2023. Торонто-Москва

16 2431

Мы в Москве. Даже не верится. Немного отошли от коматозного состояния после дороги. Хочу поделиться опытом и впечатлениями.

Рассказ о том, как мы добирались, или, вернее, пробирались из Торонто в Москву.

Об этой поездке мы мечтали последние четыре года. В аккурат с того момента, как вернулись из Москвы осенью 2019-го. Но грохнул ковид, и начальство кленового листа сказало, что без прививки никто из страны не выедет. Мы почесали репу и пошли на уколы.

Только сделали, как любимая и родная страна закрылась от иностранцев за исключением редких счастливчиков, в число которых мы не попадали.

Прошло время, начались известные события, родина наконец согласилась нас впустить (при наличии визы), но зато злые нетрадиционалы перекрыли все конвенциональные к ней доступы , оставив лишь несколько узких тропинок.

Буду откровенна — решились мы не сразу. Был соблазн подождать — вдруг всё как-нибудь рассосётся. Но события развивались и продолжают развиваться таким образом, что стало ясно — легче не будет.

А люди мы уже не молодые и за последние четыре года, как не странно, моложе не стали, сил заметно поубавилось, да и нервы истрепались вконец.

В общем, пришлось делать выбор — или брать на себя почти невыносимое физическое

испытание, или смириться с тем, что мы никогда больше не попадём в единственную на земле страну, где мы себя чувствуем дома. И от этого «никогда» становилось настолько страшно, что мы решились.

Как говорится, делай что можешь, и будь что будет.

Ехать решили на максимально разрешенный иностранцам срок — на три месяца.

Собирались трудно. Укладывали-перекладывали чемоданы. Хочется взять и то платье, и это. Потому что зачем платья, если нельзя в них пройтись по Москве? Бусы, которых я наделала за четыре года, тоже надо взять. Потому что кому они нужны в Торонто? А в Москве, может быть, кому-то нужны.

Боялись перевеса, боялись, что многочисленные таможни к чему-нибудь придерутся. И вообще, после того, как ты четыре года просидел на удобном диване и успел этот диван полюбить, очень страшно от него отрываться.

Я иногда принималась плакать, муж применял ко мне все известные ненасильственные формы воздействия — от успокаивающих речёвок до обвинений в малодушии и обещаний презирать меня до конца жизни. В общем, извела я его порядочно.

Но, так или иначе, день «Х», которого ждала и боялась, наступил, и весёлый таксист-индус , огибая вечные дорожные ремонты, с ветерком, всего за час домчал нас до аэропорта Пирсон. Выгрузил два чемоданища, два маленьких чемоданчика, нас самих, да и был таков.

А у нас началось началось «восхождение».

Дальше постараюсь кратко.

Три часа ожидания в аэропорту — и мы в самолёте. Маршрут : Торонто- Рейкьявик- Хельсинки. Всё вместе с посадкой в столице Исландии, ожиданием на пересадке и пробегом в местном, совершенно сельском на вид аэропорту (тут я даже зауважала торонтский аэропорт, который до этого казался полным отстоем) — примерно десять часов. Летели исландской компанией «Исланд-Эйр».

В Хельсинки — после полутора часов ожидания (?!) автобус отвёз нас в гостиницу, где мы должны были переночевать, чтобы утром двинуться дальше. Нужно ли говорить, что в сером номере финской гостиницы я рыдала и просила меня пристрелить? Да, рыдала и просила, потому что силы к тому моменту уже закончились. Однако муж моей просьбе не внял, потому что, по его словам, любит меня, да и стрелять ему не из чего. Но обещал над этим подумать.

Наутро, после завтрака в гостинице, тот же автобус отвез нас обратно в аэропорт, где специальный роскошный автобус под названием «Люкс экспресс» подхватил нас и повёз в сторону финско-российской границы и далее в Петербург.

Надо сказать, что именно с этого момента путешествие начало приобретать элементы приятности. Потому что всё, что было до этого, в самолетах и аэропортах, носило признаки хаоса и неразберихи. Как ни странно, у потомков викингов, все время что-то с чем-то не срасталось, самолёты подолгу стояли на земле, а потом подолгу не могли взлететь, в самолетах не кормили вообще, продавленные кресла травмировали место, которым сидят, кондиционеры то не работали вовсе, то шли на рекорд и охлаждали до антарктических температур, автобусы задерживались, в гостинице не могли найти регистрацию и так далее. Сложилось впечатление, что во всем этом бизнесе, да и не только в нём, наступает эпоха распада, что, выбросив Россию из мировой карточной колоды, игроки дальше играть не могут и при этом не очень понимают, отчего же дальнейшая игра у них не очень ладится.

В прекрасном же «Люксе» всё было так, как и должно быть. Всё работает, кресла удобные, рессоры исправные, кофе с печеньем бесплатные, водители толковые, ясно и чётко объясняющие, что делать, а чего не делать на пограничных пунктах, и в конце концов, через семь-восемь часов доставившие всех нас к Балтийскому вокзалу в Петербурге.

Сейчас немного отвлекусь и попробую пофилософствовать.

