![](http://cont.ws/uploads/pic/2016/3/2013_11_22_e0091b%20%281%29.jpg)
Правда ли, что мы с вами разумные существа? Правда ли, что наш мозг работает лишь на 10% своих возможностей? Почему обезьяны не учатся в университетах? Станем ли мы такими же, как они? Есть ли нам что перестраивать в голове?
Алексей Артемьев
О том, что наш мозг работает лишь на 10%, знают все кому не лень. И вроде бы даже это какие-то учёные измерили. Однако, они столько раз вводили нас в блуд, что на слово верить уже не хочется. Давайте лучше сами оценим, так ли это. Тем более, что Николай Викторович Левашов утверждал – именно спящая часть нашего мозга таит в себе сверхвозможности. Он называл цифру 3-5% работающих нейронов. Неудивительно, что способы пробуждения спящего мозга – одна из самых желанных и скрываемых тайн. А для нас важно понимать, имеет ли это под собой реальную основу? На перестройку мозга очередь уже выстроилась, а о чём речь, не знаем.
Единицы измерения
С самого начала разберёмся, как и что будем измерять. Измерять будем существующий в физическом теле человека мозг. Это студёнистое вещество, имеющее плотность близкую к 1,1 грамм/куб.см. (немного плотнее воды), состоит, в основном, из нейронов – нервных клеток. За единицу измерения размера мозга можно принять как вес (1 грамм), так и объём (1 куб.см). А в какой мере вес мозга влияет на умственные возможности, выясним в процессе исследования.
Тут вроде всё просто, но мы с вами знаем, что биологическая ткань мозга – это лишь приёмник-передатчик, и основные процессы мышления происходят на других материальных уровнях. Как будем это учитывать? Будем взвешивать мысли на весах, или замерять линейкой? Сначала никак учитывать не станем. Нас в первую очередь интересует физически плотный головной мозг человека. Ведь понятно, что, если возможности «передаточного механизма» (каким он и является) ограничены, то вся система мышления не будет работать полноценно.
А эти возможности отражают и вес мозга, и сложность его организации. Это те параметры, которые мы можем «пощупать руками», а также ступенька познания себя, через которую нельзя перешагнуть. Иными словами, тем, кто стоит в очереди на перестройку мозга, следовало бы сначала убедиться – действительно ли у них есть спящие нервные клетки, которые можно разбудить, усиливая физиологическую базу для новых возможностей на других уровнях. Но сначала немного из прошлого.
Откуда взялась цифра 10?
При первых же попытках исследовать вопрос о 10%, становиться понятно – сегодня наука считает это мифом. У современных неврологов постоянные разговоры о спящем мозге вызывают раздражение, несмотря на то, что они сами это породили.
Начиналось всё на рубеже 19-го и 20-го веков. Тогда ещё наука достаточно слабо понимала, что такое мозг, почему он состоит из нейронов, и чем они заняты. Нейрологии, как науки, не существовало. Однако психологи уже резвились вовсю. Им ведь микроскопы с пробирками не нужны. Учение «психология» (наукой это вообще назвать нельзя) могло появиться и в племени людоедов, и в обществе слепых, глухих и криворуких. Для фантазий любая основа годится.
Так вот, авторство идеи о большом неиспользуемом потенциале мозга приписывают психологу Уильяму Джеймсу (1842-1910 г.), хотя найти что-то именно о 10% в его работах пока не удалось. В любом случае речь, тогда шла не о количестве работающих нейронов, а о каком-то неопределённом «потенциале» мозга (по-русски – возможности). Вы пробовали когда-нибудь измерить возможности или, тем более, скрытые возможности? Таких методик нет.
