожденным сыном морской стихии.

В 1982 году Жак Майоль получил приглашение принять участие в съемках популярной советской программы «Клуб путешественников» с ведущим Юрием Сенкевичем. Архивная запись программы, в которой дайвер рассказывает об опыте погружений, доступна в Интернете.

Его дружба и соперничество с Энцо Майоркой легла в основу фильма Люка Бессона «Голубая бездна». Жак Майоль лично принял участие в подготовке материала. А еще Майоль оставил всему человечеству уникальную книгу «Homo Delphinus. Дельфин внутри человека».

Выдающегося дайвера погубила депрессия, вызванная, скорее всего, резким сокращением погружений и уменьшением соприкосновения с океаном. В 2001 году Жак Майоль свел счеты с жизнью. В памяти всех неравнодушных к дайвингу он навсегда остался истинной легендой фридайвинга - человеком, которому удалось неоднократно доказать, что пределы человеческих возможностей далеко не всегда четко и однозначно обозначены.

ПОЧЕМУ УШЕЛ ИЗ ЖИЗНИ ЖАК МАЙОЛЬ?

Ему было пятнадцать лет, когда летом 1942 года, играя в волнах на пляже Лидо близ Марселя, он решил, что во что бы то ни стало научится плавать и нырять подобно дельфину. Спустя 47 лет все так и произошло. В 1983 году Жак Майоль установил поражающий воображение рекорд по нырянию без акваланга, опустившись на глубину 105 метров...

И вот в декабре 2001 года появилось ошеломляющее известие: «человек-дельфин» впал в депрессию и покончил жизнь самоубийством - повесился в собственном доме в городе Калонь на итальянском острове Эльба.

Страницы жизни

Без преувеличения можно сказать, что жизнь Жака Майоля напоминала страницы приключенческого романа. Он появился на свет 1 апреля (что дало ему право носить прозвище Рыба - этот день приходится на созвездие Рыб по звездному календарю) 1927 года в Шанхае. Отец его родился в Марселе, мать - в Париже, но ветви генеалогического дерева этой семьи сильно перепутаны. Потомки их жили в Пуэрто-Рико и на Балеарских островах. К слову, во время путешествия в Перу Жак с удивлением узнает, что Майоль на языке ацтеков означает «тот, кто вышел из воды»...

Семья будущего рекордсмена в 1939 году приезжает на отдых во Францию и остается здесь надолго по непредвиденным обстоятельствам. Началась вторая мировая война. В Марселе Жак учится в лицее Св.Карла.

Уже тогда, в годы фашистской оккупации, он мечтал: больше всего ему хотелось стать летчиком и научиться жить под водой. Но грезы о высоком прозрачном небе так и не осуществились, а путь в голубую бездну оказался долгим и непростым. Спустя несколько лет родители Жака уезжают в Алжир и Марокко, где юноша не в силах был реализовать свои мечты. Прошли годы, и Майоль вернулся во Францию. Здесь он успешно защищает диссертацию по философии. Его отец, архитектор, естественно желал, чтобы сын пошел по его стопам. Однако молодой человек имел совсем другие планы. Он устраивается репортером в газету «Меридьональ» и едет в Скандинавию. Здесь начинающий журналист пишет зарисовки и очерки о жителях этой страны.

«Начитавшись романов Джека Лондона, - рассказывает Жак, - я хотел лучше узнать Север, прежде чем придти к своей мечте и судьбе, место для которой я отводил только в тропиках юга». И прежде чем она осуществилась, Майоль перепробовал множество профессий. Он работал кинооператором, журналистом, лесорубом, актером, писателем, пианистом, кладоискателем.

Встреча с Клоуном и рекорды

В 1955 году Жак Майоль обосновался в Майами на Флориде, где редактировал один французский журнал. Как-то раз ему позвонили и заказали специальный репортаж для радио Канады о необычной подводной хирургической операции. Оказалось, что у огромного дельфина по прозвищу Джо, обитателя Майамского океанариума, неожиданно возникла большая опухоль в нижней части живота.