Дело в том, что в аэропорту Торонто в этот раз мы не услышали ни одного русского слова, хотя в былые времена там бывало немало наших соотечественников, устремляющихся в направлении России. Не было русских и в Рейкьявике. И только в Хельсинки, на перроне, откуда уходят автобусы на Россию, русский язык стал слышаться со всех сторон, как бы сгущаясь и в конце концов заняв всё языковое пространство. И девочки в гостинице вдруг заговорили по-русски, и в какой-то момент все вокруг стали русскими. Я подумала, сколько же нас живёт по всему миру и пробивается на родину, несмотря на все эти чудовищные препятствия, расставленные на пути. Люди едут из Европы, Америки, даже Африки. Легко знакомятся , вступают в разговоры, меняются телефонами. Мы встретили женщину, живущую в соседнем с нами доме в Торонто. Разговорились, обменялись контактами, может быть, будем общаться. Русские видят, чувствуют друг друга, и во враждебной среде объединяются.

Но при этом — уж очень много русских живёт вне России. Это наследие 90-х. И это неправильно, на мой взгляд.

Но вернусь к своему рассказу.

В общем, до Питера дотянули. Дальше, казалось бы , пустяки. Любезный попутчик вызвал нам такси до Московского вокзала (своей симки пока нет, а без телефона не вызовешь). Дальше с двумя огромными и двумя поменьше чемоданами по бесконечным лестницам вверх-вниз в камеру хранения, чтобы убедиться , что свободных больших ячеек нет. В какой-то момент на очередной лестнице (почему там везде лестницы без пандусов?!) мне показалось, что муж потеряет сознание и рухнет под тяжестью проклятых чемоданов. И тут из-за угла появился интеллигентный мужчина, который велел идти за ним и привёл нас в какое-то закулисье, где за небольшие деньги наши чемоданы взяли, выдали нам бирки и велели прийти за полчаса до отхода поезда.

Налегке мы выскочили в Питер, пролетели немного по Невскому, и вдруг почувствовали, что усталость куда-то делась. Вокруг кипела жизнь. Люди, много людей, шли по своим делам, певец пел , ему хлопали, кто-то ел мороженое, кто-то входил в торговый центр или выходил с покупками. И была во всем этом такая энергия, какой мы не видели за прошедшие четыре года. Которая передалась и нам, усталым путешественникам.

Потом было четыре часа в Сапсане. А потом Ленинградский вокзал, где нас встречал прекрасный зять нашей подруги. И если бы не встречал, то , как мне кажется, я бы дальше перрона на сдвинулась. Да и не факт, что до перрона бы добралась, потому как перешагнуть с маленьким чемоданчиком из вагона на платформу и не провалиться в широкую щель между ними оказалось задачей для меня сверхсложной. Парень меня просто подхватил и не дал свершиться непоправимому.

А потом проезд по ночной Москве и хотя сил уже совсем не осталось, всё-таки ах! от любимой красавицы, и приготовленная для нас квартира и начинающийся рассвет над Москвой.

И нереальность всего происходящего.

Длился наш переход в пространстве чуть более двух суток. А может, и не чуть. Сбилась со счёта. В какую сумму это обошлось — хочется поскорее забыть.

Вот так теперь путешествуют из Торонто в Москву. И говорят, что это не самый тяжёлый путь. О пятнадцатичасовом ожидании в Каире рассказывают готовые сценарии для фильма ужасов.

Но, как бы ни было, мы в Москве. И впереди нас ждут три месяца счастья. Не знаю, будет ли это счастье абсолютным, но в том, что это будет жизнь, а не ожидание смерти на любимом диване, не сомневаюсь. И дышать мы будем настоящим, родным воздухом.

А о том, как будем возвращаться, я подумаю потом.

… А на утро пошли в ближайшую «Пятёрочку», накупили всякой еды и жизнь начала налаживаться. Отлежимся ещё денёк — и ныряем в океан по имени Москва.

PS. Фотографии получились фрагментарные и сумбурные. Самолёт, Исландия и Финляндия вовсе выпали — не было сил доставать телефон. Но что есть.

https://dzen.ru/a/ZKr3rm7OVy8W...

Вторжение Запада и его последствия

Наконец, к исходу второго года СВО сопротивление ВСУ истощилось. Русская армия пошла вперёд в ускоряющемся темпе. Даже если Зеленскому и его оставшимся подельникам удастся затормозить э...

Мы знаем, что они задумали или о наивной западной хитрости

Вы не задумывались для чего Россия опубликовала запись разговора двух немецких военных, обсуждающих удары по нашей стране и возможность отправки войск Германии в зону конфликта?Вариант ...

Обсудить
  • "или смириться с тем, что мы никогда больше не попадём в единственную на земле страну, где мы себя чувствуем дома." Если бросаешь "родной дом" и уезжаешь, то это уже не твой дом, ваш дом теперь Торонто, так что утрите сопли и завидуйте молча.
  • Чемодан, вокзал, Торонто!
  • Классно написано... продолжайте :stuck_out_tongue_closed_eyes: :thumbsup:
  • А зачем возвращаться в Торонто?
  • Продажные, у них то дом Торонто, то Москва. Будет лучше ещё где то свалят туда