Не станем же мы серьёзно относиться к тестам на IQ, где ответы во многом зависят от качества заданных вопросов. При этом подразумевается, что человек социально приспособлен и имеет необходимый набор первоначальных знаний. Эти знания должны ещё подходить под стандарты общества. А если вы из принципиально другой культурной среды? Тогда у вас будет иное мировоззрение и даже логика. Тест вы не пройдёте, но значит ли это, что вы непроходимо тупы? Конечно, нет. А сегодня тест на IQ вообще служит лишь для проверки качества программирования биороботов и пригодности их к эксплуатации в заданных условиях. Причём тут разум, и возможности мозга?
Итак, цифра «10» в начале 20-го века не имела своего обоснования, и, по моему глубокому убеждению, просочилась в науку из оккультных источников, как часто случается. А научный смысл ей придали именно неврологи. Очень реальные ребята – практики.
Уже к концу 19-го века стало известно, что электрический ток участвует в работе нервных систем. Было замечено, что когда электрик хватался руками за оголённые провода, то его мышцы начинали непроизвольно сокращаться. Электрика трясло, трясло… и это означало что его мышцы получали неконтролируемые управляющие сигналы. Опыт был многократно повторён на лягушках. Электроды на лапки, ключ на старт, и всё получалось как с электриком (светлая ему память).
У этого направления нарисовалось большое будущее. В перспективе можно было подключиться проводами к нервным центрам человека и управлять им безгранично, и даже дистанционно по радиосигналу. Однако, нервы штука очень тонкая. Как к ним вообще подключиться, и какие токи подавать для управления? Для начала, всё это надо было замерить на живой особи. Для этой цели в 30-х годах были разработаны специальные микроэлектроды. Имея толщину острия около 0,0005 мм, они позволяли внедряться в отдельные нейроны живого организма и замерять приборами протекающий по ним ток.
Это был прорыв. Появилось множество лабораторий, где подопытным животным (а может и не только животным) вскрывали череп, внедряли микроэлектроды в нейроны мозга, и замеряли электрические токи, возникающие в ответ на разные раздражители. Вот тогда неврология и утвердилась, как серьёзная наука. Получив эти новые возможности, учёные решили проверить слухи о большом потенциале человеческого мозга. Однако, замерить работу всех 200 миллиардов нейронов, составляющих кору головного мозга, это невыполнимая задача.
Поэтому было решено исследовать маленький участок, а затем полученные результаты приложить ко всему объёму. В результате исследований была зафиксирована цифра 10%. В среднем, только 1 из 10 нейронов был активен. Сегодня никто из нейрологов не отрицает, что в середине 20-го века наукой были получены такие результаты. Это, как бы, общеизвестно в научной среде, но кто это сделал, конкретно выяснить мне пока не удалось. Такова в общих чертах история вопроса, но сегодня ситуация другая – современная неврология не признаёт большой невостребованный потенциал человеческого мозга?
Опомнились и открестились
Логика событий очень проста. Сделав замечательное открытие, учёный спешит его обнародовать. Сама же система научных знаний в лице светил и авторитетов либо принимает это, либо отвергает. Так и здесь, сначала заявили, а потом система стала понимать, что подобные открытия не укрепляют её положение, а наоборот расшатывают. Ведь стало возникать очень много неудобных вопросов.
Согласно теории эволюции, орган, работающий на 10%, появиться не может. И если наш мозг на 90% спит, значит, он когда-то работал с полной загрузкой, и только на полной загрузке мог сформироваться. Разве возможно накачать свои мускулы поднимая спички. Да ещё при этом стать чемпионом по культуризму. Не бывает такого.
Тогда придётся сделать вывод о страшном упадке человечества. А как же все рассказы о большом пальце, прямохождении и развитии нашей великой цивилизации? А её ценности? В общем, дальше и спорить не о чём. Тему требовалось срочно закрыть, а открытие опорочить. Сегодня для опровержения открытия специалисты приводят следующие аргументы:
Нейрологи утверждают – такого не может быть, потому что это противоречит общепризнанной теории эволюции. До сих пор это самый первый и главный аргумент в опровержении теории спящего мозга. Как бы доказательство от противного.