Специальная бригада хирургов должна была под наркозом оперировать животное. Специалисты высказывали различные предположения: киста, фиброма, раковая опухоль. Но никто не угадал. Оказалось, слегка подслеповатый интеллектуал моря проглотил один из многочисленных двухкилограммовых грузов, которые аквалангисты носят на поясе.

Жак отлично справляется с задачей - снимает на пленку операцию и остается работать в океанариуме.

Очень быстро он становится прекрасным тренером дельфинов, под его руководством животные творят чудеса. Но сам Майоль считал, что подлинным учеником в то время был он сам. «Меня научил всему дельфин по кличке Клоун, за движениями которого я внимательно наблюдал», - вспоминал Жак. - Он показал мне, как все дольше и дольше задерживать дыхание, как позволить воде укачивать себя, подобно колыбели, как полностью сливаться с окружающей средой - расслабившись, без малейших усилий, с максимальной экономией движений».

Талантливый ученик дельфина стремится спускаться в пучину легко, свободно, расслабленно и не позволять никакой агрессии к воде.

«Мой идеал в том, - говорил Жак, - чтобы сблизиться с морской средой, завоевать ее, не врываясь, а врастая в нее, чтобы, в конце концов составить с водой единое целое. Вероятно, я мечтатель, у которого ноги на земле, а голова в воде». И Ж.Майолю удалось достичь своего идеала.

В 1966 году ему предложили принять участие в «танцах больших глубин», как не без романтики окрестили тогда журналисты состязания по глубоководному нырянию без акваланга, и 39-летний Жак сразу становится лидером. Потом было еще много рекордов среди них самый невероятный установлен в октябре 1983 года. Близ мыса Рипальти острова Эльба 58-летний Жак Майоль нырнул на глубину 105 метров.

Так почему же Жак Майоль, жизнь которого сложилась более чем успешно, свел счеты с жизнью?

По поводу причин трагедии можно высказать две версии.

1. Патологические изменения в мозгу

До недавнего времени считалось, что продолжительное ныряние на глубину с задержкой дыхания относительно безопасно для здоровья. Это мнение основывалось на данных обследования 60 ловцов губок, проведенных в середине 50-х годов прошлого века. Эти люди на протяжении многих лет по 10 месяцев в году ныряли за губками на глубину до 30 метров. Рабочий день ныряльщиков составлял 8-9 часов. Ежедневно ловцы опускались под воду 50-120 раз, находясь там по 2,5 и более минут. Клинические, электрокардиографические и рентгенологические исследования не выявили никаких патологических изменений, которые можно было ожидать, учитывая большую нагрузку на сердце ныряльщиков. Между тем, недавно полученные данные свидетельствуют об обратном. Депрессия, нарушение координации, «странности» в поведении и потеря памяти - вот недуги, присущие профессиональным ловцам жемчуга. Эти расстройства здоровья возникают в результате повреждения центральной нервной системы, особенно головного мозга.

Выяснилось, что и фридайверы тоже подвергают свое физическое и душевное здоровье большому риску. Такое заключение сделали с помощью методов компьютерной томографии немецкие ученые.

Из 52 обследуемых фридайверов (спортсменов) у 27 были выявлены патологические изменения в мозгу. Причем поврежденные участки мозга нередко достигали в диаметре двух сантиметров.

Причина подобного вредоносного воздействия ныряния кроется, по мнению исследователей, в закупорке небольших сосудов головного мозга из-за резких перепадов давления при погружении под воду и выныривании. Способствует этому и кислородное голодание, неизбежное при длительной задержке дыхания.

Не исключено, что развившаяся у Ж.Майоля глубокая депрессия, закончившаяся самоубийством, - результат упорных тренировок в глубинном погружении.