Мы не верим – понятно, что такое опровержение в стиле «сам дурак» действует только на слабонервных. Нам требуется что-нибудь практическое с доказательной базой.
Они утверждают – повреждения мозга влекут за собой тяжёлые последствия. А если бы он на 90% спал, то травмы «бесполезных» частей не повлияли бы на его работу.
Мы не верим – травмы мозга, конечно, могут приводить к тяжёлым последствиям, но ведь известно большое количество случаев, когда мозг был серьёзно повреждён, однако функционировал, как полноценный. Такие случаи считаются уникальными (сколь часто бы ни наблюдались) и в рамках общей теории наука старается их не рассматривать, называя феноменами. Это не делает ей чести. И сразу пример – история о ранении Михаила Илларионовича Кутузова:
«…Сей штаб-офицер получил рану пулею, которая, ударивши между глазу и виска, вышла на пролёт в том же месте на другой стороне лица…» (Доклад главнокомандующего Крымской армией генерал-аншефа В.М. Долгорукова Екатерине II от 28 июля 1774 года).
Это произошло во времена его молодости. А спустя 38 лет Кутузов участвовал в войне с Наполеоном, будучи в полном умственном здравии. Никто же не станет этого отрицать. И что, свинцовый шарик размером порядка 12 мм, пробивший левый висок, прошедший в мозговой полости черепа за лицевыми костями, и покинувший голову через правый висок, нанёс будущему полководцу «не серьёзное повреждение» мозга?
Но разве всё это о 10%? Вовсе нет. Это лишь говорит о некоторой способности мозга перебрасывать нагрузку с повреждённых зон в другие, не пострадавшие.
Они утверждают – приборы показывают, что спящих областей мозга нет. Указывают на современные исследования деятельности мозга с помощью магнитно-резонансной томографии и множества других методов, при которых череп пациенту не вскрывают. Сигналы, отражающие активность, как бы мерцают по всему объёму.
Мы не верим – нейрологи забывают уточнить, что этими методами измеряется суммарная активность с разрешением не более 2 мм, а это группы в сотни миллионов нервных клеток. И почему бы, например, работающим 10% нейронов не распределиться по всему объёму мозга равномерно? Так что подобные аргументы ничего не доказывают и не опровергают. Ведь мы разбираемся не с «местом их расположения» а с «общей долей».
Они утверждают – все нейроны работают, но по очереди. То есть пока 1 работает, 9 соседних отдыхают.
Мы не верим – это только гипотеза, которая ничем не подтверждается. Кроме того, очевидна нелепость такого предположения. Если бы природа создавала такие слабо загруженные механизмы, то мы имели бы 10 желудков, пользуясь ими по очереди, 10 кишечников и соответственно дальше… (читатель может продолжить логический ряд самостоятельно). И приведение в пример сдублированных органов тоже неуместно. Ведь два уха нам даны вовсе не для того, чтобы одно из них можно было оторвать без особой печали. Это вопрос способностей к объёмному восприятию мира. И не только. Ещё в большей степени, это следствие применённого в строении даже простейших организмов принципа симметрии.
Они утверждают – если бы и случилась какая-нибудь дегенерация человечества, то мозг не заснул бы, а просто уменьшился. Это суровая реальность. Вспомните, как у космонавтов теряется способность стоять на ногах, после месяцев их вынужденного бездействия в невесомости. Вот и про мозг нам говорят, что если бы он работал только на 10%, то обязательно стал бы уменьшаться в объёме.
А теперь верим, но наполовину – мозг то, как раз и уменьшается! Известно, что объём мозга за каждый год жизни сокращается на 0,2%, и к 70 годам усреднённый современный человек теряет до 200 г. Почему не килограмм? Терялся бы и килограмм, да только клетки мозга гораздо менее подвержены изменениям, чем остальные ткани организма. Скажем так – они защищены и поддерживаются по высшему разряду. Выходит, что мы получаем по генетической линии, как правило, полноценный инструмент в виде 1400 г. мозга, но так как не работаем им с должной загрузкой, он медленно, но верно отмирает. Впрочем, не всегда медленно.
Некоторые люди (например алкоголики) умудряются настолько убедительно доказать природе бесполезность нахождения серого вещества в своей голове, что при посмертном вскрытии наблюдается катастрофическая потеря тканей мозга. Вплоть до выпрямления извилин. И, тем не менее, вопреки всем законам генетики, наши дети продолжают рождаться с тем же стартовым объёмом мозга. Если здесь и происходят сдвиги, то это прослеживается не на отдельных поколениях, а в течение столетий. Очень медленно.
Кто заложил в нас этот механизм, неизвестно, но очевидно, что длительное сохранение большого объёма мозга у человеческого вида – пока не наша заслуга.
В результате – нет убедительных аргументов, чтобы опровергнуть сделанное в середине 20-го века научное открытие о спящих на 90% нейронах человеческого мозга. И вот теперь, когда мы убедились, что слухи верны, необходимо пойти дальше и разобраться, от чего эти проценты берутся? С объёмом мозга надо разобраться. Выяснить, сможет ли простая активация спящих нейронов сделать нас «супергероями» или хотя бы настоящими людьми?
А при чём тут вес мозга?
До сих пор мы говорили о количестве нейронов. И это имеет прямое отношение к весу мозга. Чем больше вес, тем больше в нём нейронов. Но какое их количество занято управлением организмом, а какое свободно для высшей нервной деятельности (к которой и относится мышление), это большой вопрос. Дело в том, что нейроны мозга управляют всем организмом, каждой клеточкой тела. А клетки – как кирпичики. Они, конечно, не совсем стандартные, но по размеру сильно не отличаются, что у слона, что у муравья. А так как у слона клеток в сотни тысяч раз больше, то ему нужен огромный (по сравнению с муравьём) мозг для управления гигантским количеством своих клеток. Вот учёные и попытались измерить отношение веса мозга к весу тела у разных животных, чтобы обнаружить излишки, которые могут использоваться для высшей нервной деятельности.
К сожалению, геометрически-весовой метод измерения и сравнения возможностей мозга у разных животных даёт бестолковые результаты. Получается, что у мыши (2,5% от веса тела) этот параметр выше чем у человека (2%). Так или иначе, но с пропорциями ничего путного не получается. Как я выяснил, недостаточно просто знать отношение веса мозга к весу тела. Это просто даст количество свободных для высшей нервной деятельности нейронов. Нужно знать какое количество этих свободных нейронов способно породить разум? Об этом говорил только Николай Левашов: «…И, что особенно интересно, нейроны, которые входят в эти 3-5%, составляют количество взаимодействующих между собой нейронов, необходимое для возникновения разума у их обладателей. При меньшем числе взаимодействующих между собой нейронов, не происходит качественного изменения, и разум не появляется (см. Главу 3)…» «Последнее обращение к человечеству», гл.7
Точного числа свободных нейронов, составляющих критическую массу для возникновения разума, мы, к сожалению, не узнали. Однако, если оно даже составляет всего лишь 10% от активной части нашего мозга (130 грамм), то это всё равно недостижимое количество для мыши, при всех её 2,5% от собственного веса. Не может маленькое мышиное тельце быть носителем такого интеллекта. И не суждено ей читать надписи на разгрызаемых упаковках продуктов, в кухонном буфете.
Просветление
Наверное, действительно нужно было подняться разумом выше пределов вселенной и опуститься в бездну микромира, чтобы просто обобщить все наработки относительно мозга. Уровня академиков РАН здесь явно мало. Слово Николаю Викторовичу Левашову: «…Живые формы от простейших до высших имеют нервные системы, основой которых является нервная клетка – нейрон. Нервные системы отличаются количеством нейронов (вес мозга, – авт.), степенью взаимодействия нейронов между собой (количество связей, – авт.) и сложностью структуры, которую создают нейроны в каждом организме. Чем более сложную нервную систему имеет данный организм, тем более сложная у него система поведения, условных и безусловных рефлексов…» «Последнее обращение к человечеству», гл.3.