2. Матрица, которая мешает жить

Но, возможно, причина трагедии «короля бездны» имеют более глубокие корни, уходящие в детство или еще дальше - в перинатальный период (период рождения ребенка). Смысл всех его погружений был поиском состояния - единения с Океаном. Именно там, на глубине, к нему приходило ощущение покоя, счастья, радости и безмятежности. Ради него он шел на многие ограничения в своей «земной жизни».

Почему появлялось столь необычное ощущение? По-видимому, это результат измененных (необычных, особенных) состояний сознания, возникающих под влиянием ныряния с задержкой дыхания.

Вот воспоминания Ж.Майоля об ощущениях, сопровождавших его во время путешествий в «мир без солнца».

Человек под водой лишается привычного ему жизненного пространства. Чуждая ему среда странно действует на психику. Понимаете, в какой-то момент погружения меня охватывает беспричинная радость... Мне бывает так хорошо под водой, что время исчезает. Ни малейшего желания дышать; кажется, что под водой можно находиться вечно... Меня пугает радость погружения».

Или вот еще ощущение, испытанное фридайвером во время погружения на глубину 100 м в ноябре 1976 г. «Преодолеваю 10 м и открываю один глаз, чтобы взглянуть на глубиномер... Все идет хорошо. Стараюсь ни о чем не думать, слиться с окружающей средой, стать единым с океаном, стать «морем». Чувствую, как удлиняюсь, растворяюсь и сливаюсь с ним».

Позже Жак все чаще стал испытывать ощущения блаженства, слияния с водной стихией, отождествлять себя с дельфином. И ради них он нырял, нырял, нырял... Но зачем Майоль искал их вновь и вновь? Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к трансперсональной психологии.

По мнению ее создателя американского психиатра Станислава Грофа, любое рождение, даже самое благополучное, является первичной психологической травмой для вступающего в жизнь. Связанные с различными стадиями родов переживания нередко становятся причинами различных психосоматических расстройств, зависимостей, психологических проблем. Информация о перинатальном периоде хранится в бессознательной части психики человека.

Каждый период рождения формирует так называемые базовые перинатальные матрицы. Это своего рода слепки физического и эмоционального внутриутробного опыта.

Первая матрица включает в себя опыт человеческой жизни от зачатия до появления схваток; вторая характеризует процесс начала рождения от схваток до раскрытия родового канала и момента продвижения по нему плода; третья отражает вторую стадию родов - прохождение вступающего в жизнь по родовому каналу; четвертая связана с процессом появления ребенка на свет.

В период внутриутробного развития зародыш плавает в амниотической жидкости. Она защищает его от механических повреждений и создает условия полного комфорта. После рождения указанная среда может ассоциироваться в подсознании человека с первичным праокеаном, первоосновой всего живого на земле. Переживание внутриутробного развития связаны с восприятием реальности как полного благополучия, некого Рая и определяет стремление человека к символическому возврату к истоку, началу жизни.

Все происходящее потом в период родов сопряжено с болью, страхом, отчаянием, преодолением, лишением.

Можно предположить, что Ж.Майоль был подвержен влиянию второй базовой перинатальной матрицы. Психопатологические проявления ее выражаются в ощущении бессмысленности мира и депрессии. Похоже, глубоководные погружения были для Жака попыткой уйти от реалий окружающего мира.

Так «человек-дельфин» боролся с болью, безысходностью, агрессией и всевозможными запретами, которые существуют в сознании человека с фиксацией на второй базовой перинатальной матрице. И это давало ему возможность преодолевать недуг. К слову, подобные проблемы возникают и у наркозависимых.

Но настал день, когда близкие «свидания с морем» пришлось значительно сократить.

Возраст уже не позволял глубоко нырять, а, следовательно, испытывать состояние возврата в первую базовую перинатальную матрицу. Ощущение бесперспективности и негативности жизни, чувство одиночества, ненужности обострилось до крайней точки. И в один из моментов развившейся глубочайшей депрессии. Он сделал непоправимое. Согласно завещанию экс-рекордсмена мира, его прах развеяли над морем.