Значит и масса мозга, и количество связей, и среда обитания, формирующая организм с его поведенческими реакциями, всё это только необходимые условия зарождения высшей нервной деятельности. Это самое понятное, логичное и достоверное из всего, что я смог найти по данному вопросу. Выделено самое главное и всё в трёх предложениях. Видимо, за это его и не любит официальная наука.
Предыдущая часть статьи была посвящена внутренней научной борьбе на предмет признания неиспользуемых (спящих) нейронов мозга. Мы поняли, что опровергнуть это утверждение не удалось, и видим, что Н.В. Левашов прекрасно понимал всю эту кухню. Поэтому у него были все основания написать следующее: «…И, что ещё интересно, у человека в течение всей его жизни работают только 3-5% нейронов мозга. Сначала думали, что в активной работе мозга последовательно участвуют все нейроны, только по очереди, но исследования показали другое – от рождения до смерти работают одни и те же 3-5% нейронов мозга человека. Остальные 95-97% являются «запасом…» «Последнее обращение к человечеству», гл.7
Не стану сейчас разбираться почему все озвучивают 10%, а Левашов 3…5. Вероятно, для этого были причины, но сейчас важен принцип. Ведь, если это действительно так, то прослеживается прямая зависимость между объёмом мозга какого-то вида, и его потенциальными возможностями.
Для старта (при рождении) некое существо генетически (по наследству) получает объём мозга, соответствующий уровню развития его вида. Потом, в результате своего жизненного опыта, оно персонально создаёт некое количество связей между нейронами. Тогда у этой социальной единицы возникает разум, и жизненный опыт важен только для её личного развития.
Для оценки интеллектуальных возможностей всего вида, достаточным показателем является именно объём мозга. Это своеобразная генетическая эстафета – насколько «толстую палочку» особи передают друг другу по наследству, настолько и велики мыслительные возможности их вида. А уж использует эти возможности отдельный индивид или нет, это его личная заслуга. Здесь нечего тень на плетень наводить. А чтобы не выяснять, какая часть мозга занята управлением организмом, а какая мышлением, нужно взять для сравнения виды, близкие по массе и строению тела. Для чего сравнивать слона с муравьём, когда есть так похожие на человека обезьяны? Вот тут и начинается удивительное.
Обезьянье достояние
Хорошо, конечно, хихикать и показывать пальцем на сравнительно маленький мозг шимпанзе. В среднем он имеет объём 370 куб.см., против человеческих 1350 куб.см. Но на самом деле, это обидно именно для нас. Сейчас поясню.
Шимпанзе действительно подходит для нашего сравнения. Взрослые особи в дикой природе весят от 40 до 80 кг; рост мужской особи может составлять 160 см и женской 130 см. То есть количество клеток их организма лишь на 25% меньше нашего. А теперь приступим к оскорбительным для нас обобщениям.
У человека работает (возьмём уж число побольше) 10% нейронов мозга – примерно 135 куб. см. Такой объём, размером с полстакана, позволяет нам виртуозно управлять собственным организмом, от систем жизнеобеспечения, до сложнейших пируэтов спортивной гимнастики. И, кроме того, позволяет заниматься высшей нервной деятельностью – мыслить, учиться в университетах, изобретать и творить прекрасное. Но это лишь треть от огромного мозга шимпанзе! Почему же тогда шимпанзе не учатся в университетах?
Ну, хоть бы организация нервной системы у них была какая-нибудь качественно иная. Так ведь нет – совершенно такая же, как у нас. Однако, можно не волноваться. Наблюдения однозначно показывают, что высокого уровня умственного развития шимпанзе не достигают. Тут возможны два предположения:
1. Возможно, у обезьян так же, как и у человека, часть нейронов спит. И… или
2. Каждая отдельная особь не достигает должного (по объёму мозга) показателя разумности, в силу отсутствия развитого социального устройства их общества, системы хранения-накопления информации и системы образования. Ведь и человек, выросший в изоляции от всего выше перечисленного, умнее обезьяны не становиться.
Что касается первого – нам доподлинно неизвестно, кто именно чудит с «усыплением-пробуждением» мозгов разных видов на нашей планете, и спросить про обезьян не с кого. Количество активных нейронов у них можно было бы измерить, но такие исследования мне не известны, а сам я трепанировать шимпанзе не стану. Так что ничего определённого пока сказать нельзя. Хотя логически этот вывод напрашивается сам.
А вот второе очень даже вероятно. Ведь упоминания об обезьяньих государствах, царях и армиях в преданиях народов есть. Это всем известная «Рамаяна». Дыма без огня не бывает. Но есть и другие вещи, которые указывают на их политическую (если можно так выразиться) деятельность в прошлом.
Например, совершенно непонятно, почему обезьяны не живут в Сибири, на Урале и в Европе?
Те, кто думает, что им мешают холода, жестоко заблуждаются. На японских островах обезьяны обитают в некоторых горных районах, и выживают зимой в заснеженных буковых лесах при -20ºС. Едят они там кору с веток и обходятся без бананов. Отчего же им не пожить у нас? Да ведь я их не в тундру приглашаю. Дальний Восток, Украина, Белоруссия – там везде полно лиственных лесов. Но обезьяний род, как будто бы знает некие границы, которые пересекать не дозволено. Это границы не географические и не климатические и, как видите, не связаны с кормовой базой. Тогда остаётся одно – это некогда установленные в результате противоборства политические границы. Допускаю, что эти установки прошиты в мозг обезьян генетически.
Если мы сегодня со своими активными 135 г. мозга объединяемся в государства и ведём осознанную (хотелось бы надеяться) деятельность, то почему отказываем в этом обезьяньему народу? Ведь когда-то и они загружали свой мозг на все 370 г. Иначе бы он не сформировался в таком объёме. Но сейчас их разум спит.
Выводы
Итак, ясно, что большая часть нейронов нашего мозга спит. И однажды, признав этот факт, нам придётся отвечать и на другие вопросы. Кто их усыпил? Для чего? Ответ на эти вопросы дал Николай Викторович Левашов: «…Для соединения в одном индивидууме многих качеств и свойств, необходимо интенсивное смешение генетики. И чтобы это стало возможным, всем участвующим в эксперименте ЗАКРЫЛИ МОЗГ и оставили активно работающими минимальное число нейронов, которое могло обеспечить лишь проблеск разума у их обладателя. Вот почему Homo Sapiens имеет только 3-5% активно работающих нейронов, остальные же могут быть открыты только при эволюционном развитии человечества в целом или человека в частности…» «Последнее обращение к человечеству», гл.7.
Там же он пишет о том, что эксперимент по созданию разумных существ с новыми сверхвозможностями проводился (и до сих пор проводится) объединением белых цивилизаций внеземного происхождения. И всё же остаются другие вопросы, на которые нам придётся отвечать самим. Почему и обезьяний мозг закрыт? Каково наше взаимное положение на планете? Станем ли мы когда-нибудь такими же (судя по активной части мозга, риск велик)?
И самое главное: какой путь ведёт к свету нашего разума – выпрашивание «банана» в виде принудительной перестройки мозга, или для звания человека более достойно пройти этот путь самому, как бы долог и труден он ни был? Ибо гордиться можно не подарками, а лишь тем, что ты сделал сам.
Ижевск, 20.11.2013
Оценил 1 человек
1 кармы